Всего один сентябрь

По звонку будильника начался очередной обычный день. Только надевая носок, Илья вдруг невидяще уставился в стену, вспомнив о Викторе, тени, говорящем коте, ангеле и магии. — Ты завис? — рассмеялась вошедшая горничная, проверяя корзины для белья. Она достала оттуда грязную и окровавленную одежду, осмотрела Илью с ног до головы и вопросительно уточнила: — Что это? — Это… — неуверенно протянул он, придумывая нормальное оправдание. — Это мы вчера мальчишку спасали — он залез в сгоревший дом и провалился в подвал. Пришлось вытаскивать его откуда. Там я джинсы и разорвал, а кровь не моя — его. Потом скорая, все дела… — определённо, связавшись с Виктором, он стал врать гораздо чаще. Вспомнив о скорой и Алисе, он вдруг спросил: — А чай с шиповником у нас есть? — Есть, — с явным вопросом в глазах кивнула та. — Подходи через пару минут, завтрак почти готов. Через пару минут он уже сидел за столом и наслаждался запахом шиповника из кружки, который напоминал о вчерашнем вечере — не о разодранной монстром ноге и потере крови, а о тёплой золотистой магии ангела, и об уютном разговоре за кухонным столом с чаем и блинчиками, и о… — Да ты у нас герой, оказывается, — рассмеялся отец, подставляя кружку под кофеварку. — Так получилось, — с наигранным спокойствием пожал плечами Илья, поднимаясь из-за стола. — Ладно, мне пора в школу. — Зонт не забудь, — вдогонку добавил отец. — На улице ливень. Он задумчиво кивнул, только сейчас поняв причину вечного спокойствия Виктора — изображая невозмутимость, врать было гораздо проще. Собственно, именно так чаще всего и пытались делать деловые партнёры «Денисов групп» — изображая сдержанность и толику заинтересованности. В фойе его уже ждал бессменный подлиза Эдик. — Я про Макарова немного разузнал, — он подошёл ближе, пристраиваясь на лавке рядом с Ильёй. — До этого он учился в Москве, но потом переехал сюда к нам. Ходит на рукопашный бой и к двум репетиторам: по физике и по математике. В известных клубах его никто не знает. Вроде пока всё. Илья хотел было отмахнуться от него, но не стал, заметив, что Виктор только что пришёл. — Покажешь мне что-нибудь ещё? — спокойно поинтересовался Илья вместо приветствия. — Конечно же нет, — усмехнулся тот. — Тебе вчера мало досталось? Если бы не Алиса Дмитриевна, ты бы сейчас лежал в больнице. — Ну и что, — Илья слегка поморщился, показывая, что для него это несущественная мелочь. — Ты спалился, и я теперь хочу узнать побольше о магии и этом всём. Любопытно же. — Я подумаю, — отмахнулся Виктор, отправляясь в кабинет алгебры. Думал он всего лишь три урока. В столовой он подсел к Илье и слегка улыбнулся: — У тебя есть одежда для похода в лес? Что-нибудь такое крепкое и что не жалко порвать и испачкать? — Найду, — кивнул воодушевившийся Илья. — А что там? Опять тень? Или… э-э-э… Леший? Кикимора? — Нет, мы поедем на поиск, — с лёгкой улыбкой качнул головой Виктор. — Сегодня утром в Грановском мать с дочкой ушли за грибами и девочка потерялась в лесу. — И что? Это работа полиции или МЧС. Или кто у нас пропавших ищет? — Не хочешь — как хочешь, — пожал плечами вечно спокойный парень. — Но там будут два оборотня — могу познакомить. — Тебе-то что с этого? — нахмурился Илья. — Ничего, — Виктор ещё раз пожал плечами. — Но тот, кто найдёт девочку, спасёт ей жизнь. Или тебе нужна за это награда? — Не нужна, — буркнул он. Теперь, после этих слов, ему стало немного стыдно: вчера Виктор спас ему жизнь, а Алиса Дмитриевна полностью вылечила, и ни один их даже не намекнул на оплату. — У тебя есть ещё два урока, чтобы подумать, — улыбнулся Виктор. Через полтора часа Илья торчал в фойе школы, в ожидании изучая взглядом какие-то бумажки на стене, посвящённые поступлению в местные ВУЗы. Он ещё