Кир и зелёное племя.

      Пока они шагали к пещерам, Кир на полном серьёзе раздумывал, где он будет искать новую обувь, когда его кожаные мокасины измочалятся на этих каменных перевалах. И вообще, как тут с цивилизацией - уже до водопровода доросла или все намного печальнее?       Над перевалами зазвенел его бодрый голос: - Нгра, вы где топоры взяли? Оливка, шагавший ближе всех и поэтому попавший на допрос, ответил: - Я убить людь. Забрать топор. - Нгра, нужно так: я убил человека и забрал его топор. - автоматически поправил Кир и охренел: - Ты прикончил человека? За что? - Человек и пять человек ловили Нгра. Стреляли стрелы, - ткнул Оливка в шрам на бедре. Я убить всех. Кир замолчал на время, переваривая суровые местные реалии. - А Хык где взял топор? - Менять люди. - На что поменялись?- вцепился клещом Кир. - Шкуры. Рыба-яд. - А где вы обмениваете товары? - Каменный город. Рас-свет-ный.- по слогам произнес Оливка. И весь часовой переход до пещер Кир пытал Оливку вопросами и заодно докапывался до его речи. И добился своего. Под конец Нгра стал отвечать с длинными паузами, выстраивая предложения получше. А Кир разжился информацией, что Рассветный – большой город, с крупным рынком. Там можно было продать всё, чем богата местная агрессивная природа. И там же можно было купить и обувь, и одежду, и изделия из железа, и мыло. Лишь бы были деньги! Здесь были деньги! И книги! Ка-айф! Осталось самую малость - найти то, за что дадут много денег.       Где-то через полчаса ходьбы Кир заметил изменение ландшафта: крутые отвесные склоны сменились более пологими. В них стали появляться трещины, расселины, пещеры. Наконец, Нгра повернул и стал взбираться выше, по осыпающимся склонам. Они пришли.        Пещера была гигантская. Наверное, раз в двадцать больше логова. Да и не совсем пещера. Это была скорее трещина, почти смыкающаяся где то в вышине и раскалывающая гору пополам далеко вперед. Как будто по горе ударили гигантским узким топором. Их отряд прошёл ещё немного по пещере и вскоре Нгра остановился, постановив: - Тут. Камни. Кир растерянно огляделся. - Где? Вокруг были отвесные каменные стены, местами покоцанные.        Грых прошел чуть дальше, вынул из узкой щели мощные, тяжеленные кирки и принялся дубасить по каменной стене, отбивая глыбы. Когда Грых сделал паузу, Оливка с Хыком раздробили глыбы такими же мощными ударами и присев на корточки, стали копаться в осколках. Первым подскочил Хык, зажимая в ладони небольшой камень и подозвал Кира поближе. На плоском темном каменном сколе засияла темно-фиолетовая искорка. Кир пригляделся. Неизвестный Киру минерал размером с зернышко арахиса отливал сочной темно-фиолетовой космической глубиной, бликующей серебристыми искрами на изломах. Камень был что надо!       Кира затрясло от азарта. Он бухнулся на колени рядом с кучей и тоже торопливо зашарил по каменным обломкам. В этой куче они нашли еще один похожий размером камушек. - И что это? Они дорогие? – взволнованно поинтересовался Кир. А орки, задумчиво почесав затылки, пожали плечами. - В смысле? – обалдел Кир. - Вы не знаете, что вы нашли? Не, братва, а вы как их продавать собирались? Орки задумались. Похоже, такие вопросы в зеленых головах даже случайно не возникали. Наконец, Нгра разродился: - Ну, торговец да..м. Деньги взя.. возьму. Киру захотелось побиться башкой прямо об эту кучу. -Ой, бля! Считать не умеете, что за камни, сколько стоят - не знаете. Вас обманет первый же торговец, дубины! Орки уставились на Кира обиженными глазами. Похоже, до этого они считали свои планы отличными. Грых вдруг с мягкой интонацией спросил: - Кир хочет в город? - Хочу, - с подозрением уставился на него Кир. - Мы возьмем в город Кир. Ты поможешь камни торговать. - начала вымогать эта быстро всё смекнувшая клыкастая башка. Нгра с Хыком просияли, уставившись на Кира почти влюбленными глазами.        Кир усиленно соображал: в город очень хотелось, да и этих дебилов с драгоценностями он бы ни за что одних не отпустил. А тут ситуация в его пользу - нужно на законных основаниях требовать долю от камней. - Хорошо. От его ответа орки сначала заулыбались. - Но каждый пятый камень мой! - тут же притушил Кир их радость.        