io servo...

Очнулась Рукия в совершенно темной комнате. Ни одного лучика света сюда не проникало, даже звуки, словно тонули, превращаясь в немые крики. Голова болела и еще немного кружилась. Попробовав встать на ноги, девушка тут же упала обратно на кровать. Выставив руки вперед, чтобы ни на что не напороться, брюнетка попыталась ползти по полу, передвигаясь как можно тише. Где-то в углу послышался звук открывающегося замка, и появилась тонкая полоска света, которая мгновенно исчезла. В комнату вошел человек. Каждый его размеренный шаг заставлял сердце девушки замирать. Рукия слышала, как он провел рукой по постели, как издал еле слышный смешок, как застежки на сандалиях тихо побрякивали, неумолимо приближаясь к ней. Брюнетка зажмурилась, почувствовав за своей спиной стену. Она все так же продолжала держать руки вытянутыми, словно ограждая себя невидимым барьером. Девушка издала непонятный звук, когда ее пальцы перехватили чужие руки. Они стали поглаживать ее кожу, словно успокаивая. Одна рука мужчины поднялась выше, дотрагиваясь до щеки брюнетки и утирая непрошеные слезы. — Ну что же ты плачешь, тебя никто не обидит, — сказал ласково мужчина. — По крайней мере, пока, — тут же добавил он, потянув девушку за руку к себе. Рукия попыталась сопротивляться, но гость был намного сильнее ее. От него веяло властью, что подчиняет себе все вокруг. Одно мгновение — и девушка уже прижата к груди мужчины. Она не видела его лица, но почему-то была уверенна, сейчас он улыбается так мягко, но так фальшиво. — Кто вы? — Я тот, ради которого ты умрешь. Голос так спокоен, словно в его руках не пленница, а дочь, которой приснился кошмар, и заботливый отец ее успокаивает. Рукия попыталась вырваться, резко оттолкнув его от себя. «Бежать, бежать!», — как заведенная думала девушка, стараясь встать на ноги, но ничего не вышло. Мужчина схватил ее за ногу, заставив сильно удариться головой об пол. — Отпустите меня! — закричала девушка, вырываясь. — Глупая, ты уйдешь отсюда только мертвой, — усмехнулся мужчина, зажимая одной рукой запястья девушки. — Я Император. Ты, наверняка, знаешь мое имя. — Айзен, — прохрипела Рукия, прекращая попытки вырваться. Ей стало тяжело дышать, словно легкие наполнились раскалённым свинцом, проникающим сквозь поры. — Ты так похожа на мать, словно вы сестры. Никогда не понимал Кучики с его любовью ко всему простому. Пальцы мужчины застыли на горле Рукии, не давая сделать вздох. С каждым произнесённым словом, его пальцы сжимались, оставляя красноватые пятна. Но тут же разжимались, когда чувствовалось, что девушка теряет сознание. Вот он, повелитель ее жизни. Тот, кто решает, выживет она сейчас или нет. — Что вам нужно? — прохрипела брюнетка. — Смерть рода Кучики. Власть и деньги, что еще нужно Богу на земле? — усмехнулся он, поднимаясь с пола. Соске держал девушку за воротник туники, откровенно наслаждаясь ее беспомощностью. — Немного ли для червя, — огрызнулась Рукия, за что сразу поплатилась. Первый удар пришелся по груди, а второй в лицо. С пробитой губы тут же начала капать соленая кровь, перемешиваясь со слезами. А ребро подозрительно хрустнуло под натиском костяшек пальцев. Но Айзен не дал ей упасть, держа за волосы в подвешенном состоянии. — На чью помощь ты надеешься? Папаши, этих варваров, а может, на моего племянника? — прошептал Император на ухо девушки, слизывая кровь с ее щеки. — Он пропал недавно, как раз в ваших лесах. Я лишился наследника, может, подскажешь, где раздобыть еще одного? Хорошая и послушная зверушка никогда не помешает рядом, — при этом, его рука скользнула по животу Рукии. Кучики встрепенулась, словно он ее ударил. Это чувство — она уже знала, тогда ее спасло лишь везение, а сейчас… Здесь только он и она. И нет никакой