Глава 16. Райвен
5 июня 2021 г., 16:20
Лондон. 2018 год, до встречи с Эспером
Для нового главы управления был зарезервирован президентский люкс в отеле «Феномен», принадлежавший компании «D.S. Group». Райвен Дэвис должен был появиться там ближе к трём часам, о чём заранее был предупреждён весь персонал гостиницы. Однако в лицо его не знал никто, кроме некоторых членов руководства, в число которых входил Джозеф Захария Абрамс, нынешний гендиректор, и управляющая отеля Каролина Рембертон. Для Райвена это было первое посещение центрального филиала «D.S. Group», он планировал осмотреть компанию, познакомиться со штатом, также в тот день он собирался взглянуть на дом и окончательно определиться с выбором жилья. В настоящее время он проживал в пентхаусе в Манчестере, и прежде чем он переедет в новый дом в Лондоне, предполагалось, что будущий глава управления займёт лучшие апартаменты в гостинице «Феномен» рядом с бизнес-центром. В тот же день у Райвена была назначена встреча с Джозефом Абрамсом и мистером Вудом — заместителем гендиректора. Его коллега и земляк — мистер Абрамс готов был представить Райвена сотрудникам компании и настоял на том, чтобы лично показать гостю внушительное здание «D.S. Group» и ближайшую округу. Поскольку появление высшего руководства являлось событием экстра-важности, весь персонал гостиницы был полностью сосредоточен на Райвене Дэвисе. В Лондоне о Проклятой музе ходили легенды, Райвена всюду преследовала мрачная слава. Подготовка к его приезду началась ещё две недели назад. Временно было отключено бронирование номеров класса люкс; сотрудники прошли строгий инструктаж, во внимание была взята любая мелочь. Всё должно было быть на непревзойдённом уровне. Об этой подготовке Райвен узнал от своего предшественника — как и о том, что многие сотрудники специально отказывались от дополнительного выходного и заступали на рабочее место, чтобы вживую увидеть одного из «древних» покровителей, основавшего многие поныне действующие законы. Однако мало кто знал, что он не выносит раболепие — именно на этом он и решил сыграть. Ожидалось, что к зданию гостиницы подъедет служебная машина, выделенная филиалом Манчестера. А далее у персонала была пошаговая инструкция, как обращаться с мистером Дэвисом. О его характере был наслышан весь штат отеля, но загвоздка заключалась в том, что никто из сотрудников не знал, как он выглядит. Его должна была лично встретить мисс Рембертон, а та редко появлялась на работе раньше полудня. Всё должно было пройти идеально. Только Райвен решил по-своему. Он прибыл раньше на несколько часов. Пронёсся вихрем на мотоцикле, оглушительным рёвом возвещая всю округу о своём приближении. Своим появлением он хотел произвести фурор. У гостиницы Райвен сделал крутой вираж, после чего резко затормозил. Мотоцикл он бросил у входа, тем самым эффектно перегородив въезд. Заглушив мотор, снял шлем и велел подбежавшему парнишке в униформе припарковаться. Даже будь тот администратором или самим управляющим — ему не было до этого дела. — И доставь мои вещи, — добавил он уже на ходу. — Скоро здесь будет машина. Не задерживаясь, со шлемом в руках направился к парадному входу, на ходу касаясь слегка взъерошенных волос. Через короткое мгновение Райвен переступил порог гостиницы и оказался в просторном холле, паркетный пол тут же разнёс его уверенный звучный шаг. Он размял шею, приготовившись к веселью. На нём была винтажная, чрезвычайно дорогая кожаная куртка с акцентными плечами, под которую он надел не менее броскую, брендовую рубашку навыпуск, длинные стройные ноги эффектно обтягивали кожаные брюки — образ завершали серые дизайнерские ботинки с широкими каблуками. За стойкой регистрации встречало двое: невысокий щуплый мужчина среднего возраста и хорошенькая юная девушка с глазами трепетной лани. Кроме этих двоих у ресепшена находилась женщина в деловом костюме, с бейджем компании на белой блузке. Посетителей не было, оно и ясно, ведь все ждали только Райвена Дэвиса. Новоприбывший резким движением опустил мотоциклетный шлем на сверкающую столешницу. Администраторы тут же напряглись, невольно вытягивая шеи. Завидев гостя, праздная сотрудница поспешно исчезла. Старший администратор с не сходящей с лица, будто приклеенной, улыбкой бодро начал заготовленное приветствие: — Добро пожаловать в… — Желаю ваш самый лучший номер, — грубо перебил гость с сильным американским акцентом и с плохо скрываемым раздражением сдёрнул с рук мотоциклетные перчатки, те тотчас полетели на стойку ресепшена. — У Вас сделано бронирование? — вежливо уточнила девушка-админ, включая всё своё