Глава 30
17 августа 2025 г., 17:41
Зловещая тишина давила на уши. Несмотря на большое скопление бессмертных, мы все, казалось, не дышали, ожидая слов Дьявола. Сатана сидел на троне, с прищуром осматривая присутствующих. Мы с Геральдом стояли чуть сбоку, осознанно стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. По правую сторону от трона лицом к нам стоял советник Рондент, как, видимо, самый приближенный к владыке. Люцифер, Мамон, Аббадон были тут же, как и еще несколько неизвестных мне высших демонов. Не хватало только «виновника торжества»
Мысли о Винчесто не давали покоя. Как бы я не относилась к нему вначале нашего общения, сейчас он воспринимался мной как друг. Воспоминания о встрече в школе проносились в голове, снося все прочие мысли. Могло ли быть правдой то, в чем его обвинили? Их с Ребеккой.
На судьбу матери мне было совершенно плевать. Безусловно, я не желала ей смерти, как принято по закону карать такие проступки, но не лицезреть ее поблизости долгие века и тысячелетия была бы очень рада. Напрягало другое. Она слишком продуманная, чтобы попасться вот так вот запросто. Или их подставили, или это была ее персональная задумка. Второй вариант маловероятен, ведь зачем ей рисковать собственной жизнью? Тем более теперь, когда за соблюдением законов следили так пристально.
Наконец по залу прозвучал звук постукивания дьявольских пальцев по трону. Все повернулись к Владыке, ожидая его слов.
— Приветствую вас. Как вы уже знаете, завтра состоится суд над Винчесто. Наказание за нарушение закона Неприкосновения — смерть.
Договорить он не успел. Мамон сделал шаг вперед, привлекая к себе внимание всех собравшихся.
— Он не мог нарушить закон. Мы многие годы знакомы, и он ни разу не проявлял интереса к ангелочкам, а уж тем более к Ребекке. Мы должны это доказать.
Покачав головой, Сатана перевел взгляд на меня, словно ожидая, что я вмешаюсь. Кинув короткий взгляд на стоящего рядом Геральда, я сделала несколько шагов вперед, ближе к демону алчности.
— Он мог нарушить закон.
Все обернулись на меня, ожидая продолжения. Взгляд Мамона выражал сомнение, но он понимал, что просто так я вмешиваться не стала бы.
— Я не знаю, сделал он то, о чем мы тут говорим или его подставили, но знаю, что он мог это сделать. Он приходил ко мне в школу. Просил сохранить Ребекке жизнь, если начнется война. Он любил её многие годы, но я не уверена, были ли его чувства взаимны.
Говорить об этом здесь и сейчас не хотелось, но я понимала, что на кону стоит его жизнь. И чтобы сделать правильный выбор в том, как поступить дальше, эти высшие должны видеть картину полностью. Геральд подошел ближе ко мне, незаметно приобнимая за талию. Я неожиданно осознала, что не рассказала ему о том разговоре. Обернувшись, заметила направленный на меня взгляд, полный поддержки. Но где-то в глубине его глаз был вопрос, который он не стал задавать в присутствии других. Я кивнула, соглашаясь с тем, что обязательно расскажу ему позже, и вернулась взглядом к собравшимся.
— Закон действительно был нарушен. Их застали в школьном дворе, в какой-то беседке, в весьма недвусмысленном положении.
Голос Сатаны прозвучал особенно громко, отвлекая от перешептываний. Люцифер приоткрыл крылья, явно злясь от всего происходящего. Я не знала подробностей о том, в каких они с Винчесто были отношениях, но помнила, что дьяволенок достаточно тепло о нем отзывался.
— Кто их обнаружил?
— Серафим Кроули.
Я удивленно распахнула глаза, поворачиваясь снова к своему демону.
— Но что он там делал? Он давно снял с себя обязанности директора и отбыл в Цитадель. Серафимы никогда не жаловали школу, зачем бы ему было нужно вернуться?
Геральд, видимо, думал о том же, о чем и я. И ответа у него не было. Никаких писем, сообщений о скором визите от бывшего директора не поступало. Зато ответ нашелся у Сатаны.
— Он утверждает, что Ребекка долго не выходила на связь с Цитаделью и он направился на ее поиски. И нашел. С задранной юбкой и стонущей под демоном.
