io servo...

Поляна, освещенная неяркими лучами солнца и окруженная кустарниками и деревьями, была местом сбора старых друзей и врагов. Территория, находившаяся слишком далеко до бриттов и римлян, считалась нейтралитетом. Именно здесь, семнадцать лет назад было решено сохранить жизнь дочерям Кучики и оставить их при лагере, тут же приняли решения, касающиеся Аэронилью. Они оставили его жить только благодаря брату, который был очень уважаем человеком среди племен. На середину поляны вышел человек. На его теле была надета шкура волка, а голова зверя служила капюшоном. Но даже сейчас, сжимая в руках меч и зная, что рядом находятся его люди, Ишин не мог быть уверен в своей безопасности. Ветер немного колыхал траву и листву, создавая шум, не дающий сосредоточиться на окружающих звуках. — Нам необходимо поговорить, сказал он в пустоту. Ветер подхватил его слова, разнося их оглушительным эхом в тишине. От толстых стволов вековых деревьев отделились тени, свет словно играл с ними, искажая. — Привет, — послышалось за спиной мужчины, — давно не виделись. Позади Куросаки стоял темноволосый парень. Голубые глаза, напоминающие море, взъерошенные волосы, татуировка на руке и такая широкая улыбка, озаряющая его лицо. Хоть, Каейн и был братом — близнецом Аэронилью, но это были два абсолютно разных человека. — Здравствуй. — И что же всех нас тут собрало? — послышался голос справа. Хирако Шинжи, как всегда, насмешливо смотрел на всех. — Сестры Кучики, — ответил Ишин. — Столько проблем из-за двух девушек, — сокрушался светловолосый парень, — А где твои помощники? — спросил он, оглядываясь. — Я тут кое-кого ловил, — вышел Гин, держа за шиворот девушку с канапушками. — Хиори, я просил тебя за мной не следить! — возмутился Хирако. — Ага, так я тебя и послушала, — съехидничала она. — Мой брат с римлянами, и ты думаешь, что я оставлю все как есть? Парень скорчил рожицу на ее заявление, тут же уклоняясь от камня, так метко пущенного светловолосой. — Он столько лет с ними прожил, пару дней не сделают погоды. Ай! — крикнул Шинжи, когда его ударил Урахара веером. — Привет, непутевый ученик, — поздоровался Киске. — Ты что творишь?! — попытался оскалиться парень, но это мало кто заметил, так как у него была очень уж странная улыбка, показывающая все зубы. — Может, хоть в этот раз поговорим серьезно? — предложил Ишин, смотря на этот балаган. — Я согласен, тем более, мой брат уже мертв. А убийца еще не найден, — сказал Шиба, садясь на землю. — Мои люди прочесали то пепелище, что оставил твой сын, но ничего не нашли. Я бы хотел пообщаться с Рукией. — Не стоит этого делать. Ты слишком похож на него, она не выдержит потрясения. — Тем более сейчас, накануне свадьбы, — еще шире улыбнулся Ичимару, присаживаясь напротив. — Хичи так и не сказал, зачем ему это? — спросил Хирако. — Нет, и мои попытки что-нибудь разузнать, оказались безрезультатны, — ответил Киске, прикрывшись веером. — Ого, да мальчишка молодец! — воскликнул Хирако, за что сразу же получил локтем в живот от Хиори. — Может, все-таки обсудим, что происходит сейчас? — предложил Ишин. — Айзен прибывает на остров. Улькиорра и Гримм похищают наследниц Кучики, а Бьякуя так ничего и не узнал. Теперь девушки спасены, но наши доблестные легионеры не успокоятся, пока не вернут их обратно. — А может, расскажем им правду? Обрадуем, так сказать, — сказал Гин, наблюдая за реакцией присутствующих. — Впервые в жизни, я согласна с Лисом, — ответила девушка. — Мой брат не должен сражаться против своих сородичей! — Еще слишком рано, не все партии сыграны, — сказал Урахара, скрывая взгляд под шляпой. — Вы имеете в виду, Улькиорру Шиферра? — предположил Ичимару, хотя прекрасно знал ответ. — И не только. Сейчас главное — это не допустить, чтобы кто-нибудь узнал о сестрах. Хичи женится на Рукии, основывая тем самым союз. — С каких пор ты стал разговаривать, как эти людишки из Сената? — Когда наше существование стало зависеть от этого. Тем более, если Улькиорра узнает, что его родителей убил Аэронилью… Он замолчал, смотря, как руки Кайена сжимаются в кулаки. — Мой брат был глупцом, слепо верящим в сказки, — сказал Шиба. — Он верил в любовь, а не в сказки, — поправил его Ишин. — Аэронилью слишком любил ее, слишком доверял. — И поэтому предал свой народ?! — возмутился брюнет. — Он уже мертв, а мы не имеем право осуждать погибших. — А может, переменим тему. Мне довольно скучно слушать россказни о потустороннем мире, — растягивая каждое слово, проговорил Гин. — Мои племянницы сейчас в безопасности, но вот двое молодых людей, уж очень хотят их вернуть. А это опасно для них, — при этом на его лице все еще играла улыбка. — Айзен их просто прикончит, — сказала Хиори. — А если вмешаются Шиффер