обаяние. — Я сказал, что у меня бронь? Кажется, я ясно выразился. — К сожалению, временно приостановлено заселение в категорию люкс, — сверкая растерянной улыбкой, пошла в наступление сотрудница. — Я правильно вас понял? Вы хотите сказать, что я не могу сейчас получить номер? — у Райвена аж лицо вытянулось. Он перестал назойливо отбивать барабанную дробь ногтями. — Вы хоть знаете, кто я? Всё проблема была в том, что они не знали. Девушка попыталась выкрутиться: — Простите, я неверно выразилась… мистер… — она стремилась скрыть свою неосведомлённость: девушка уткнулась в монитор, сверяясь с базой данных, будто там был ответ на её невысказанный вопрос. — Мистер Оберхаус, — небрежно бросил Райвен и мельком оголил правое запястье, на котором не было часов. Этого было достаточно: девушка успела увидеть его татуировку. Такие носили только музы — представители высшей касты. Подобное тату было и у его сестры, и у Джозефа Абрамса, и у большинства членов британского и американского совета директоров. — Мне связаться с американским представительством в Лондоне? Вы хотите проблем? Следом Райвен показал своё американское удостоверение личности на имя мистера Оберхауса и выложил на стол чёрную карту с золотой каймой. — Обо мне должны были доложить, — с нажимом произнёс Райвен. На хорошеньком лице сотрудницы отражался сложный мыслительный процесс: она явно перебирала в уме всех ВИП-гостей. — Во второй половине дня у меня встреча с мисс Рембертон. Может, хоть это имя вам о чём-то говорит? В жестах девушки сквозила паника. — Но, сэр… мистер Оберхаус, мы не получали распоря… — Я должен дважды повторять? Девушка, я проделал долгий путь. Вы можете себе представить, сколько времени занимает перелёт? И я. Устал. Ждать, — выделил каждое слово Райвен, — пока вы дойдёте своими мозгами до своих же обязанностей! — в его низком голосе зазвучал металл. — Мне пришлось лететь из Нью-Йорка в этот ваш город! По-вашему, раз я бессмертный, моё время ни черта не стоит?! У сотрудников побелели лица. Ситуация выходила из-под контроля. Старший администратор застыл, но через мгновение уже провещал жизнерадостным тоном: — Мистер Оберхаус, произошла крошечная неувязка, но сейчас мы всё исправим. Сэр, Вы можете выбрать себе любой номер, большинство номеров сейчас свободны, — выдал на одном дыхании «приклеенный», украдкой пихая напарницу локтем. Голос старшего сотрудника был елейным, с его лица не сходила широкая улыбка, а ещё он не сводил с Райвена глаз. — Какими будут Ваши пожелания, сэр? Хотите с видом на луг? На сад? На дорожки для гольфа? — У меня сейчас голова треснет от вас, — выпалил Райвен, отмечая замешательство на лицах. — Я сказал — САМЫЙ ЛУЧШИЙ НОМЕР. Мне плевать на ваши дорожки для гольфа, мне нужны самые дорогие апартаменты. Быстрее соображайте! Оба сотрудника побелели. — У вас есть президентский люкс. Желаю его, — небрежно пояснил Райвен, после чего он опустил кисти рук на столешницу и сцепил длинные тонкие пальцы в замок. — Президентский люкс уже забронирован, — снова вмешалась красотка. — Девушка, вы бесстрашная? Только что ваш старший администратор сказал, что я могу выбрать абсолютно любой номер, так как они почти все, по его словам, свободны. Я плохо изъясняюсь по-английски? Диалог со сложным гостем решил вести более опытный сотрудник. Администратор произнёс заискивающим, но твёрдым голосом: — Простите, я не думал, что Вы выберете именно президентский люкс. К сожалению, он зарезервирован ещё две недели назад. Мы ожидаем приезда важного лица, — это было уже откровенно грубо и непрофессионально. Райвен фыркнул. — А вы вообще думаете хоть когда-нибудь? Или это прерогатива муз? Что ещё за важное лицо? А я, по-вашему, мусор у обочины? Старший администратор и бровью не повёл, а вот у девушки дёрнулось веко. Через мгновение «приклеенный» развернул к Райвену монитор, стало быть, решил его отвлечь красочными изображениями номеров. Сотрудник предложил гостю лично убедиться в качестве сервиса, при этом он наскоро прокрутил ленту с подборкой лучших апартаментов. — Хочу Вам представить наши лучшие люкс-номера. Вы можете выбрать абсолютно любой. — А он, храбрый малый, отметил про себя Райвен, не мигая глядя на щуплого сотрудника. — А так Вы можете увидеть фото и ознакомиться с панорамой номеров, — на этот раз «приклеенный» зашёл в один из фотоальбомов. — Мы готовы сделать Вам особую скидку. Теперь уже девушка толкнула коллегу в бок. Видимо, то, что предлагал администратор, было против правил, либо требовало предварительного согласования с руководством. — Я слишком долго стою здесь, — напомнил Райвен, переворачивая запястье