Последняя мысль его явно забавляла, несмотря на ситуацию в целом. Винчесто был важной фигурой для Ада, он успел зарекомендовать себя перед Сатаной и жертвовать им в угоду ангелочкам не хотел никто. Но с другой стороны, все мы боремся за соблюдение равновесия, а закон Неприкосновения — один из важнейших.
Я много рассуждала в своей голове о том, нужен ли он вообще, но пока он существует, его необходимо соблюдать. И если все это правда, они оба будут наказаны. Причем Казнь будет показательной. Мало того, что они нарушили запрет, так еще и сделали это в стенах школы, подавая пример ученикам. Слишком многие знают о произошедшем и замять ситуацию не получилось бы.
Кажется, об этом думали все присутствующие. Мрачные взгляды были устремлены в пол. Пальцы Геральда на моей талии чуть дрогнули, прижимая меня ближе, будто стремясь защитить. Неосознанный жест, полный любви и заботы.
— Если все так, их обоих должны казнить.
Рокочущий голос Аббадона был обращен к Владыке. Не знаю, чем он руководствовался в тот момент. Вроде все жаждали выручить Адмирона, но как и я, он понимал важность соблюдения всех правил. Я была благодарна, что эту мысль не пришлось озвучивать мне. Сатана постучал пальцами по подлокотнику, принимая более свободную позу.
— На завтрашнем суде вы должны присутствовать все. Он пройдет на территории школы. Я вижу несколько вариантов развития событий. Будьте готовы ко всему.
Демоны стали расходиться. Мамон вышел с понурой головой одним из первых. Мне очень хотелось ему помочь и поддержать, но сейчас, во-первых, для этого не было времени, а во-вторых, это не было уместно. По крайней мере пока мы не узнаем всего.
Люцифер направился к отцу. Они тихо переговаривались о чем-то, а после удалились в тот самый кабинет, что скрывался за неприметной дверью. Геральд потянул меня к выходу, но я осторожно высвободилась из его рук.
— Ты иди, я скоро. Хочу поговорить с Аббадоном.
Демон посмотрел на меня немного растеряно, но после быстро собрался с мыслями. Я знала, что он не хотел бы допустить нашего общения из-за скверного характера вышеупомянутого черта, но так же он понимал, что в его присутствии разговор мог не состояться. Тихо шепнув мне пожелание удачи, он сжал мою ладонь и быстро вышел, прикрывая за собой дверь.
Я обернулась к демону хаоса, который все так же стоял напротив трона и буравил взглядом пол. Он будто был не здесь, витал в собственных мыслях и не замечал ничего вокруг. Подходя ближе к нему, я осознанно цокала каблуками, чтоб мое появление поблизости не застало его врасплох. Слегка дернувшись, зеленоглазый демон взглянул на меня. На лице появилась насмешка. Видимо от того, что я снова стремлюсь с ним пообщаться. Пресекая нагловатые выпады в свою сторону, постаралась сразу перейти к делу.
— Я хотела сказать спасибо.
Он удивленно вскинул бровь и слегка растеряно взъерошил свои светлые волосы. Определено, удивила.
— Как и я, вы отлично понимаете значимость соблюдения законов. Вы озвучили мысль, которую я произнести не смогла бы.
— Скажи, Виктория, за кого ты переживаешь больше?
Вопрос совершенно не удивил. Он считал, что я буду метаться между Винчесто и Ребеккой, но не учел того, что я давно смирилась. Мама умерла в далеком детстве, а эта женщина мне никто. Поэтому отвечала я не раздумывая.
— Неверный вопрос. Я переживаю только за Винчесто. Он был мне наставником какое-то время, помогал обуздать силы, и я благодарна ему за это.
— А что насчет матушки?
— Мы уже говорили с вами об этом. Я знаю, что вы ненавидите ее за что-то, хоть и не ведаю об истинных причинах. Могу заверить, я к ней испытываю не менее отрицательные чувства. Мне плевать, чем для нее закончится этот суд, важно только соблюдение законов.
