Осколки души

Я сижу у дороги и молча считаю шрамы. Мчатся машины по выжженной полосе. Шрамов немало. Но, согласно законам кармы, Я заслужила все. В. Вереск

***

Иногда так сложно жить новой жизнью, перестав при этом вспоминать о прошлом, которое везде преследовало меня словно тень. Оно оставило свои кровоточащие раны на моей душе. Следы от его когтей сжигали мою жизнь, не оставляя в ней даже пепла, из которой можно было бы восстать. Даже толика надежды. Даже крупинка веры. Лишь неосязаемое чувство опустошенности. Как сложно сбежать от того, что было смыслом этой проклятой жизни такое долгое время. Что заставляло наконец прочувствовать её, как нечто невообразимое. Наверное именно это заставляло меня в такие моменты забыть обо всех кошмарах и вновь окунуться в воспоминания, которые бились об стены моих мыслей, заставляя трепетать и задыхаться. Не как в кошмарах. Нет. Они были маленьким лучом света, который заставлял бежать за ней в темном тоннеле нескончаемых страхов и ужасов. И, наверное, лишь лучик света, мирно посапывающий рядом со мной заставлял меня верить в то, что все плохое имеет право быть забытым. Хотя бы на ту самую толику времени. Спустившись вниз, приготовила его любимые панкейки. Шоколадные. Смотреть в его горящие глаза, когда он их съедал сегодня у меня не получилось. Нужно было пойти на работу. И пообещав себе вернуться пораньше и приготовить его любимую пасту, переоделась и поцеловав его в лоб, вышла из дома. Сидя в такси и наблюдая за окружающим миром, за окружающими людьми, которые куда-то спешили даже в такую рань, думала о том, насколько сильно может измениться жизнь за одно мгновение. Насколько сам человек может измениться за тот миг. Во мне давно не осталось ничего ангельского, каковым считали меня абсолютно все. Ангел. Она давно умерла. Этого ангела я похоронила там же, где сейчас похоронена Дженнифер Стаффорд. Её больше нет. Ни ангела, ни Стаффорда. Все эти 5 лет я винила себя за всё, что сделала. Но... ни минуты не пожалела. Даже в самую отчаянную ночь. Даже в самые худшие дни. В тот день я решилась оставить того самого человека, которого не просто любила. Которым дышала. Которым жила. Оставила любимого, потому что больше не могла. Та девочка, которой даже развод родителей стал таким большим ударом, что и сейчас живет с огромной раной на душе, не могла жить так, как жил он. Я полюбила совсем не того мужчину. Полюбила тёмного, яростного, но любящего и преданного человека. Его жизнь, полная смерти и злости. Его жизнь, в котором каждый день умирал хоть один человек. В котором каждый прожитый день стоил вечности, потому что мог быть последним. Столько крови в руках тех, кто не имел никакого права проливать её. Моя спокойная жизнь, под куполом любви и доброты, рухнула именно в тот миг, когда я впервые посмотрела в те чарующие голубые глаза. Но ведь я согласна была. Все преграды, все убийства, вся злость и смерть. Я согласна была всё это пережить, только потому что верила, что он был другим. Видела ведь. Чувствовала. Я, та которая выросла в любви и ласке матери, в защите и доброте отца. Та, у которой никогда не было даже нелюбимых людей в этой жизни. Росла под светлыми лучами солнца. В своём мире, где не было даже тени плохого. Я готова была. Ради него. Даже если мне приходилось умирать каждый день и возрождаться. Даже если каждую ночь я просыпалась от кошмаров. От пролитой крови. От страха за его жизнь. Даже если каждый мой шаг стоил мне каждого мгновения моей жизни. Когда рядом с тобой умирают люди, начинаешь ценить каждую секунду. Сколько бы страха во мне не было, любовь всегда побеждала. Слишком сильно я его любила, чтобы оставлять его одного в этом мире, где не было ни света, ни любви. Но сделала. Ради него сделала. Ради