и опуская взгляд на циферблат дорогих часов. — Можно ли как-то поскорее? Он буквально чувствовал, как взволнована девушка. Произошла небольшая заминка. Сотрудники обменивались взглядами и явно не знали, что им делать. — Меня не волнует ваша скидка. Оформите номер на моё имя. Или я должен разговаривать с вашим руководством? …которого не было на месте. Но Райвен уже вошёл в раж. — Вы хотите отказать мне в моём законном праве? Мне? У вас всегда так обращаются с гостями? Вы ослепли? Я — муза. По слогам повторить? Я могу посещать эту гостиницу в любой момент, когда мне заблагорассудится! При этом мне необходимо напоминать о своих правах? Первым обрёл дар речи старший сотрудник: — Сэр, к сожалению, таковы правила. Мы не можем зарезервировать за Вами номер, который Вы хотите, так как он уже забронирован. Мы не можем отменить это бронирование. — А меня это волнует? — Райвен отметил, что в фойе добавилось зрителей. Издалека, явно занятые не своими обязанностями, за перепалкой с любопытством наблюдали другие сотрудники отеля — Райвен понятия не имел, кто они, но на всех была схожая по дизайну униформа. Опустив ладонь на стойку ресепшена и нетерпеливо постукивая короткими отполированными ногтями, он демонстративно оглядел широкий богато украшенный холл. — Эта гостиница относится к «D.S. Group», я прав? Где ваше руководство? Я хочу поговорить с ним. — Сэр, я прошу Вас успокоиться. Мы постараемся выполнить все Ваши требования, Вам только нужно… — Немедленно вызовите ко мне управляющую этого отеля! Я хочу пожаловаться на случай вопиющей дерзости! — Мистер Оберхаус, руководства в данный момент нет, сэр, если Вы готовы немного подождать, то мы решим этот вопрос… Райвен невольно восхитился терпением старшего администратора. — То есть, как нет? А где… — он с трудом подобрал слово: — хозяин всего этого бардака?.. Или директор… кто там у вас главный? Когда он будет? — Сэр, к сожалению, у меня нет такой информации, — улыбаясь через силу, выдал старший сотрудник. — Вы не знаете? — почти искренне опешил Райвен. — А кто должен знать? Дайте мне поговорить с тем, кто знает! Как же я устал от вас! Я могу закрыть всю вашу богадельню, а вы так и будете стоять и глазами хлопать! Неужели в современном Лондоне так плохо с кадрами! «Приклеенный» что-то быстро сказал коллеге, и та пулей выбежала из-за стойки ресепшена. Похоже, что она собиралась звонить управляющей. Возможно, расчёт был на то, что пока администратор будет заговаривать ему зубы, они с мисс Рембертон успеют прийти к разрешению этой ситуации. — Так, — Райвен опустил лицо и выдержал паузу. — Скажите, к кому я должен обратиться, чтобы мы наконец достигли взаимопонимания? Вместо одной за стойку вернулась другая девушка, явно предупреждённая о недовольном госте, и бойко затараторила о плюсах проживания в их гостинице. Должно быть, заметив, как их посетитель меняется в лице, администратор взял управление этой тонущей лодкой на себя и пошёл на хитрость: — Простите, что Вас утомила процедура регистрации. Пойдёмте, я покажу Вам один из наших лучших номеров. Если Вам понравится, мы предоставим Вам этот номер за полцены, мы гарантируем Вам полное обслуживание. Райвен от души расхохотался, его смех грохнул по залу: — Вы надо мной издеваетесь? Здесь вообще есть вменяемые люди? Так же резко смех затих. Райвен забрал со стойки ресепшена свой шлем и мрачно огляделся. Он уже порядком устал от этого разговора, и решил перейти ко второй части спектакля. — Хорошо, — со вздохом сдался Райвен, позволяя отвести себя к лифтам. — Я хотел бы пройтись по лестнице, — вдруг остановился он, случайно заметив лестницу. — Но… — растерялся его спутник, — лучшие номера расположены на верхних этажах. Быстрее будет подняться на лифте, к тому же Вы, вероятно, сильно устали с дороги. — По-вашему, я не в состоянии подняться по лестнице? — обалдел Райвен, от удивления его акцент заметно усилился. Мысленно он прикинул, сколько здесь может быть этажей, и лишь посочувствовал сотруднику — «приклеенный» не выглядел особенно выносливым, хотя кто-то говорил ему о поголовном увлечении персонала бегом на длинные дистанции — возможно, этот был как раз из их числа. Райвен издал неприятный смешок. — Вы вообще меня видите? Или я призрак, и моё тело просвечивает? Я хромой или, может быть, безногий? — Разумеется, изумлённый взгляд сотрудника тут же упал на его ноги, вполне себе крепкие и длинные, а после чего окинул его с головы до пят и, судя по всему, остался крайне доволен увиденным. Осознав, что спорить с маловменяемым гостем бесполезно, администратор был вынужден согласиться на его условия. Предоставленный