Он сделал шаг в сторону боковой стены, жестом поманив меня следовать за ним. Я послушалась не мешкая, ведь понимала, что тем самым могу добиться откровенного разговора. Вдоль стены стояло несколько стульев с высокими резными спинками. Не слишком удобные, они будто были созданы для того, чтобы держать в напряжении рискнувшего сесть. Разместившись, я выжидающе глянула на демона.
— Когда Ребекка только появилась в школе, была ровно такой же, как и все остальные. Неприметная непризнанная. Но время шло, она стала ангелом и начала свой путь наверх по головам всех, кто был поблизости. Чтобы закрепиться наверху ангельской иерархии, она творила чудовищные вещи. И да, об этом говорит демон хаоса, — он как-то печально усмехнулся. — Будучи помощником советника Эрагона, она получила власть ту же, что и ты. Вершить судьбы бессмертных. Но только если ты руководствуешься законами, она цеплялась за собственную выгоду.
Аббадон выдохнул и потер ладонью шею, второй опираясь на тонкий подлокотник. Взгляд потух, выдавая глубокую душевную печаль. Я не понимала, почему он рассказывает об этом мне, почему именно сейчас, но слушала с замиранием сердца. Положив свою ладонь поверх его, слегка сжала расслабленные пальцы в жесте поддержки и просьбы продолжить. Он глянул на соприкасающиеся руки и отвернулся, но контакт не прервал.
— Знаешь ли ты, что у меня тоже было золотое перо? — Вопрос был риторическим, и ответа не требовалось. — Конечно нет. Оно почернело и каждый день я избавляюсь от этого пушистого отростка, который к утру успевает отрасти снова.
Я сглотнула образовавшийся в горле ком. Что значит потерять любовь знала лишь по рассказам, но понимала, что большей трагедии для него быть не могло. Рана была до сих пор свежа, но он продолжал терзать себя еще и выдергиванием злосчастного пера, что тоже процедура не из приятных. У основания крылья были наиболее чувствительными.
— Так уж случилось, что моя супруга нарушила закон. Нечего серьезного, немного схитрила на задании. Для демонов это привычное дело, и, отправляя ее на суд, я совсем не переживал. Максимум, что ей грозило — отстранение от заданий лет на пятьдесят. Она и на Землю то летала просто для души. Работы в Аду у нее хватало, так что подобное наказание не стало бы проблемой.
Я видела, как его мышцы напряглись, чувствовала всполохи сильнейшей энергии, которую он пытался обуздать прикрыв глаза и глубоко дыша. Подтолкнув к нему крошечный сгусток собственной энергии, я с удовольствием заметила, что демон его принял и начал немного расслабляться.
— Спасибо, — мимолетный взгляд и продолжение истории. — К вечеру мне пришло сообщение из Цитадели. В итоге ей приписали целую кучу совершенных другими преступлений и выбрали наивысшую степень наказания. Небытие. В послании стояла подпись твоей матушки. На казнь я не успел. Летел на всех порах, но оказавшись на месте, увидел только как откатилась по ступеням ее голова с широко раскрытыми, совершенно пустыми глазами. Я опоздал всего на несколько секунд.
Я сжала сильнее его руку. Слезы наворачивались на глаза. Я боялась дышать, чтобы не отвлекать его.
— Знаешь, как тренируют демонов с опасными для окружающих силами? Первое, на что делается акцент, это самоконтроль. Мы должны держать себя в руках в любой, абсолютно любой ситуации. И знаешь, что я сделал, увидев открывшуюся картину? Ни-че-го. Не смог. Я уже занимал слишком высокую должность, чтобы позволять себе срываться. Уничтожь я Ребекку на месте, началась бы война, а Владыка немногим раньше ясно дал мне понять, что это недопустимо. Будто знал заранее, что случится.
Я снова направила к нему энергию, давая силы на поддержание спокойствия. Его потряхивало. И хоть я не боялась, знала, что он не причинит вреда ни мне, ни кому-то еще, хотелось облегчить его муки и терзания. Мы просидели в тишине несколько минут, пока он подпитывался моей энергией, я поглаживала большим пальцем тыльную сторону его ладони и обдумывала услышанное.