сомневался, стоит ли вообще заниматься таким бесполезным делом — бродить по лесу до самой ночи в попытке кого-то там найти. Но с другой стороны, это была возможность поближе познакомиться не только с Виктором, но и с двумя оборотнями, про которых он упомянул. А Илья был слишком любопытен, чтобы упустить такую возможность. Вся выбранная им одежда Виктору не понравилась — куртка должна быть плотнее, обувь — выше и непромокаемой, а пакет и вовсе не подходил для ходьбы по лесу. Личный водитель с лёгкой усмешкой вручил Илье потрёпанную и чем-то измазанную военную форму. На Викторе была почти такая же, поэтому Илья подавил брезгливость и надел её. Впрочем, он мог бы сказать, что форма сидела на нём довольно неплохо. Отданные всё тем же водителем строительные ботинки с железными носками и задниками были ему чуть маловаты, но не настолько, чтобы жаловаться. И, наконец, водитель вручил ему ключи от мотоцикла. Илья вопросительно посмотрел на него, а тот лишь улыбнулся: — «Аква» вряд ли проедет в Грановской, там все дороги развезло после ночного дождя. А вот на мотоцикле доберётесь без проблем. Права — там, в шлеме. Дорога до посёлка Грановского и впрямь была ужасной — ночью прошёл ливень, грунтовка размокла, размякла и превратилась в одну большую глубокую грязную лужу, разбитую колёсами проехавших здесь машин. Но вот лёгкий мотоцикл Ильи спокойно проехал по траве неподалёку. Уже подъезжая к посёлку, он увидел из-за чего единственная дорога к нему превратилась в одно сплошное месиво — начиная от окраины и до самого центра Грановского повсюду стояли машины: отечественные, иномарки, легковушки, внедорожники, квадроциклы… Отдельно стояли служебные машины полиции, пожарных, МЧС и скорая помощь. Рядом неожиданно возник невысокий плечистый парень в оранжевой жилетке и кепке, протягивая листовку: — Никольская Кира, семь лет. Ушла за грибами вместе с мамой и не вернулась. Я утром пробежался по окрестностям, но все следы смыло дождём… Виктор вполоборота улыбнулся молчащему Илье, раглядывающему всю эту суматоху: — Это Сергей, позывной — Меланж. Вообще, он преподаватель нашего педагогического университета, но в свободное время — координатор поисков и оборотень-волк. — Илья, — он настороженно протянул руку для знакомства, разглядывая оборотня. Если бы Виктор не сказал об этом, Илья никогда бы и не подумал, что тот может превращаться в совершенно иное существо. Да и выглядел он обычным парнем — разве что чуть моложе, больше похожим на студента, чем на преподавателя. — Тебя Женёк искал, — напоследок сообщил Меланж, пропадая за автомобилями. — Меланж — это позывной, чтобы различать всех троих Сергеев, которые тут обычно появляются. Сейчас закинем пакет с продуктами в штаб и пойдём в лес, — Виктору явно было в удовольствие наблюдать за растерянным лицом Ильи, который рассматривал этот муравейник. Люди были повсюду: молодые, пожилые, женщины, мужчины, парни и девушки, даже несколько детей — все они куда-то шли, что-то делали, переговаривались, носили вещи, сумки и пакеты… Здесь были даже всадники в синей полицейской форме. Задумавшись, Илья чуть не потерял одноклассника, уверенно шагающего к центральной площади посёлка, где особняком стояли три микрофургона с оранжевыми наклейками и широкий брезентовый шатёр. И пока он разыскивал Виктора взглядом, тот уже перездоровался почти со всеми, опустошил рюкзак от купленных продуктов и остановился, ожидая Илью: — Не ожидал такого, да? — иронично поинтересовался он. — Пойдём, познакомлю ещё кое с кем. Этот кое-кто оказался ещё одним парнем, лет двадцати, чуть повыше Виктора, светловолосым и слегка знакомым. Илья пытался было вспомнить, где мог видеть его, представившегося Женьком, но память упрямо молчала. — Евгений Гордеевич Казаков, — наконец