номер его приятно удивил. Для него не играло никакой роли, чем эти апартаменты будут отличаться от президентского люкса, он и слушал-то вполуха. Старший администратор показал ему весь номер, поясняя, где что находится и как пользоваться автоматизированной системой освещения, кондиционирования, увлажнения, вызова горничной и так далее. В люксе оказалось шесть или семь помещений, в том числе собственная кухонная зона, спальня с кроватью ультра-кинг-сайз размера, гардеробная, гостиный зал, кабинет, приятно пахнущий настоящим деревом, огромная ванная комната с малахитовой отделкой и джакузи, сверкающей на своём пьедестале, а также просторный балкон в форме полукруга. Всё черно-бело-зелёных тонов; повсюду мягкие маркие ковры, тщательно вычищенные, и что немаловажно — панорамные окна. Пожалуй, он мог остаться в этом номере. Вскоре ему доставили багаж — малая часть вещей, которые он взял буквально на первые дни. В целости и сохранности — убедившись в чём, Райвен прошёл вглубь гостиной с потрясающим видом на подёрнутый влагой полуголый сад, где уже показались первые цветы, здесь были и более ранние сорта, бережно охраняемые местным садовником; кое-где уже проклюнулась молоденькая ярко-зелёная трава. Разумеется, Райвен не устоял перед видом — и это стало окончательной точкой в выборе номера. Райвен обожал цветники, сады, оранжереи, он получал ни с чем несравнимое удовольствие от одного любования цветами и их чудесного запаха. За окном висела лёгкая преддождевая взвесь, от чего окружающие цвета казались чуть размытыми. Райвен буквально нутром чувствовал освежающую прохладу и необыкновенный аромат смены сезонов. Эксцентричный гость сменил гнев на милость и тотчас потребовал вина и фруктов. Разумеется, те, которые ожидали его в номере, его не устроили. Там не было спелого манго и душистой папайи, но больше всего его душа желала сочного арбуза, для которого определённо был не сезон, но а кого это останавливало? Уж точно не его. Он орал из-за того, что в его номере оказались яблоки, на которые у него якобы аллергия. О том, каким образом у музы вообще могла возникнуть аллергия, естественно ни у кого не хватило ума узнать. Почти сразу стало известно, что сорта вина, которое захотел гость, нет в запасах гостиницы, и его придётся заказывать. До прибытия главы управления оставалось всё меньше времени, а вокруг странного гостя поднялась настоящая шумиха. Он требовал особую воду, особый вид полотенец, новый комплект косметики для ванной, так как ему не понравился запах прежней; крем для рук обязательно должен был пахнуть белым жасмином (и плевать, что необходимую ему марку крема не выпускали в Великобритании). Он приказал вызвать горничную и снять все шторы, так как он нуждался в дневном свете; ему не понравилась расцветка постельного белья — слишком пёстрая; воздух следовало сильнее увлажнить и в каждой комнате непременно должны были стоять живые цветы — с этим он, пожалуй, переборщил. Возможно, именно поэтому, как Райвен позже рассуждал — уже будучи гендиректором — ему начали приносить цветы в немыслимых количествах; несчастные сотрудники навсегда запомнили его предпочтения, затвердив их у себя на подкорке. Точно так же произошло и с экзотическими фруктами, и дорогими сигарами, которые ему часто дарили. Он велел принести ему самые лучшие сигары; пока для него искали коллекционного грузинского вина, он потребовал джина на синем чае. Он придирался к девушкам, носящим ему цветы, напитки, сигары… при этом он наслаждался произведённым фурором от своего появления, рассиживая на роскошном белоснежном диване, закинув ногу на ногу, и любовался садом через панорамное окно. Он учинил настоящий скандал, когда, вставая с дивана, увидел на подлокотнике какие-то серые волоски. У попавшейся под руку девушки уже глаза были на мокром месте. Райвену стало её жаль, и он попросил привести ему другого сотрудника. На самом деле, он просто дал ей время привести себя в порядок и успокоиться. За номер он расплатился одной из карт, по которой совершал транзакции, когда желал сохранить свою личность в тайне. Счёт был открыт на имя некоего мистера Джеральда Оберхауса, молодого покровителя, перебравшегося в Америку с первыми переселенцами. Но даже столь юный возраст музы внушал сотрудникам чистый ужас. Райвен уже начал переживать, что когда им придётся иметь дело с почти двухтысячилетней музой — их хватит удар. Похоже, весь штат уже был наслышан о просто невыносимом клиенте, который доводил персонал до белого каления, и требовал то одно, то другое, загоняв бедных девушек. Он просил резать ему фрукты и пробовать у него на