Уже в ту пору он был близок к Владыке и занимал высокий ранг. Это случилось-то меньше двадцати лет назад, его рана еще слишком свежа. Могла ли Ребекка сделать это осознанно, провоцируя его на активные действия? Запросто. Я уже знаю, что провокатор из нее отличный. И сейчас я стала еще больше преклоняться перед его силой. Аббадон смог обуздать свою боль и гнев. По крайней мере так видят другие. Он запер чувства глубоко внутри, дабы не совершить ошибок, но душа его, терзаемая болью ежесекундно, уже на грани. Кажется, он держится лишь на желании отомстить.
— Как только для Ребекки озвучат смертный приговор, я уничтожу ее сам, в то же мгновение.
Я кивнула, соглашаясь с таким решением. Серафимы будут недовольны, что Казнь свершится не так, как положено, но все же это Казнь, и противопоставить им будет нечего. Груз невыносимой боли это ему не облегчит, но ощущение свершившегося правосудия тоже многое может решить.
— Вы же понимаете, что легче от этого не станет?
Он высвободил руку и встал, встряхивая крыльями.
— Уже стало. Спасибо, что выслушала.
Определенно, лед треснул. Мне безумного хотелось помочь ему. И возможно, я стала первой, кому он открылся. Вот так просто. Надеюсь, завершенная месть не лишит его желания жить дальше. Кивнув, он удалился к кабинету Дьявола, а я направилась в школу, к своему демону.
***
Уютное освещение кабинета всегда мне нравилось. Здесь чувствовалась энергетика владельца. Моего демона. Он сидел за столом, раздумывая о чем-то. Когда я вошла, встретил меня теплым взглядом и отодвинулся от стола, чтоб я смогла занять привычное место на его коленях. — Как поговорили? — Ты знаешь, на удивление хорошо. Думаю, мы сможем даже подружиться, если все пойдет так и дальше. Мы не долго говорили об Аббадоне. Я не стала вдаваться в подробности истории, ведь это не моя тайна, но все же поделилась тревогами о том, что вмешательство в решение суда может вызвать конфликт. Геральд заверил, что проблемой это не станет. — Ты не говорила, что вы виделись с Винчесто в школе. Он притянул меня крепче к себе. Я чувствовала, что это не обида или недовольство, ему просто интересно, что тогда произошло. — Это случилось непосредственно перед знакомством с Асурой. Голова была занята совершенно другим, а потом я, если честно, просто забыла. Он поцеловал меня в висок, глубоко вдохнул запах волос. Нам предстояло идти на суд, но так хотелось остаться здесь подольше. Время поджимало, но я прижалась к нему поближе, обняв за крепкую шею и впилась поцелуем в мягкие губы. Геральд прорычал мне в рот, стискивая талию в горячих ладонях и аккуратно отстранился. Дыхание успело сбиться за считанные секунды. Глаза потемнели от поднявшего голову желания. Выдохнув, я чуть тряхнула головой, стараясь избавиться от наваждения и поднялась с его колен. Мы вышли в коридор и направились во двор, где уже должны были собираться бессмертные, ожидающие шоу. Посередине дворика кто-то успел соорудить небольшое возвышение, наподобие сцены. На ней уже стояли Серафимы во главе с Эрагоном, и Сатана с советником Рондентом. В отдалении я заметила Люцифера и Мамона, в сопровождении дочерей последнего. Не раздумывая, мы направились к ним. Толпа зевак все увеличивалась, они делились строго по своим сущностям, стараясь не пересекаться. Непризнанные кучкой стояли в отдалении. Шум голосов напрягал, тут и там слышались недовольные возгласы. Все ждали решения. Наконец на сцену вывели главных героев этой драмы. Винчесто и Ребекка шли с гордо поднятыми головами. Мой взгляд встретился с взглядом Адмирона, на что он по доброму мне подмигнул и сразу отвернулся. Дальше события закрутились стремительно и волнительно. Обвинения, допрос, возмущения и споры. Оба обвиняемых отрицали свою вину, хотя она была очевидной. Сомнений в том, что произошло в злосчастной беседке не было ни у кого. Воспоминания Кроули все подтвердили. Настало время вынесения приговора. Вперед вышел Эрагон. Мы затаили дыхание. — Сегодня мы рассматриваем вопиющее дело о нарушении закона