У судьбы нет исключений

      Просыпается Лайнел не один, спросонья, он не совсем понимает, что всё это значит и чья рука обнимает его за талию, и самое главное - чей член упирается ему между ягодиц. Через пару мгновений воспоминания нахлынывают, заставляя призадуматься и попридержать коней. — Ты проснулся? — сонно спрашивает Лукас, потягиваясь и переворачиваясь на живот, лицом к Лайнелу. — Нам не следовало этого делать. Лайнел ложится на бок, подпирая голову рукой и серьёзно глядя на Лукаса. — Прекрати. Ещё как следовало.  Лукас отмахивается будто от мухи и целует Лайнела в губы. От касания мягких губ, Лайнел теряет самообладание и углубляет поцелуй, нависая над Лукасом, который для удобства лёг на спину и притянул Лайнела к себе за шею, перебирая его немного спутанные пряди. Благо, была суббота и торопиться никуда не нужно было, вот только у Лекса (если тот вернулся из Метрополиса), могли возникнуть вопросы, почему комната Лукаса пуста и где ночевал её обитатель.       Утренний секс отличался от ночного неторопливостью и сонной податливостью. Лайнел двигался размеренно, меняя угол и, наконец, касаясь нужной точки, отчего Лукас тихо постанывает и прижимает его за ягодицы как можно теснее. Лайнел увеличивает темп, чувствуя, что сладкая истома не за горами, она медленно назревает и скоро щёлкнет яркой вспышкой. Лайнел слышит громкий стон Лукаса, ощущает сперму у себя на животе и тогда он не сдерживается и растворяется в непередаваемом экстазе.        Они лежат в обнимку минут пять, потом дрёма накрывает обоих парней и они сладко засыпают. А когда просыпаются, то ощущают сильный физический голод. Приняв вместе душ, где они бережно намыливали друг друга, и одевшись каждый в своей комнате, молодые люди спускаются вниз в трапезную. Там тихо, только тиканье старинных часов создают хоть какой-то намёк, что дом жилой. — Должно быть, Лекс остался в Метрополисе, — Лайнел вызывает горничную из служебного помещения, чтобы подготовить стол для завтрака. Лукас обнимает его со спины и чмокает в шею, не веря в своё двойное счастье: он и отца приобрёл и любимого человека в одном лице. — Лукас, — Лайнел поворачивается к нему лицом, держа руки у него на талии и пристально глядя ему в глаза, — прошу тебя, при Лексе надо держать себя в руках. Если он узнает, что нас связывают не только родственные узы, но и взаимное желание, то он нам жестоко отомстит. Я даже знаю как, но раньше времени не буду тебя расстраивать. — Ради нас, я буду хорошим мальчиком и ни за что не выдам нашу тайну, — Лукас лучезарно улыбается, прижимаясь к Лайнелу и кладя голову ему на плечо. Слышится стук каблуков и Лайнел с Лукасом отходят друг от друга, садясь за стол.       Помощница по дому миссис Роджерс, накрывает на стол, ставя на него изысканные блюда и пузатый фарфоровый чайник. Лукас с Лайнелом начинают чинно завтракать, обсуждая различные темы и планы на уик-энд. Лукас теперь и помыслить не мог, что сможет прожить без Лайнела хоть минуту. После завтрака они решили покататься верхом, погода стояла сухая, безветренная и позволяла насладиться живописными пейзажами Смолвиля, несясь галопом по бескрайним просторам и зелёным лугам, даже несмотря на позднюю осень. Возвратясь в особняк, Лайнел и Лукас пересекаются там с Лексом и доктором Брайс - его девушкой. — Папа, Лукас, принимайте в нашу семью ещё одного члена - Хелен будет жить с нами, и мы назначили помолвку через неделю. Так что, Люторов становится всё больше и готов поспорить это ещё не предел. — Лекс, сын, я очень рад за вас с мисс Брайс и желаю вам от всей души только счастья.  