Всего один сентябрь

Стоило Илье появиться в фойе школы, как возле него уже оказался Эдик со всеми новыми сплетнями. Впрочем, какие сплетни могут быть в первый учебный день? Разве что только одна. — А у нас новенький в классе, — Эдик намекающе приподнял брови и чуть понизил голос, пытаясь нагнать драмы и таинственности: — И он занял твоё место, прикинь? — И что? — спокойно пожал плечами Илья, шагая в класс. Его личный водитель не знал о том, что Московский проспект в очередной раз перекопали дорожники, поэтому ему пришлось объезжать пробку узкими улочками — и из-за этого Илья едва не опоздал в школу. Но всё же не опоздал, у него оставалось ещё пять-десять минут на то, чтобы взглянуть на новенького. Тот не представлял из себя ничего особенного: короткие тёмные волосы, обычная футболка с абстрактным принтом, обычные тёмно-синие джинсы, какими торгуют в каждом втором магазине одежды, обычные кроссовки, даже не дизайнерские… Илья коротко оглядел нового одноклассника и подошёл ближе: — Ты занял моё место. — Как скажешь, — спокойно ответил тот, поднимаясь. Илья нарочно встал близко к парте и выставил локоть, чтобы задеть новенького, но тот легко и неспешно проскользнул мимо, не попавшись в очевидную ловушку. «Попробуем по-другому», — на мгновение прищурился Илья, изучая взглядом его походку и манеру двигаться. Новенький ему точно не нравился — слишком уж независимо он выглядел; так, словно его совершенно не интересует, кто главный в этой школе. А отец Ильи, один из самых влиятельных бизнесменов Чернореченска, всегда говорил, что таких людей нужно либо склонять на свою сторону, либо ломать сразу же, не позволяя им высказывать независимое мнение. И у Ильи не было повода не доверять его словам. Ещё раз изучив взглядом новичка, он принял решение и негромко сказал Эдику: — Встретим его на крыльце после уроков и поговорим. И Егору позвони, пусть подходит к двенадцати. Эдик довольно хмыкнул, покосившись на новенького парня, ещё не знающего, что за сюрприз ему подготовили. Егор был одним из тех, кому Илья звонил, когда хотел кого-то избить или сильно припугнуть. Ещё бы — двадцатилетний ПТУшник с пудовыми кулаками и отточенными в уличных драках рефлексами был серьёзной угрозой почти для каждого, кто переходил дорогу «королю школы». — Поздравляю вас с началом нового учебного года, — в класс словно ураган ворвалась пожилая физичка Анна Владимировна. — Не будем терять времени, у нас аттестация на носу, так что достаём учебники и тетради… Переписывая из учебника очередное определение, Илья скосил глаза на новичка — тот чувствовал себя довольно вольготно: не зажимался от незнакомой обстановки, но и не разваливался на стуле в показной независимости, как это делали некоторые другие. Он выглядел совершенно спокойным, что ещё больше укрепило Илью в принятом решении — обломать его сразу же, не дожидаясь, пока он обвыкнется в новом классе. Всё-таки с «королём школы» нельзя не считаться, и он намеревался в очередной раз доказать это не только новому однокласснику, но и всей своей компании, «своре», как он презрительно их называл. А как иначе — разве нужен был бы Илья хоть кому-нибудь из них, если бы не имел отца-бизнесмена, владельца едва ли не самого крупного строительного бизнеса в Чернореченске? Именно от него Илья набрался знаний, как поставить себя так, чтобы все окружающие его уважали; именно благодаря отцу он стал не только королём школы, но и авторитетом ближайшего района — его знали все и мало кто решался пойти против него. Последним, четвёртым, уроком в этот день была физкультура — что позволило ему оценить физическую форму новичка. Тот выглядел весьма неплохо — в меру подкачанным, словно бы не один раз в неделю ходил в тренажёрный зал, но и смотрелся он достаточно естественно, без нарочито бугрящихся бицепсов и квадратных икр. Илья даже подумал о том, что неплохо было бы наверстать упущенные за лето тренировки, которые он пропускал ради отдыха на элитных