Грых посмотрел на Кира с подозрением. Нгра и Хык нахмурились. И принялись эмоционально совещаться на оркском, сволочи! Кир ничего не понимал и напряженно следил за их мимикой. Хык разговаривал взволнованно, часто указывая на Кира пальцем. Грых, прищурив черные глаза, что-то перечислял на пальцах. Нгра то согласно кивал, то отрицательно мотал головой. Наконец орки пришли к согласию.       В качестве переговорщика выступил Нгра: - Пятый камень много. Кир возьмет десятый камень. Кир, как серьёзный деловой эльф, начал торговаться: - Не, ребята! Вы без меня их продать не сможете! И внес встречное предложение: - Ладно, пусть каждый шестой камень будет мой. Нгра набычился. - Кир камни добыть не может. Нет камни - нет деньги. И с надеждой вопросил: - Киру каждый девятый? - Мне придется много работать: искать честного торговца, узнавать цену камней и много считать деньги! - сообразил Кир использовать значимый для орков довод. - Так что я согласен на каждый седьмой и точка! И потом, каждый из вас получит по два камня, - растопырил Кир пальцы, - а я один. Орки зависли, обдумывая непривычный в их отношениях вопрос деления добычи отдельно на каждого. Раньше они никогда ничего между собой не делили. Все общее. - Нет, - вдруг очень серьезно ответил Хык. - Мы племя. Мы вместе. Шесть камней нам. Один - тебе. Кира вдруг кольнуло острой завистью к их дружбе. Он бы тоже хотел стать частью такой сплоченности. Его добил Грых: - Кир, все камни - тебе. Ты - семья. Наш. Камни - Киру. Кир - наш. Оливка с Рыжиком активно закивали головой, подтверждая. Парень растерянно уставился на орков. В таком ключе он свои отношения с орками ещё не рассматривал. - В смысле семья? - невесело хохотнул он. - Усыновили, что-ли? Орки озадаченно замолчали, обдумывая, видимо, как описать статус Кира. - Я думал, я ваша добыча. Ну или пленный. - осторожно продолжил Кир, раздумывая, можно ли будет откупиться от орков из своей доли камней. Потом, конечно, после грамотного налаживания торговли. И тут вспомнилась очень важная часть орочьей жизни, которую Кир пропустил: - Я не понял, вы орчих себе искать не собираетесь, что-ли? А когда их приведёте, какая-нибудь ваша зеленая подружка прибьёт меня из ревности. И всё, Киру кирдык! Они, кстати, такие же здоровые, как вы? Крупнее меня, верно? И Кир и орки погрузились в размышления. Кир невесело раздумывал, успеет ли он присмотреть себе отходные пути до того, как сюда припрутся другие орки, неважно, бабы или мужики. И уж точно не собирался отдавать свою долю, купившись на должность главного казначея орков. Орки, казалось, вообще впервые задумались о возможности привести жён. Троица молчала, напряженно нахмурив лбы. Их уши временами шевелились, словно мысли, ползающие под черепушкой, задевали мышцы ушей. - Нет. Кир наш! - упрямо и угрюмо заявил Хык и зачастил, напрочь забыв про правила речи: - Кир семья. Хотеть другой забрать Кир - я убить другой. Всех убить - орк, людь, эльф. Кир мой! -Кир наш. - непререкаемо поправил его Нгра. - Вы что, меня отпускать не собираетесь? - воззрился на них эльфыш, по-детски наивно надеявшийся от троицы когда-нибудь отвязаться. - Нет! - слаженный ответ прозвучал хором. Орки смотрели на Кира с твердолобым, непререкаемым упрямством. - Ещё посмотрим! - негодующе огрызнулся парень. Орки посмурнели, тихо о чем-посовещались, исподлобья посматривая на Кира. «Блин, ща доболтаюсь. Вспомнят, что силищи до хрена, треснут один раз и все, блядь, будешь для них все за бесплатно делать» - встревожился Кир. А Грыхово по-лисьи хитрое предложение распоряжаться всеми добытыми камнями, чтобы эльф остался в племени, почти восхитило Кира изворотливостью. Парень решил отложить неожиданно осложнившийся вопрос: - Я подумаю. Сейчас ничего не могу ответить. Орки расстроенно повздыхали и вернулись к работе. Кир принялся обтесывать два камушка от пустой породы, колотя ими по скале. Нгра его остановил и протянул