io servo...

Ичиго и Ренджи напряглись. Встав по обе стороны от входа, они ждали незваного гостя. — Момо, где ты? — послышался серьезный голос. В комнату вошел невысокий мальчишка с ярко голубыми глазами. Его белоснежные волосы торчали в разные стороны. Взгляд был очень серьезен, а в руках сжат меч. — Их здесь нет, — ответил Куросаки, отпуская своё оружие. Тооширо посмотрел в его сторону, взгляд до сих пор был очень сосредоточен. — Что вы здесь делаете? — Их отец мертв, — сказал Абарай, указывая на тело мужчины. — Он это заслужил, — не смотря в его сторону, ответил Хитцугая. — В деревни их тоже нет, Мацумото проверила. — Она с тобой? — удивился Ренджи. — Да, от нее, оказывается, очень тяжело отделаться. Может, римляне? — Возможно, но только клинок точно не из их стали. Обыкновенный нож, не более, — проговорил Ичиго, осматривая рану. — Необходимо вернуться в отряд и рассказать счастливому жениху, что невеста пропала. — С ними ведь ничего не случиться? — немного растерянно спросил Тооширо. — Рукия никогда не даст в обиду сестру. И Момо всегда могла постоять за себя. Нам необходимо спешить, где Матцумото? — Во дворе, охраняет вход. — Тогда пойдемте, больше нас здесь ничего не держит. Четыре человека покинули деревушку уже на рассвете. Они исчезли в лесу никем не замеченными. Только домик, что стоял на окраине, полыхал огнем, превращая в пепел тело мужчины и последние воспоминания о нем. Всю дорогу они шли молча, даже вечно веселая Мацумото как-то настороженно посматривала на беловолосого парнишку. Она прекрасно знала, кем для него являлась Момо. Когда ему было семь лет, римляне пришли в его деревню. Выжили немногие. Огонь охватил дома моментально, уничтожая все и всех. Тех, кто пытался спастись, сразу же убивали всадники, превращая все в забаву. Отец Тооширо погиб, сражаясь за свободу своего народа, еще задолго до того случая, но мать умерла именно в тот день. Она до последнего защищала своего сына, отдав за него жизнь. Когда его подобрали в лесу, Хитцугая ни с кем не разговаривал, держался в стороне. Только малышка Момо смогла втереться к нему в доверие, стать сестрой. Мацумото сразу прониклась симпатией к мальчишке и взяла его под свою опеку. Он стал жить у нее, обучаясь искусству воина. Тооширо был на людях очень серьезен и собран, все прилежно учил и вел себя как взрослый. Только по ночам, во снах, он звал маму и шептал имя отца. Женщина скрывала это от него, просто садилась у изголовья его кровати и гладила по голове, успокаивая. А теперь часть его семьи снова в опасности. И пусть другие и не заметили, но она сразу увидела страх в его глазах. Страх потерять близкого человека. — Тооширо, — проговорила рыжеволосая женщина, кладя свою ладонь на его плечо. — Что? — С ней все будет хорошо, — сказала она утвердительно, а затем крепко обняла. Парень сразу покраснел, так как женщина была не совсем одета, по крайней мере, по его мнению. На ней была легенькая черная туника, что не скрывало ее прелестей, даже наоборот, слишком подчеркивало. На груди красовался розовый шарфик, немного прикрывающий глубокое декольте девушки. Ее рыжие пряди струились по плечам и спине, а сероватые глаза лучились добротой и пониманием. — Ты меня задушишь, — прошипел парень, вырываясь. — Ничего не задушу, — улыбнулась Мацумото, отстраняясь и давая Тооширо вздохнуть. В его глазах не было злости, лишь немая благодарность. — Нам стоит поспешить, — серьезно сказал мальчишка, ускоряя шаг. — Есть, капитан, — усмехнулась рыжеволосая, следуя за ним. С самой первой встречи Мацумото именно так называла его, когда он начинал командовать и строить из себя взрослого. И хоть Тооширо это не нравилось, ей было все равно. Путь они продолжали молча, каждый думал о своем. У Ренджи нервно подрагивали пальцы, будто пытаясь схватить пустоту, Ичиго сжимал крепче кулаки, стараясь успокоиться и не думать о худшем. Все вокруг знали, кем для них является темноволосая девчонка, что постоянно ругала их и давала подзатыльники. Первая любовь на двоих, лучший друг, та, что вечно поддерживала и никогда не бросала в беде. Для этих двух воинов Рукия была чем-то вроде надежды. Они безоговорочно верили ее словам, что войну они никогда не проиграют, что надо продолжать биться и не сдаваться, что они навсегда останутся свободными. А сейчас частичка их мира пропала, и надежда на победу как-то незаметно стала исчезать, и чувство сомнения поселилось в их душах. Скоро будет их лагерь, и тогда они смогут сделать хоть что-то, чтобы спасти девушек. _________________ Гримм лежал в своей комнате и думал о жизни. Кстати, она его вполне устраивала. Только бы еще вспомнить свое детство. Именно этого кусочка жизни и не хватает. Его обнаружили римские