Зеркала в черной раме

      Итан с трудом открыл глаза и долго смотрел на русую макушку, примостившуюся на краю его дивана. Такер спал, сидя на полу и положив голову на сложенные руки. Выглядел он при этом каким-то усталым даже во сне. Харрис понял, что до этого момента толком и не видел Дима спящим. Так уж повелось, что они либо спали в разных комнатах, либо просыпались практически одновременно. А теперь ему выпал шанс рассмотреть мажора поближе. Хотя слово «мажор» давно уже не подходило ни Диму, ни Лексу. Его спутники сильно поменялись за прошедшее время. Особенно Дим. Исчезла заносчивость, надменность. Появилась забота и желание защищать. Да, он все еще подкалывал Итана при каждом удобном случае, но при этом оберегал. Отдал единственную теплую куртку, вытащил из пыточной, рискуя жизнью, присматривал за ним в деревне, забрал его сумку с пожитками, когда Итан был слаб. Итан все еще не мог доверять ему до конца, но понимал, что они теперь не чужие. И Лекс. Лекс, который вытащил их из того жуткого мира, где Итан потерял глаза. Через что ему пришлось пройти, чтобы спасти их? А еще он вернул ему амулет.       Харрис осторожно, чтобы не разбудить Такера, достал из-под футболки змейку. Частичка его души. Все такая же дорогая, но… Итан впервые задумался над словами Ремирана. Смогут ли его спутники стать ему ближе, чем она? Не сейчас, нет. Но в будущем?       Итан снова спрятал амулет и взглянул на Дима. Он подстригся, это Итан заметил в первый день, а еще заметил, что седина на виске стала ярче, выраженнее. Он обратил на нее внимание еще в прошлом мире – корни у Дима сильно отросли и ее было видно, пусть и не так хорошо, как сейчас. Итану стало интересно, откуда у молодого парня такая отметина. Он неосознанно потянулся к белой прядке, чуть коснулся ее кончиками пальцев.       – Не нравится? – сонно спросил Дим, не открывая глаз.       – Нравится, – так же тихо ответил Итан, но руку не убрал. Седые волосинки казались жестче. – Откуда это?       – С детства. Когда мама погибла, появилось.       – Мне жаль. Ты поэтому красился?       – Да. Выглядит ужасно.       – Выглядит красиво. Так ты больше похож на человека, а не на эталон.       Итан на секунду замер, а когда сообразил, что сказал и кому, резко отдернул руку.       – Прости.       – Не извиняйся, – улыбнулся Дим уголком рта и сел перед диваном. Момент был разрушен. – Как ты?       – Хорошо. Вчера было не так плохо, как в прошлую ночь. Я пил таблетки, что ты оставил.       – Мне жаль, что меня не было рядом. Опять.       – Когда ты рядом, этого не происходит.       – Я не понимаю, Итан, как это связано? Почему именно ты?       – Не знаю. А почему именно я? Точнее, он?       – Кто? – Такер поймал взгляд Ита и вздрогнул – он знал.       – Итан Харрис из этого мира?       – Я не хотел. Я думал лишь поговорить с ним, свести вас как-то, чтобы ты понял, каким можешь быть.       – Я не хочу быть таким, как он.       – И не надо. Ты был прав, вы не похожи. Ты другой.       – Тебя это расстраивает?       – Отчасти. – Дим отвел взгляд. Признавать, что он бы очень хотел, чтобы скрипач был таким же, как его Итан, было тяжело, но врать себе было еще хуже.       – Ты бы хотел, чтобы я был таким, как он?       – Нет. Вот уж точно нет. Три самовлюбленных придурка из трех… мы бы не выжили.       Дим не смог сдержать смех, представив, как они, трое избалованных жизнью, попали бы в мир к вампиру. Да какой-нибудь Ремиран бы их сожрал в первый же день. Вряд ли хоть кто-то из них нашел бы в себе силы попросить помощи. Нет, хорошо, что с ними Итан.       – Что? – От смеха проснулся Лекс, заозирался. – Что такое? Итан, ты как?       – В порядке. – Итан тоже осторожно сел, стараясь не задеть Дима.       – Раз все проснулись, предлагаю позавтракать и придумать, чем займемся дальше. Думаю, прогулка по городу нам не повредит.       Дим бодро поднялся на ноги и, похрустев шеей, направился в душ, велев Итану варить им кофе.              Дим в сотый, наверное, раз сбросил входящий. Перевел взгляд на экран телевизора.       – Так и не ответишь? – поинтересовался Лекс, сидящий рядом.       – Нет. Он хочет, чтобы я приехал.       – Почему не поедешь? – вклинился Итан.       – Чтобы тебя опять ломало? Перебьюсь.       – Я потерплю.       – Я не потерплю, – отрезал Такер. – Я не хочу получать удовольствие за счет твоих страданий. Если бы я знал, что с тобой такое будет, вообще бы все это не начинал.       – Ответить все-таки придется, – повернулся к нему Лекс. – Как минимум объяснить, что все кончено, и вернуть дорогой подарок.       Дим поморщился, понимая, что Кроуфорд прав. Придется и ответить, и встретиться. Вот только как отказаться от соблазна, когда он будет на расстоянии вытянутой руки? Дим посидел еще пару минут, бесцельно глядя в одну точку, пока телефон в его руке снова не зазвонил. Вздохнув и ловя осуждающие взгляды, парень поднялся с дивана и вышел из номера, принимая вызов.       – Привет. Прости, не мог ответить.       – Привет. Я думал, ты меня игнорируешь, – обиженно проговорил скрипач.       – Нет, что ты… Мы можем увидеться?       – Конечно. Я для этого и звоню. Приезжай.       – Хорошо, скоро буду.       Дим отключился, убрал смарт в карман и вернулся в номер.       – Я поеду к нему, поговорим и вернусь.       – Как знаешь, – отозвался Итан, по-прежнему не глядя Такеру в глаза. – Если что, таблетки у меня еще есть.       Дим не ответил, пошел в душ, собрался и поехал к скрипачу. Нужно было поговорить и расстаться. По дороге Такер все думал, а для чего они в этом мире? Он честно думал, что тот короткий, но емкий диалог с Итаном был важен. Тот краткий, но такой тонкий миг спокойствия, умиротворения. В то утро Дим четко осознал, что скрипач лишь замена. Да, он безумно похож на Итана внешне, но по характеру они совершенно разные, и, на удивление, Диму ближе был тот, что постоянно ершился и огрызался, что сейчас остался в номере мотеля, ждать боли и глотать таблетки, чем тот, кто позволял любить себя и ждал его в шикарном номере отеля. Дим задавал себе вопрос – могла ли эта встреча быть лишь для того, чтобы Дим понял разницу? Понял значимость Итана в его жизни. Ведь стоило признать, в последнее время Итан перестал быть чужим, не казался больше человеком из другого мира.              Скрипач, как всегда, ждал у лифта. Встретил улыбкой, повел в свой номер люкс.       – Ты голоден? – небрежно поинтересовался он, скидывая рубашку.       – Нет. Итан, я пришел поговорить.       – Предлагаю сначала секс, потом разговоры.       – Я потому и хочу поговорить. Я не думаю, что нам стоит продолжать эти встречи.       Харрис повернулся к Диму, недовольно хмуря брови.       – Почему?       – Мы слишком разные. Ты звезда, у тебя другая жизнь. Ты уедешь, и мы больше не увидимся.       – У меня завтра концерт, а потом две недели отдыха. У нас полно времени.       – Но я не знаю, сколько времени у меня. Я могу сорваться из города… из страны в любой момент. Так что, я думаю, на этом все.       Такер вытащил из кармана телефон и положил его на тумбу.       – Оставь себе. – Итан подошел к Диму вплотную, легко касаясь кончиками пальцев его груди. – Это подарок.       – Не нужно, я…       – Оставь. У меня к тебе будет просьба, Дим. У меня завтра концерт. Финальный в этом туре. Я не хочу его испортить из-за волнения. Прошу тебя, останься со мной сегодня. Ты мне очень нужен. А завтра, если захочешь, сможешь уйти.       Такер хотел было возразить, но увидел печальный, умоляющий взгляд парня и не смог отказать. Все-таки они чертовски похожи с его Харрисом.              – Ты был сегодня так нежен, – промурлыкал скрипач, выводя узоры на груди Дима пальцами.       – У тебя же концерт завтра, не хочу тебя мучить, – соврал Дим. Во время секса он представлял, как там другой Итан, что он чувствует, насколько ему плохо.       – И после этого ты заявляешь, что хочешь уйти от меня? Нет уж. Я не готов тебя отпустить.       – Итан, это действительно невозможно. Я должен уйти.       – Да я шучу. Я же сказал, эта ночь последняя. Ты классный парень, мне будет жаль расставаться с тобой, но ты прав, этот роман не может длиться вечно. Общество не одобрит, если я буду встречаться с парнем. Только давай поговорим об этом позже. Я хочу побыть с тобой сейчас. Просто быть рядом.       Дим с трудом сдержал вздох облегчения. Он боялся, что такой самовлюбленный тип, как Итан-скрипач, просто так его не отпустит. Они еще долго валялись в постели, занимались любовью и просто наслаждались близостью друг друга.       – Дим, почему ты не покрасишь волосы? – спросил Харрис, осторожно касаясь седины на виске Такера.       – Я раньше ходил с окрашенными волосами, точнее, с обесцвеченными. А сейчас решил, что это глупо.       – Не глупо. Тебе бы пошло быть блондином. Да и скрыть седину надо. Ты молодой парень, и такое… это выглядит отвратительно.       Дим улыбнулся. Помнится, не так давно другой Итан говорил ему совершенно другое. Он не стал спорить со скрипачом, хотя и тот не стал настаивать на своем. Они еще немного поболтали о разном, Харрис пригласил Дима на свой концерт, обещал бесплатный билет. А когда Дим уже почти ушел, заставил забрать его подарок – на память. Такер забрал. Попрощался с парнем и покинул отель с легким чувством того, что на этом ничего не закончилось.              Настойчивый стук вырвал Итана из ступора. Парень вздрогнул, покосился на дверь.       – Итан, ты там как? – донесся взволнованный голос Лекса.       – Я в порядке, – отозвался Харрис.       Снова включил воду, встал под струи воды. Перед Лексом было жутко стыдно, но пора было выходить из душа. Итан вздохнул, быстро ополоснулся, выключил воду, закутался в полотенце. Лекс так и ждал под дверью, отчего Итан еще больше смутился.       – Итан, ты точно в порядке? – остановил его Кроуфорд.       – Да, все нормально.       – Такер, скотина, обещал же, – выругался Лекс, возвращаясь в комнату, но не спуская глаз с Итана.       Харрис не ответил. Вернулся на свой диван, укутался в одеяло с головой и закрыл глаза, стараясь не вспоминать. Вот только забыть не получалось. Сегодняшняя ночь сильно отличалась от предыдущих. Если в прошлые ночи Итана ломало, у него был жар, судороги и иногда рвота, то сегодня все было иначе. Все начиналось как обычно – повышение температуры, озноб, но потом… да, был привычный уже жар, вот только на смену ему пришло нечто странное, чего Итан ранее никогда не испытывал. Сердце билось как сумасшедшее, в паху наливалась тяжесть, а кожа стала настолько чувствительной, что казалось, может лопнуть от любого касания. Он метался по кровати, стараясь не стонать в голос, чем напугал Лекса еще больше. Но самое страшное было после – Итан кончил.       Харрис поднял взгляд на Лекса, напряженно замершего напротив, почувствовал, как лицо заливает краска. Он очень надеялся, что Кроуфорд не заметил его позора. От стыда захотелось спрятаться, и Итан отвернулся к спинке дивана. Лекс еще пару раз убедился, что Итану лучше и наконец-то лег спать, а вот Итан уснуть не мог. Постепенно успокаиваясь, он провалялся до самого рассвета, но когда щелкнул замок в двери, все спокойствие как ветром сдуло. Понимание того, что виновником его сегодняшнего состояния был именно Дим, выбило почву из-под ног. Снова накатил дикий стыд. Такер тихонько прокрался к его дивану, и Итан затаил дыхание, стараясь прикинуться спящим. Дим долго стоял рядом, Харрису даже стало казаться, что тот ушел, и он чуть пошевелился, стараясь сквозь ресницы увидеть парня. Дим заметил это легкое движение, вздохнул и, тихо произнеся единственное «прости», ушел к кровати.              Когда уснул, Итан не заметил, но проснулся от ругани. Лекс шепотом отчитывал Дима за ночной загул, а тот, на удивление, даже не огрызался, лишь пытался убедить Лекса, что не мог иначе и теперь уже точно все. Итан решил не мешать и не встревать в спор, но не слышать его не мог.       – Ты же знаешь, что Итану плохо, когда ты со скрипачом, – отчитывал Лекс Дима.       – В курсе. Но ты пойми, я не мог просто сказать ему, что мне надоело, и уйти.       – Мог. Ты с ним три дня знаком, а Итана больше полугода знаешь. И прекрасно понимаешь, как ему плохо.       – Лекс, не надо. Мне и без твоих моралей нелегко. Я не думал, что у всего этого будут такие последствия.       – Ты вообще редко о последствиях думаешь, – еще тише добавил Кроуфорд, отворачиваясь от Такера.       – Поэтому мы и тут, – на удивление спокойно отозвался Дим. – Разгребаем дерьмо, в которое превратили свои жизни. Я получил довольно ценный урок. Мне жаль, что для этого пришлось пострадать Итану, но я правда этого не хотел. Могу лишь пообещать, больше этого не будет. С моим маленьким увлечением покончено.       – И как, стоило оно того? – Лекс покосился на спящего Харриса.       – Нет. – Дим также перевел взгляд на спину парня. – Я ошибся. Но, может, это было мне нужно, чтобы продвинуться дальше? Я сделал много выводов. Думаю, урок усвоен.       – И что дальше?       – Наверное, нам пора в новый дивный мир, – Дим усмехнулся, но Лекс заметил, что это веселье напускное. Он видел, что сейчас Такеру совершенно не весело.              Итан резко распахнул глаза и оглянулся. Он все так же был в номере мотеля. Лекс валялся на койке, глядя в телевизор, а Дим сидел в кресле, изучая подаренный скрипачом смартфон. Получается, он заснул, пока слушал их разговор утром. Итану было интересно, чем он закончился, но спрашивать об этом он не собирался. Аккуратно выбрался из-под одеяла, стараясь не смотреть на Такера.       – Итан, – остановил его голос Дима, – как ты?       – Нормально.       – Прости, что так вышло ночью. Я мудак, признаю.       Итан вздрогнул, вспомнив свои ощущения. Лицо снова моментально залило краской. Он не ответил Диму, поспешил спрятаться в душе.       – Что с ним? – Такер перевел взгляд с метнувшегося от него Харриса на Лекса. – Он же вроде сам говорил, что не против моих похождений.       Лекс оторвался от просмотра какой-то передачи, взглянул на Дима, на не заправленный диван, дождался, когда в ванной зашумит душ.       – Сегодня было немного по-другому. Он просто стесняется.       – Чего?       – Если я правильно понял, сегодня он испытывал возбуждение, и он кончил.       – Серьезно? – На лице Дима расплылась веселая ухмылка. – Выходит, я ночью обоих Итанов удовлетворил одновременно. Да я герой.       – Ты мудак, тут ты прав.       – Да ладно тебе. Он же получил удовольствие?       – Это ты получил удовольствие, а ему такого не надо.       – Он просто еще вживую не пробовал.       – Дим, я просил тебя уже, не трогай его.       – Да-да, я помню, Итан все еще любит Ремирана, а меня ненавидит. Я все понимаю. Не дурак.       – Не понимаешь. – Лекс отвернулся, снова переключаясь на экран телевизора.       