того монстра, который просыпался внутри него с каждым днём. Ради того, кем он становился, даже если когда-то ненавидел эту свою сторону. Ушла. Бросила. Знала, что заставляю его страдать. Биться головой. Сгорать от потери. Знала, что он не переживет. Слишком сильно он меня любил. Знала, что ломаю его. Хорошо знала. Понимала. Принимала. Но не пожалела. Ни его не пожалела, ни себя. И о решении не пожалела. Так было правильно. Ради него. И знала, что никогда не пожалею. Не вернусь. Теперь уже ради того, кто сейчас спал в том самом доме, где появился свет. - Прости, что так рано тебя вызвала, - Мия спешно шла по направлению ко мне с обеспокоенным взглядом, - Но кроме тебя, никого и не могла. Понимаешь же... - Неважно, - я успокаивающе погладила ее по руке, - Я всегда готова помочь. Ты же знаешь. - Знаю, - облегченно выдохнула и посмотрев мне в глаза, прижала к себе, - Тебя, наверное, ангелы отправили, да? Скорее всего, ты одна из них. Так и знай. - Хватит, - я грустно усмехнулась, пряча лицо в её плече, - Я всего лишь согласилась тебя подменить. Ничего ангельского здесь нет. - Как скажешь, - в её объятиях было легко. Спокойно. Она ведь всегда так поддерживала меня, а я всегда готова была помочь, - Ты же только мне помогаешь. И ничего доброго никому не делаешь. Как скажешь. Как наш сердцеед, м? Наверное, сложно было оставлять его в свой выходной. - Молчи, - легонько ударила её по спине, в тот момент когда из неё вырвался смешок и укоризненно посмотрела на Мию, - Раз уж ты вытащила меня в такой день, так уж молчи. Отдыхает он. Выходной же. Пусть поспит. Позже позвоню и узнаю как он там. А ты иди уже. Передай мои поздравления своей сестре. - Хорошо-хорошо. Побежала я, - чмокнула меня по щеке и подарив благодарное объятие, умчалась прочь. Я любила свою работу. В ней было столько всего, что успокаивало меня и заставляло чувствовать себя именно там, где должна быть. Ведь именно этим я и занималась всегда и хотела заниматься. Переодевшись в форму, пошла навещать остальных. Работала я в благотворительной клинике. Здесь были те, кто нуждался в помощи. С разными заболеваниями. С разными судьбами. Одинокие. Брошенные. Бедные. И даже богатые. Те, кто нуждались в том, чтобы за ними ухаживали. Таких клиник в мире было очень мало. Много богатых семей делали пожертвования в нашу клинику. И многие из них сами лежали здесь. Иногда наблюдая за ними, начинаешь осознавать, что твоя жизнь не так уж и пропитана отчаянием. В моей есть тот, кто все ещё дарит ему смысл. А я пыталась дать тот самый смысл тем, кто лежал здесь. Их взгляды, всегда потухшие, все время стояли перед моими глазами. Некоторые были уже стары, а некоторые были так молоды, что только начинали жить. Это место. Эти люди. Они стали мне ещё одной семьей. У меня она никогда не была полноценной. В какой-то период всегда кто-то отсутствовал. Но настолько я привыкла уже к этому, что научилась жить с этим. Без этого никак. Нельзя быть абсолютно счастливой. И даже после стольких потерь и страданий, я не могла позволить себе увязнуть в болоте горя. Нельзя было мне. Не сейчас. И не в будущем. Теперь уже у меня не было права на это. - Ты как всегда ранний соловей, Аманда, - с лучезарной улыбкой, насколько могла, вошла в комнату к женщине средних лет. Ещё давно лет 10 назад, она попала в серьезную аварию, последствием которого стало её инвалидность. У неё никого не было. Был только отец, который до своей смерти оставил её здесь. Её глаза цвета ночи, всегда смотрели на всех слишком внимательно. Искали во всем подвох. Она была из богатой семьи. Отец её был крупным бизнесменом. Юную Аманду, которая так давно уже сидела в инвалидном кресле немало пытались обмануть ради денег её папы. Пытались жениться, чтобы её состояние