и мой брат, то и их заодно. — Что нам остается? — спросил Ишин, совершенно не ожидая ответа. — Рассказать Бьякуи Кучики, кто убил его жену, — послышалось где-то совсем рядом. — Какой у нас интересный тайный совет. Все всё знают, — проговорил Гин. К ним вышел Зараки, лениво обведя всех взглядом. Позади стояли его помощники — Юмичика и Икаку. — А с вами Айзен не пришел? — спросил Гин, смотря за их спины. — Соскучился по старому другу? — ответил Кенпачи, присаживаясь. — Ну не то чтобы, но ностальгия дает о себе знать. — Гин, хватит, — попросил Ишин. — Наверное, ты прав, — сказал Урахара. — Наверное? — переспросил Куросаки. — Прав? — удивился Ичимару. — Я не об этом, а о Кучики. Мы можем посветить его в наши тайны, так он сможет защитить своих дочерей. — Но для начала он прибьет меня, — ответил Кайен. — И меня, — поддержал его Гин. — Не велика потеря, — сказал Хирако, смотря на Ичимару. — Как же вы меня любите, — ответил тот. — Хватит, — рявкнул Кенпачи. Почему-то всем присутствующим сразу расхотелось спорить. — Значит, мы все решили, — подвел итог Киске. — Йоруичи! — Я поняла, — послышался голос из лесной чащи. — Пойду, навещу нашего легата. Шорох листвы и женщина исчезла, словно ее и не было секунду назад на этом месте. — Эх, только я никого не привел, — проговорил Ичимару, вставая. — Ишин, нам пора в лагерь. Меня моя Рангику ждет. — Да, идем. Все покинули поляну так же не слышно, как и пришли. Только Шиба остался сидеть, не шевелясь. Все, что происходило сейчас, навивало воспоминания о прошлом, хорошо забытом и таком далеком. Когда его брат был еще добрым и наивным парнем, полагающим, что войну выигрывают в сражениях, а не интригами. Как же он ошибался. Аэронилью влюбился окончательно и бесповоротно. Что он только не делал, чтобы заслужить расположения девушки. Именно тогда, Айзен впервые посетил их земли. Тогда римляне словно озверели, жгли все подряд, не разбирая, мирная деревня или нет. Бритты, впрочем, как и другие племена, скрывались в лесах, пытаясь спастись. Аэронилью решил сражаться в открытую, но, попав в плен, он наконец-то понял, что война — это всего лишь игра. Не больше и не меньше. Айзен хорошо ему объяснил это. Сказав ему, что следует делать, а что нет. Та девушка, что любил Шиба, попала в плен к Императору. А, как известно, за все надо платить. Свобода любимой в обмен на пару услуг. Парень даже не раздумывал, тем более, от его рук погибнут римляне, а не его сородичи. Первыми стали Шифферы. Они мешали Айзену, так как были ближайшими родственниками, а значит, и претендентами на трон. Еще и беспорядки, возникавшие в Риме по поводу войны и свержения императора. Аэронилью с легкостью убил их, но ребенка так и не смог прикончить, впрочем, у Соуске были свои планы на мальца. Затем Кучики. Они были очень богаты и имели огромное влияние в Сенате. Но в последнее время, их представители стали поговаривать о бессмысленности этой войны и трате в пустую огромных денег. Если с большинством из них Айзен смог расправиться сам, то с молодым наследником Кучики и его семьей все обстояло намного серьезней. Тогда и пригодился Аэронию. Только кто мог предположить, что Шиба узнает, что на самом деле случилось с его возлюбленной, точнее, кем она стала. Она предала его, предала свой народ, став подстилкой Айзена. А после была просто задушена им собственноручно. Тогда-то Аэронилью и решил действовать самостоятельно. Убил Хисану и сбежал с маленькими наследницами огромного состояния Кучики. А пока они и их отец будут живы, Соуске ни за что не добраться до их денег. — Хоть что-то ты сделал в своей жизни хорошее, брат, — проговорил Кайен, покидая поляну. Он так и не заметил человека, все это время находившегося здесь. Тень деревьев скрывала его от чужих взглядов, а ветер еле колыхал белоснежные пряди волос. Немного нахмуренные брови выдавали в нем полную сосредоточенность. Он вздрогнул, почувствовав чью-то руку на своем плече. — Это я, — послышался голос. — Что они решили? — Рассказать Бьякуи, где находятся его дочери. — Не думаю, что в данной ситуации это подходящее решение. — Я тоже. Айзена так не победить. Урахара слишком осмелел для таких поступков. — Что будем делать? — Необходимо ускорить свадьбу Хичи и Рукии. Так проще будет подобраться к ним. — Тогда все решено. Только, ты уверен, что мы все делаем правильно? Той ночью случилось непоправимое, и мы в этом виноваты. — Нам никогда не исправить ошибок прошлого, остается лишь надеяться, что мы не совершим их в настоящем. — Как ты планируешь выкрасть маленькую Кучики из-под венца? — Моя дочь поможет нам, — ответил светловолосый, убирая руку друга и уходя с поляны. — Значит, нам уже пора выходить из тени, — проговорил мужчина, последовав за знакомым.