турбазах или поездок по Европе. Зато перед уроком, пока весь класс переодевался в спортивную форму, он сумел заметить кое-что необычное — на груди нового одноклассника висело затейливое украшение: небольшой серебристый треугольник с каким-то выбитым на нём рисунком. Ему не удалось рассмотреть, что именно там было выбито — парень снял одну футболку и тут же надел другую, — но Илья был слишком любопытен, чтобы не обратить на это внимания. На крыльце школы его уже ждали — бессменный подлиза Эдик; каланча Егор, выделявшийся ростом даже среди одиннадцатиклассников; ботан Никита, делающий для Ильи домашние задания в обмен на защиту; Ванёк, сын одного из друзей отца Ильи; Дёма и Тёма, близнецы-десятиклассники; и Лерка. Илья на мгновение скривился, заметив её, но тут же сделал нормальное лицо, не показывая эмоций: Лера изо всех сил пыталась хоть как-то привлечь его внимание, даже во всеуслышание объявляла себя с Ильёй парой, но в действительности он просто терпел её возле себя, позволяя мелкие глупости. Как говорил отец — сам факт наличия рядом девушки тоже работает на авторитет; особенно, если эта девушка выглядит соответственно статусу: ухоженной, накрашенной, красиво одевающейся. Только ради этого Илья ездил с ней по торговым центрам и бутикам, хоть и ненавидел такое бесполезное времяпровождение. И с натянутой вежливой улыбкой терпел постоянные «фоточки» для множества её соцсетей, изо всех сил пытаясь не замечать бесконечных пошлых сердечек и цветочков на тех фото, на которых Лерка с завидной регулярностью его отмечала. Не успел он подойти к своей «своре», как на крыльце вслед за ним показался и новенький, спокойно прошедший мимо. — Эй, ты! — окликнул его Илья. — Пошли поговорим. — А-а-а, так у вас опять мужской базар, — неискренне, как-то нарочито по-киношному искривила губы Лерка. — Я тогда потом позвоню, окей? На Ленина новый суши-бар открыли, может сгоняем? Он хотел было молча отмахнуться, но статус «пары» обязывал его ответить. — Конечно сгоняем, — улыбнулся Илья, мысленно вздохнув: он вообще не хотел куда-то с ней ехать, а потом ещё и поддерживать разговор о новых романтических фильмах, о каких-то видео, которые он даже не любил смотреть, выслушивать сплетни о подругах… Да и сырую рыбу он терпеть не мог, но — статус нужно было поддерживать. — Что хотел? — развернулся к нему новенький, с некоей долей вызова цепляясь большими пальцами за лямки явно поношенного и кое-где потёртого рюкзака на плечах. — Поговорить, — Илья демонстративно пожал плечами, взглядом указывая направление к гаражам. — Ладно, — тот, казалось, сразу понял, что от него хотят, но всё с тем же спокойным видом направился вперёд. — Хочу сразу прояснить ситуацию… — Илья догнал его размашистым шагом, не позволяя себе сорваться на бег, хотя новичок шёл довольно быстро. — Да-да, я в курсе, — с нескрываемой иронией поморщился тот. — Ты здесь большая шишка, король школы, альфа-самец, главнюк или как ты там себя называешь. И теперь пытаешься либо прогнуть меня под вашу иерархию, либо посмотреть на то, что я из себя представляю. Верно? Илья на секунду приподнял бровь в удивлении, тут же спохватившись и вернув себе спокойное выражение лица. Новенький внезапно протянул ему руку: — Виктор. Макаров, — спустя мгновение дополнил он. — Илья, — он машинально пожал протянутую руку и точно так же добавил: — Денисов. Меня здесь все знают. — Так вот, Илья-Денисов-меня-здесь-все-знают, — рассмеялся новенький. — Я в этой школе ненадолго и мне совершенно неинтересно, кто у вас там на вершине пищевой цепочки. У меня есть гораздо более важные дела, чем ваши разборки. Поэтому предлагаю заключить джентльменское соглашение: вы не трогаете меня, я не трогаю вас. Как тебе предложение? Несмотря на довольно дружелюбный тон, Илья сразу подметил в его словах скрытую угрозу, а та серьёзность, с которой это было сказано, вызвала у него желание не только поговорить, но и «воздействовать альтернативными методами