досталось им. Она каждый раз со смехом рассказывает об несостоявшемся женишке. О том, как она раскрывала их истинное лицо отцу. Может она и была молодой, но никогда не была глупой. Всегда принимала своё состояние. И всегда смотрела правде в глаза. Только не отец. Он всю жизнь пытался вылечить её. В каких странах и клиниках она не была. Он не свыкся. Пытался вернуть её к жизни. К друзьям и родным. Но она все больше и больше отдалялась от всех. И ни с кем не общалась, кроме него. В последние дни его жизни он привёз её к нам в клинику. В нем больше не было сил. И последнее его желание было, чтобы его девочка не осталась одна. Чтобы хоть где-то за ней смотрели и были рядом. Я помню как она пришла в первый раз. Это было больше 4 года назад, когда я сама впервые сюда устроилась. В её чёрных глазах было столько решимости и храбрости. Будто она никогда не теряла надежду. Или может никогда и не надеялась вовсе. И тогда мы с ней пообщались до вечера. Не знаю, что её тогда заставило довериться мне. Потому что только со мной она тогда заговорила. Когда я спрашивала её об этом, она говорила, что увидела в моих глазах сильную искреннюю боль. И как отчаянно я пыталась её скрыть. Она рассказывала о своей жизни до аварии. О том, как в тот день потеряла любимого человека и перестала жить. И как ни странно, я впервые решилась рассказать свою историю совсем незнакомому человеку, которого не знала даже дня. Ни осуждения за принятое решение, ни одобрения я от неё не услышала. Лишь молчание. Молчание, поглотившее нас обоих. Наверное, оба сидели и думали чья участь оказалась страшнее. Я была уверена, что её. В этом мире я не была столь одинока, как она. Не была столь отчаянна от жизни. Не теряла любимого. Не теряла здоровье. Но та улыбка, которой она меня в тот день одарила... Будто говорила, что не зря выбрала меня. Будто моя боль не намного меньше её. Но я до сих пор не соглашаюсь с ней. Молчу. Пусть думает так. Пусть думает, что в этом мире есть ещё одна такая же женщина с горечью и безысходностью. Чья судьба так же несправедливо обошлась с ней. Даже если во многом случившемся вина лишь моя. Мои решения привели меня к кошмарам. Мои слова привели меня к страхам. Мои чувства заставили меня сделать больно самой себе. В этой женщине была столько сил, несмотря на её состояние, что я с каждым днём все больше и больше стыдилась быть слабой. Стыдилась проиграть самой себе, в то время, как она побеждала саму судьбу. В то время, как она лишилась самого родного ей человека, мне было стыдно ломать себя из-за того, что я сама решилась бросить его. Мое решение было правильным. Оно было нужным. Оно не было таковым, чтобы за него нужно было плакать. Может этим я заставила умереть не только саму себя, но и его, но в правильности этого решения я не сомневалась никогда. Потому что оно спасло не только меня. Но и того, кто сейчас был рядом со мной. Кто дарил мне настоящую жизнь. - Я не спала, - тихо прошептала Аманда, отрывая взгляд от окна и смотря на меня. Под глаза пролегли круги. Лицо было слишком осунувшимся и бледным. Я так сильно заволновалась, что даже руки вспотели. Села рядом с ней и взяла её руки в свои, - Не думала, что ты придёшь сегодня. - Пришлось заменить подругу, - она улыбнулась мне и покачала головой, - У неё сестра выходит замуж. Подготовки и всё такое. - Ты слишком добрая и наивная, дорогая. А твоё самопожертвование приносит пользу всем, кроме тебя, - она смотрела в мои глаза слишком открыто и укоризненно, отчего я даже смутилась. Мне все говорили это. Говорили, что нужно уметь думать не только об остальных. Но я уже сделала это. Самый большой шаг в моей жизни. Я тогда не подумала о самом любимом мужчине в моей жизни, но нельзя сказать, что и подумала о