солдаты в одном из разрушенных лагерей, когда ему было три года. Имена родителей так и не удалось выяснить. Варвары захватили и сожгли все до основания, уничтожив целый отряд. И только он смог выжить в этой бойне. Его доставили в Рим и начали обучать военному делу. Так он и познакомился с Улькиоррой, племянником Императора. Этот парень его сначала бесил своей замкнутостью и высокомерием. Холодный, безэмоциональный, скрытный, сдержанный, молчаливый, темноволосый был полной противоположностью его самого. И только после первого совместного боя он смог понять его. Тогда погибли многие их товарищи, только десять человек смогли вернуться домой. Гримму сильно досталось в том сражении, и именно Улькиорра вытащил его из того пекла. После того случая он узнал его с другой стороны. Оказалась, у них была одна и та же цель — уничтожить бриттов. Именно эти племена были виновны в смерти их родителей. И вот, наконец, они смогли доказать Императору, что готовы стать настоящими солдатами, сражаться и умереть во славу Рима. Они прибыли на этот остров, чтобы отомстить. И все, что станет на их пути, будет уничтожено. Это лишь вопрос времени. Гримм перевернулся на бок и закрыл глаза. — Скоро, совсем скоро, я отомщу за вас, — прошептал он в пустоту, и на его лице появилась улыбка, напоминающая оскал. ____________ Улькиорра беззвучно шел по длинному коридору. Все его мысли занимала эта девчонка. — Что в ней такого? — прошептал он, открывая очередную дверь. — Это все ее глаза. При этих словах на его лице появилось подобие улыбки. Он вспомнил ее взгляд в тот момент, когда сжимал в своих объятиях. Испуг, желание бороться, не подчинение, решимость и еще что-то очень важное — желание. Продлись это еще минуту, и он бы не смог удержаться, овладел бы этой дикаркой прямо в лесу. Всегда сдержанный в своих желаниях и эмоциях, Улькиорра не мог понять, что твориться в его душе. Рукия была слишком не обычной для него, слишком противоречивые чувства вызывала. Еще одна дверь, еще один коридор и вот дверь, за которой сидит знаменитый легат, что стал его командиром. Кучики Бьякуя самый прославленный римлянин в этих землях. На протяжении восемнадцати лет этот человек не покидал остров. Он потерял в этой войне свою жену. Говорят, что он продолжает искать своих дочерей, обыскивая все деревни и поселения варваров. Его легион самый дисциплинированный и сильный в этой части острова. Кучики Бьякуя чтит законы и исполняет приказы императора, отличный солдат на службе у Рима. Именно его ставили в пример все учителя в военной академии новобранцам. — Входите, — послышался спокойный голос за дверью. Улькиорра открыл дверь и прошел внутрь. Перед ним сидел человек, лет тридцати, не больше. Но Шиффер прекрасно знал, Что Кучики Бьякуе уже должно быть за сорок. Темные длинные волосы, что было совсем не по уставу, серые глаза, в которых читалась усталость, немного бледная кожа, прямая осанка, тонкие аристократические пальцы, сжимающие пергамент, белая туника и нагрудник. Да уж, не таким он представлял легендарного воина. Этот человек больше походил на выходца из сената, чем легата. — Вы прибыли на день позже, что вас задержало? — слишком холодный тон голоса, словно пренебрежение. Такого Улькиорра точно не ожидал. Куда бы он ни попадал, все боялись и подчинялись ему. Все-таки у Императора не было пока детей, и он оставался прямым наследником трона. — Немного заблудились, — спокойно ответил Улькиорра. — Сегодня были убиты двадцать легионеров. — Неужели бритты настолько сильны, что справиться с солдатами Рима? — Нет, эти люди сами виноваты. Они не были готовы к нападению, вот и все. На сегодня вы свободны и в следующий раз прошу не опаздывать. Как только за Улькиоррой закрылась дверь, Бьякуя сел в кресло и стал смотреть в окно. — Им уже семнадцать, Хисана, — проговорил он одними губами, всматриваясь вдаль. — Я их найду, обещаю. Семнадцать лет безрезультатных поисков, но надежда никогда не умирала в нем. У этого человека больше никого не осталось, кроме двух дочерей, потерянных на этом острове. Когда произошла трагедия, он как безумный, бросился на поиски, уничтожая все вокруг, людей, целые деревни, лишь бы найти. Но Аэронилью исчез где-то в лесах, там, где его невозможно было достать. И вот уже семнадцать лет, Бьякуя не покидает этот остров, не возвращается в Рим, домой. Живет только надеждой и данной клятвой, что найдет и спасет свою семью. — Пора работать, — говорит он в пустоту и садиться за очередной отчет. Работа не дает ему сойти с ума от одиночества. Тонкие пальцы перебирают документы, а уставшие глаза вчитываются в строчки. Только думает он совсем о другом, но об этом никто не узнает. Он легат, что не щадит ни себя ни других.