смилостивился Женёк, с улыбкой протягивая Илье водительское удостоверение. — Я — ректор педагогического университета, профессор, доктор наук и так далее. Мои фотки в каждой школе висят, — и пока Илья неверяще сравнивал фото старика в правах с лицом смешливого парня перед ним, Женёк проговорил в рацию: — Двенадцатая группа выходит. Старший — Женёк, со мной двое. — Принято, Женёк, — оттуда донёсся приятный девичий голос. — Пятьдесят восьмой квадрат весь ваш. Будет желание — загляните и в пятьдесят девятый. Удачи! — Спасибо, Енот. — А как вы… ты… — возвращая тому удостоверение, Илья ещё раз осмотрел его с ног до головы. — Моя основная способность — иллюзии, — рассмеялся Женёк, приседая, чтобы затянуть шнурки на берцах. — Кто пустит в лес шестидесятисемилетнего старикана? Вот и приходится притворяться молодым. Вам двоим, кстати, тоже нельзя здесь быть — поиск только с восемнадцати. — Что за способности? — Илья проигнорировал его последние фразы, вспомнив, что Ирина говорила про способности Фомки. — Типа таланта, — пояснил Виктор, вслед за Женьком пробираясь сквозь бурелом. — У каждого своё; то, что получается лучше всего. Оборотни — ясное дело, имеют хорошие способности к превращению, а я, например, хорошо разбираюсь в людях и иногда могу распознавать магов. Именно благодаря этой способности я с большинством из них и познакомился. У Ильи была ещё огромная куча вопросов, но разговор заглох сам собой — лес был завален буреломом в два-три яруса, поэтому приходилось где-то перелазить, где-то ползти внизу, некоторые места они просто обходили, предварительно внимательно осмотрев. Физическая нагрузка была явно больше, чем в тренажёрном зале, так что Илья выдохся уже через час такого пути, прочесав вместе с Виктором и Женьком всего лишь небольшую часть выделенного им квадрата. Ему уже не помогали ни вода, ни шоколадные батончики, ни редкие минуты отдыха, пока Женёк определял по планшету с навигатором их дальнейший маршрут и отчитывался по рации о пройденном пути. Он и без того едва переставлял уставшие ноги, а уж о том, чтобы что-то спрашивать и сбивать дыхание, и речи не шло. — Группа, стоп! — через полчаса выдал Женёк. Илья воспользовался неожиданной передышкой, чтобы плюхнуться в мокрую траву и вытянуть гудящие ноги, но в конце концов не сдержал любопытства и нехотя поднялся, чтобы посмотреть на что-то, что нашёл Женёк. В мокрой после дождя земле ясно отпечатался небольшой след детского сапожка. — Мы нашли след, — сказал он в рацию. — Размер чуть больше ладони, где-то около тридцатого. — Идите по следу сколько сможете, — спустя пару секунд донёсся голос девушки-координатора. — Потом прочёсывайте всё вокруг. Я отправлю к вам Меланжа. Илья уставился на смазанный след. Внутри поднималось какое-то непонятное ему самому чувство — не то страх за блуждающую где-то неподалёку семилетнюю девочку, не то чувство причастности к чему-то большему; к тому, что двигало всеми этими людьми, бросавшими дела и работу лишь для того, чтобы попытаться спасти совершенно незнакомого ребёнка. Он нерешительно дотронулся до края следа, не обратив особого внимания на испачкавшиеся пальцы, решительно поднялся на ноги и зашагал вслед за Женьком. Только сейчас Илья понял, что такое «второе дыхание». До того, как он увидел след от детского сапожка в лесной грязи, вся эта ситуация была для него очередным развлечением, утомительным и незамысловатым, но развлечением — этакой внезапно выдавшейся возможностью проверить себя, поискать пределы усталости и выносливости. Теперь же как-то неожиданно для него самого пришло осознание того, что они занимаются действительно важным делом — спасают жизнь, пусть для этого и нужно было часами бродить по мокрому лесу, перебираться через бурелом и царапаться о