себе. Так было нужно, - Ты же хотела провести этот день со своим единственным. Опять будешь сидеть и звонить ему каждый час. - Неважно, - я махнула рукой, в то время, как в комнату принесли завтрак. Взяв поднос и поставив перед Амандой, указала глазами на еду, требуя беспрекословное выполнение, - Сегодня мама должна была приехать. Наверное, она уже здесь. Развлечет его, пока не вернусь. - Ты его очень сильно оберегаешь, знаешь? - мое требование все таки выполнили и начали есть завтрак, при этом осуждено смотря мне в глаза, - То, что с тобой случилось в прошлом не должно влиять на него и на твою уже новую жизнь. Тогда от того, что ты решилась сделать 5 лет назад не будет толку. Если ты продолжишь жить прошлым и не отпустишь его. И кошмары твои не прекратятся. И не смотри на меня так удивленно. Не только я не засыпаю ночами. - Я... - сглотнула ком в горле, вспоминая про свои сны и про прошлую жизнь. Они колом вонзались в мое сердце. И каждый раз от воспоминаний, говорить было все сложнее и сложнее. И слабой казаться не хотелось. Особенно Аманде, - Дело не только в страхах, которыми я жила. Я ведь не всегда так жила. Даже если и страх был так велик, моя любовь была больше. Наверное, именно в этом дело. Мне сложно отпустить прошлое, Аманда. Кажется, что без него пропадёт весь смысл моей жизни. Как бы я не боялась, я слишком дорожу им, чтобы так легко отпустить. - А ты и не отпустишь его легко, - её руки накрыли мои, сжимавшие простыню. В то время как глаза мои были направлены в голубое небо, в котором уже пробирались лучики солнца, - Но ты приняла своё решение. Это решение повлияло на столько судеб. На того, кого ты оставила в том самом прошлом. На тебя. На того, ради кого сейчас бьется твоё сердце. На всех твоих родных и близких. Ты захотела сделать счастливым одного человека. Подарить ему ту жизнь, взамен того, которого лишила его. Именно ты приняла это решение. И груз его на твоих плечах. Я знаю, ты считаешь себя слабой. Считаешь, что могла бы остаться там и продолжить жить рядом с ним, поддерживая его, несмотря на всю кровь на руках той семьи и окружающих. И в один день стать такой же жертвой, которые были до тебя. И ты бы, несмотря на свой страх и безысходность, смирилась бы с этой участью и не пожалела бы. Умерла бы ради своей любви. Но... Но ты пошла по другой дороге. Ты выбрала другой путь. Ты этим не спасла ни себя, ни его. Но и оставшись ты бы не спасла никого. И ты не жалеешь. Я знаю. Но ты все ещё живешь теми днями. Ты покинула то место, но в твоём сердце оно осталось. Тебя оно не покинуло. Ты оставила тех людей, но все ещё держишь их здесь, - она опустила руку мне на область сердца, смотря на меня слишком открытым взглядом, - Ты имеешь на это право. Храни их здесь. Пусть они займут тут своё место. Они были очень дороги тебе. Ты не должна из забывать. Но и все время жить ими и думать только о них нельзя. Ты сделала их смыслом всей своей жизни. Забыла о себе. И пока так будет продолжатьсяпродолжать свой путь ты не сможешь. Просто застрянешь в том дне, когда ушла с того места. И не спасёшь ты его. И он застрянет с тобой. Он будет для тебя лишь напоминанием твоего выбора, твоего решения. Ты не сможешь подарить ему счастливую жизнь, пока сама хотя бы не попытаешься отдалиться от прошлого. Наверное, у неё закончились слова, а у меня их и не было. Я лишь впитывала то, что так тщательно засовывала в себя несколько лет. Эти слова... Они всегда были в моих мыслях. Ещё в тот день я поняла, что единственный мой выход состоит не только в том, чтобы уехать, но и отпустить. Всегда понимала, что без этого толку от моего ухода не будет. Да, жизнь перестанет висеть на волоске. Угроз, крови, оружия не будет. Не будет риска. Спокойная жизнь без страхов и