Ему очень хотелось бы сказать Диму о том, что случилось с Итаном в детстве, объяснить, почему не стоит издеваться над парнем на эту тему, но он обещал молчать. А Такер не собирался прекращать свои шуточки. Хотя после того, как он закрутил роман со скрипачом, Лекс начал сомневаться, а шутки ли это для самого Дима? Все эти взгляды ему в спину, намеки, секс с его копией. Не слишком ли Такер увлекся? И не приведет ли это его увлечение к новой катастрофе для Харриса?              Обед прошел в молчании, Дим лишь поинтересовался, не чувствует ли Итан зеркало, получил отрицательный ответ и больше лезть не стал. Он видел, как Харрис отводит взгляд, старается вообще не смотреть на него, и решил сделать вид, что ничего не знает и не замечает. Хотя мысль о том, что Итан не злится, а именно стыдится своих ощущений, вселяла некоторое спокойствие и надежду. Может, не сейчас, но в ближайшем будущем Диму удастся вытеснить из его мыслей память о вампире. Любовь – это дар, но в случае с Итаном она станет проклятием. Ведь ему не суждено больше встретиться с Ремираном.       Чтобы отвлечься от дум о Харрисе, Дим решил снова залезть в интернет. Полистал местные новости, почитал про предстоящий концерт Итана-скрипача, снова невольно начал сравнивать парней. В какой именно момент к нему пришла идея найти в сети Лекса, он не понял. Осознал, что ищет парня, только когда пересмотрел кучу фоток незнакомых людей с такими же данными.       – Лекс, а тебя по ходу в этом мире нет, – окликнул он друга.       – Это как?       – Да я вот смотрю, Александеров-то много, а вот тебя тут нет.       – Хм, ну, если учесть, что в нашем мире мои родители воспользовались программой твоего отца и подкорректировали меня еще в пробирке, то, вероятно, в этом я просто выгляжу иначе.       – Логично. Интересно, как ты выглядишь тут?       – Совсем не интересно, – фыркнул Кроуфорд, а через пару секунд добавил с немалой долей сарказма: – Ты лучше себя поищи. Вот и посмотрим, только ли здоровье тебе поправили.       Дим с сомнением глянул на парня. А ведь это и правда интересно. Отец всегда говорил, что изменил только те гены, которые отвечали за наследственные заболевания да общую иммунную систему. Мог ли он соврать? Такер быстро набрал в поисковике собственные данные. Насколько он помнил, его имя было не самым распространенным, а потому надеялся на быстрый результат. Но выдаваемые люди не сильно походили на его клона. Дим даже начал сомневаться в словах отца, когда вдруг увидел заметку: «Сын депутата разбился, не справившись с управлением». Открыв новость, Дим погрузился в чтение.       «Вчера стало известно о том, что сын депутата Сэмюэля Такера погиб, разбившись в своем автомобиле. Как видно на камерах наблюдения, семнадцатилетний парень на огромной скорости промчался по центральному проспекту, где потерял управление и на полной скорости врезался в фонарный столб. Сила удара была такой, что автомобиль разорвало пополам. Дим Такер, находившийся в тот момент за рулем, погиб мгновенно. Его спутник скончался по пути в больницу…»       Дим с трудом отвел взгляд от экрана смартфона. Посмотрел сначала на Лекса, после перевел взгляд на Итана. Вернулся к новостной лента. Убедился в дате. Чуть больше пяти лет назад. Продолжил поиск, уже в новостном разделе. Руки мелко тряслись. Дим шерстил новости, одну за другой. Узнал, что здешний Дим в момент аварии был под наркотой, узнал, что и до того неоднократно попадался на езде без прав, в пьяном виде и даже проходил по делу о хранении наркотиков. Но больше всего он боялся узнать имя спутника. Боялся увидеть там имя Лекса. Пусть он понимал, что не имеет к Диму Такеру из этого мира никакого отношения, но осознание того, что и здесь он причинил Лексу страдания, было невыносимо. Постепенно от новостей о себе он соскочил на новости об отце. Здесь Сэмюэль такого влияния не имел, но все же занимал немалый пост. Дим решил проверить, чем тот занимается сейчас. А буквально в третьем посте увидел то, от чего его сердце замерло на пару секунд: «Супруга Сэмюэля Такера впервые появилась на публике со дня похорон сына». Трясущейся рукой Дим открыл запись и сразу вперился взглядом в фото – его отец, чуть обрюзгший, располневший, но такой же узнаваемый, стоял под руку с тонкой и бледной Эвелин. Дим смотрел на фото матери и не мог поверить своим глазам. Она была в точности такой, какой он ее помнил. Может, чуть старше или чуть строже. Свою мать он помнил уже больной, но всегда улыбающейся, бесконечно доброй и заботливой до последнего вздоха.       – Дим, тебе плохо? – как сквозь вату донесся до него голос Лекса.       Такер вздрогнул, поднял взгляд на парня.       – Дим, что случилось? – обеспокоенный Лекс сорвался с места. – Ты плачешь?       – Мама жива, – едва слышно произнес Дим, протягивая парню телефон.       – Дим, это не твоя мать, ты же понимаешь? – осторожно заговорил Лекс, возвращая гаджет обратно.       – Я понимаю. Но я могу увидеть ее. Еще раз.       – Дим, не надо. А если ты встретишься с другим собой?       – Другой я умер.       – Тем более. Дим! Она узнает тебя. Что ты ей скажешь?       – Ничего. Я не идиот, Лекс. Я не буду к ней подходить или разговаривать. Я только хочу ее увидеть. Хотя бы издалека.              Родной дом встретил тишиной и глухим забором. В его родном мире отец не прятался за трехметровой стеной. Хотя там и сыновья депутатов не сидели на наркоте. Ее вообще в городе достать было крайне трудно, не без помощи Сэмюэля Такера. Дим не стал подходить совсем близко, боясь попасть на камеры наблюдения. Прошелся вдоль дома по противоположной стороне улицы, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь за забором. Он уже почти отчаялся увидеть хоть что-то, когда из-за ворот вышел охранник. Мужик покосился на Дима, сказал что-то в рацию и направился к парню. Общаться с охраной отца желания не было, Такер резко развернулся, намереваясь уйти, но тут же врезался в еще одного охранника.       – Что-то потерял? – остановивший Дима охранник окинул парня подозрительным взглядом.       – Нет, уже ухожу, – попытался было Такер увернуться, но охранник вцепился в его локоть мертвой хваткой.       – Пойдем-ка с нами, поговорим, – подошел второй мужчина.       Дим не стал сопротивляться – если его приняли за журналиста, то досмотрят и отпустят, а вот если за вора, то могут и ребра пересчитать. Парень лишь понадеялся, что отца и матери нет дома. Они его узнают, а как объяснить родителям, кто он такой, Дим не представлял. Охранники отвели парня в служебное помещение, довольно грубо усадили на стул у стены, но хотя бы не стали бить. Один ушел, что-то кому-то сообщая в рацию. Второй снова поднял Дима, осмотрел, ощупал, забрал телефон, просмотрел видеозаписи и фото. Сильно удивился, когда понял, что в галерее только системные картинки и видео от разработчика. Залез в телефонную книгу.       – Что за прикол? – вернул он смартфон парню. – Телефон пуст.       – Пару дней назад купил.       – Для какой цели?       Охранник отошел к монитору, на котором выводился вид главных ворот.       – Для звонков.       – На один номер?       – Пока да.       – Что значит «пока»?       Дим вздохнул, подбирая правильные ответ.       – Я просто не успел внести другие контакты. Недавно в городе.       – Допустим. – Охранник пододвинул к Диму второй стул, оседлал его. – Может, расскажешь, что вынюхивал?       – Ничего.       – Если решил дом обнести, у меня для тебя печальная новость – здесь охраны столько, что муха не проскочит.       – Я не вор и не собирался ничего красть.       – Сколько человек в твоей банде?       Дим вздрогнул перевел взгляд на охранника. Откуда тот мог знать про Итана и Лекса?       – Ну? – мужчина встал со стула, подходя к парню ближе.       – Нисколько, нет никакой банды.       Хлесткий удар дубинкой пришелся в левое предплечье. Дим от неожиданности вскрикнул и слетел со стула на пол.       – Не рекомендую прикидываться дурачком, – охранник сжал волосы Дима на затылке, приподнимая его голову.       – Я не вор, – прошипел Дим.       – Ты залез в дом министра здравоохранения, но ты не вор. Значит, террорист, – сделал вывод мужчина, отпуская волосы парня.       Но порадоваться Дим не успел – очередной удар дубинкой пришелся по ребрам. Сразу вспомнился охранник тюрьмы из позапрошлого мира. Вот только тот бил за дело, а этот, похоже, просто пользовался дозволенной властью.       – Что происходит? – Властный голос отца остановил удары.       Дим покосился на охранника, увидел, как тот вытянулся в струну и замер. Он очень понадеялся, что отец не обратит на него внимания или хотя бы не узнает.       – Этот тип пытался пробраться в дом, – отчитался охранник.       – Я в курсе, – прервал его Сэмюэль. – Я спрашиваю, почему ты применяешь силу?       Охранник задумался, покосился на Дима, видимо, подбирая ответ.       – Пошел вон отсюда, – окрикнул его Такер и подошел ближе к парню.       Дим вздохнул – план с не заметившим его отцом провалился. Пришлось поднимать взгляд. Сэмюэль возвышался над ним словно скала, предвещающая неотвратимый конец. Парень поймал взгляд мужчины и по сквозившему напряжению и недоверию в глазах понял: отец узнал его. Сэмюэль Такер не меньше минуты сверлил Дима взглядом, после велел и второму охраннику убираться. А как только они остались вдвоем, тихо спросил:       – Кто ты?       – Никто.       – Это шутка какая-то? Кто тебя нанял?       – Никто, я пришел по собственной воле, – Дим как и в родном мире пасовал перед отцом.       – Чего ты хочешь? – тверже спросил мужчина, отчего Дим вздрогнул.       Не зря Лекс отговаривал его от этой затеи. Глупо было идти в дом родителей. Это не его мир, они похоронили своего Дима. Как объяснить отцу, что ты лишь копия его ребенка? Как объяснить, что он не хотел зла, но лишь всем сердцем желал увидеть мать, которую потерял так давно?       Сэмюэль не выдержал, схватил Дима за ворот футболки, вздергивая на ноги.       – Кто ты такой, черт тебя дери?! – заорал отец, и Дим лишь прикрыл глаза.       Врать отцу, пусть и из другого мира, он не хотел. А сказать правду не мог. Никто бы не поверил. Да он бы и сам не поверил, скажи ему кто-то подобное еще полгода назад.       – Сэм, мы едем или нет? – нарушил тишину до боли знакомый голос, и Дим распахнул глаза, вздрагивая в руках отца.       Она была точно такой же, какой он запомнил ее. Тонкая, мягкая, с уставшим, печальным взглядом. Эвелин смотрела на него с сомнением, которое медленно сменялось удивлением, а после ужасом.       – Дим? – одними губами произнесла женщина, и парень не выдержал.       Он чувствовал, как по лицу текут слезы. Обида, радость, страх. Он не понимал, что ощущает. Хотелось просто обнять ее, прижаться, как в детстве, прячась от всех проблем. Хватка отца ослабла, и Дим едва не свалился на пол, поняв, что ноги его не слушаются.       – Эви, это не наш сын, – строго проговорил мужчина.       – Замолчи, – женщина оттолкнула мужа в сторону и подошла к Диму, чуть касаясь ладонью его щеки.       Он не выдержал, поймал это легкое касание, прижался щекой к теплой ладони. В тот миг Диму было плевать на все. Он готов был даже умереть тут, рядом с ней. Лишь бы еще раз почувствовать ее запах, ее мягкое касание, услышать ее успокаивающий голос. Пусть она не поверит ему, пусть Сэмюэль убьет его или натравит своих псов – все было уже не важно. Лишь этот миг, когда он снова мог быть рядом с ней.       Дим ждал, когда мать отдернет руку, но она вдруг очень спокойно прижала его к себе и мягко погладила по голове. Он так и стоял, едва дыша в ее нежных, успокаивающих объятиях, пока до него не дошло. Она ведь могла принять его за чудом спасшегося сына. Каково ей будет узнать, что этот Дим не ее сын, а гость из другого мира? А что с ней будет, когда он снова уйдет навсегда? Он вздрогнул, попытался через себя переступить и отстраниться, но мягкая ладонь на затылке успокаивающе погладила по волосам, а тихий голос остановил его движения.       – Я не твой Дим, – с трудом вытянул из себя парень признание. Он даже не был уверен, что произнес это вслух, но Эвелин услышала.       – Я знаю. Мой Дим умер. Но ты так похож на него.       – Потому что я и есть он, но не отсюда.       – Расскажи мне? – еще тише попросила женщина, и Дим задрожал в ее руках.       Она не прогнала его, хотя и поняла, что Дим не ее ребенок.              Разговор вышел тяжелым, Дим, как мог, объяснял, кто он такой и как попал сюда. Отец, естественно, не верил, называл Дима мошенником, но спорить с женой не смел. Эвелин почему-то верила Диму, а потому Сэмюэль был настороже и лишь иногда огрызался на парня. Хотя к концу своего рассказа Диму начало казаться, что эти агрессивные выпады в его сторону стали скорее проявлением сомнения. Конечно, Дим понимал, что поверить его рассказу сложно, но и врать им не собирался.       – Зачем ты пришел? – заговорил Сэмюэль, когда тишина затянулась.       – Хотел увидеть маму, – признался Дим.       – Так соскучился за полгода?       Дим вздрогнул и с мольбой посмотрел на отца. Он не хотел говорить об этом. Не хотел, чтобы она знала.       – Нет. Я не хотел, чтобы вы знали о моем существовании. Хотел издалека увидеть мать, но не подходить. В моем мире у тебя нет столько охраны, она тебе не нужна.       – Это не ответ, – снова нахмурился мужчина.       – Сэм, отстань от него, – отрезала мать, снова беря ладони Дима в свои. – Раз не хочет говорить, это его право.       – Я не такой наивный, как ты, Эви. Раз он пришел, значит, он чего-то от нас хочет. И я должен понять чего.       – Он же сказал, хотел увидеть мать.       – Он давит на твои чувства!       – Его мать умерла! Ты еще не понял? Меня в его мире нет. Так же, как нет нашего Дима в этом.       От ее негромкого, но строгого голоса Дим вздрогнул, но женщина тут же снова погладила его по руке, успокаивая.       – Если тебе плевать, прошу, уйди и оставь нас наедине. Дай мне хоть полчаса побыть с сыном.       – Мне не плевать. Я тоже потерял ребенка, Эв. Я буду за дверью. – Сэмюэль подошел к выходу, но замер, обернувшись и глядя Диму в глаза: – Если хоть волосок с ее головы упадет, ты из этой комнаты живым не выйдешь.       Мужчина вышел, притворив за собой дверь.       – Не бойся его. Ничего он тебе не сделает.       – Я не боюсь, – Дим заметно расслабился, когда отец вышел.       Он не испытывал страха перед этим человеком, но все-таки отчетливо понимал: этот мужчина не его отец. Его настоящий ждет его в родном мире. Интересно, Сэмюэль еще надеется на то, что сына найдут живым? Или уже отчаялся? Хотелось верить, что отец его ждет.       – Дим, – прервал его мысли голос матери, – я ведь была права, да? Ты потерял мать?       – Да.       – Давно она… я умерла?       – Мне было десять.       – Совсем ребенок. Мне так жаль, что тебе пришлось расти без материнской любви.       – Это не твоя вина. В этом вообще нет ни чьей вины. В моем мире в то время еще не знали лекарства от многих болезней, хотя уже и придумали, как дать детям иммунитет к ним. Мама болела очень долго. Еще до моего рождения. Заболевание протекает медленно, но неотвратимо. Именно из-за него, точнее, из-за того, что мама болела этой болезнью, отец всю жизнь искал способ ее победить. Благодаря ему у меня врожденный иммунитет к ней, а тебя… ее он спасти не смог. Не успел.       – Странно, почему я в этом мире не умерла? Я ведь даже ничем таким не болею.       – Видимо, что-то в нашем мире спровоцировало у тебя эту болезнь. У нас была экологическая катастрофа. Лет сорок пять назад. Взорвался реактор на северном побережье Латинии.       – Я родилась там. Но у нас никакой катастрофы не было. Была авария, которую быстро ликвидировали. Обошлось без жертв.       – Видимо, в этот момент параллели наших миров разошлись. Это здорово.       – Да. Но я бы предпочла твою реальность. Мой сын был бы жив, стал бы ответственным молодым человеком.       – Не стал. Был бы я ответственным, не сидел бы сейчас здесь с тобой. Меня отправили в это путешествие на перевоспитание.       – Значит, оно идет тебе на пользу.       – Да, только вот дается это очень тяжело.       – Трудности закаляют.       Эвелин улыбнулась впервые с момента встречи, и на душе у Дима моментально потеплело, словно он снова вернулся в детство. Даже пережитые трудности показались не такими уж и тяжелыми. Вот она, награда. Еще один шанс. Пусть хоть один раз, хоть час побыть рядом с матерью, увидеть ее улыбку, почувствовать ее запах, ее тепло. Все, что было ранее, того стоило.       Они еще долго просто разговаривали. Мать рассказывала, как она жила здесь, а Дим – о своей жизни до путешествий по мирам. Рассказывать, как он издевался на Итаном, как разругался с Лексом, как ему ломали ребра или как он вытаскивал полуживого Итана из лап палача, он не стал. Не стоит ей знать, что ее сын, пусть и из другого мира, страдает. Дим хотел, чтобы после этой встречи у нее остались лишь теплые, положительные воспоминания.       В мотель возвращался уже далеко затемно. Попрощавшись с матерью, увидел напоследок ее улыбку и с трудом сдерживаемые слезы. Было крайне обидно, что он не может остаться с ней здесь хотя бы на пару дней, но тихий звон в голове известил, что ему пора. Он не мог остаться, потому как понимал: задержись он хоть до утра, Итан снова будет страдать. Он наиболее чувствителен к зову. Скорее всего, он уже сейчас мучается от головной боли, а это значит, что пора возвращаться.       В номере его встретили напряженные лица друзей.       – Ты в порядке? – тут же подскочил к нему Лекс.       – Да, в полном. Итан, ты как? Голова болит?       – Нет, шумит только. Ты тоже чувствуешь?       – Да, но без направления. Просто звон. Нам пора.       – Ты видел ее? – тише спросил Лекс, немного отходя.       – Видел. Мы поговорили, все отлично, – Дим не смог сдержать улыбку, хоть и вышла она довольно грустной.       – Значит, все? Пора дальше?       – Предлагаю дождаться утра, – Итан выглянул в окно.       – Тебе решать, – согласился с ним Дим. Идти куда-то на ночь глядя, да еще после пережитого, он не хотел. Хотелось просто побыть одному в тишине, наедине со своими мыслями.              Они проспали почти до обеда – сказался сбитый режим прошлых дней. Неспешно позавтракали, собрали вещи, сдали номер. Пока шли по зову – благо голова у Итана была светлая и нить он чувствовал довольно отчетливо, – забрели в супермаркет, прикупили немного еды, которую можно потаскать какое-то время в рюкзаке, да немного предметов личной гигиены, про запас. Мало ли что их ждет дальше. В итоге до нужного места добрались уже к вечеру.       – Зеркало где-то совсем рядом, – остановился Итан, осматриваясь.       – А конкретнее? – усмехнулся Дим. – Ты же умеешь определять его нахождение с точностью до полуметра.       – Сам бы попробовал. Тоже ведь чувствуешь.       – Чувствую. Слева, – Дим повернулся в указанном направлении.       Они стояли у витрины небольшого магазинчика, торгующего старьем.       – В следующий раз сам будешь зеркало искать, – лениво огрызнулся Итан, скорее по привычке, нежели желая задеть Дима.       – Нет уж, спасибо. Ты вызвался, ты и ищи. Я буду деньги добывать и вытаскивать вас из задницы.       – Кто еще кого вытаскивает? – фыркнул Лекс.       – Ну ладно, ты вытаскивай, а я добычей займусь. Должен же быть от меня хоть какой-то толк.       Итан хотел было возразить, сказать, что от Дима очень много толку, но не стал. Снова вспомнилась та ночь, и парень поспешил отвернуться от спутников. Он подошел к двери магазина, дернул ручку, та не поддалась. Перевел взгляд на табличку с режимом работы.       – А сколько времени?       – Пятнадцать минут седьмого, – отозвался Дим.       – Блин, магазин закрылся уже.       – В смысле? – Дим подошел ближе, взглянул на режим работы. – То есть нам тут до утра торчать?       – Есть предложения?       – Разбить стекло, вломиться в лавку, найти зеркало и свалить.       – Смешно, – без иронии произнес Итан. – На улице куча народу. Вон там, – он указал на противоположную сторону улицы, – стоит патруль полиции. Думаешь, успеем найти среди хлама зеркало и сбежать, пока нас не нашпигуют пулями? С нашей-то удачей?       Дим с прищуром взглянул на Итана и засмеялся. А ведь парень прав. Их пристрелят раньше, чем они заберутся в магазинчик.       – Ладно, предлагаю дождаться утра, зайти к продавцу, попросить зеркало и свалить. Даже покупать не имеет смысла.       – Согласен, – в голос ответили Лекс и Итан.       Обсудив нюансы, парни решили не заморачиваться с поиском ночлега. Поскидывали вещи у стены в подворотне и устроились ждать.       – Дим, ты тут? – нарушил ночную тишину голос Итана.       Дим открыл глаза, взглянул на сонно оглядывающегося Харриса:       – Что?       – Что? – отозвался Итан.       – Дим? – в проулке появился четвертый человек.       Такер быстро вскочил на ноги, не понимая, как скрипач нашел его, но машинально выступил вперед, загораживая от него друзей.       – Что ты здесь делаешь? – спросил Дим у парня.       – Тебя ищу. Я звонил, но ты не ответил.       Дим вытащил из кармана телефон, взглянул на дисплей. Тот стоял на беззвучном режиме. И правда, он перевел его, когда пошел к матери, а потом и вовсе забыл про бесполезную более технику.       – Мы, кажется, все решили уже.       – Ты решил, а я передумал. Я тебя не отпускаю. Я тебе нужен. У тебя проблемы, Дим. Я могу тебе помочь.       – У меня нет никаких проблем.       – Ты раньше жил в дешевом мотеле, а теперь вообще ночуешь в подворотне. У тебя есть проблемы. Я здесь, чтобы тебя спасти.       – Меня не надо спасать. Все закончилось. Тебе лучше уйти.       Скрипач вытянул шею, пытаясь рассмотреть пространство за спиной Дима.       – Это из-за него? Твой болеющий друг, к которому ты ушел от меня?       Дим обернулся, заметил напряженного Лекса, который старался прикрыть собой Итана. Но к их огромному сожалению, в проулке было недостаточно темно, чтобы скрипач его не заметил.       – Кто это? – нахмурившись, местный Харрис вперил взгляд в их Итана. – Только не говори, что трахался со мной только из-за того, что он похож на меня!       – Не говори ерунды. Уходи, Итан.       – Пусть он уходит, – скрипач ткнул пальцев в сторону Харриса.       – Уйдешь ты. Сейчас. Разговор окончен.       – Да как же.       Скрипач скривился и, оттолкнув Дима, рванул к своему клону, на ходу вытаскивая из кармана небольшой складной нож. Дим, уловивший это движение, моментально покрылся холодным потом. Он не мог позволить Итану пострадать из-за его глупости. Рванулся за скрипачом, ловя того за локоть, дернул на себя. Парень в его руках рванул в сторону, а в следующий миг вогнал острие ножа прямо меж ребер Такеру. Острая боль прошила огнем, заполняя легкие. Скрипач отшатнулся, почувствовав на руках чужую кровь, с ужасом глядя на свои ладони.       Дим хотел было усмехнуться, но первый же вдох полоснул невыносимой болью. Парень закашлялся, с ужасом понимая, что нож пробил легкое и до утра он просто не дотянет.       Первым среагировал Лекс – бросился к Диму, подхватывая того и помогая осторожно опуститься на асфальт. Он потянулся вытащить нож, но Дим перехватил его руку.       – Не надо, – прохрипел Такер. – Истеку кровью.       Лекс замер, а вот Итан, тот, что их, оттолкнул скрипача и выбежал из подворотни. Дим не понял этого маневра – может, за помощью побежал? Хотелось верить, что парню повезет встретить хоть кого-нибудь и вызвать скорую. Но вместо криков о помощи Дим услышал звон бьющегося стекла и рев сигнализации.       Итан спешил, понимал, что Такер истекает кровью и счет идет на минуты. Вариантов у него было не много – судорожно искать помощь и надеяться, что местные врачи спасут раненого, или валить из этого мира. Итан выбрал второй вариант. Прихватил камень и одним ударом вынес стекло в витрине. Пробрался в магазин, разрезав руку осколком, осмотрелся, прислушался к себе. Зеркало было рядом. Он слышал, как орет сигнализация, и спешил. Осмотрел полки, нашел черную раму и потянул зеркало на себя, понимая, что, скорее всего, разобьет пару антикварных вещичек. Вот только сейчас ему было совершенно плевать на это. Диму нужна его помощь. Стянув с полки зеркало и все-таки уронив какой-то витиеватый подсвечник, Итан рванул на улицу. Он заметил в конце улицы свет от мигалок полицейской машины и еще быстрее побежал в проулок.       – Лекс, вещи, – скомандовал он, подбежал к Диму, с размаху падая на колени.       Кроуфорд сообразил моментально, оставил Дима, схватил все три рюкзака, и бросился к парням.       – Нож, – снова скомандовал Итан.       Лекс прижал рану рукой и рывком вытащил лезвие. Дим дернулся, захрипел, закашлялся, но Итан уже повернул зеркало к ним троим, напоследок взглянув на обалдевшего скрипача и показывая ему средний палец.