ветки. — Ты как, нормально? — Виктор оказался рядом с ним, видимо, заметив его отстранённость. — Нормально, — безэмоционально кивнул Илья, рассматривая траву возле себя в поисках следов. — Ещё один, — счастливо улыбнулся Женёк, указывая на грязную лужу неподалёку. — И довольно свежий. Возможно, мы уже близко. — Дождитесь Меланжа, — напомнила координатор в ответ на это известие, — он уже рядом и будет у вас через пару минут. За те две минуты, что они ждали Сергея с позывным Меланж, привалившийся к дереву Илья успел подумать о том, что неплохо было бы познакомиться с девушкой-координатором. По крайней мере, голос ему однозначно понравился — спокойный и уверенный, полностью выдающий её характер: скорее всего, такой же спокойный и деловитый, в отличие от взбалмошной Лерки, то и дело таскающей его по всевозможным новинкам, премьерам и кафешкам. Невдалеке что-то хрустнуло. Сидящий в траве Илья развернулся в ту сторону и чуть прищурился, пытаясь разглядеть кто там ходит. Он надеялся увидеть потерявшуюся Киру, но реальность не оправдала его ожиданий — из-за ствола осины на него внезапно ощерился волк. Илья медленно оглянулся по сторонам — так, чтобы не потерять его из виду: рядом не было ни Виктора, ни Женька. За то время, что он раздумывал о девушке, они куда-то исчезли. Волк сделал пару шагов вперёд, ещё раз обнажая клыки. Илья замер, чувствуя, как по спине прокатились холодные мурашки, и ощупал листву около себя в поисках хотя бы какой-нибудь палки, но так ничего и не нашёл. Мягко ступая по влажной после дождя листве, волк приближался и приближался, щеря белоснежные клыки — Илья не мог отвести от них взгляда, почти задержав дыхание из-за того, что грудь сдавило холодным испугом. Он сглотнул, пытаясь подавить разросшийся внутри ком ужаса, и ещё раз осмотрелся в поисках даже не палки, а хоть чего-нибудь спасительного. Но вокруг него не было совершенно ничего кроме мокрых листьев. Бежать было глупо, драться с волком — ещё глупее, осина за спиной была слишком гладкой, чтобы по ней можно было взобраться, и поэтому он только вздохнул: всё его знакомство со сверхъестественным миром магии закончилось на третий же день. «Как в плохих фильмах ужасов», — вдруг горько усмехнулся он, красочно представив своё растерзанное бездыханное тело. — Ты бы хоть испугался для приличия, что ли, — откуда-то сзади рассмеялся Женёк. Волк подошёл ещё ближе и ткнулся носом в руку, предлагая его погладить. Илья от неожиданности положил руку ему на загривок, потрепав словно собаку. Тот чихнул и скрылся в гуще леса. — Вот когда Витёк Серёгу в первый раз увидел в облике волка, он по нему чем-то настолько сильным зарядил, что Серёга потом две недели шерсть клочьями терял при каждом превращении. Могу тебе сказать — полулысые волки выглядят ужасно стрёмно. — Извини, — слегка виновато улыбнулся Виктор, тоже появляясь откуда-то сзади. — Я подумал, что так мы сможем пробудить твои способности к магии. Чем не критическая ситуация? — он с извинением пожал плечами: — Наверное, я где-то просчитался. — Если ты рассчитывал напугать меня, то у тебя прекрасно это получилось, — недовольно буркнул Илья. Меланж по-собачьи гавкнул, мордой указывая дальше. На его спине Илья удивлённо заметил сумку. — С вещами, — пояснил Женёк. — Одежда не превращается, поэтому приходится носить её с собой. Ну и остальное — телефон, ключи, другие мелочи. Волк спокойно трусил по густому подлеску, время от времени ожидая остальных, пробиравшихся через поваленные стволы и переломанные ветки. Илье было как-то не по себе из-за того, что рядом с ним бегает самый настоящий волк, но страха уже не было — было лишь любопытство и желание посмотреть на превращение поближе. Он глянул на часы — восьмой час вечера. На лес понемногу опускались сумерки