Лайнел обнимает по-очереди будущих молодожёнов, Лукас так же следует его примеру поздравляя брата и его будущую невесту. Все вместе они устраивают праздничный ланч, запивая его красным вином пятидесятилетней выдержки из погреба замка. Лайнел и Лукас живут в особняке неделю, потом Лайнела начинает одолевать беспокойство, что здесь слишком много свидетелей и каждый может заподозрить их в любовной связи, взять даже ту же горничную, если она вздумает покопаться в мусорке - использованные презервативы и салфетки при отсутствии женщин у Лайнела и Лукаса могут навести на определённые мысли, не говоря уже о светящемся влюблённом виде обоих. Поэтому решение переехать в Метрополис даёт возможность быть вместе, не боясь быть раскрытыми. Лайнел и Лукас поселяются в городском пентхаусе Люторов, Лайнел устраивает сына в компанию, чтобы он был в курсе почти всех дел и потихоньку вливался в семейный бизнес. Ведь Лекс не просто так привёз брата, это был их компаньон и наследник многомиллионного состояния. ***       Спустя недели страсть не угасала, к ней добавились чувства, Лайнел сильнее привязался к Лукасу, потеряв бдительность. Однажды через пару недель после их переезда, Лайнел получает приглашение от Лекса провести выходные в доме Люторов, оставаясь там чисто мужской компанией - Хелен была на дежурстве в больнице. Лайнел и Лукас приняли приглашение и были очень довольны проведённым временем: барбекю на заднем дворе, сауна, после неё - расслабляющий массаж, ужин в кругу семьи. Завершала день - ночь любви - Лукас не остался у себя в комнате, придя к Лайнелу. Тот был обеспокоен, так как лучше было не рисковать и переночевать по отдельности, но Лукас как всегда сумел довести его до такого состояния, когда ни о чём кроме секса невозможно было думать.        Они занимались любовью на широкой кровати Лайнела, сминая шёлковые простыни, становясь единым целым и воспаряя высоко, в свой счастливый мирок, наслаждаясь прекрасными минутами близости.        Через два дня после этого, курьер приносит в офис к Лайнелу анонимный конверт. Вскрыв его, он вынимает оттуда несколько фотографий, на которых были запечатлены они с Лукасом в минувшие выходные, это были стоп-кадры с видеоплёнки, где было отчётливо видно, как они занимаются сексом и какие эмоции испытывают при этом. В конверт была вложена ещё и флеш карта, загрузив её, Лайнел заранее был уверен, что сейчас появится на мониторе ноутбука: их с Лукасом акт любви. Это были ещё не все сюрпризы - на небольшом листе бумаги была записка: «Если ты с ним не расстанешься, про вас узнает весь Метрополис и Смолвиль». Не трудно догадаться, чьих рук это было дело. Сложив фото и флешку в конверт, Лайнел предупреждает своего секретаря о срочных делах и покидает кабинет, на ходу связываясь со своим водителем и распоряжаясь о поездке в Смолвиль.       По прошествии часа, Лайнел пересекает двор особняка, готовясь высказать своему старшему сыну, всё, что он думает о его выходке с компроматом. Лекс находился в гостиной, сидел за рабочим столом, разговаривая по телефону. Увидев отца, он свернул разговор и поднялся к нему навстречу, замерев от его неприветливого голоса: — Ты думаешь, что я испугался? — Лайнел швырнул ему на стол фотографии, которые рассыпались веером, а пара штук упала на ковёр. — Можешь прямо сейчас отправить фото в редакцию Daily Planet и Incvizitor! Лекс ничего ему не отвечает, он подходит к столику со спиртными напитками и наливает в стакан виски. Повернувшись к отцу, ждущему от него объяснений, Лекс делает глоток из широкого бокала и с обидой в голосе начинает говорить: — Я сразу догадался, что между вами что-то есть. Этот неповторимый блеск глаз, когда ты влюблён и любим, трудно скрыть. Ещё труднее обуздать страсть рвущуюся наружу. Почему именно Лукас, отец? Я прожил с тобой всю жизнь, но ты всегда держал меня на расстоянии, а он с первых секунд завоевал твоё расположение. Лайнел понимает, что разговор будет долгим, поэтому он снимает чёрное пальто и также наливает в стакан виски, усаживаясь в кресло около камина. — Вот поэтому я и переехал в Метрополис вместе с Лукасом, чтобы ты не ревновал глядя на нас. Так уж вышло, что я тоже полюбил Лукаса, и тебе Лекс, придётся с этим