глазах, на случай, если те вдруг окажутся отравленными. Кто-то из сотрудников не выдержал и пошутил, вложив в огромную лохань с фруктами красное яблоко, якобы из сказки про «Белоснежку». Райвен едва не задохнулся от бешенства, требуя посмотреть по камерам, кто это сделал. Наконец ему принесли именно то вино, которое он просил. У персонала гостиницы ушло больше часа, чтобы его достать. Непростительно долго. Он не преминул упомянуть, что обязательно отразит это в книге жалоб. К нему начали присылать сотрудников-мужчин, вероятно, решив, что те более стрессоустойчивы. Тогда Райвен перешёл к третьей части спектакля. Он как раз планировал подробно расписать, каким видит свой второй завтрак. Присланный парень оказался очень уж хорош. Должно быть, его глаза вспыхнули при виде юноши. Темноволосый — как любил Райвен, высокий, лет двадцати-трёх — двадцати-шести. Гладковыбритый, с такой чистой лакомой кожей, как у подростка. Всё портили губы — чересчур пухлые для мужчины. Сотрудник коротко представился. Его приветствие Райвен, разумеется, пропустил мимо ушей. Голос эксцентричного гостя стал мягок, как шёлк. Райвен перестал сотрясать воздух и возмущаться по любому поводу. Сотрудник быстро заподозрил неладное. Гость всё так же сидел на диване, широко раскинув руки в стороны и опустив те на невысокую удобную спинку. — Никогда не хотел заключить договор с музой? — с самым серьёзным видом поинтересовался Райвен. — Я исполню твои самые сокровенные желания, я дам тебе всё, я доведу тебя до пика твоей гениальности, а если будешь хорошо себя вести, я отдам тебе всего себя. Я люблю свою работу и выкладываюсь на все двести, — с ухмылкой произнёс Райвен. Юноша неопределённо что-то промычал, явно шокированный его вопросом. Нерешительный, как жаль, — подумал Райвен. — А, знаешь, я не делаю предложений кому попало. Но, кажется, это не для тебя. Мои подопечные — это особая категория людей, их отбираю лично я. Один из моих последних подопечных отбывал срок в тюрьме за врачебную халатность, а я думаю, зачем пропадать таланту, так? — невольно вспомнил протеже из особой категории, так называемый — «трудный» случай — гениального нейрохирурга Льюиса Аддерли, поразившего мир своими научными достижениями. — Его дом напоминал помойку, когда я впервые там появился, я едва не задохнулся от ядовитых испарений нечистот на участке, ты можешь себе такое представить? Это дно существования. А я сделал так, чтобы он вышел из тюрьмы и начал новую жизнь. Кроме меня никто не хотел браться за этот контракт. Тебе, должно быть, даже представить такое сложно. Желая показать себя, Райвен небрежно снял куртку и отбросил ту на ближайшее кресло. В комнате поплыл аромат его парфюма. Парень неподвижно стоял у стены, похоже, не зная, чего ожидать от гостя. Его бледное лицо казалось ещё светлее при естественном дневном освещении, отчего ярко выделялись густые ресницы и такие же густые брови. Внезапно его одолел азарт. — Налей мне вина, — велел Райвен и медленно, с достоинством поднялся с дивана. — Так когда я могу поговорить с вашим главным? Я крайне недоволен сервисом этого отеля. Очевидная некомпетентность сотрудников. — Сэр, мы можем как-то это исправить? — спросил сотрудник недрогнувшим голосом. Райвен демонстративно задумался; он прошёлся по комнате и остановился в нескольких шагах от парня. — Полагаю, ты справишься с этой задачей. — С чем я справлюсь, сэр? — тупо переспросил паренёк. — Запри дверь, — посоветовал Райвен. Он приблизился ещё на два шага, своим немигающим взглядом он будто вводил в гипноз. Ноздри у паренька затрепетали, кадык дёрнулся. — Ты поможешь мне расслабиться, и я отзову свою жалобу, — без обиняков заявил Райвен. — Сэр, но почему я… — вместо того, чтобы испугаться, растерялся парень. — Потому что таких как ты я ем на завтрак, потому что я могу сделать с тобой всё, что пожелаю, потому что я могу приказать — и ты будешь уволен. Что за высокомерное чудовище — думаешь ты. И, знаешь, тут ты прав. Лицо парня пошло красными пятнами. Он рванул выполнять его приказ. Неужели действительно готов на всё? Сотрудник приложил карту-ключ к двери, раздался щелчок замка. Райвен последовал за парнем и перегородил обратный путь, застигнув того врасплох. Стойкий запах его духов пропитал воздух. Райвен неумолимо приближался к своей жертве. Его голос сочился мёдом: — …что я могу сотворить с твоим сознанием и телом… хочешь узнать? После такого ты уже не сможешь жить, как прежде. Спина юноши выпрямилась и стала ровной как струна. Дотронься — и душа зазвенит. Однако вместо того, чтобы впиться в пухлые губы или вжать парня в стену — или что-то