Зеркала в черной раме

      Дим молча шел следом за Харрисом. Сейчас они вдвоем, и ничего не мешало преподать выскочке урок, вот только вид разгневанного вампира до сих пор стоял перед глазами. Да и, в целом, ссориться с парнем он не сильно хотел, просто его поведение бесило. Они меньше недели в замке, а Харрис даже не стесняется того, что провел ночь в комнате графа. Нет, конечно, это его дело, и не Диму его учить, но все же было неприятно. Все-таки им предстоит путешествовать вместе, и не хотелось бы, чтобы в будущем у них возникли проблемы из-за блядства Итана.       – Слушай, Харрис, – решил Дим озвучить свои мысли, – без обид, но давай договоримся. Пока мы вынуждены скитаться вместе, ты хотя бы попытаешь держать себя в рамках приличия.       Итан замер, оборачиваясь.       – Поясни.       – Мне, в целом, плевать, с кем ты трахаешься, но я бы не хотел, чтобы это отразилось на нас с Лексом.       – Я ни с кем не трахаюсь, – отрезал Харрис, сжав кулаки. – Мне это не нужно.       – Да я же говорю, мне плевать. Просто не выставляй это напоказ. Черт с ним с графом, тут хоть других людей нет. Но в других мирах, если уж мы когда-нибудь отсюда выберемся, постарайся не спать с первым встречным.       – Озабоченный придурок, – выругался Итан, но спорить не стал.       Он не хотел нарушать условия Проводника. А разъяснять и доказывать что-то этому напыщенному придурку – и подавно. Они молча добрались до уборной, привели себя в порядок и поспешили обратно.       Обед прошел спокойно, Итан и Дим иногда обменивались злобными взглядами, но не более. А к вечеру и вовсе позабыли о существовании друг друга. Дим скрылся в комнате с Лексом, а Итан завис в библиотеке. Он жадно изучал книги, искал ответы и все больше понимал, что они попали очень серьезно. В одном из древних томов Итан вычитал, что как-то обойти или переиграть условия Проводника невозможно. Если их послали разобраться в себе, найти успокоение и прекратить вражду друг с другом, то иного выхода не существует. А еще Итан прочитал, что выполнить все условия в одном мире невозможно. Каждый мир дает что-то свое. И если путник завершил свои дела в одном мире, ему придется идти в следующий. Это еще раз подтвердило теорию Харриса о том, что способ уйти есть всегда. Нужно его только найти.       Итан решил не заморачиваться насчет Такера и продолжал периодически навещать графа ночами. С ним было интересно общаться, обсуждать прочитанные книги, разговаривать про мир, да и просто приятно поболтать ни о чем перед сном. Как выяснил Итан, граф спал крайне редко и мало. Питался обычной пищей, лишь иногда позволяя себе испить крови Гарета. Тот, как оказалось, был человеком, но жил лишь благодаря клятве, данной Ремирану много лет назад. Граф спас его от смерти, и рыцарь поклялся служить спасителю. Гарет охранял замок, помогал по хозяйству и иногда давал свою кровь. Вампиру нужна была свежая человеческая кровь, чтобы не впасть в спячку.       Харрис хотел было предложить свою помощь, но побоялся боли от укуса. А потому промолчал, продолжая общаться на различные темы. Зато, как и обещал, починил заедающий кран в комнате графа, а еще в кухне и купальне. Ему было не привыкать работать, и он с радостью возился с местной системой подачи воды, попутно изучая ее. Одно только огорчало парня – во время той стычки с Димом был уничтожен его змей. Да, всего лишь кусок проволоки на старой веревке, но Итан привык к нему. Символ веры все же. Итан помнил, как в былые времена этот маленький самодельный змей давал ему некоторую надежду на лучшее будущее, на то, что когда-нибудь он вырвется из привычного убогого существования. А в тот день граф разрушил его. Не специально, без злого умысла, лишь пытаясь разнять дерущихся, но змей развалился, и теперь Итан думал, из чего можно было бы сделать замену, да и нужна ли она.       

***

             Солнце весело светило в окно, мешая спать. Итан в очередной раз перевернулся, когда в комнату кто-то вошел. Недовольно высунув нос из-под одеяла, он с вопросом уставился на незваного гостя.       – Какого хера тебе тут надо? – проворчал он.       – Хватит валяться, – отозвался Такер, скрещивая руки на груди. – Вставай, завтракай, и поехали в город.       – А мы собирались в город?       – Мы уже месяц туда собираемся. Вставай давай.       Дим вышел из комнаты, а Итан, потянувшись, выбрался из теплой постели. Они и правда давненько собирались съездить в город. Побродить, попробовать почувствовать зеркало. Видимо, Дим решил, что время пришло, и Итан был склонен с ним согласиться. Так как графу было категорически запрещено покидать родовое имение, то сопровождать парней вызвался Гарет. Но больше Итана удивило то, что Лекс наотрез отказался ехать с ними, предпочтя тряске в дороге сидение в библиотеке, ссылаясь к тому же на холод. Такер неохотно с ним согласился, получил заверения от Ремирана, что Александеру в замке ничего не угрожает, и парни отбыли в повозке, запряженной парой вампирских лошадок. С диковинными зверушками Итан уже успел познакомиться, и если в первую встречу размер клыков неслабо так напугал парня, то сегодня он даже погладил бархатистую морду клыкастой животины. В целом, от привычных лошадей из их мира здешние отличались лишь наличием клыков и невероятной живучестью. Путь предстоял довольно долгий, а разговаривать с Такером Итан не желал, потому закутался в кафтан, который ему выделил граф на холодное время года, и откинулся на лавку, прикрывая глаза.              – Харе спать, придурок, – Дим со злостью пнул ногу Харриса.       – Отвали, а? – лениво отозвался тот, но глаза все же открыл. – У меня отпуск.       – Мы не на отдыхе. Напрягись и поищи зеркало.       – Нах? Меня вот все устраивает. – Итан огрызался скорее из вредности. – Я бы здесь остался.       – А я бы не остался.       Такер начинал злиться. Беззаботное поведение Харриса его откровенно бесило. Он целыми днями торчал в библиотеке замка, а ночи проводил в спальне графа. И тот факт, что после таких ночевок Итан спал до обеда, а после лыбился весь день, злил еще больше. Казалось бы, какое Диму дело до того, спит Итан с графом или нет? Но на фоне того, что у них с Лексом в последнее время были довольно натянутые отношения, острая нехватка никотина давила на психику, а общая сложившаяся ситуация не позволяла расслабиться, тот факт, что Харрис был счастлив, вызывал в Диме жуткое раздражение.       – Я хочу поскорее разобраться со всем этим дерьмом, в которое мы вляпались, и свалить домой.       – Я тоже хочу, – вдруг отозвался Итан, сгорбившись. – Думаешь, одному тебе тут несладко? Не скажу, что этот мир хуже того, в котором я родился, но выполнять условия Проводника все равно придется. А я понятия не имею, что это за условия.       – В книгах ничего не нашел?       – Нашел. Только конкретных ответов там нет. Я знаю, что каждый мир дан для чего-то конкретного. Странники приходят, выполняют условие и уходят. Только я не совсем понял, как узнать, что за условие и когда оно выполнено.       – Может, будет какой-то знак? Ну, как с зеркалом. Ты же чувствуешь, где оно.       – Да, наверное.       – Вот и напрягись, а не спи всю дорогу.       – Да пошел ты. – Итан отвернулся, скрещивая руки на груди. Такой детский жест.       Остаток пути ехали молча, но Харрис больше не спал. Смотрел в поля, а когда перед ними возник небольшой городок, даже как-то оживился. Гарет привез их на огромную площадь, заполненную народом. Поставил повозку на специальное место, которое Дим для себя определил как парковку, и повел парней к большому каменному зданию в центре.       – Это казначейство, – обернулся он к Такеру. – Здесь можно обменять ваши украшения на деньги.       – Решил расстаться с побрякушками? – поинтересовался Итан.       – Эти побрякушки стоят больше, чем твой дом.       – Ну, не мудрено. У меня так-то дома нет. Живу с родителями в сарае, спасибо мистеру Такеру.       Дима передернуло от тона, которым Итан произнес это. Как можно обвинять отца в своей никчемности? Он сделал для их города больше, чем кто-либо еще за всю его историю. Да он этот город поднял на мировой уровень. Лучшая медицина, чистая экология, автоматика почти во всех сферах! Да благодаря отцу в Ньюхэмпле смертность снизилась почти на тридцать процентов.       – Кончай перекладывать свою лень и нежелание что-то делать на других.       – Вы планируете ругаться или делать то, зачем приехали? – их спор прервал Гарет.       – Делать, – отрезал Дим, не желая продолжать спор. – Веди.       Итан в казначейство не пошел, решил прогуляться по площади. Денег, конечно, не было, но их и в родном мире-то никогда не хватало. А посмотреть можно и бесплатно. Он бродил среди лотков торговцев, заходил в лавки. Здесь торговали, казалось, всем. И овощи, и мясо. Различные ткани и шмотки. Седла, обувь, ремни. Инструменты и оружие. Торговцы смотрели на него с подозрением, но не гнали. Хотя и рекламировать ему товар не спешили. Гарет с Такером нашли его возле лотка с разной мелочью.       – Что-то присмотрел? – с легкой ехидцей спросил Дим. Он знал, что денег у Итана нет и продать ему нечего.       – Ага. Вон тот кошель, – Итан указал на небольшой кожаный мешочек, – мог бы тебе пригодиться. Таскать ценное, чтобы не светить добром.       Дим взглянул на парня, нахмурившись.       – Обо мне беспокоишься?       – О нас. Если на вас с Кроуфордом, как на елке, будут болтаться цацки, найдется тот, кто пожелает их забрать. И тогда хреново будет всем.       – Мило, – фыркнул Дим. – А сигарет ты тут не видел?       – Ты же уже месяц не куришь.       – И что? Курить от этого меньше я не хочу. Так что, видел?       – Сигарет у нас нет, – вклинился в разговор Гарет, – но есть отменные сигары и самокрутки. Они похуже качеством, но довольно дешевые.       Итан видел, как у Такера лихорадочно заблестели глаза. Рыцарь повел парня к прилавку с куревом, а Итан решил пройтись еще немного. Стоя возле лавки с деревянными поделками он почувствовал приятное тепло, словно летний ветерок коснулся затылка. Обернувшись, он никого не увидел, но чувство повторилось. Словно ведомый приятным ароматом, парень двинулся сквозь толпу. Пройдя немного, он увидел незнакомца. Высокий, черноглазый, манящий. Он казался каким-то мистическим, притягательным. Харрис решил поздороваться, тем более что незнакомец тоже его заметил и смотрел прямо в глаза.              – Харрис, – снова позвал Дим, но парень его, казалось, даже не слышал. – Оглох, что ли?       Дим убрал сигары в только что приобретенный заплечный мешок, туда же отправил кошель для денег и прочих ценностей.       – Что-то не так, – голос Гарета показался Диму крайне напряженным.       – Что?       – Куда он идет?       – Не знаю.       Такер двинулся вслед за Итаном, разрезая толпу. Он как раз догнал парня, когда его остановил Гарет.       – Это плохо. Очень плохо, – встревоженно проговорил стражник. – Это вампир. Он приманил Итана.       – Опять? Харрис!       Дим рванул руку парня на себя.       – Какого? – возмутился Итан.       – Нам пора.       – Я быстро, – огрызнулся Итан, дернувшись.       – Нет. Нам пора, – настойчивее повторил Дим. Стоять в паре метров от жуткого монстра, а по-другому Дим его воспринимать не мог, было неприятно. Вампир обладал крайне отталкивающей внешностью. Серая кожа, ввалившиеся глаза, сухие потрескавшиеся губы. Заметив, что его добычу уводят буквально из-под носа, вампир вздернул верхнюю губу, обнажив довольно внушительные клыки.       – Давайте-ка в повозку, – поторопил парней Гарет, намеренно повышая голос, чтобы его услышали окружающие. Люди в толпе стали оборачиваться, и вампир чуть отступил. – Время уже позднее, домой бы дотемна попасть.       Итан в последний раз попытался высвободить руку, но Такер вцепился мертвой хваткой, а потому он сдался. С тоской обернулся на незнакомца, с которым так и не успел заговорить, и пошел к повозке.       – Какого лешего ты ко мне лезешь? – возмутился Итан, устраиваясь на лавке.       – Шкуру твою спасаю.       – А я просил? Я просто хотел познакомиться, пообщаться с местными. Что в этом такого?       – Ты совсем дебил? – огрызнулся Такер, но Гарет хлестнул лошадей, и те рванули вперед, унося их от площади.       – Не злись на него, Дим, – проговорил рыцарь. – Он не осознает зова вампира. Только смотри, чтобы он из повозки не сиганул. Боюсь, тот тип его так просто не отпустит.              Итан злился. Он не понимал спешки, не понимал, почему Такер снова на него орет. Вот что такого в том, что он хотел пообщаться с человеком? Узнал бы мир получше, может, выяснил бы что-то про зеркало. Но эти двое решили, что тот мужчина опасен. Хотя, может, Гарет его знает? Чем дальше они удалялись от города, тем легче ему становилось. Тоска по упущенному прошла, и осталось лишь легкое ощущение, что он что-то забыл.       В замок въехали уже с последними лучами солнца.       – Итан, иди к графу, – строго распорядился Гарет. – Я догоню тебя. Дим, заведи лошадей в стойло.       Спорить Итан не стал. Дорога его вымотала. Немного болела голова и хотелось спать. Он неспешно поднялся на второй этаж к графской спальне, безошибочно определяя, где именно сейчас находится Ремиран. Ему нравилась эта способность находить графа или мажоров. Итан, не задумываясь, пару раз ударил костяшками пальцев по двери и потянул ручку.       – Твою мать… – Открывшаяся картина одновременно смутила и оскорбила Харриса.       Он не особо лез в личную жизнь мажоров, но уже успел понять, что они пара. Дим защищал Лекса, заботился о нем, готов был пылинки сдувать… а вот Кроуфорд, кажется, был иного мнения. Обнаженный, перепуганный парень в койке графа не давал шанса на ошибку. Итан дураком не был и сразу понял, чем эти двое здесь занимались. Резко развернувшись, Итан закрыл дверь и не подумав извиниться. Почему-то стало жалко Такера. Не было ехидной радости, что и у этого мажора не все гладко. Вспомнился отец, которому мать тоже изменяла. Правда, тот вымещал злобу на Итане, а потому он решил, что сам не расскажет об этом Такеру. Не хотелось бы получить по морде из-за дурных вестей.       – Итан, постой! – Лекс нагнал его у лестницы. – Это не то, что ты подумал.       – Да? То есть вы сейчас не трахались? Вы там книжки голышом читали?       Лекс дернулся, оглянулся, видимо высматривая Дима.       – Нет. Я не про это. Я не претендую на Ремирана. Только не говори Диму о том, что увидел.       – Не собирался. Сам скажешь.       – Итан, пожалуйста. Что ты хочешь за свое молчание?       Харрис скривился. Этот избалованный ублюдок пытался его купить?       – А что, тебе есть что предложить?       – Когда мы вернемся…       – А мы вернемся? Ты думаешь, мы тут на выходные, а потом домой? А если мы не вернемся?       Лекс явно растерялся. Он судорожно теребил край кофты, облизывал губы, глаза его бегали.       – Не надо меня покупать. Я не скажу Такеру, что ты блядь.       – Прости меня.       – Я? За что?       – Я понимаю, что ты с Ремираном, но это была моя идея. Он не хотел соглашаться, правда.       – Я не с Ремираном. Я ни с кем. Мне без разницы, с кем спит он или с кем спишь ты. Просто не лезь ко мне. Сам разбирайся со своими любовниками.       В коридоре появился граф. По его виду сложно было сказать, что он чувствовал, – вечная мягкая улыбка и учтивость. Видать, вампир не считал произошедшее чем-то постыдным.       – Итан, почему вы вернулись так быстро? Что-то случилось?       – Понятия не имею. Спросите у Гарета, это было его решение. – Говорить с вампиром сейчас не хотелось.       Ремиран ведь не мог не замечать отношений парней. Так зачем решил разрушить их пару?       – Итан, стой, – жестче произнес граф, отчего парень вздрогнул. – Зачем ты приходил?       – Сказал же, Гарета своего спрашивайте. Он меня к вам послал. Я вообще не в курсе, что происходит. У меня голова болит, я спать.       – Итан? – Граф шагнул было к парню, но к ним подошли Дим и Гарет.       – Милорд, – слегка поклонился воин, – у нас возникли некоторые трудности.       – Что произошло?       – Мы встретили одного из вампиров на площади. Он пытался приманить Итана.       – Как он выглядел?       – Довольно отвратно, – фыркнул Дим, подходя к Лексу и привычным жестом ловя его за руку, чуть скрывая за собой. – Серая кожа, впалые глаза. Словно он сдох лет пять назад, но еще этого не понял.       – Нормально он выглядел, – возмутился было Итан, но поймал сердитый взгляд Ремирана и заткнулся.       – Голодный, – вздохнул граф. – Это плохо. Он придет за тобой, Итан.       – И что теперь делать? – Такер выглядел напряженным.       – Ждать. Я постараюсь поговорить с ним, но боюсь, он не станет меня слушать. Ты говоришь, у него серая кожа? Это значит, что он давно не пил человеческой крови.       – И если он не отстанет, то что? Отдать Харриса кровопийце? Он мне еще нужен.       – Есть один вариант, но он тебе не понравится.       – Какой?       – Я вообще-то еще здесь, – Итан привлек к себе внимание. Ему не нравилось, когда о нем говорили как о куске мяса.       Ремиран взглянул на Ита, но ответом не удостоил.       – Я могу попытаться перебить зов вампира.       – У него снова поплывут мозги? Надолго?       – Не могу сказать. Я раньше не приманивал людей.       – Когда мы пришли, вы именно это и сделали.       – Нет. В тот раз я лишь слегка поманил его, и он пошел ко мне из-за своей эмоциональной неустойчивости. Сейчас дело серьезнее, и, возможно, мне придется воздействовать на него, лишая воли. Иначе он уйдет за другим вампиром.       – Хер с ним, воздействуйте. Лишь бы его не сожрал тот упырь. Вы хотя бы не убьете этого придурка.       – А мое мнение никого не интересует? – снова возмутился Итан.       – Ну озвучь, – обернулся к нему Такер.       – Вы отвалите от меня. Оба. Я в порядке и вполне контролирую себя. Не думаю, что кто-то куда-то там меня пытался приманить. Все, что я делал сегодня, я делал по своей воле. А теперь идите на хер, я спать.       Итан обогнул нахмурившегося графа и направился к своей спальне. Его жутко раздражал сегодняшний вечер. Лекс, решивший изменить Такеру, Такер, решивший, что он что-то понимает и пытающийся распоряжаться его жизнью, и Ремиран, уверенный, словно ничего не произошло, спокойно разговаривающий с Димом, хотя полчаса назад трахал его парня, и так легко обсуждающий с Такером идею лишить его воли. Хотелось завалиться спать, а утром проснуться и понять, что сегодняшний день просто дурной сон.              – Он здесь, – граф плавно поднялся из кресла и спешно направился к воротам замка.       Дим, до того уже слегка задремавший, моментально встрепенулся и двинулся следом. Не то чтобы он горел желанием еще раз встречаться с тем типом, но четко знать, о чем разговаривают вампиры и до чего они договорятся, было важно. Ремиран спешно вышел из замка и остановился во дворе.       – Дим, тебе лучше вернуться. Присмотри за Итаном. Он, вероятно, попытается сбежать.       Такеру оставалось лишь кивнуть и вернуться в замок, и, как выяснилось, не зря. Харрис уже был на лестнице. Растрепанный, с шальными глазами, в трусах и футболке, босиком и явно не замечающий ничего вокруг.       – Стоять, – Дим преградил парню путь, но тот его даже не услышал, попытался обойти. – Я сказал, стой.       – Мне надо, – негромко проговорил Итан, и Дим понял, что он совсем невменяем.       Ему приходилось видеть подобный взгляд – блуждающий, пустой. Так на него часто смотрел парень из его группы, когда обдалбывался новыми модными наркотиками. Их сложно было достать в Ньюхэмпле, и приятель очень гордился собой, когда добывал наркоту и закидывался ей. Пока не загнулся. И сейчас, глядя на Харриса, Диму вдруг стало жутко. Значит, вот так выглядит очарованный вампиром человек? Безвольное существо, не способное мыслить и принимать решения. Такер понял, что разговаривать с Итаном сейчас бесполезно, а потому постарался поудобнее перехватить его и увести обратно в комнату. Тот не особо сопротивлялся, хотя и постоянно оглядывался на лестницу и иногда порывался вернуться в холл.              За воротами замка нависла темнота. С неба сыпал мелкий, словно крупа, снег, который обещал растаять к утру. Небо заволокло тучами, и свет луны едва пробивался сквозь них, но вампиру этого было достаточно, чтобы разглядеть незваного гостя. Чужак стоял на самой границе родовой защиты замка, его глаза горели в темноте, словно две лампы.       – Айрас, зачем ты пришел? – громко произнес Ремиран, привлекая внимание гостя.       Тот вздрогнул, перевел взгляд на хозяина замка.       – Я думал, ты умер, – Айрас чуть оскалил клыки и отступил на полшага.       – Как видишь, я жив. А ты нарушил границы моих земель, – граф старался говорить спокойно, но гнев так и сквозил в каждом слове.       – Я пришел за человеком. Он моя добыча.       – Ты ошибаешься.       – Я первый его увидел. Он сам пошел на мой зов. Я вправе забрать его.       Вампир говорил тихо, но с явным оттенком злости и страха перед более сильным представителем рода.       – И снова ошибаешься. Парень живет в моем доме уже давно. И тебе он не принадлежит. Уходи.       Айрас долго смотрел в глаза Ремирану, и тот почувствовал, как чужак зазывает Итана. Он лишь понадеялся на Дима, что тот сможет удержать приятеля.       – Айрас, предупреждаю, убирайся с моей земли, или я буду вынужден убить тебя. Ты знаешь закон! Ты нарушил границы, пришел без приглашения, пытаешься выманить мою добычу.       – И что ты сделаешь? Ты не можешь покидать пределов родового замка.       Граф увидел самодовольную ухмылку на сером, изголодавшемся лице. Айрас был из низшего сословия вампиров, к тому же его голод становился опасен. Совсем скоро он обезумеет и начнет нападать на людей без разбора. А Ремиран не хотел подобного темного пятна на и так подпорченной им репутации вида. Буквально мгновение, и на тонкой серой шее сомкнулись пальцы.       – И снова ты ошибся, – прошипел граф в перепуганные глаза. – Запрет вынесен королем, но физически я могу покидать земли замка. Ты ведь не расскажешь королю об этом, если будешь мертв. Я предупредил тебя, но ты не послушал, ты голоден и опасен. Я должен убить тебя.       – Ремиран, отпусти его, – донесся из темноты знакомый голос, и пальцы вампира непроизвольно разжались.       Айрас тенью метнулся за спину покровителя, сверкая глазами.       – Убирайтесь с моей земли. – Граф был сильно удивлен встрече, хотя и постарался не подавать виду.       – Мы уйдем, Ремиран, не беспокойся, – проговорил старший. – Я разберусь с Айрасом. Прошу прощения за неудобство. Он сбежал от меня, и я слишком долго не мог его найти. А теперь забираю домой. Он больше не потревожит тебя.       – Давно ты водишься с низшими?       – С тех пор, как наш вид потерял большинство своих сородичей. Не только твой род лишился голов. Тебя заперли здесь, и ты, вероятно, не знаешь, но остальным вампирам сейчас очень тяжело. Действительно сильных осталось мало, и, чтобы не вызвать гнев людей, мы вынуждены присматривать за такими, как Айрас.       – Присматривай лучше, Неодоран. В следующий раз я не стану с ним разговаривать.       – Я знаю, Реми, – старший вздохнул. – Еще раз прости за беспокойство. Никто из моего рода или моих подопечных больше не потревожит тебя. Прощай, надеюсь, еще свидимся.       Вампиры ушли, и Ремиран поспешил вернуться в замок. Он был рад видеть брата своего деда, который уже много лет назад основал новый род, уйдя из гнезда, и знал, что тот не нарушит обещания, но стоило убедиться, что Итан в порядке и зов низшего подействовал на него лишь немного.       Едва граф успел подняться по лестнице, как перед ним появился встревоженный Гарет.       – Милорд, – поклонился рыцарь, – с Итаном проблема. Дим держит его, но, кажется, он совсем невменяем. Все рвется уйти.       Ремиран поспешил в комнату, где обитал Итан. Тот и правда выглядел паршиво. Лихорадочный блеск глаз, пустой взгляд, дрожащие губы. Он все время бубнил: «Пусти, я должен идти» – и рвался из рук Дима.       – Я так понимаю, ничего не вышло? – устало проговорил Такер.       – Он ушел, но успел приманить Итана. Я могу только перебить зов. Благо я гораздо сильнее Айраса.       – Тогда действуйте, граф. Я уже задолбался его держать.       Ремиран вздохнул и начал звать Итана.       Дим видел, как меняется Харрис. Видел, как кривится его лицо, словно от боли. Парня было откровенно жаль, но спустя пару минут все закончилось. Харрис стал спокойным и лишь преданно заглядывал в глаза вампиру.       – Теперь он не уйдет. Только…       – Что еще?       – Я не знаю, как долго он будет под воздействием зова. Я раньше подобного не делал. Лишать воли людей запрещено. Если власти об этом узнают, меня могут казнить.       – Не узнают. Я надеюсь, он быстро вернется в норму, потому как нам пора бы уже искать зеркало.       – Я не знаю. Надеюсь, несколько дней. А потом вы сможете продолжить свои поиски.              Время шло, но лучше Харрису не становилось. Он, наоборот, с каждым днем становился все более вялым и вот уже два дня не отходил от двери, ведущей в спальню графа. Ремиран заперся в ней в надежде, что Итана отпустит, если он не будет его видеть, но план не удался. Вторые сутки парень сидел, скрючившись под дверью, отказывался от еды и воды и остро реагировал на попытки его оттащить.       – Граф, – Лекс тихонько постучался в комнату, – я, кажется, знаю, как помочь Харрису.       Щелкнул замок, и дверь открылась. Итан встрепенулся, больным взглядом осматривая вампира.       – Ты что-то нашел?       – Да, как вы и говорили, в вашей библиотеке очень много книг.       – И что нужно делать? – Ремиран с тоской взглянул на сидящего у его ног Итана.       – Выпить его кровь.       – Я обещал не делать этого, – скривился граф.       – Обстоятельства изменились. – Дим внимательно наблюдал за Харрисом. Тот не бросался на графа, но и не сводил с него глаз, подползая все ближе. – Других вариантов мы не нашли. Вампиры так приманивают жертв, значит, жертва ждет, пока им отобедают. Его не отпустит, ему с каждым днем хуже. Вы только не убейте его случайно. Мы с Лексом без него не выберемся.       Граф тяжело вздохнул, глядя на парней.       – Я постараюсь контролировать себя и не нанести Итану большого вреда.       Поманив Харриса, он закрыл за собой дверь. Он действительно не хотел этого – привыкать к горячей человеческой крови. Ведь в конце концов его все равно придется отпустить.              Просыпаться было тяжко. Голова болела так, словно он пробил ею бетонную стену. Или стена пробила голову ему. Да и, в целом, болело все тело. Итан попытался сесть, но голова закружилась.       – Не торопись, – перед ним появился граф. – Ты сильно ослаб.       – Какого демона вы делаете в моей комнате? – Итан приподнялся на локте, ловя виноватый взгляд Ремирана.       – Это моя комната.       – Тогда другой вопрос. Какого демона я делаю в вашей комнате? Я точно помню, что вчера ушел спать к себе.       – Это было не вчера, Итан. Это было одиннадцать дней назад.       – В смысле? – Итан все-таки сел, отчего тело прошило очередной порцией боли. Особенно заныла шея. Он потрогал воспаленную кожу. – Какого хуя?       – Прости, у меня не было выбора.       – Что это значит?       – Айрас пришел за тобой, пытался выманить из замка. Мне пришлось перебить его зов. Если бы ты ушел с ним, он бы убил тебя.       – Кто такой этот Айрас? Я вообще не помню.       – Тот вампир, которого ты встретил в городе. Он пришел ночью, воздействовал на тебя. Видимо, так действует зов вампира, что ты не помнишь этих дней. Так даже лучше.       – Почему? Почему именно я? Там же была куча народу. Тот же Дим. Он гораздо красивее меня.       – Вампиру маловажна внешность. Тем более такому голодному. А ты – потому что легко поддаешься. Я уже говорил тебе. Вампирам нельзя приманивать людей силой, лишать их воли. Но слегка привлечь, как это сделал я при нашей первой встрече, возможно. Если человек добровольно отдает кровь вампиру, за это не наказывают. Для нас проблема в том, что очень мало людей отвечают на такой зов. Ты отвечаешь.       – Так всегда будет?       – Я предложил вариант. Привязка на вещь.       – Да я не против уже. Только у меня теперь и вещи-то нет. Змей же сломан.       – Я помню. И я взял на себя смелость сделать для тебя замену. Все-таки это моя вина, что твой амулет разбит.       Граф отошел от кровати и скрылся за дальней дверью. Вернулся через минуту и протянул парню маленькую черную змейку на ладони. Изгибы амулета идеально совпадали с теми, что были на подвеске Итана. Вот только его кусок проволоки не шел ни в какое сравнение с тем, что предлагал граф. Маленькая змейка была удивительно похожа на живую – чешуйки, аккуратная мордочка и глазки-камушки.       – Из чего она? – Итан осторожно переложил амулет себе на ладонь.       – Черный металл, серебро, кровь вампира.       – Кровь?       – Как оберег от потери. Если сделать привязку на этот амулет, то можно не бояться его потерять. Только не стоит кому-либо говорить о привязке. Если тебе захотят причинить боль, вещь можно забрать насильно.       Итан долго смотрел на подарок, поражаясь изяществу предмета. Крутил его в ладони, осторожно погладил пальцем, словно желая убедиться, что перед ним металл, а не живое существо. Змейка оказалась теплой и гладкой и вдруг моргнула, подняла маленькую головку, глядя на Итана.       – Она живая?! – парень едва не подпрыгнул от неожиданности.       – Нет. Но моя кровь в ней реагирует на тебя.       – Это… Я даже не знаю.       – Это мой подарок взамен тому, что я случайно уничтожил. Если согласишься, я сделаю на него привязку. Если нет, просто возьми.       – Такую и без привязки потерять страшно. Она же живая.       – Нет. Она не живая, это вещь. Ее не надо кормить, поить. Ей без разницы, на жаре ты или на холоде, на земле или под водой. Она не защитит тебя в случае опасности, хоть у нее и есть зубы. Это всего лишь кусок металла, хоть она и может реагировать на тебя.       – Она клевая. А привязка… Она защитит меня от посягательств всех вампиров?       – Да, в том числе и от меня. Тебя по-прежнему смогут приманить силой, лишить воли. Но ты не почувствуешь слабого зова. В этом мире вампиры тебя не тронут.       – Ладно. Делайте. Надоело, что меня постоянно грызут, как кусок мяса.       – Еще раз, прости меня. У меня не было выбора. Я думал, если удалюсь от тебя, зов ослабнет и ты быстро придешь в норму, но тебе становилось только хуже. Я был вынужден укусить тебя. Только после этого тебе стало лучше.       Итан снова потер шею, ощущая болезненные проколы.       – Судя по всему, не сразу.       – Мне сложно было остановиться. Я более тридцати лет не пил человеческой крови, кроме крови Гарета. Но его кровь я пью лишь по необходимости. Чтобы не погибнуть. Он ни разу не позволил прикоснуться к его шее, только запястье. Да и кровь жертвы всегда слаще.       – Ладно, пес с ним. Сделайте мне уже этот оберег от кровососов. Без обид, но я не доверяю даже вам.       – У тебя есть на это полное право. – Ремиран вздохнул и подошел ближе, забирая амулет. – Сосредоточься на вещи. Думай о ней.       Итан смотрел на змейку и понимал: глядя на это чудо, думать о чем-то, кроме нее, невозможно. Маленькая, живая, она притягивала к себе взгляд. Парень чувствовал, как по коже словно бегут маленькие электрические разряды, слышал тихий шепот графа и все больше убеждался, что маленькая змейка просто идеальна. Она словно смотрела ему в глаза и улыбалась, если подобное можно было сказать о змее.       – Вот и все, – прервал поток его мыслей Ремиран. – Это защитит тебя от слабого зова. И хочу напомнить, если ты встретишь человека, который станет тебе дороже этого амулета, привязка разорвется. Так что выбирай осторожно.       – Вряд ли существуют люди, которые могут стать мне близкими. Я не очень люблю людей. До сегодняшнего дня они не сделали мне ничего хорошего. Как и вампиры. Так что, думаю, мы с этой малюткой вместе до конца наших дней.       Итан заметил гримасу боли на лице Ремирана, но не спешил извиняться. Шея все еще изрядно болела, да и общее состояние оставляло желать лучшего. Граф вышел из комнаты, а через какое-то время вернулся с подносом горячей еды и бокалом вина. Увидев горячие блюда, Итан понял, что дико голоден, а потому с жадностью набросился на угощение. Змейка же уютно обосновалась на тонком кожаном шнурке, принесенным графом и завязанном на шее.              Молодой организм быстро восстанавливался. Ремиран чутко следил, чтобы Итан целыми днями валялся в постели, ел от пуза и пил вдоволь. Дим с Лексом маялись от безделья, и Харрис в итоге не выдержал. Сбежал из комнаты графа, нашел парней в их спальне. Хотел было проявить наглость и вломиться без стука, но подумал, что не желал бы увидеть, как эти двое трахаются. На стук выполз сонный Такер.       – Что случилось? – обеспокоенно спросил он.       – Надеюсь, ничего. Предлагаю снова сгонять в город, поискать зеркало.       – В такую рань? – Дим зевнул.       – Ну, позавтракаем и погнали.       – Опять нарвешься на какого кровососа.       – Не нарвусь, теперь проблем не будет. – Итан решил не рассказывать про привязку вообще никому, и тем более Такеру.       – Уверен? Не хотелось бы снова спасать твою задницу.       – Ты не слишком ли много думаешь о моей заднице?       – Проблема в твоей заднице. Она вечно влипает в неприятности. И из-за этого мы торчим тут уже целую вечность.       – Прости, больше не повторится.       Итан понял, что Такер прав. Из-за него они застряли в этом мире. И ведь ничего не происходит. Никаких ответов они не получают. И ладно он, его в родном мире никто не ждет. Ну потеряет он работу, так не страшно, уборщики всегда нужны. А вот за мажоров переживают, их ищут, волнуются. А они тут торчат просто так.       – Предложение в силе, после завтрака надеюсь поискать зеркало.       Дим долго смотрел вслед ушедшему Харрису. Он действительно сказал это? Попросил прощения? За полтора месяца, что они знакомы, Харрис ни разу не проявил благоразумия, лишь огрызался и дерзил. И вдруг такие изменения.              По округе катались до самого вечера. Дим с недоумением следил за Харрисом. Сосредоточенный, серьезный, казалось, что он стал старше лет на десять за эту поездку.       – Харрис, ты как? – прервал он Итана.       – Не понимаю. Куда ни поедем, меня тянет обратно в замок. Но это не зеркало, это граф. Его ощущение.       – Скучаешь?       – Нет. Я пытаюсь почувствовать зеркало, но чувствую только его. Раньше такого не было. Я мог найти графа, когда мне это было нужно, но сейчас я даже не думаю о нем, но все равно чувствую.       – Может, это из-за… ваших отношений? А зеркала и правда нет?       – Я уже не знаю. Поехали обратно, завтра попробуем еще.       – Как скажешь.       Дим позвал Гарета и велел ему возвращаться в замок. Итан лениво подивился, как рыцарь терпит его повелительный тон, но ничего не сказал. Он дико устал, у него болела голова и очень хотелось просто лечь и уснуть.       Едва они подъехали к замку, как Итана буквально накрыло острое чувство беспокойства. Он понял, что случилось что-то ужасное и поспешил сообщить остальным.       Гарет гнал несчастных лошадок не щадя. Животины хрипели, но мчали к воротам, взрывая землю копытами. Замок встретил тишиной. Итан чувствовал, что граф внутри, и поспешил к нему. Гарет и Дим шли следом.       В большой зале горели свечи, и Итан сразу заметил перепуганного Лекса, а уже после – скорчившегося на полу графа.       – Милорд, – Гарет первым бросился к своему хозяину. – Что случилось?       – Все нормально, – устало проговорил граф, поднимая глаза на рыцаря. – Айрас решил отомстить за потерянную добычу. Глупый щенок. – Он скривился от боли, зажимая кровавую рану на боку.       – Вы ранены.       – Только царапина. Он хоть и неопытный, но все же сумел задеть меня. Рана быстро затянется. Не переживай.       Гарет думал пару секунд, а после развязал шнуровку на правом наруче, снял его и закатал рукав рубахи. Ремиран сверкнул глазами и тут же вонзил клыки в любезно подставленную руку. Итану было не по себе наблюдать за тем, как питается вампир. Он представил, как тот с таким же лицом пил его кровь. Словно голодный зверь. Он неосознанно погладил пальцами шею в том месте, где все еще оставались едва заметные следы от укусов, и поежился, вспоминая болезненные ощущения. И это при том, что он вообще не помнил, как граф кусал его. Сейчас же, видя гримасу боли на лице Гарета, становилось совсем страшно.       – Хватит, – граф с явным трудом оторвался от запястья своего слуги.       – Вам нужно больше крови, милорд.       – Не сейчас, иди отдохни. Я могу подождать.       – У вас даже рана не затянулась. Я выдержу. – Гарет снова протянул руку у Ремирану, но тот лишь отвернулся.       – Я не могу тобой рисковать. Ты нужен мне, Гарет.       – Вы же можете умереть.       – Могу. Но не стану больше пить твою кровь. Если Неодоран придет за своим подопечным, тебе придется сказать ему, что Айраса больше нет. Я прикончил его, защищаясь. Помоги мне дойти до комнаты, мне стоит отдохнуть.       В зале повисла нездоровая тишина. Дим и Лекс напряженно наблюдали за всем поодаль, а Итан боролся сам с собой. Он понимал, что обязан что-то сделать, ведь граф помог им. Дал кров, еду, знания. Он обязан отплатить ему… но было чертовски страшно.       – Милорд, прошу, продержитесь пару дней. Я смогу отдавать вам кровь, хоть понемногу.       – Все в порядке, Гарет, – Ремиран через силу улыбнулся. – Я выдержу. Будет глупо, если я погибну от простой царапины.       Гарет на пару с Димом помогли графу добраться до спальни. Итан видел, как обеспокоенно Гарет бродил по коридорам, видел, как он бледен от потери крови, но не покидает своего хозяина. Итан вздохнул и, решившись, все же подошел.       – Почему графу так плохо, если рана не серьезная?       – Рана очень серьезная. Он потерял много крови. Чтобы полностью восстановиться, ему нужно гораздо больше того, что я могу дать.       – Это ведь очень больно?       – Ты не обязан. – Итан заметил, как Гарет словно уцепился за эту мысль. – Милорд и так сильно переживает на твой счет.       – Почему?       – К хорошему быстро привыкают. Он привык к твоей крови.       – Если я… моя кровь поможет ему?       – Да, определенно.       Итан видел, как Гарет борется с собой. Он не мог попросить Итана отдать кровь графу, но очень надеялся, что тот сделает это. Итан еще какое-то время бродил по пустым коридорам, но в итоге вернулся к спальне графа. Пусть Дим злится, что он снова затягивает поиски, но Итан не мог поступить иначе. Вздохнув, он постучался и толкнул дверь.       Ремиран казался еще бледнее, чем в зале. Итан уверенным шагом приблизился в постели графа, осмотрел простыни. Крови почти не было, но изможденный вид вампира намекал на его плачевное состояние.       – Итан? – граф приподнялся на локте. – Ты что-то хотел?       – Да. Я… Вам нужна кровь, чтобы выжить?       – Не преувеличивай. Меня не так просто убить. Протяну как-нибудь неделю, пока Гарет не восстановится.       – Но если вы выпьете больше крови сейчас, то вам же станет легче?       – Итан. Даже не думай об этом. Я не смогу просить тебя снова испытывать боль по моей вине.       – Вам не надо просить. Я же уже здесь. К тому же тот вампир вернулся из-за меня.       – Он пришел отомстить мне за то, что я, по его мнению, отобрал у него добычу.       – То есть меня. Его добычей был я.       – Ты не виноват. Не переживай за меня. Иди, отдохни, у вас был насыщенный день.       – Вам нужна моя кровь.       – Итан, уходи, прошу, – Ремиран скривился. – Мне тяжело себя сдерживать. Но я не стану снова причинять тебе боль.       – Это не страшно, милорд. Вы столько сделали для нас, я должен отплатить.       – Не стоит. Ты ведь боишься боли. Не нужно заставлять себя. Иди.       Итан замер, борясь с собственным страхом и желанием воспользоваться советом и сбежать, но заметил на столике у окна нож для бумаг. В несколько шагов преодолел расстояние, глубоко вздохнул и, схватив инструмент, полоснул себе по запястью.       – Итан! – Ремиран рывком сел на кровати, и Итан, с трудом превозмогая боль и зажимая рану второй рукой, приблизился к нему.       – Теперь уже нет смысла уходить.       – Ты безумец, – тихо проговорил Ремиран и буквально набросился на рану.       Было больно, чертовски больно. Итан присел на край кровати, наблюдая, как вампир с жадностью глотает его кровь. Он действительно не любил боль. Боялся ее, но никогда не ныл. Отец частенько его избивал, и он терпел. Страшно только в первый момент, до того, как боль приходит, а после… что уж поделать. Остается только терпеть. Что же касается данной ситуации, то тут было проще – его боль помогла близкому человеку. А ради этого можно и потерпеть.              Рана на запястье затянулась, но продолжала болеть. Итан молча наблюдал, как Ремиран сначала осторожно обработал порез какой-то мазью, а теперь аккуратно накладывал тканевую повязку.       – Ты ненормальный, ты знаешь? – мягко проговорил граф, не глядя парню в глаза.       – Я догадываюсь.       – Ты не подумай, я очень благодарен тебе, но почему ты сделал это?       – Вам нужна была моя кровь.       – Я мог бы подождать, пока Гарет восстановится.       – Гарет тоже человек. Он не ходячая кормушка.       – Он знал, на что идет, и сам выбрал свой путь.       – Это не значит, что его можно использовать. Я мог отдать кровь, я ее отдал. Не вижу проблемы.       – Я просто удивлен. И благодарен.       – Не стоит. Вы и так сделали для нас слишком много. Для меня. Один только амулет уже стоит того, чтобы отдать за него немного крови.       – Ты удивительный, Итан. – Граф закрепил повязку, но не отпустил руку Харриса.       Он долго смотрел на забинтованное запястье, слегка поглаживая ладонь возле повязки, а потом вдруг притянул парня к себе и мягко поцеловал.       Итан замер, боясь даже вздохнуть. Он не знал, как реагировать на действия Ремирана, не желая отвечать и боясь оттолкнуть. Но когда Ремиран, не разрывая поцелуя, ставшего требовательным, повалил Итана на постель, воспоминания нахлынули волной. Он забился в руках мужчины, с силой толкнул его в грудь и, как только граф чуть отстранился, вырвался и кубарем скатился с постели, в панике ища пути отступления.       – Итан, прости, – Ремиран тут же бросился к нему.       – Нет! Не трогай! Не смей ко мне прикасаться!       – Все, я не трогаю. Успокойся, прошу, я больше не трону тебя.       Харрис не стал дальше слушать, на дрожащих ногах выскочил из комнаты и поспешил к себе. Спрятаться, сбежать… только не чувствовать этого. Никогда.       Итан подпер дверь креслом, как в первую ночь, забился к окну и спрятал голову в коленях, обхватив себя руками. Ему было плохо, страшно, больно. Почти как в ту ночь, много лет назад. И пусть он понимал, что вряд ли граф хотел причинить ему боль. Он лишь неверно истолковал его благодарность. Итан сам виноват, стоило сразу уйти. Вообще не стоило сближаться с графом, тем более когда он узнал о его предпочтениях. Но доверился, привязался и, видимо, дал ложную надежду. И что теперь? Прятаться в комнате? Итан поднял голову, достал из-за пазухи змейку и погладил ее пальцем. На секунду она ожила, моргнула, повернув на него мордочку, и снова стала лишь вещью. Парень долго смотрел на амулет, поглаживал его чуть теплые контуры и постепенно успокаивался. Стоило выйти, объясниться с графом, но он не знал, как можно облечь в слова то, что болело и гнило в нем столько лет. Итан слышал, как за дверью ходили люди. Ремиран, Дим, Гарет… Но никто из них не рискнул зайти к нему. Слышал, как граф что-то пытался сказать, извинялся, но Итан не ответил, и вскоре вампир ушел. Итан еще долго сидел в тишине, слушая лишь собственное сбившееся дыхание и грохот сердца, а когда за окном забрезжил рассвет, его сморил сон. Ему снова снился тот же сон, что мучил его в детстве, – комната, боль, темнота и отец, предавший его, убивший в нем ребенка. Он мечтал вырваться, сбежать, но выхода не было.              Дим обеспокоенно прошелся по комнате. Ситуация была странная, непривычная. С одной стороны, хозяин поместья был ранен и ему требовалась помощь. А с другой, под помощью понималась кровь. Позволять вампиру кусать себя или Лекса Дим однозначно не собирался, но чувствовал при этом что-то похожее на чувство вины.       – Дим, – позвал его Лекс. – Надо что-то сделать?       – Что, например? Хочешь подставить шею?       Лекс поежился.       – Нет, но… можно же что-то придумать? Граф столько сделал для нас.       – Сколько? – Дим остановился и посмотрел на парня. Ему в последнее время очень не нравилось, что Лекс как-то уж часто упоминает вампира. – Мне он ничего не сделал.       – Он пустил нас в свой дом, кормит, помогает искать зеркало.       – И в оплату всего трахает Харриса. Вроде в расчете.       – Я не думаю, что они спят. К тому же даже если это так, то мы тут не причем. Мы же не платим.       – Платим. Харрисом. Раз ему повезло вляпаться в это дерьмо с нами, значит, будем его использовать. К тому же он не против.       – Ты вообще его за человека не считаешь?       – Считаю. Только ты же не думаешь, что, как только мы попадем в следующий мир, он снова найдет себе попечителя? Будет жрать, спать за наш счет. Выживать на наши деньги. Так что, считай, авансом отрабатывает.       – И все же… может, нужно поговорить с графом?       – Лекс, забей. Гарет вполне справится с лечением нашего добрейшего вампира. Это его работа. А мне надо выспаться, завтра с утра снова поедем искать зеркало. Думаю, Харрис сможет удержаться в седле, а то Гарет сейчас вряд ли сможет ехать в повозке.       Дим вышел из комнаты, направляясь в уборную, когда услышал шум и заметил впереди Итана. Конечно, то, что он сказал Лексу, было не совсем правдой. Он не считал, что Харрис ему обязан, но пользоваться им все равно не гнушался. Итан довольно быстро шел в его сторону, и Дим рассмотрел, что тот явно пошатывается, опирается на стену. Дим с интересом проводил его взглядом до спальни, Итан его, кажется, вообще не заметил. Зато следом появился Ремиран, взволнованный, но вполне себе бодрый для недавно умирающего.       – Дим, что ты здесь делаешь? – Граф подошел к нему, напряженно вглядываясь в глаза.       – Иду в уборную. Смотрю, вам лучше?       – Итан помог мне.       – Опять? Продолжаете пользоваться тем, что Харрис не может сопротивляться?       – Нет, он пришел по своей воле.       – А потом сбежал, теряя тапки?       Вампир оглянулся, словно действительно ища потерянную обувь.       – Я не буду перед тобой оправдываться. Только прошу, присмотри за ним. Боюсь, я напугал его, и он захочет покинуть мой замок. Не оставляй его.       Дим не понял, что имел в виду граф, но уточнять не стал. Обогнул вампира и направился в уборную. С Харрисом он поговорит утром, и, если тот реально решил свалить из замка, Дим будет только рад. Деньги у них есть, выживут. А вот держать Лекса подальше от кровососа было бы очень хорошо.              Итан проснулся от головной боли. Поднял голову с колен, вытянул ноги. Тело тоже болело. Плюс ко всему добавлялась слабость. Парень с трудом поднялся и вышел из комнаты. Добрался до уборной, привел себя в порядок, спустился в обеденную. Его встретили напряженными взглядами.       – Доброе утро, – Итан поморщился, потирая висок. Голова болеть не переставала.       – Итан? – Ему навстречу поднялся граф, но Итан остановил его.       – Я в порядке, голова просто болит. А что у вас под замком?       Ремиран замер.       – Винный погреб.       – Видимо, я пристрастился к местному вину, – Итан усмехнулся и сел за стол.       Ремиран, поняв, что обсуждать вчерашнее Итан не намерен, тоже вернулся за стол. Он все еще был бледен и смотрел напряженно, но его жизни уже ничего не угрожало. Закончив с едой, Итан хотел было уйти в комнату, потому как голова не проходила, но его остановил Такер.       – Харрис, ты как?       – Нормально.       – У вас с графом какие-то проблемы?       – Нет, – Итан дернулся, не хотелось бы объясняться с Димом.       – Хорошо. Почему ты спрашивал про подвал замка?       – Не знаю, меня туда словно тянет.       – Зеркало?       – Не уверен. У меня сильно болит голова, я сейчас не могу толком разобраться, что это и на что похоже.       – Ты вчера добровольно позволил графу укусить себя?       – Дим, я понимаю, что ты злишься, но я не мог просто отсидеться. Ремирану нужна была моя помощь.       – Да с чего же мне злиться. Всего лишь в очередной раз откладываем поиски выхода.       – Прости, но это был мой долг. Я отлежусь сегодня, а завтра отправимся искать. Обещаю.       – Ты едва на ногах стоишь, бледный как моль, шатаешься. Какой там завтра. Опять на неделю свалишься. Иди уже, бесишь.       Такер обогнул парня и скрылся в коридоре, уводя с собой Лекса.       – Итан, постой, – как только мажоры скрылись, а Гарет ушел на кухню, к нему подошел граф. – Я напугал тебя вчера.       – Все нормально, я не хочу об этом говорить.       – Прошу, не бойся меня. Я больше не притронусь к тебе, клянусь.       – Все нормально. Я просто очень плохо спал, голова болит. Пойду полежу.       – Иди, конечно, отдохни.       Итан направился в комнату, забрался в кровать прямо в одежде, пытаясь спрятаться от боли. День клонился к закату, а головная боль лишь усиливалась. Навязчивая мысль спуститься ниже не покидала Итана, впиваясь в мозг словно игла.              Когда Харрис не спустился и к ужину, Дим серьезно забеспокоился. Как он уже выяснил, Итан был не прочь пожрать и пропускал очередной прием пищи лишь в крайнем случае. Сейчас же он пропустил уже второй, а если учесть, что и на завтрак он лишь вяло поковырялся в тарелке, то дело принимало совсем скверный оборот. Такер после ужина поднялся в спальню Итана и настойчиво постучал в дверь.       – Харрис, ты там не сдох? У меня на тебя еще есть планы.       Ответом ему был едва слышный стон. Дим толкнул дверь, вошел внутрь. Шторы в комнате были плотно задернуты, а сам Итан обнаружился на полу у кресла.       – Что с тобой? – Такер подошел ближе и заметил, что у парня идет кровь носом. – Бля, что случилось?       – Голова болит, – прошептал Харрис едва слышно и поморщился.       – Боль какая? Режущая, давящая? Часто такое бывает?       – Нет.       – Итан, объясни, как болит?       – Сильно… словно в голове гвоздь и боль идет от него.       – Гвоздь внутри или под кожей?       – Под кожей.       – Хорошо, – Дим старался говорить тихо, чтобы не доставлять лишнего дискомфорта парню. – Потерпи немного, я узнаю у графа, может, есть какое обезболивающее.       Такер покинул комнату, нашел графа. Состояние Харриса не внушало доверия. Это могла быть и мигрень, и опухоль. Он ведь говорил, что его зачали в домашних условиях. Значит, иммунитета к опасным заболеваниям у него, скорее всего, просто нет. Сейчас бы его в одну из клиник отца, там бы его быстро обследовали и вылечили. А какая медицина есть в этом мире? Скальпель и вино вместо анестезии? Надо бы уходить в новый мир, надеясь, что там будет получше с развитием.       – Граф, у вас есть что-нибудь, чем можно снять острую боль?       – Есть. Что-то с Алексом?       Дима буквально передернуло. Алексом? Давно ли Лекс стал Алексом? Вроде раньше он был просто Александером. Даже для Дима он был Лексом. Алексом его звала только мать. Вампиру что, Харриса мало, так он и на Лекса глаз положил?       – Нет, у Итана голова болит. Мигрень, возможно.       – Мигрень? Что это? – Граф спешно направился в комнату, граничащую с кухней.       – Приступ острой головной боли. Не смертельно, но помочь надо. Если это, конечно, мигрень.       – Может быть что-то иное?       – Может. Не буду объяснять, это долго. Просто нам желательно попасть в мир с высокими технологиями, чтобы узнать причину боли.       Ремиран лишь кивнул, продолжив путь. В нужной комнате поискал на полках, достал небольшую склянку с жидкостью.       – Это должно помочь, – обернулся он к Диму.       Такер даже не удивился, когда граф направился к Харрису вместе с ним. Конечно, они вчера могли и повздорить, но Итан вроде не злился на любовника. «Пациент» нашелся на прежнем месте, в той же позе. Граф поспешил напоить парня принесенным варевом. Дим убедился, что Харрис выпил настой, и удалился.       – Граф, – едва слышно проговорил Итан спустя пару часов, – отведите меня в погреб.       – Что там делать?       – Не знаю. Там прохладнее. Там будет полегче.       – Там в это время года довольно холодно. Боль не проходит?       – Нет. Мне становится хуже. Мне нужно вниз.       Ремиран долго молчал, а потом поднялся.       – Попробуй уснуть, Итан. Я открою тебе окно.              Перед завтраком Дим решил проведать Харриса, зашел в комнату и замер. В спальне было прохладно, а Итан, все так же на полу, дышал сквозь зубы.       – Итан, тебе не легче?       В ответ парень лишь проскулил, не открывая глаз. И Такер понял – дело дрянь. Граф нашелся в большой зале, расхаживающим взад-вперед.       – Итану хуже. Надо вызывать врача, лекаря или что у вас тут есть.       – Лекарь ему не поможет, – обреченно проговорил вампир, останавливаясь, но не глядя на Дима. – Соберите свои вещи и то, что желаете взять. У вас мало времени.       – Что происходит?       – Вам нужно уходить.       – Опять вампиры? Кто-то приманивает Харриса?       – Я позже объясню. Поторопись.       Такер не стал уточнять деталей, поспешил в комнату, помог собрать вещи Лексу. В целом, пожитков у них было мало. Немного одежды, которую им выделил граф да они прикупили сами, кошель с монетами, кошель с украшениями, и в общем все. Собравшись, Дим потащил недоумевающего Лекса в соседнюю спальню, где уже был граф.       – Мы готовы.       – Отлично. – Ремиран подошел к Итану и осторожно поднял того на руки. – Идите за мной.       Парни молча шли вслед за графом вниз по лестнице, где их встретил Гарет. Воин, видимо уже проинформированный о ситуации, послушно отпирал замки и открывал двери перед графом. Они спустились в помещение под замком, прошли в винный погреб, миновали стеллажи с бутылками. Гарет отпер еще одну дверь, а после забрал Итана. Ремиран что-то делал возле кирпичной кладки. Видимо, там был скрытый механизм. Возможно, тайный ход за пределы замка.       – Сюда, – граф толкнул стенку, и она отъехала, освобождая проход.       Дим даже не удивился, когда по мере их приближения на стенах загорались свечи. Они прошли по длинному коридору и вышли в небольшой круглый зал с постаментом в центре. Граф снова что-то пошептал перед ним и сдернул ткань.       – Дим, Алекс, возьмите Итана. Вы можете воспользоваться зеркалом только втроем.       – То есть, – Такер в шоке смотрел на блестящую поверхность в черной раме, – все это время выход был у нас под носом?       – Сейчас нет времени. Итану пора уходить.       – Идем, Дим, – Лекс потянул любовника за рукав, пытаясь отвлечь.       Такер взглянул на графа и перехватил Харриса у Гарета. Им действительно давно уже пора. И как только они с Лексом подошли к зеркалу, то мгновенно попали в водоворот. Такер уже на грани услышал обреченный голос графа. Он прощался с Итаном. Неужели влюбился и просто не хотел отпускать? Это было похоже на правду. Потому как иной причины столько времени скрывать зеркало у него не было.