убеждения» как его отец называл обычное избиение. Он коротко оглянулся, нашёл взглядом идущих чуть дальше Егора, Дёму и Тёму и вернулся к разговору с Виктором: — Ты настолько уверен в собственных силах? — Настолько, — смешливо фыркнул тот. — Я в одиночку могу разнести всю твою шайку-лейку. Оно тебе надо? — Вот и проверим, — усмехнулся Илья, завидев знакомые гаражи, возле которых никого не было. — Вот и поговорили, — рассмеялся Виктор, передразнивая его с явным вызовом в голосе. Он остановился у стены одного из гаражей, аккуратно пристраивая рюкзак на бревно, служившее лавочкой местным алкашам, и вопросительно взглянул на Илью. В его взгляде так и читалось: — «Кто первый?» Даже не дожидаясь команды, Егор вышел вперёд, демонстративно разминая пальцы и хрустя шеей. Обычно этого хватало, чтобы напугать почти любого, но Виктор даже бровью не повёл, цепляясь большими пальцами за карманы джинсов и перекатываясь с пятки на носок. Выглядели они точно не ровней — почти двухметровый и широкий Егор, поднявший руки перед лицом в боксёрской стойке, и демонстративно независимый Виктор, спокойно наблюдающий за движениями противника. Илья даже не успел заметить, что случилось дальше — Егор скользнул вперёд, отводя локоть для апперкота… и вот он уже улетел в траву возле гаража, вздымая над собой сухие осенние листья. Виктор развернулся в сторону Ильи, демонстративно засовывая большие пальцы в карманы джинсов. Егор со злобным шипением, в котором при желании можно было угадать трёхэтажную фразу на русском матерном, вскочил на ноги, снова поднимая руки перед собой. На этот раз он стал куда как внимательнее, но не выдержал затянувшейся паузы и перешёл в атаку. На этот раз их поединок длился чуть дольше — Илья даже успел достать и прикурить сигарету — но окончился всё тем же: падением Егора в ближайшие кусты. — Дёма? Тёма? — вполоборота бросил Илья близнецам. Может, со стороны он и выглядел полностью спокойным и чуть развязным, в действительности он уже понемногу начинал переживать за свой авторитет. Нарываясь на драку с новеньким, он рассчитывал в основном именно на Егора, уже не раз убедившись в его силе. А близнецы, по первоначальному плану, были лишь запасным вариантом и зрителями, которые потом рассказали бы остальным о поражении новичка. Но сейчас всё пошло не по плану — вместо того, чтобы оказать немного сопротивления и проиграть, Виктор спокойно уложил сильнейшего бойца Ильи. Близнецы тоже были довольно сильны, но их сила заключалась в том, что их было двое: понимая друг друга с полувзгляда, они действовали необычайно слаженно. И пока один отвлекал противника, второй бил в незащищённые места. Сейчас, после того, как Виктор вывел из строя Егора, Илья мог рассчитывать только на них. Всё так же не выдавая эмоций, он с лёгкой — может и довольно натянутой — усмешкой смотрел на то, как Виктор расправляется с Дёмой и Тёмой. Это было похоже на танец, в котором явно вёл новичок: быстрый темпераментный танец с уходами, уклонами и атаками. И в отличие от поединка с Егором, сейчас Виктор был чуть более серьёзен, не подпуская близнецов близко к себе. Впрочем, закончилось всё точно так же — его победой. Тёма кое-как дополз до бревна, морщась и потирая ногу после сильного пинка в болевую точку на бедре, отчего его нога почти отказалась двигаться; Дёма сидел в траве рядом, пытаясь прийти в себя после звонкого удара головой о гараж. Егор уже поднялся и с огорчением рассматривал разодранную на боку футболку, которую заляпал кровью из расцарапанных ладоней. «Не хочешь стать следующим?» — иронично прищурился Виктор, глядя только на Илью. Деваться было некуда: отступив сейчас, он признался бы в трусости перед всей «сворой» и полностью потерял бы авторитет. Второй вариант ему тоже не нравился — он не считал себя сильным бойцом, драться не умел, не любил и против Виктора не выстоял бы даже минуты. Он вздохнул, развязным щелчком выбросил окурок и медленно пошёл вперёд, морально