в этом роде — Райвен протянул руку и вместо того, чтобы коснуться его, забрал из рук замершего сотрудника карту-ключ и быстро отпер замок. — Ладно, иди, у меня ещё много дел, — усмехнулся он, взирая на растерянное лицо. Жаль было отпускать от себя парня с таким нежным румянцем на щеках. Пятясь, сотрудник отступил в коридор и, развернувшись, едва ли не бегом припустил прочь. Камер в номере не было — он лично убедился — и опровергнуть его слова будет непросто, к тому же паренёк едва ли станет перечить музе. Райвен мог донести на бедного незадачливого юношу и обвинить его в домогательствах, но это уже был бы явный перебор. Он хотел лишь понаблюдать за реакцией окружающих его людей, а не устраивать здесь жестокую расправу. Спустя пару минут, набросив кожаную куртку на плечи, Райвен направлялся вниз по лестнице, быстро перебирая ногами. Его, в самом деле, ждала встреча. Он поглядывал на часы, прикидывая, сейчас ему осмотреть дом или сначала дождаться Джозефа. Порядком уже времени прошло, пора заканчивать. На этот раз за стойкой оказался всего один сотрудник — тот «приклеенный». Напротив — в зоне ожидания Райвен увидел несколько человек персонала гостиницы. Нет, этим определённо нечем заняться! Они приближались к кульминации сегодняшнего дня, когда в лобби буквально вбежала эффектная женщина в приталенном алом пальто — мисс Рембертон. Ещё не видя его, она выпалила, тяжело дыша: — Мне пришлось по пробкам лететь из другого конца города! Да какого чёрта у вас здесь происходит?! Вы вообще в курсе, что сегодня за день?! — Она уверенно спешила вперёд, навстречу ей бросился кто-то из персонала. — Мисс Рембертон, у нас невменяемый клиент! — сотрудник даже не догадывался о том, что «невменяемый клиент» находится в десятке шагов. — Он требует руководство! Он уже всем вынес мозги! Это полный трэш! — Этот ненормальный довёл Кейт до слёз! — подхватила красотка, которая стояла за стойкой при его появлении. — С ним невозможно разговаривать! Самодовольный надутый индюк! Сделайте что-нибудь! Он терроризирует персонал! Тут воскликнула одна из смутно знакомых девушек, которых он отсылал одну за другой: — Разнаряженный псих! Вы бы его видели! Он требует заказать из-за границы вино и кучу всякой фигни! Наконец, увидав гостя и осознав, кто перед ней, Каролина вмиг переменилась в лице. Трещащие без перебоя сотрудницы окружили управляющую, до которой начало доходить происходящее. Каролина побелела как лист бумаги. — Да что вы себе позволяете?! — оборвала она возгласы негодования. — Вы все вообще в своём уме?! Райвен остановился напротив стойки администратора, и слышавший каждое слово админ попытался незаметно соскользнуть под стол. — Вы с ума сошли?! — опешила управляющая. — Кто, по-вашему, перед вами?! — и умоляющим голосом протянула: — Мистер Дэвис! Ради всего святого простите за этот балаган! Повисла непривычная звенящая тишина; «приклеенный» всё же нырнул под стол. Райвен вздохнул и отвёл взгляд, после чего опустил лицо и слегка прихлопнул по столешнице раскрытыми ладонями. — Само собой, — спокойно отозвался он. Как по волшебству американский акцент исчез, переменился и тон, и манеры; по щелчку пальцев Райвен вновь стал самим собой. Из сотрудников до сих пор никто не пошевелился, все взгляды были прикованы к нему. Каролина поспешила к нему навстречу, звонко стуча каблуками по сверкающему паркету. Райвен кивком принял её слова и бросил на медленно выплывающего из-под столешницы старшего администратора многозначительный взгляд. Как будто неживая улыбка так и не сходила с лица «приклеенного». Красотка прикрыла ладонью рот; девушка, которой досталось больше всех, выбежала из холла с красными от слёз глазами — кажется, он навеки разбил её сердце. Остальные сотрудники лишь молча таращились на него, отходя от потрясения. Каролина протянула ему ладонь в красной замшевой перчатке, и Райвен невозмутимо пожал её. — …Мы ждали вас к трём! — глотая слова и пытаясь отдышаться, заверяла управляющая отеля. — Никто не сообщил, что вы будете так рано! Райвен обвёл серьёзным взглядом притихшую публику и негромко произнёс: — Не беспокойтесь, у меня и в мыслях не было оспаривать ваше гостеприимство. Я благодарю вас за приём, — вполне искренно заключил Райвен и неприятно усмехнулся. — Представление окончено, дамы и господа. Хорошего дня.* * *