молоток. С инструментом дело пошло лучше. И к моменту, когда орки надолбили и покрошили еще одну приличную кучу, Кир эти камни обтесал почти начисто. Так и продолжили работу: орки дробили руду, Кир азартно выискивал фиолетовые отблески. А затем отчищал найденное от шлака. Самая первая куча оказалась и самой удачной. К вечеру они нашли еще три камушка. У Кира болели руки, плечи. Пару раз он неудачно заехал молотком по пальцам. Но он был доволен, катая на ладони пять искристых минералов. Обратно в Логово Кир плелся на чистом упрямстве. На полпути, не слушая Кирино гордое: «я сам», Рыжик подхватил его на руки и остаток пути Кир проехал на его плече. Половину усталости смыла прогретая вода озера и Кир еще довольно бодро развешал одежду на просушку и поужинал. Но на лежанку он уже заползал из последних сил, даже не огрызаясь на игриво скользящую по попе ладонь Рыжика. «Ну вас нахуй!» - устало думал Кир, уплывая в сон под ласковыми поглаживаниями. «Сами разбирайтесь со своими стояками. Жили же вы как-то без меня.»       На следующий день Кир проснулся с трудом. Орков уже не было и Кир, покряхтывая, выбрался на лужайку перед пещерой. Руки и плечи болели. Молотком Кир вчера намахался от души. Утро было поздним. Орков вокруг видно не было и Кир решил, что они сегодня ушли за камнями без него. Кир отправился к водопаду. Там его, разомлевшего в теплой водичке, и отыскал решительный Нгра. -О! - лениво приоткрыл Кир один глаз. – Я думал, вы уже за камнями ушли. Нгра молча подхватил Кирино запястье и потянул в рот его пострадавшие от молотка пальцы. Посасывающее скольжение языка по подушечкам пальцев подняло волну мурашек. Кир распахнул глаза, всматриваясь в склонившегося над ним Нгра. По сгустившемуся возбужденному напряжению было понятно: Оливка пришел за долгожданным сексом. Кир поднялся, покорно заходя за Оливкой поглубже в воду. Нгра не торопился, уверенными неспешными ласками одаривая эльфа, смакуя, наслаждаясь его отзывчивостью. Растягивал медленно, настойчиво возбуждая, заставляя жадно льнуть к нему, просяще потираться о гладкое сильное тело. В этом первозданном раю Кир послал подальше свои страхи и предубеждения и решил брать все хорошее, что ему попадется. А с Нгра ему будет хорошо. И когда орк, уведя его на мелководье, опустившись, привалился спиной к камню, Кир с жадной торопливостью забрался на него сверху. Так Киру нравилось даже больше: было чувство доминирования, главенства, ведь инициатива почти полностью переходила Киру. Пока Кир верховодил, Оливка оглаживал ладонями его ноги, спину, плечи, словно боясь обделить лаской какой-нибудь кусочек тела. Только быстро кончить не дал, паразит. Растягивал удовольствие максимально, то намертво зажимая бедра, не давая распаленно матерящемуся Киру двигаться. То очень аккуратно пережимал ему член, заставляя снижать темп. Кир в такие моменты от вредности отвешивал Оливке тумаков – куда попадал - то в железобетонный пресс, то по коварно зажимающей член ручище. Орк в такие моменты только самодовольно ухмылялся, жадными глазами считывая все реакции Кира. Когда Нгра, наконец, сжалился, Кира накрыла особенно долгая лавина сладких спазмов. «Скотина, дорвался – затрахал совсем», - лениво думал Кир, обессиленно валяясь на Оливке.       Следующий месяц их компания провела в усиленной добыче. Но честно говоря, нормальных дней добычи камней набиралось примерно две недели из четырех. Во-первых, периодически приходилось прерываться на поиски еды. Во-вторых, через каждые два-три дня орки по очереди проводили активные постельные забавы с Киром. В такие дни они либо приступали к работе почти в полдень, либо вечером сворачивали работу раньше. И пока счастливчик проводил время с Киром, двое оставшихся обустраивали их общий быт. Подтолкнул их к этому Кир, которому надоело каждое утро вставать на холодный каменный пол пещеры. Сначала он укрывал пол широкими листьями, но они слабо спасали от прохлады каменного пола. Тогда Кир вспомнил про плетеные коврики и решил попробовать сплести что-то подобное. Благо, ползучих лианоподобных растений в лесу хватало. Кир принялся таскать к логову длинные гибкие лианы, срезая их по пути из пещер. Орки с любопытством наблюдали за Киром, пока Хык не пристал с вопросами: - Кир, собираешь ветки к костеру? -Правильно будет: собираешь ветки для костра. Нет, я хочу сплести циновку. - Что такое циновка?