надежды, достучаться до этого человека. Собрав последние силы, Рукия облизала пересохшие губы, прижимаясь всем телом к мужчине, ее правая рука скользнула по его спине, заставляя ослабить хватку. — Я хочу жить, — прошептала она в самые губы Айзена, — Я хочу выжить. — Хорошая девочка, — ответил мужчина, разжимая пальцы, тем самым давая свободу ей. — Но лучше умереть, чем быть с тобой, — прошипела Рукия, ударяя коленкой в пах. Соске скривился, давая ей полную свободу действий. Брюнетка побежала в ту сторону, где видела свет, кое-как нащупав дверную ручку, она дернула ее, но ничего не произошло. — Я слишком осмотрительный человек, чтобы оставлять дверь открытой, — прошептал Айзен, ударив кулаком в спину девушки. Кучики упала на пол, пытаясь справиться с болью. — Жаль, что я собственными глазами не видел, как твоей матери разрезают глотку. Аэронилью сказал, что ее смерть была быстрой, тебе, девочка моя, не стоит на это рассчитывать. Дальше Рукия смутно помнила, что происходило. Сандалии мужчины резко вонзались в ее тело, удар за ударом, как поток, обрушивался на нее. Вскоре, даже боли почти не чувствовалось. Во рту был металлический привкус, на лице, как и на волосах, была кровь. Кричать, сопротивляться — все эти попытки были брошены, под натиском новых ударов. Когда Айзену наконец-то надоело, он просто достал ключ и ушел, впрочем, пообещав, что это только начало. — Ты ведь видела спину Улькиорры? Так вот, это я сделал со своим любимым племянником, подумай, что я сделаю с тобой, игрушка, — усмехнулся Император, закрывая за собой дверь. Рукия лежала на полу, даже не пытаясь доползти до кровати. Каждое движение приносило с собой боль. Единственное, к чему она стремилась, это было уснуть. — Прости, — прошептала она, чувствуя, как веки наливаются свинцом. — Прости. ____________________ Ишин хмурился, оглядывая всех присутствующих. Все вожди собрались на совет, даже Кенпачи, который игнорировал такие мероприятия. Кайен разговаривал со своими людьми. Сыновья Куросаки о чем-то спорили, видимо, это было насчет Соде. — Ты уверен, что стоило их брать? — спросил Гин, указывая на ребят. — Хичи ладно. Он знает, а вот Ичиго… — Пора ему тоже все рассказать. У нас нет больше гарантий, а значит, война скоро окончиться. — Война никогда не окончена, лишь может наступить затишье, не более. Хирако запаздывает. — Может, уговаривает Джагерджака и Шиффера присоединиться? — Что-то долго. Он чем-то похож на меня. Его улыбка просто обезоруживает, заставляя людей верить каждому его слову. — При этом, когда у вашего собеседника лезвие к горлу приставлено. — Это просто необходимый атрибут, — еще шире улыбнулся Ичимару. — А вот кажется, и они. К ним приближалась группа из четырех человек. Впереди шла Хиори, позади нее Шинжи, Улькиорра и Гриммджо. Гин отметил, что руки у пленников не связаны, а это значило, что они договорились. — Привет всем! — крикнул Хирако. — О, я вижу, тут и братья Куросаки. Шиффер и Джагерджак сразу насторожились, припоминая прошлую встречу. — Эй, рыжий, где Момо? — спросил голубоволосый. — Это тебя не касается, римлянин! — Он вообще-то, бритт, — сказала Хиори. — И мой брат, так что, выбирай выражения. — Чего? — спросил Ичиго ошарашено. — Успокойся, ты ведь единственный из присутствующих, кто ничего не знает. Этот парень, его забрали римляне еще в детстве. И воспитали из него легионера, при этом, конечно, не забыв перебить всю семью. — Где сейчас Рукия, — спокойно спросил Улькиорра. Это была единственная причина, почему он сюда пришел. — Ее похитили из нашего лагеря. Но не надейся, что она останется с тобой. Кучики моя невеста, и этого факта ничего не изменит. — А причем тут Бьякуя? — поинтересовался Ичиго, ничего не понимая. — Сын, Рукия и Момо являются похищенными