Неприкосновения. Эти двое бессмертных совершили чудовищное преступление и должны быть наказаны. Их вина неоспорима. Приговор таков: демон Винчесто примет на себя высшую кару — смерть. Серафим Ребекка, как приближенная к Шепфа, будет заключена под стражу и не покинет ангельской тюрьмы на протяжении ста земных лет. После этих слов начался балаган. Демоны кричали и возмущались. Ангелы удивленно перешептывались, не понимая происходящего. Все видели, что решение не справедливо. Я быстро выискивала взглядом Аббадона, нашла его в отдалении, за спинами других. Сейчас зелени его глаз не видно было совсем, все застилал бушующий огонь. Он дрожал. Вырвавшись из рук Геральда, я бегом направилась к нему. Пусть Сатана сам решает ситуацию, мое слово тут ничего не значит, но если Аббадон сорвется, исправлять будет нечего. За спиной слышался голос владыки Ада, требующий справедливости. Я же, врезавшись в грудь демона хаоса, взяла в руки его лицо и заставила посмотреть мне в глаза. Он горел огнем ярости, обжигая мою кожу, но отпускать я была не намерена. Я окружила его своей энергией в плотный кокон, не позволяя его силе вырваться наружу, остужая пыл и приводя в чувство. Бессмертные, что стояли поблизости, стремились отойти подальше, чувствуя эту борьбу. Многие с опаской смотрели в нашу сторону. — Не сейчас. Аббадон, клянусь, твое правосудие свершиться. Позже обязательно свершится. Дай им время. Пожалуйста. Я говорила и говорила, стараясь отвлечь от той бури, что бушевала сейчас в его душе. В глаза вернулась изумрудная зелень, мышцы медленно стали расслабляться. Он втянул в себя часть моей энергии, сам. Прикрыл глаза, выдохнул. — Я убью ее. — Я знаю. И помогу тебе с этим, если потребуется. Обещаю. Он кивнул, тряхнул крыльями, окончательно беря себя в руки и посмотрел на импровизированную сцену. Я тоже оглянулась, стремясь понять, что успела пропустить. Сатана сменил облик на демонический. Выглядело жутковато. Он требовал справедливого решения, в то время как Эрагон заявлял, что убийство серафима — это плевок в решения Шепфа. Ребекка — одна из его приближенных, а потому не может быть казнена. Винчесто же он оправдывать не собирался, ввергая в шок даже ангелов. — Если вы воплотите этот гнусный приговор в жизнь, будет война. Сатана взревел, широко распахивая крылья. Все демоны вторили своему Владыке. Начался хаос***
Равновесие. Что это такое? Условия для беспечной жизни? Законы и порядки, требующие неоспоримого соблюдения? Кто решил, что равновесие — это именно то, чего мы пытаемся добиться? Почему в погоне за равновесием кто-то жертвует своими жизнями? Почему одни следуют правилам, а другие идут им наперекор осознанно и целенаправленно? Представшая перед глазами картина пугала и завораживала одновременно. Стоящий на коленях Винчесто и занесенный над его головой меч, застывший в руках архангела, коих налетело несчитанное множество. Вспомнилось, как точно в таком же положении был советник Рондент. Тогда я могла вмешаться, ведь искренне верила в его невиновность. Сейчас все доказывало обратное. Помешать казни я не могла. В моих силах лишь требовать справедливости и второй казни, которую обещал осуществить стоящий рядом демон. Лезвие сверкнуло в закатном солнце, дыхание замерло, зрачки расширились от страха и ужаса. Время застыло. Я видела, как Винчесто прикрыл глаза. Спокойный и уверенный, не терзаемый внутренними переживаниями, он принял свою участь и, казалось, наслаждался последними мгновениями. Ветер трепал его длинные волосы, которые скрыли лицо за черной пеленой. Взмах… — Стойте! Громкий уверенный голос прорезал пространство, заставляя всех собравшихся посмотреть на говорившую. Всех, кроме меня. Я знала обладательницу этого голоса, но была удивлена тому, что она вмешалась, да еще и так храбро, отчаянно. В то время как ее окружают множество высших представителей обеих сторон. Асура. Эрагон с сомнением посмотрел на юную демоницу. Коротким жестом позволил палачу опустить меч. Я, следившая все это время за Адмироном, заметила, как