- допытывался Рыжик, порадовав Кира правильно построенным вопросом. - Это такой коврик. Ну как шкура, только из веток. Пол в пещере холодный. Ноги мерзнут. Хочу постелить в Логове.       Похоже, разговор Хык сразу пересказал остальным. И пару дней их компания ходила за камнями в усеченном составе: Нгра куда-то пропал. И пришёл на третьи сутки с гигантским свертком на плече. Пораженному Киру была предъявлена почти идеально прямоугольная шкура. И Кир озадачился, не сумев определить, что это. Не мех, не змеиная кожа, не кожа какого-нибудь носорога. Да это вообще не было похоже на кожу! Кир погладил пальцами толстую плотную светло-зеленую поверхность, разлинованную коричневыми полосами. Под руками сминались короткие толстые ворсинки, ощущения от которых Кир никак не мог идентифицировать. Жестче, чем мех или нитки, мягче, чем кожа. Ворсинки упругие, упрямо поднимаются, как бы Кир их не мял. И очень приятное ощущение почти бархатной волны под руками. - Что это? - Шкура. - Чья? - Беззубой змеи. После подробного допроса, Кир сообразил, что такое «беззубая змея». Оказалось, гусеница! Местная гусеница, гигантская, прожорливая, безобидная, но плодовитая. И орки даже специально их убивали, контролируя популяцию. Если учесть, что шкура была примерно метр на два с половиной, Кир подумал, что на земле такая ползучая саранча оставила бы голую планету. И попутно содрогнулся от видения армады пожирающих всё зеленое гусениц: насекомых он недолюбливал. Шкура гусеницы очень Киру понравилась: теперь по утрам стопы зарывались в бархатные ворсинки, а не натыкались на холодные щербинки каменного пола. Кир насел на орков с требованием, чтобы они все шкуры убитых гусениц приносили в логово. -Все? Зачем все? Беззубых змей много. И маленьких много.- недоумевали орки. - Все!- свирепо настаивал Кир. - Шкуры тяжелые. Много не можем нести. Далеко.- отговаривал Грых. - Сколько много? Нгра растопырил свои пятерни, немного подумал, напряженно шевеля ушами и выдал ответ: - Двадцать. Двадцать пять. Больших пять. Остальные маленькие. Кир прикинул, что действительно, добыча шкур может отнять у них целую неделю. И снизил требование: - Ладно. Тогда принесете мне все большие! Орки дружно облегченно выдохнули. Кир даже заулыбался: если бы он не передумал, у орков даже мысли не было не выполнить его требование. На этом вопрос закрыли, потому что на следующую «зачистку» местной гусеничной саранчи идти нужно было только через два месяца. Собранные Киром лианы всё же не пропали. Грых сплел из них хоть и кособокую, но вполне крепкую корзину без ручек. Кир пристал к орку с требованием научить и его. Польщённый вниманием Грых терпеливо показывал плетение и через неделю Кир сплел свою: меньше раза в три. Толстые лианы, которые предпочитал орк, для Кира были неудобны. Поэтому его корзина, сплетенная из молодых тоненьких прутьев, вышла изящнее.       Через три недели в этой корзинке, торжественно установленной в неглубокую нишу в Логове, покоилось тридцать два минерала.       Орки начали готовиться к походу в город. Грых вечерами натачивал топоры. Хык, сильно удивив Кира, доставал куски ткани и шил Киру новые штаны. Старые уже зияли дырами. Шил он костяными иглами. Рыбьи- понял Кир, рассмотрев иглы поближе. И очень непрочные - Хык сломал две, пока шились штаны.       Кир же пока ничего не мог сделать, и его это бесило. Идеи теснились в голове, руки чесались всё попробовать, но не было инструментов!       Кир хотел смастерить себе новые мокасины из толстой гибкой коры одного дерева, использовав её как подошву и обшив кожей поверху. Но у него не было шила! Как продырявить дерево и кожу по-другому, Кир не знал. Нужны были иглы. И не костяные - Кир поморщился, вспомнив их хрупкость.       