готовясь к избиению — после проигрыша Егора, Дёмы и Тёмы его собственное поражение по крайней мере будет выглядеть уже не настолько позорно. Краем глаза он заметил Эдика, во всю снимающего драку на смартфон, и ещё раз незаметно вздохнул: уже к вечеру это видео посмотрит половина школы и ещё пара сотен друзей Эдика. Единственное, что его хоть немного успокаивало, — отец разрешал ему драться в школе и не вмешивался в разборки, молчаливо одобряя почти всё, что делал его сын. Только тогда, когда дело доходило до травмпункта и полиции, один из наиболее влиятельных бизнесменов Чернореченска расправлялся с любыми обвинениями против сына, договариваясь, а порой и вовсе подкупая всех, до кого мог дотянуться. — Я думал, ты сольёшься, — иронично взглянул на него Виктор. Илья просто пожал плечами, не желая объяснять своих мотивов. — Что ж, тогда всё ещё предлагаю тебе заключить джентльменское соглашение, — Виктор стал чуть более серьёзным, внимательно наблюдая за Ильёй. — Я проиграю тебе, ты сохранишь свой авторитет в школе. А за это — прикажешь всей своей шайке-лейке отстать от меня и от тех, на кого я укажу. Как тебе? — Ты проиграешь? — недоверчиво уточнил Илья. Для него слышать такое предложение было странным. — Скорее всего, я здесь ненадолго, так что не вижу смысла кому-то что-то доказывать. Ты и без того понял, что я гораздо сильнее, — спокойно пожал плечами тот. — Кроме этого, у меня есть гораздо более интересные занятия, чем раз за разом драться с твоими прихлебателями. «С кем?» — хотел было уточнить Илья, но не стал затягивать разговор, лишь медленно кивнул, понимая, что у него всё равно нет другого выхода: — Договорились. — К барьеру! — усмехнулся Виктор, поднимая руки к лицу в защите. Он вопросительно посмотрел на непонимающего Илью и вздохнул: — Это цитата из Чехова. «Медведь», кажется — там все подряд друг друга к барьеру вызывают. Илья не стал обращать внимания на его снисходительный тон, тоже поднимая руки и сжимая кулаки. Он ещё не знал, что сделает, но собирался постараться изо всех сил, надеясь на удачу и на знаменитое русское «авось». Впрочем, ему даже стараться не нужно было — несмотря на то, что он выкладывался по полной, пытаясь хотя бы разок зацепить наглого новичка ногой или кулаком, Виктор полностью контролировал всю драку, раз за разом парируя неумелые удары и в нужный момент отступая или подходя, чтобы это не выглядело игрой в одни ворота. Слишком сконцентрировавшийся Илья даже не заметил, когда тот, в очередной раз отступив, наткнулся спиной на дверь гаража. Это был шанс на победу — и Илья, не долго думая, со всей силы всёк ему в лицо. И едва не разбил руку об гараж, когда Виктор легко выскользнул из-под удара и за футболку дёрнул его на себя, отбрасывая в сторону дороги. Илье удалось удержать равновесие и устоять на ногах — он лишь пробежал три шага и пошатнулся на месте, когда попытался быстро развернуться, но кроссовок скользнул по дорожной пыли. — Как-то не спортивно бить по лицу, — спокойно усмехнулся Виктор, снова цепляясь пальцами за карманы всё с тем же независимым видом. — Попробуем ещё раз? Егор шагнул вперёд, настороженно наблюдая за ним, но Илья отрицательно качнул головой, молча предлагая ему оставаться на месте. Следующий «раунд» прошёл точно так же — Илья размахивал кулаками во все стороны, Виктор уклонялся и парировал, изредка несильно пробивая в корпус. Это было больше похоже на указание недостатков в защите во время учебного поединка, чем на настоящую попытку ударить. И Илью это непомерно бесило, хоть он ничем этого и не показывал, по давней привычке сдерживая эмоции. — Пора заканчивать, — внезапно усмехнулся ничуть не уставший Виктор. — Бей. Он специально шагнул поближе, подставляясь под удар. И Илья не мог не оправдать его ожиданий, тут же засаживая колено ему в живот. Виктор сдавленно охнул и сложился почти пополам. Илья добавил ему локтем в спину, заставив упасть на одно колено, и чуть отошёл, едва