смириться, он сейчас как никто другой нуждается в опеке и ласке. — Он забрал тебя у меня! - Лекс садится ближе к отцу, чтобы видеть его глаза и показать, как ему плохо сейчас. — Не говори глупостей! Я есть и остаюсь твоим отцом! Вашим отцом. Лайнел старался держать себя в руках, ведь у Лекса была хрупкая психика, такая же как и у Лилиан. Исходя из этого, его надо было успокоить, чтобы он не разрушил их жизнь, совершив непоправимое. — Я жалею, что отыскал его, ни к чему хорошему это не привело, — голос Лекса был тусклым и тихим, а весь его вид выражал печаль и грустное одиночество. Лайнел садится рядом с ним и обнимает его за плечи, притягивая к себе. — Лекс, ты правильно поступил, отыскав своего брата. Теперь у нас большая дружная семья. Пусть так будет всегда, не расстраивай меня, пожалуйста. Лайнел поднимается с места, допивает виски и выходит из гостиной. Подъехав к дому Лекса, Кларк видит отъезжающий от особняка лимузин Лютора-старшего. Лёгкое разочарование затапливает его, так как он целую вечность не видел Лайнела, но может это и к лучшему, зачем травить себя ненужными надеждами. В порыве отчаяния, Лекс кидает бокал в камин, разбивая его вдребезги. Так и себя он ощущает: брошенным, ненужным, лишним… — Лекс, что случилось? Я слышал звон разбитого стекла! — появившийся в гостиной Кларк, не на шутку обеспокоен состоянием друга. — Это был звук моего разбитого сердца… — Тебя бросила Хелен? — спрашивает Кларк, подходя ближе к Лексу. Но тут его взгляд цепляется за фотографии на полу. Он поднимает их и с небывалым удивлением видит Лайнела и Лукаса, в весьма пикантном ракурсе. — Они любят друг друга. Ты можешь себе это представить?  Лекс кивает головой на фото, показывая Кларку остальные снимки. Везде Лайнел и Лукас, занимающиеся любовью. От этого зрелища становится больно, очень больно и безумно одиноко. — Я с трудом в это верю. А почему ты так реагируешь? Ты любишь Лайнела? — Да, люблю, — услышав ответ, Кларк теряет дар речи, всё настолько запутано, что его чувства здесь смотрятся абсолютно неуместно, — но не так, как ты себе навыдумывал, судя по твоему застывшему лицу. Я люблю его обычной любовью сына, которому всю жизнь не хватает отца. — Ты уверен? Может это другая любовь? Ведь ты его ревнуешь. — Кларк, если б я любил отца по-другому, то не сделал бы предложение Хелен. У меня нет гомосексуальных мыслей и наклонностей. — Ладно, я верю тебе, — Кларк кладёт фотографии на стол, желая оказаться подальше от этого места. — Я привёз овощи, мама просила, чтобы ты сразу выписал чек. — Хорошо, Кларк, — Лекс заполняет чековую книжку и отдаёт листок Кларку. — Что ж, я пойду. А тебе следует радоваться за отца, раз не всё так плохо. Кларк уходит из особняка в подавленном состоянии. Сев в автомобиль, он едет к ветряной мельнице, взбирается на неё и долго сидит наверху, смотря в даль, где видны огни Метрополиса. *** Сказка Лайнела и Лукаса заканчивается быстро и печально. Выходя из респектабельного ресторана после романтического ужина, они становятся участниками криминального нападения: неизвестный, подкарауливший их у выхода из здания, открывает огонь на поражение, целясь в Лукаса, если бы не быстрая реакция Лайнела - он закрыл его собой, вынуждая лечь на землю, то Лукас был бы мёртв. — Лукас! Как ты? Лайнел ощупывает тело любимого на наличие повреждений, чувствуя влагу у себя на пальцах, и набирает номер скорой медицинской помощи. — Рука… болит и живот… Лукасу тяжело говорить из-за болевого шока. Ещё ему страшно, он не хочет умирать, ведь он только недавно начал жить. — Потерпи немного, скоро приедут медики. Лайнел делает ему перевязку из собственной рубашки, вокруг толпятся люди, фотографируют, снимают на камеру, узнавая владельца Luthorcorp. «Скорая» приезжает быстро, Лукаса госпитализируют и отвозят в ближайшее медицинское заведение. Операция проходит успешно, пули не задели жизненно важных органов, попав в