он недовольно покачал головой. Обернулась к Асуре. Она смело и гордо поднималась на сцену, и остановилась лишь в нескольких шагах от Серафима. — Этот демон не нарушал закон. Если быть точнее, не по своей воле. — О чем ты говоришь, девчонка? Эрагон растеряно хлопал глазами. Он уже готов был отсечь голову Винчесто, а теперь выяснялось, что тот якобы не виновен. Но пока доказательств нет, отпускать никого он, конечно, не собирался. Я поравнялась с Геральдом, наблюдая за происходящим. Демон крепко сжал мою талию, одарив быстрым взглядом, и сразу же отвернулся. Что это было? Я четко видела недовольство в его глазах. Ревность? Ладно, обсудить еще будет время. — Мой дар — внушение. Это я взяла под контроль демона и заставила его нарушить закон. Его вины в совершенном нет. Среди собравшихся пробежался шепоток. Винчесто как-то обреченно закрыл глаза и опустил голову, будто сожалея о том, что демоница вмешалась. Это странно, ведь фактически, сейчас она спасала его жизнь. — Это невозможно! Таких сил не появлялось у бессмертных уже много столетий. Да и зачем бы тебе это потребовалось? Эрагон злился, но старался держать себя в руках, несмотря на то, что все выходило из-под его контроля. Он оглянулся на Ребекку, что стояла в стороне, будто ждал от нее решения проблемы. Мысль о том, что все произошедшее было если не ее личной идеей, то как минимум идеальным для нее стечением обстоятельств, все больше утверждалась в моей голове. — Это была месть. Но если вы не верите в то, что я в состоянии подобное сотворить, могу показать способности на вас, вы же не против? Серафим уже буквально позеленел. Приятно было видеть его неуверенность и сомнения в том, как же все повернется в итоге. Сатана, все так же поддерживающий свою вторую ипостась, держался в стороне, молча наблюдая за ситуацией. Я чувствовала, что сейчас он доволен и дает маленькой демонице шанс исправить то, что она сама же и натворила. — И за что же вы мстили Адмирону Винчесто? Эрагон осознанно не стал отвечать на её предложение. А жаль. Я бы с удовольствием посмотрела, как он вытворяет какие-нибудь глупости под воздействием молодой и бесшабашной демоницы. — Я мстила не ему. Так уж вышло, что с Ребеккой мы познакомились некоторое время назад. Она шантажировала меня, требовала использовать свои силы против других, не угодных ей бессмертных. Будь моя воля, я мстила бы напрямую, но увы, она раздобыла где-то амулет, не позволяющий мне вторгнуться в ее сознание. А потому пришлось действовать через третьи лица. Я молча наблюдала за всем происходящим и пыталась понять, к чему мы идем. Оправдывая Винчесто, Асура принимает его вину на себя. Я, безусловно, была бы счастлива спасти Адмирона, но и жертвовать девчонкой не хотелось. Хоть она и влетела в нашу с Геральдом жизнь, распахнув дверь с ноги, я успела к ней привыкнуть. И ведь она неплохая, на самом деле, и страдать тоже не должна. Но теперь, если Винчесто получится освободить, требовать наказания для Ребекки будет невозможно. А я пообещала Аббадону, что помогу ему совершить правосудие. Тем более, уверена, мать есть за что наказать. Надо срочно что-то придумать. — Что ж, если все так, как вы говорите, а это мы проверим, осмотрев ваши воспоминания, то демона Винчесто можно будет освободить. Однако, вас будет ждать кара за содеянное. Суд решит, какая. Я выцепила взглядом Люцифера. Все это время он был напряжен, но сейчас, казалось, выдохнул. Видимо, он переживал за своего товарища больше, чем хотел показать. Оглянулась на Геральда. Он хмурился, наблюдая и о чем-то размышляя. Я чуть прижалась к нему, привлекая к себе его внимание, и подбадривающе улыбнулась. Не все так плохо, как могло бы быть. Он невесомо коснулся губами моего виска и снова устремил сосредоточенный взгляд на сцену. Эрагон подошел к Асуре и заглянул той в глаза. Несколько минут напряженной тишины и он отвернулся, недовольно покачав головой. — Это правда. Демон не виновен. Осталось решить с наказанием для нее. — Наказание для демоницы определит