и видно стало гораздо хуже. Но, одновременно с этим, всё стало как-то чётче, а цвета, казалось, приобрели дополнительную глубину. — Группа, стоп! — ещё раз скомандовал Женёк. Илья начал было осматриваться по сторонам в попытках увидеть, из-за чего тот остановился, но в этот же момент из ближайших кустов выскочил взъерошенный волк. Он схватил Женька зубами за штанину и дёрнул на себя. После этого замер с поднятой лапой как гончая, указывая мордой вперёд. — Что-то не так, — нахмурился Женёк. — Бежим. Бежать по лесу было ещё труднее, но Илья не сдавался, в качестве цели выбрав потёртый рюкзак Виктора, маячивший перед глазами. Ноги отказывались двигаться, грудь горела от нехватки воздуха, горло пересохло, но он упрямо нёсся вперёд, следуя за волком. И в какой-то момент врезался в спину остановившегося Виктора, что-то лихорадочно разыскивающего в скинутом рюкзаке. Серой молнией мелькая меж стволов, Меланж сражался с несколькими десятками небольших чёрных существ, больше напоминающих мягкие пушистые шарики. Высотой чуть ниже колена, они ловко разбегались во все стороны от волка, чтобы потом собраться группой и напасть на него. — Это тени? — зачем-то спросил Илья. Виктор не ответил, хватая его за руку и рисуя странные значки на тыльной стороне кисти. После этого он указал на наклонный ствол дерева: — Забирайся туда и снимай Киру, пока мы отгоняем… вот это. Илья непонимающе посмотрел на огромное дерево и только сейчас заметил метрах в трёх над землёй семилетнюю девочку, вжавшуюся в сухой ствол. В сумерках да на такой высоте её было бы невозможно заметить, если бы не красная шапка с помпоном и ярко-зелёные сапожки. — И как я туда заберусь? — спросил он, но Виктор этого уже не услышал, бросаясь вслед за Меланжем и Женьком. Делать было нечего, помочь им Илья явно не смог бы, а значит, оставалось одно: снять Киру с дерева. Дождавшись, пока битва переместится немного в сторону, он добежал до бурелома, в котором белели вывороченные из земли корни, и на мгновение остановился, планируя дальнейший путь. Взбираться по стволу он не рискнул, подходя к девочке снизу: — Мы хотим помочь тебе! — крикнул он, сразу же поняв, насколько глупо это прозвучало — а зачем же ещё они тащились сюда несколько часов кряду? Тогда он попробовал по-другому: — Прыгай, я тебя поймаю! Кира вздрогнула, словно бы хотела спрыгнуть, но в последний момент передумала. Её нога скользнула по стволу, и ярко-зелёный сапог упал рядом с Ильёй. Он машинально проводил его взглядом и наткнулся на огромную крысу, в сумерках щерившуюся на него с листьев. Длиной в локоть, серо-коричневая, с отвратительно голыми ушами и лапами, она напряжённо поводила блёкло-розовым хвостом, пялясь на него красными глазами. От испуга он выругался и пнул крысу, запустив её куда-то в гущу битвы. А сразу после этого покрылся холодными мурашками запоздалого страха — именно такие крысы порой снились ему в ночных кошмарах, отравляя ночи и заставляя просыпаться с колотящимся в груди сердцем. Меланж, в которого чуть не прилетело огромной крысой, взглянул вначале на неё, превратившуюся в чёрный пушистый шар, а затем на замершего в испуге Илью. Спустя секунду на месте волка стоял абсолютно голый парень, развернувшийся к остальным: — Это не тени, — громко сообщил он. — Это что-то, связанное со страхами, — и превратился обратно в волка, чтобы никого не смущать своим видом. Из ладоней Женька ударил ярко-белый луч света, от которого разом отпрянули все монстры. Вслед за этим он вздёрнул обе руки вверх и от его тела во все стороны поползло такое же яркое сияние, отгораживая людей от нечисти светящимся кругом. — Они боятся обычного света! — Женёк обвёл взглядом всех остальных, аккуратно шагая назад, чтобы зацепить защитой Илью с Кирой. Виктор