мягкие ткани. Лайнел не отходит от Лукаса, находясь в его палате и организовывая охрану. Он перекладывает все дела компании на своего заместителя, которому хорошо доверяет и проводит с Лукасом все две недели в больнице. Лекс не звонил и не приезжал за это время, что укореняло Лайнела во мнении, что это именно он подстроил покушение на брата. Когда Лукаса выписывают и Лайнел привозит его в пентхаус, между ними происходит серьёзный разговор. — Лукас, нам придётся расстаться. Если в этот раз не получилось тебя убить, то в следующий раз тебя точно прикончат. — Нет, я же не смогу без тебя! Лукас заплакал, перебираясь на колени к Лайнелу и обнимая его за шею. — Послушай меня внимательно: если мы продолжим жить вместе, ты станешь ходячей мишенью. Разве тебе нужна такая жизнь? Ты молод, тебе всего восемнадцать, я не могу допустить, чтобы с тобой случилось нечто ужасное, я себе этого никогда не прощу. — Я знаю, что это Лекс. Я убью его, за то, что он помешал мне жить счастливо! — Это не выход из положения, он мой сын и твой брат. — Но я тоже твой сын и его брат! И это родство не мешает ему прикончить меня. — Лекс не совсем здоров, у него психические отклонения, унаследованные от его матери. Поэтому он порой неадекватно поступает. — Упрячь его в психушку! — Это ничего не даст, его головорезы завершат начатое дело, где бы он ни находился и где бы мы ни находились. Бежать куда-либо вдвоём тоже плохой вариант, нас так или иначе найдут и завершат кровавую расплату. - Лайнел нежно обхватывает его лицо, смотря прямо в его серебристые глаза. — Лукас, в сложившейся ситуации у нас два выхода: либо смерть, либо жизнь врозь, но с надеждой на счастливое будущее уже с другими людьми. — Я в любом случае умру, потому что не смогу без тебя жить! Лукас снова заливается слезами, чувствуя себя беспомощным ребёнком. — Мой мальчик, ты очень сильный, ты всё выдержишь, ведь ты же Лютор. Лайнел целует его мокрое лицо, останавливаясь на губах. Лукас как никогда сейчас отчаянно нуждается в его нежных объятиях и ласковых руках, он льнёт к Лайнелу, отвечая на его поцелуй со всей страстью на которую только способен. Этой ночью они занимались любовью отдаваясь друг другу полностью без остатка. Сменялись позы, тело сводило сладкой судорогой оргазма, шли часы, а они всё не могли оторваться друг от друга, так как знали, что это их последние совместные мгновения радости. Уснули влюблённые лишь под утро, перед тем как смежить веки, Лайнел успел подумать, что куда проще жить без любви, тогда бы сердце не разрывалось от грусти от неминуемой разлуки.       Пробуждение было тягостным, жутко болела голова у обоих, но они нашли в себе моральные силы и сделали важный шаг. Лукасу тяжело было уезжать от Лайнела, он хотел умереть и даже предложил ему такой вариант: жить вместе до тех пор пока смерть не разлучит их, пока Лукаса не застрелят. Лайнел запретил ему и думать об этом, а также что-либо делать с собой, принудительно лишать себя жизни. Он искренне верил, что пройдёт время и Лукас обязательно будет счастлив. Сам Лукас в это не верил, так как безумно любил Лайнела и без него не мыслил жизни. Собрав вещи, Лайнел и Лукас едут в аэропорт, к частному самолёту Luthorcorp. Оттуда Лукас полетит в Нью-Йорк, где для него уже подготовлено место проживания - двухэтажный особняк почти у самого океана. С работой тоже всё просто, Лукаса ждут управляющим на одном из филиалов завода Luthorcorp.       Не стесняясь никого, Лайнел в последний раз целует своего любимого, крепко его обнимает и ждёт, пока Лукас не пройдёт в самолёт. Припав к иллюминатору, Лукас плачет, смотря на такого же печального Лайнела, одиноко стоящего на трапе. Лайнел наблюдает до последнего, как самолёт набирает скорость и взмывает ввысь, унося за собой его любимого, он не уходит, пока воздушное судно не исчезает с поля зрения. С этой самой минуты Лайнел решает для себя, что любви больше нет.