Ад, а не ваш суд. — Сатана подал голос, делая шаг к Эрагону. — Она нарушила закон, воздействуя на демона, но это коснется только нижнего мира. Ангелов она не тронула. Асура вздрогнула и опустила глаза в пол. Вся ее храбрость и напускная уверенность в себе испарилась. Я знала, что Дьявол накажет ее и, скорее всего, очень жестоко, но, по крайней мере, она будет жива, чего нельзя ожидать от решения совета ангелов. Они сделают все, чтобы ее уничтожить - слишком уж сильный и опасный враг. Она тоже это понимала, я по глазам видела, что понимала. Но боялась Дьявола почти до дрожи в коленях. — Ее воздействие коснулось и ангела. Нарушение произошло на нейтральной территории. Ее будет судить совет. — Судьба демоницы решится в Аду. И говорить об этом я больше не намерен. Сатана проревел это громогласным голосом, заставляя присутствующих вздрогнуть. Ангелы напряглись и посмотрели на Серафима, ожидая решения. Мне показалось, что Эрагон расслабился, соглашаясь с требованием Сатаны. Он будто сдулся, движения стали более ленивыми. Оглянувшись на архангелов, он подал знак освободить обвиняемых. Винчесто подняли с колен, снимая путы на руках. К Ребекке так же подошел один из стражников. Асура снова встрепенулась, наблюдая за действиями белокрылых. — Вы собираетесь отпустить ее? Серафим обернулся, недоумение читалось во взгляде. — Как я понимаю, конфликт исчерпан, виновный найден. А значит продолжать это шоу необходимости нет. — Вы неправильно понимаете, — демоница снова подняла подбородок. — Я воздействовала лишь на демона, Серафим Ребекка не была под моей властью. Ее никто не заставлял и не принуждал. Все действия, совершенные ей в той беседке, были ее собственным желанием. Она нарушила закон Неприкосновения, зная о том, какое наказание ее ждет. Она должна быть казнена. Сатана ухмылялся. Это сложно было понять по ужасающему демонически лицу, но я чувствовала, что он доволен. Возможно, он простит демонице самоуправство или накажет не так уж строго. Сейчас все поворачивалось как нельзя лучше для Ада. В глазах Ребекки наконец промелькнул страх. Она была уверена, что все обойдется. Что условное наказание она проведет даже не в тюрьме, а на территории рая, куда дорога демонам закрыта. Но сейчас в ее душе поселилось сомнение. Аббадон встал рядом со мной. Я ощущала всполохи его энергии, которую он едва сдерживал. Сейчас он осознал, что возмездие близко. Геральд сжал руку на моей талии сильнее, притягивая к своему горячему телу. Успокаивая его странные чувства, я положила ладонь на грудь, обтянутую черной рубашкой, и слегка погладила, показывая, что я здесь, с ним. Дальше все произошло слишком быстро, я не успевала следить за развитием событий. Эрагон попробовал воспротивиться. Сатана схватил его за горло, приподнимая над землей и требуя соблюдения законов. Ноги Серафима подрагивали, лицо покраснело, скривилось в гримасе боли и страха. Архангелы рванулись на защиту советника, но путь им отрезали демоны с Мамоном, Люцифером и Винчесто в первых рядах. Началось сражение. Страшное и кровавое. Мечи рассекали воздух и плоть. Кровь брызгала и лилась на землю. Крылья сносили врага, выбивая из рук оружие. Во всей этой суматохе я заметила, что Ребекка все же сорвала с себя оковы и рванула в небо, стремительно превращаясь в точку на горизонте. Она сбегала, пыталась скрыться, уйти от наказания, но допустить этого я не могла! — Аббадон! Звать его не требовалось. Он тоже видел, что произошло, и стрелой сорвался следом. Я оглянулась на Геральда, моля о том, чтобы он все понял. В его глазах была какая-то непонятная мне тоска. Он переживал за меня, но кроме этого я видела что-то еще. Его задевало, что мы с Аббадоном нашли общий язык. Возможно, он действительно ревновал. Почему? Он ведь знал, что мое сердце и душа принадлежали только ему. Он слегка коснулся губами моего лба и, шепнув «лети», подтолкнул в сторону улетевших ангела и демона. Уже взлетая, я направила ему в голову мысль, которая, как я надеялась, успокоит его. «Я люблю тебя»