смертей. Такая, о которой я всегда мечтала. Но какая разница, если моя душа всё ещё живет там. В своём прошлом. О каком счастье может идти речь, если я все ещё чувствую себя тонущим судном. Если у меня не получается починить свои трещины, а я так и продолжаю идти под воду. Если все раны на моем сердце продолжают влиять на мою жизнь. Какая разница в какой воде. Даже если на суше. Судно останется с теми же трещинами. Или потонет. Или больше никогда не сдвинется с места. Весь оставшийся рабочий день прошёл будто в тумане. Несколько раз позвонила ему и долго-долго просила прощения за то, что пришлось уйти в такой день. Несколько раз разговаривала с мамой, которая готовила свой фирменный яблочный пирог и уже перекармливала его. Я была рада, что мама приехала. Она мне очень сильно помогала, когда я решилась покинуть Ирландию. Я жила с ней столько времени. Приходила в себя. Настолько все было сложным. Будто мир вокруг перестал существовать. И только благодаря ей и тому, кого она сейчас так упорно кормила, я смогла выжить. Смогла сломить своего любимого мужчину. Смогла сломить себя. Навестив ещё раз всех, решила пойти домой. Я обещала прийти раньше. Наверное, он меня ждёт. Брови нахмурил. Скрестив руки, будет стоять у порога. Мой любимый и родной. Попрощавшись со всеми и пообещав Аманде завтра выйти с ней на прогулку, решилась быстрее уйти. Дома я оказалась быстрее, чем предполагала. Уже побежала в сторону крыльца и собиралась позвонить в дверь, как на мой телефон пришло сообщение. «Нам надоело тебя ждать. Пошли гулять. Будем поздно, раз уж ты променяла нас на работу. Покушай и ложись спать. Не скучай, дорогая. Мама» От отчаяния глубоко вздохнула. Открыла дверь ключом, а вокруг была темнота. Даже есть не хотелось. Только теперь до меня начало доходить, как сильно устала. И его рядом не было. Обняла бы. Поцеловала. И может вся усталость прошла бы. Если бы так же я могла излечиться от всего, что пережила. Если бы могла так же легко начать вновь жить. « - Ты ведь всегда говоришь мне, что я не такой, каким пытаюсь казаться, - он медленно наклонился к ней лицом, выдыхая прямо ей в губы, - Откуда тебе знать такой я или нет? - Я... - она сильно нервничала. Кусала губы, тёрла рукава свитера, не смея поднять свой взгляд и посмотреть в его бездонные глаза, - Я не говорила, что знаю. - М? - он удивленно уставился на неё, умиляясь тому, как сильно она нервничала. Кусала свои пухлые губы и не показывала ему свои карамельные глаза. - Я... Я чувствую, - так тихо прошептала, что даже сама не расслышала. Но, главное, он услышал. Так и застыл на месте, переваривая её слова. А потом как-то все стало неважно. - Чувствуешь значит? - он коснулся руками её подбородка и поднял её лицо, наконец позволяя себе увидеть эти прекрасные глаза с медовыми искрами. А взгляд такой открытый и наивный. Сколько невинности и чистоты было в ней. Он каждый раз боялся даже посмотреть на неё, думая, что может испачкать столь чистое создание своей темнотой. В этот раз не смог устоять. Она была столь желанна, что сводила с ума. Прекрасна, будто настоящий ангел. Мгновение и впился своими губами в её мягкие губы. Пил её дыхание, её ощущения. Целовал так неистово и страстно. Не мог сдержать. Его чувства нахлынули с головой. Обняв за талию, притянул к себе так близко, что каждой своей клеткой, каждым атомом чувствовал её. Падал в бездну без права на спасение. Слишком глубоко она уже проникла. Теперь не отпустить...» - А ты ведь мне обещал, - тихо прошептала, падая в оковы сна. А перед глазами были глаза цвета моря. Глаза, подарившие столько счастья и любви. В то же время страха и отчаяния. Перед глазами были глаза, ради которых я готова была погубить себя. Но не сделала, - Ты обещал мне совсем другое...