сдерживая желание добавить ещё и с ноги, а то и вовсе — всей компанией запинать слишком наглого новичка, чтобы больше не высовывался со своей демонстративной независимостью. Но прекрасно понимал, что в этом случае Виктор уже не станет подставляться и кого-то щадить. Дёма уже подходил с явным желанием отомстить за себя и брата, но Илья отрицательно качнул головой: — Оставь его, он нормальный. Ровный пацан, — добавил он на гопническом сленге, которого набрался от Егора. — Если с ним будут какие-то проблемы, я сам всё решу. Виктор тихо фыркнул — так тихо, что расслышал это только один Илья. Он тут же почувствовал себя невероятно глупо с этим сленгом и этой странной дракой, в которой он вроде победил, но всё равно чувствовал себя проигравшим. Эдик уже не замечал никого и ничего вокруг, рассылая снятое видео сотням своих контактов почти во всех соцсетях; Тёма аккуратно поднялся на ноги и поморщился, направляясь к брату; ботан Никита смотрел на Илью с каким-то восхищением во взгляде; только Егор хмуро оглядывал обоих недавних противников. Виктор закинул рюкзак на спину и спокойно пошагал в сторону школы. Так спокойно, словно ничего и не случилось. — Он слил тебе, — наконец хмуро заметил Егор, когда остальная «свора» тоже начала расходиться по своим делам, ведь ничего интереснее этой драки сегодня уже не намечалось. — Слил, — спокойно согласился Илья. — Мне никогда его не сделать. — И что ты ему пообещал? — несмотря на все свои гопнические замашки и такой же внешний вид, Егор умел быть довольно умным и проницательным. — Всего лишь оставить в покое и не трогать, — пожал плечами Илья. Он вздохнул, посмотрел на разорванную и окровавленную футболку Егора и нарочито улыбнулся, показывая, что всё в порядке: — Погнали в магаз, шмотками затаримся. Они оба знали, что это была своеобразная «плата» за то, что Егор примчался по первому же звонку, отпросившись с работы в автосервисе. Илье почти ничего не стоило купить тому пару новых спортивных костюмов или поменять разбитый в драке смартфон. К тому же, Егор специально выбирал довольно дешёвые модели, чтобы не выделяться среди своих «пацанов с района». Что уж говорить — весь его гардероб стоил примерно столько же, сколько одни фирменные джинсы Ильи. Собственно, Илья одевался в дорогих бутиках по тому же принципу: чтобы не сильно выделяться среди «золотой молодёжи» Чернореченска. Одежда, обувь, мотоцикл, машина, личный водитель, рестораны и кинопремьеры, отдых в Европе… даже девушка — и та была всего лишь показателем статуса, необходимого в тех кругах, в которых он вращался. Отец всегда говорил ему, что каждый человек из его окружения должен знать своё место, и Илья старался следовать его советам. Он не сближался с Егором, хотя с ним было довольно интересно, — только уважал, как старшего и более опытного. Он не считал друзьями Дёму и Тёму — их отец был всего лишь начальником отдела в «Денисов групп», строительной компании отца Ильи, а мать — и вовсе работала за гроши бухгалтером в какой-то мелкой фирмочке. Эдика он считал лишь источником сплетен и слухов, изредка принося полезную информацию, а Лерку — чем-то вроде статусной вещи, не особо нужной, но придающей ему веса в глазах остальных. Единственным, кто был вхож в те же влиятельные компании, был Ванёк, сын местного депутата и друга отца Ильи. Но он был таким невероятным занудой, что Илья старался с ним вообще не разговаривать, чтобы не быть погребённым в подробностях о личной жизни всевозможных кинозвёзд, певиц и кого-то там ещё. Виктор же не вписывался в эту картину мира. Илья просто не понимал его логики — как можно получить шанс приблизиться к самому авторитетному человеку школы и не воспользоваться этим шансом? Виктор явно был не глупым, раз в первый же день сумел просчитать расклад сил, и не слабым, как он уже это доказал. Но и его поступка Илья совершенно не понимал, поэтому решил ещё немного приглядеться прежде, чем делать какие-то предложения.