— Мистер Оберхаус, значит? Когда ты так звался? В сороковых? Тебе не следовало с ними играть, — с усмешкой заметил Джозеф, искоса глядя на идущего рядом Райвена. — Ты напрасно навёл панику. Теперь любой сотрудник при твоём появлении будет бежать прочь, — беззлобно упрекнул его коллега. Тёмно-синий костюм и двубортный плотный пиджак Джозефа оттеняли его светлую кожу, контрастирующую с чёрными волосами. — Я решил оценить обстановку, — ответил он ровным безэмоциональным голосом. — Я хотел своими глазами убедиться в том, на что годится здешний персонал. Я получил бы совсем иной приём, назовись я настоящим именем. — К твоему приезду готовились две недели, и ты свёл на нет все усилия. — Джозеф вдруг расхохотался. — Иногда ты слишком суров к людям. Сколько женских сердец ты разбил за эти несколько часов! Ты добился своего, завтра сплетни о грозном «древнем» облетят всю компанию. Как говорят люди — навёл ты шороха в свой первый день. — Все они ждали Проклятую музу, они её получили. То ужасное существо, которое даже из невменяемых подопечных может выковать великих людей, и вокруг которого постоянно погибают невинные. Многие и так думают, что я пасынок Аида. Мне не нужно их восхищение, я лишь хочу, чтобы они сносно справлялись с обязанностями. — Я не ожидал услышать от тебя другого, — с улыбкой произнёс спутник. — Я знаю, тебе тесно в человеческой оболочке, мы все порой испытываем некоторый стресс, — на этом собеседник замолк, а Райвен подумал о том, что своего он действительно добился: он хотел выстроить вокруг себя стену и держать всех на расстоянии. Чем меньше людей или муз будут нарушать его личное пространство, тем лучше. Они прогуливались вдоль облагороженной зоны у главного филиала «D.S. Group», которая впредь станет его новым домом. В напоённом влагой кристально чистом воздухе уже угадывались первые весенние веяния. После осмотра рабочего места и знакомства с руководством, вдвоём со старым другом они неторопливо прохаживались по территории компании, мимо раскинувшихся окрест лугов. Райвен запахнул куртку и сложил руки на груди; его густые волосы, стриженные под каре без чёлки, завивались от влаги. С Джозефом они разговаривали на итальянском, и случайные встречные сотрудники в костюмах с дипломатами и женщины в элегантных пальто, с зонтиками-тростями в руках, провожали их с коллегой заинтересованными взглядами. Многие замирали на месте и поворачивались вслед за неторопливо идущей парой мужчин. Райвен осязал на себе чужие удивлённо-восхищённые взгляды. По тому, как он держался, как смотрел на других, по его речи и манерам, по одному лишь внешнему облику — можно было догадаться о его истиной сути. — Я хочу представить тебе одну прекрасную женщину, — прервал молчание Джозеф. — Сейчас она занимает место моего личного помощника. Моя правая рука. Её семья была верна нам на протяжении нескольких поколений. После окончания университета она переехала сюда, и я сразу же взял её на должность своего помощника. Не стоит сомневаться в её преданности. Её зовут Добролесна Лорак. В воздухе висела лёгкая дымка, и молодые ростки травы будто парили в её зыбком бледном мареве. Райвен с удовольствием вдыхал здешний воздух, наслаждаясь этим новым чувством — он, наконец, осуществил свою цель и, спустя годы, вернувшись в Лондон, займёт новый пост. Его привычная деятельность останется в прошлом, он больше не будет «музой по контракту», отпадёт необходимость переезжать с места на место и оставлять позади сотни жизней. Дождик так и не начался, лишь редкие капли попадали ему на лицо и одежду. — А вот и она! — Джозеф указал на фигуру, идущую от здания фитнес-клуба, расположенного на территории компании. Райвен проследил за направлением руки, силясь разглядеть женский силуэт. — Дэб! — окликнул женщину его спутник. Услышав знакомый голос, мисс Лорак обернулась, и Райвен перехватил её взгляд. — Я доверяю её тебе, — коснулся его плеча Джозеф. — Она знает себе цену, имей в виду. Наверное, она одна из наших самых уважаемых сотрудников. Ни при каких обстоятельствах не сомневайся в её преданности. Между ними не прозвучало слова «человек», возможно, поэтому Райвен никогда не думал о ней как о простой смертной. Первое время именно она помогла ему влиться в работу, она взяла на себя роль его проводника. Глянцево-блестящие чёрные волосы женщины были убраны в тонкий гладкий хвост; одета она была совсем легко: подтянутые икроножные мышцы плотно облегали двухцветные легинсы, на ногах — чёрные кроссовки на толстой подошве; сверху лёгкая курточка; на плече у неё висела небольшая спортивная сумка. Светлая, будто молочная, кожа лица и внимательный острый взгляд — эта женщина была по-настоящему красива. Мисс Лорак лёгкой пружинистой походкой направилась в их сторону. — Дэб, дорогая, я хочу познакомить тебя кое с кем. Мой друг и наш новый директор, тебе непременно нужно с ним познакомиться. — Добро пожаловать в Лондон, мистер Дэвис. — Тёмные глаза Добролесны блеснули от скрытой в них улыбки. — Мисс Лорак, — Райвен протянул ей руку, и женщина пожала её в ответ.* * *