тут же перевёл фонарь с ультрафиолета на обычный свет, отгоняя чёрные шары ещё дальше. — Спускайся, — Илья продолжил увещевать испуганную девочку: — Они уже далеко и не навредят тебе. Видишь, мы можем защитить тебя. Она сдавленно всхлипнула и недоверчиво поползла вниз по дереву, настороженно глядя на монстров, часть из которых уже разбежалась по лесу, но десяток их продолжал кататься у границы круга, созданного из магического света. Виктор выцеливал их светом фонаря, но те были слишком увёртливы, чтобы попасться. — Это буки, — вдруг уверенно заявил Женёк. — В англоязычных странах их зовут бугименами. Они — порождения мира снов, питающиеся страхами, в основном детскими. Илья поёжился, вспомнив о той огромной красноглазой крысе, но не спускал глаз с Киры, неуверенно ползущей вниз по стволу дерева. Женёк продолжал: — Чаще всего они живут под кроватями, появляясь по ночам и вызывая кошмары. Не знаю, что привело их в лес… — Я знаю, — спокойно заявил Виктор, продолжая водить фонарём туда-сюда и разгоняя остатки монстров. — Стройка торгового центра на трассе в сторону Топольков. Там изначально была тонкая грань между мирами и проклятое место, а теперь, с началом стройки, оттуда лезет всё подряд. Поэтому наша привычная нечисть вроде этих, — он кивнул в ту сторону, куда сбежала большая часть чёрных пушистых шаров, — уходит из Чернореченска. Мы с батей приехали сюда именно поэтому — чтобы закрыть место возможного прорыва. Пока на стройке находятся десяток-два рабочих, тени лезут не так активно, но если торговый центр откроется, то твари почувствуют тысячи людей и обязательно прорвут грань. И тогда… — он пожал плечами: — Я не знаю, что случится. Но жертв будет очень много. Продолжая следить взглядом за спускающейся Кирой, Илья удивлённо поднял брови — тот самый «хрен с горы» и москвич из Минстроя, как выразился один из друзей отца, оказался отцом Виктора, Романом Максимовичем. И действительно — секретарь упоминала в отчётах о текучке рабочих на этой стройке: кто-то прямо говорил, что место проклято, кто-то отделывался расплывчатыми объяснениями, но заявления на увольнение они писали едва ли не каждый день. Он хотел было что-то ответить на завуалированные обвинения, но в этот момент Кира окончательно спустилась вниз и скользнула в его протянутые руки. Илья задохнулся от нахлынувших эмоций: девочка, которую считали потерявшейся и ради которой собрались сотни человек, бросив все свои дела, — здесь, в его руках, жива и невредима. Женёк сообщил в рацию то же самое. Девушка-координатор что-то спокойно ответила ему, но Илья расслышал доносящиеся оттуда вопли: — «Жива!». Жива — и это оправдывало затраченные усилия. Жива — и несколько часов ходьбы по лесу уже не казались такими уж утомительными. Жива — и всё это было не напрасно. Он отдал Киру Виктору, который уже протягивал ей бутылку воды, и уселся в корнях дерева, пытаясь успокоиться. Плохо, конечно, получалось — в груди засел какой-то странный ком, мешающий глубоко вдохнуть; руки дрожали, а на ресницах собирались слёзы торжества. Илья притянул колени к груди и неслышно всхлипнул, тут же виновато оглядываясь по сторонам — но никто не обратил на него внимания: Виктор и Женёк были заняты Кирой, а Сергей быстро одевался за деревом неподалёку от него. Всё ещё пытаясь прийти в себя, он приподнялся, опираясь спиной о дерево, и, судорожно дёрнув плечами, огляделся: твари исчезли, Виктор взял Киру на руки, готовясь возвращаться обратно, Серёга уже переоделся, приняв облик человека, а Женёк бродил туда-сюда, рассматривая землю и осенние листья под ногами. — Возвращаемся, — Виктор коротко оглядел Илью и развернулся в сторону Грановского. Остальные сделали то же самое, безмолвно позволяя ему идти последним и успокоить шквал эмоций.