Нужны были ножи. Кир уже замучился отпиливать лианы острыми гранями камней. Оркам хорошо - они играючи использовали свои массивные топоры, с одинаковой виртуозностью и срубая толстые деревья и аккуратно разделывая даже мелкие куски дичи. А Киру был жизненно необходим свой, по руке, крепкий нож. И даже два. На всякий случай.       А ещё Киру в последнее время страшно хотелось молока. Однажды ему даже приснилась запотевшая банка с холодным молоком. Кир сам себе пообещал, что в городе упьётся молоком, прям досыта.        Список того, что собирался набрать в городе Кир, рос. Но сначала нужно было продумать, как с наибольшей выгодой продать камни. Кир уже прикинул, что ни в коем случае не полезет сразу разбираться с камнями. У орков были и другие товары на продажу: три, высушенные с огромными предосторожностями, рыбы-яд. В один мешок они собрали уже пятнадцать серебристых меховых шкурок, которые тоже ценились в городе. И, как вишенку на торте, небольшой мешочек пузатых белых орешков, которыми орки частенько угощали Кира после особо трудоёмких дней. Кир думал - просто вкусные орехи. Оказалось, эти орехи по ценности стояли даже выше, чем земные корень женьшеня или мумиё. Они придавали сил и здорово ускоряли выздоровление больных. Платили за них очень хорошо.       Вот с этих щедрых даров местной природы и решил Кир начать продажу. А когда они разживутся первыми деньгами, Киру было необходимо купить местную приличную одежду. Оборванцев всерьёз никто воспринимать не будет. Да и после этого нельзя переться к торговцам с драгоценными минералами. Кир планировал отыскать ювелирные лавки и сначала посмотреть, есть ли там подобные и сколько они стоят в готовых изделиях. А все эти планы за один день выполнить не получится. Значит, нужно где-то переночевать.       Грых на Кирины озабоченные вопросы по поводу ночевки легко отмахнулся: - В городе есть брат орк. У него трактир и комнаты. Там будем жить. Кир очень тяжело вздохнул, успокаивая взметнувшееся внутри бешенство. Как же тяжело с этими громилами, от которых важная информация всплывает вот так случайно, мимоходом. Кир всё таки не выдержал и рыча, отпинал кучу сушившихся под солнышком шкур, выпуская пар.        Орки держат трактиры! Здесь есть гостиницы! У его орков есть хорошие дружеские связи с другими! И все эти важные, сука, детали Кир бы не узнал и ходил, ломал голову, что там и как.        Грых на Кирины вспышки гнева никак не отреагировал. Орки вообще к Кириным ору, крику и гневу относились очень спокойно: внимательно слушали суть претензий и исправлялись. А Грых вообще одобрял, приравнивая злость к силе. Но всё кардинально менялось, стоило оркам услышать в Кириных криках нотки страха или испуга. Прибегали все, кто находился поблизости. Для них страх равнялся опасности. Напуганный Кир автоматически притягивал к себе встревоженных орков.       Зато от бодрого, выспавшегося Кира орки иногда шустро разбегались сами, потому что математика вперемешку с уроками правильной речи - это вам не камни дробить, это пострашнее! На рассвете неизвестно какого дня недели и лишь орочьим богам известного года из Логова в город отправилась груженая компания из трех орков и одного эльфа. По намертво закрепленному правилу в середине отряда шагал загорелый Кир, одетый в новые штаны, старые потрепанные рубашку и мокасины. Голову он повязал банданой на пиратский манер. Часть отросших волос по бокам заплел в две тонкие косички, чтобы не лезли в лицо, перевязав их кожаными шнурками. Эльф, сильно окрепший с момента знакомства с орками, нес свой мешок легко. Еще бы! Работа по добыче камней укрепили бицепсы, слегка развилась грудная клетка и плечи. Долгие пешие переходы до пещер и обратно преобразили ноги, превратив в гармоничные, перевитые мускулами сильные ноги легкоатлета. Самая лакомая часть для орков - задница - манила зеленомордых, крепким орешком перекатываясь под грубой тканью. Орки в своих мешках несли шкуры, орехи, укутанных в несколько слоев из листьев, ядовитых рыб и в маленьком мешочке, спрятанном получше и поглубже в мешок, драгоценные камни.