Он всё-таки спустился в катакомбы под особняком, хотя не представлял, как долго сможет там протянуть. Кое-где каменные, будто в замке, старые стены сдавливали со всех сторон, света оказалось катастрофически мало, и спасали только яркие фонари поисковой бригады. Спасателей было несколько человек — в касках и специальной экипировке, они окружили помещение, посреди которого зияла открытая шахта лифта. Разум кричал о том, что это ловушка. Райвен знал наперёд, что не выберется отсюда. Только так он мог узнать, кто стоит за всем. Тело Добролесны подняли из шахты и уложили на заготовленные заранее носилки. Предстояло доставить её на поверхность до приезда медбригады. Для спасения жизни было уже слишком поздно. Райвен, не отрываясь, взирал на то, во что превратилось её тело. Слипшиеся от крови и грязи волосы облепили мертвенно-бледное лицо; кожу покрывали многочисленные ранения, водолазку настолько сильно пропитала густая тёмная кровь, что невозможно было понять её первозданный цвет. …Ей нанесли все эти ужасные раны, после чего сбросили в шахту лифта. Райвен много раз задавался вопросом: была ли Добролесна ещё жива в тот момент, когда её, словно ненужный балласт, изнемогающую от боли, столкнули в шахту. При посторонних он не мог позволить себе ни одного неверного движения, он контролировал каждый свой вздох и жест, боясь выдать ту боль, что разъедала грудную клетку, будто серная кислота, наполняла его лёгкие ядовитыми порами. Вокруг было достаточно света, чтобы Райвен окончательно не повредился рассудком. Мощные лучи фонарей слепили его, глаза нестерпимо резало. Райвен, и так нетвёрдо стоящий на ногах, опёрся дрожащей рукой о грубую каменную кладку. Лоб покрылся потом, и он коснулся лица посеревшей от пыли ладонью. Его руки были холодны как лёд. Здесь, в подвале он был в ловушке. Он не уберёг эту женщину. Его вина. Кровь невинной на его руках. Почувствовав, как кожу ладоней будто что-то стягивает, медленно опустил взгляд. Уже зная, что увидит. По его длинным пальцам сочилась свежая кровь, её сгустки облепили ладони, кровавая слизь забилась под отросшие ногти. Райвен поднёс руки к глазам, словно видел их впервые в жизни, и тёплые багровые струйки побежали по запястьям, скатываясь за манжеты рубашки, пропитывая ткань и пачкая его кожу. Райвена затрясло. Немой крик рвался из его глотки, душил связки, но он не мог выдавить ни звука. Из-за давления стен и вездесущей темноты начались галлюцинации, повсюду мерещилась свежая кровь. Райвен моргнул и увидел на своих руках лишь пару капель крови. — Осторожно, мистер Дэвис. Лучше не трогайте тело, этим займутся специалисты, — раздался басовитый голос мистера Доша, который привёл его в чувство. — Пойдёмте наверх! Даже мне здесь не по себе! Бригада начала подъём тела; с мистером Дошем они замыкали группу — луч фонарика в руке Райвена скользил по спинам спасателей. Его взгляд был прикован к телу на носилках — в тот момент мир сузился до крошечной отметки, Райвен не реагировал на просьбы быть осторожнее, не замечая ничего вокруг. Следовало уходить, пока тьма не поглотила это место — так думал Райвен, прежде чем грубая широкая ладонь легла на его плечо, удерживая на месте, а игла вошла в шею. За доли секунды наркотик попал в его кровь, и голова лихорадочно закружилась. Райвен машинально обернулся, готовый стереть нападавшему память, или хотя бы увидеть его лицо, но почувствовал лишь парализующую слабость. Фонарик выпал из онемевших пальцев — Райвен почти не услышал грохота от удара. Наркотик блокировал его силу, сделав полностью беззащитным и тело, и разум. Как вывести музу из строя — сделать её наиболее уязвимой, накачав наркотиками. И тогда она не сможет использовать свой дар. Тот, кто загнал его сюда и убил Добролесну, сейчас рядом с ним. Райвен потерял счёт времени. От слабости и всё возрастающей паники он почти не соображал. Лёгкие сдавило от нехватки кислорода. Действие вещества и клаустрофобия сделали его беспомощней маленького ребёнка. Перед глазами всё расплывалось — он не мог разглядеть лица нападавшего, Райвен покачнулся, хватаясь за стену, он утратил координацию, в голове всё плыло, второй рукой он слепо шарил перед собой в темноте, нелепо размахивая ею. Мистер Дош и поисковая бригада исчезли, остались только он и его преследователь… чья-то тень во мраке подвала, мужской силуэт, едва ощутимый запах алкоголя и табака, исходящий от одежды, — последовал удар — и Райвен упал на пол как подкошенный.