дочерьми Кучики Бьякуи. Вот почему, так много народа за ними охотятся. Но если Момо не очень похожа на свою мать, то Рукия ее копия. — Ты хочешь сказать, что Аэронилью убил их мать?! — Да, — проговорил Кайен, опустив взгляд. — И я не оправдываю поступок своего брата. — Все это бред! Рукия не из Рима, она одна из нас! Хичи, ты бы никогда на ней не женился, если бы она была дочь Легата. — У меня для этого есть свои причины. Тем более что мы собирались хранить это до самого конца, не вмешивая сестер в войну. — Вы играли их жизнями! — Сын, прошу, это все было необходимо для их блага. Император хотел покончить с родом Кучики, наняв Аэронилью убить их. Но тот оставил жизнь двум младенцам, принеся их в наше племя, так и не исполнив волю Айзена до конца. — Да ты хоть знаешь, как он избивал их! А они терпели, считая, что он их отец! — закричал Ичиго. Воцарилось гнетущее молчание. Все молча смотрели на рыжего парня. Кайен чувствовал себя виноватым за своего брата, он пытался что-то сказать, но промолчал. — Где мне ее найти? — спросил спокойно Улькиорра у присутствующих. — Где мне найти Кучики Рукию? — У Императора, — послышалось за его спиной. К ним вышли еще трое. Старик с бородой и шрамом на лбу, седовласый мужчина и шатен в странной шляпе. — Не думал, что увижу вас снова, — сказал Киске, склоняясь в поклоне. — Я так и знал, что вы просто так не могли там погибнуть. — А вы кто? — спросил Хичиго, доставая меч. — Сын, убери, — властным голосом сказал Ишин. — Ямомото, Укитаке, Шунсуй, так это вы похитили Рукию. Теперь понятно, почему Соде согласилась. — Спасибо, что позаботился о моей дочери. Она выросла прекрасной девушкой. — Ты бы мог и поучаствовать в ее воспитании. — Подождите, отец Соде погиб, защищая деревню, — возразил Ичиго, смотря на Укитаке. — Легенда, придуманная для окружающих. Нам необходимо было исчезнуть, — ответил Шунсуй, снимая шляпу. — Давно я тут не был. — Да что тут твориться-то?! Мертвые ожили, легионеры предают Императора, а моя подруга дочь Легата! Столько новостей за один день! — Прости, Ичиго, — извинился Ишин. — Я иду за ней, — разворачивая, сказал Шиффер. — Не спеши. Тебя убьют, если ты попытаешься приблизиться к Императору. Таков его указ, — остановил его Кайен. — Я не вру. Тебе в одиночку не спасти Рукию. — И что вы предлагаете? Просто ждать? — Мы собрались тут не просто так. Мои люди уже ведут сюда Бьякую, — проговорил Зараки. — Хм, помните, когда только римляне сюда высадились, состав старейшин был почти таким же. Время ничего не изменило, только мы постарели. Ямомото, а ты, хм, даже время над тобой не властно. — Кенпачи, замолчи. Я до сих пор являюсь главнокомандующим. Так что, всей операцией буду руководить я. — С чего начали, тем и закончили, — усмехнулся Шинжи. — Что ж, придется ждать. Улькиорра, Гримм, хватит пялиться на братьев Куросаки, откуда такая ненависть. Подумаешь, набили друг другу морды. Да если бы я каждого такого ненавидел, то у меня и друзей бы не было. — Так ты жених Момо? — спросил Джагерджак, хищно улыбнувшись. — Кто? — переспросил Ичиго. — Издеваешься что ли? — Я? — указал пальцем рыжий на себя. — Нет, блин, я. — Какой у вас занимательный диалог, — проговорил Ичимару. — Даже добавить нечего. Ичиго, а Соде знает, что у тебя есть еще одна невеста? — Но Момо не моя невеста! — Значит, обманула, — проговорил Гримм. — Тебе повезло, останешься в живых, — усмехнулся он. — А? — Поговорили, — констатировал Хичи, затем посмотрел на Улькиорру. — Нам необходимо пообщаться наедине. — Не вижу в этом проблемы. — Все позже. К нам гости. Хисаги и Юмичико спокойно приближались к ним. Бьякуя шел немного позади, но было видно, что делает это он по доброй воле. — Началось, — прошептал Шунсуй. — Да, — ответил ему Укитаке. — Уже конец.