Неожиданный дуэт

      Лорд Барбатос, это я, твоя верная последовательница — Барбара. Прошу, укажи мне путь. Ты уже слышал о мальчике по имени Венти. Он — бард, который исполняет старые и новые песни. Венти помог Путешественнице спасти Мондштадт от разрушения Ужасом Бури. Из-за этого сломалась Священная Небесная лира… Я знаю, что я молюсь о прощении уже не первый день, но, пожалуйста, найди в своём сердце доброту, чтобы отпустить мне этот проступок.       Кхм, насчёт Венти, я с того времени узнала его намного лучше. Да, он иногда дурачится и создаёт проблемы, но у него доброе сердце. Рядом с ним все мои тревоги словно растворяются. Мне хорошо рядом с ним. Ах, но моё сердце всё равно принадлежит только тебе, Лорд Барбатос.       И ещё... я бы хотела хоть что-нибудь для него сделать. В тот вечер, когда он лежал у собора, мои исцеляющие способности оказались бесполезными. Не понимаю, почему… Он смог излечиться по-другому, и я рада, что у него больше ничего не болит, но зачем тогда мне этот Глаз Бога? Если я не могу облегчить боль других, то достойна ли я его? Достойна ли я быть айдолом?       И самое главное… В последнее время я заметила, что Венти не такой весёлый, как обычно. Я чувствую, его что-то беспокоит. Что-то тяжёлое лежит на его душе. Я хочу, чтобы он мог поделиться своими переживаниями со мной, но… Нет, в случае чего, он должен попросить тебя указать ему путь. Ты провёл меня через самые трудные дороги этой жизни, поэтому я знаю, что ты и ему укажешь путь! Но… я просто очень хочу ему помочь. Я очень волнуюсь за него, Лорд Барбатос. Я никогда не чувствовала подобное к мальчику. Прошу… если я всё же могу что-нибудь сделать, чтобы ему стало легче, пожалуйста, направь меня.

***

      Грозные завывания ветра звучали, как крики. Барбара с трудом открывала глаза, и прикрывала лицо руками, чтобы туда не попал песок.       Что это..? Я никогда не видела в Мондштадте настолько сильных ветров.… Не ветер, а ужасный шторм… Неужели он из-за Венти?       Барбара взглянула на Венти, сидящего рядом с ней. Кончики его косичек сияли. И хотя его лица не было видно, можно было заметить слёзы, падающие на песок… Это происходит из-за того, что я сказала? Я не знала, что он так отреагирует. Его надо успокоить. — Венти, пожалуйста, остановись! Когда я сказала, что уезжаю из Мондштадта, я не имела в виду “уезжаю навсегда”! Мне просто хотелось самой отправиться в путешествие! Так что, всё хорошо! Не расстраивайся!       Однако, для Венти её слова были неразличимы в завываниях ветра. Пожалуй, ветер только крепчал. Будь он чуточку сильнее, Барбару поднял бы в воздух ужасный смерч.       Что мне делать? Он меня не слышит… Если бы тут была моя сестра, то она смогла бы остановить это. Неужели я ничего не могу поделать? Я настолько бесполезна?       Барбара вскрикнула, когда почувствовала, что её утягивает назад сильный ветрянной поток. Она упала лицом в песок — боль как молния пронзила её тело. К счастью, она ударилась не так сильно, чтобы серьёзно пораниться. — Ай… — Барбара зажмурилась от болезненных ощущений, стараясь подняться с песка. Она использовала энергию Глаза Бога, чтобы облегчить боль, и когда она стала терпимой, Барбара поднялась. Она должна продолжать двигаться, потому что в противном случае, ещё один ветрянной поток собьёт её с ног. Если она хоть немного отойдёт от Венти, то можно будет попрощаться со всем побережьем Сокола.       Не время сомневаться в себе, Барбара. Кроме меня тут никого нет. Я может быть и не Путешественница и даже не моя сестра, но есть кое-что, что могу сделать только я. Мне дали Глаз Бога неслучайно.       Полна решимости, Барбара медленно подбиралась к Венти. Хоть ей и приходилось пару раз останавливаться из-за сильного ветра, дующего в лицо, но она не собиралась отступать. Она твёрдо приняла решение идти вперёд.       Когда Барбара оказалась достаточно близко, она протянула руки к его лицу. Он поднял голову — и на Барбару взглянули изумрудные, полные глубокой печали глаза. Она мягко прижалась к его лбу и принялась напевать нежную мелодию. Хотя ветер и хлестал со всех сторон, Барбара смогла сосредоточиться и не сфальшивить ни на одной ноте.       Когда шторм начал утихать, Барбара отстранилась от Венти и с облегчением вздохнула.       Хвала небесам… у меня получилось до него достучаться.       Барбара почувствовала руки, сжимающие её в объятиях. Она удивилась этому неожиданному жесту. Венти не с того ни с сего обнял её! — Венти..? —Ты не против, если мы немного постоим вот так? Сердце Барбары было готово выскочить из груди. Венти не первый раз обнимал её, но в последнее время она всё чаще чувствовала смущение, находясь рядом с ним. — Если только ты не будешь снова пытаться разрушить пляж.

***

— Так, ты не уезжаешь из Мондштадта? — Нет, я просто отправляюсь в путешествие. Я не насовсем ухожу. — Вот как… — он издал нервный смешок, потирая шею, — прости, что так остро отреагировал. — Нет, это моя вина. Мне стоило сначала всё объяснить. Я не хотела ранить тебя, — извинилась Барбара. — Нет, это я тебя ранил. Или мог бы, если бы ты не привела меня в чувства. Ты цела? — ответил Венти, осматривая руки Барбары. Его пальцы нежно провели по её ладоням. — Я в п-порядке! — она резко убрала от него руки, покрываясь ярким румянцем, — я рада, что никто не проходил мимо, когда это произошло. — Это да… Несмотря на уверение Барбары, что всё в порядке, Венти, казалось, всё ещё чувствовал вину из-за произошедшего. Хотя, видимо, это было лишь каплей в море. Его изумрудные глаза, обычно полные жизни, сейчас выглядели потускневшими. — Венти? У тебя точно всё хорошо? — обеспокоенно спросила Барбара. — А? — этот вопрос застал его врасплох, — да, очень даже. Лучше всех! А почему спрашиваешь? — Просто… может, я слишком себя накручиваю, но мне кажется, тебя что-то беспокоит. Ты сам на себя не похож. Как тогда, когда мы только шли сюда. — Я просто немного устал от фестиваля и всё, — он притворился, что зевает, потянувшись, — немного отдыха — и я буду как новенький. — Я… понимаю, если ты не хочешь говорить об этом. Но всё равно, что бы не лежало у тебя на душе, просто знай… тебе не обязательно нести это в одиночку. Я правда не против выслушать, что тебя беспокоит. Я… я даже могу остаться с тобой на всю ночь, если потребуется! — Постой-постой, Барбара! Тебе не стоит с такой страстью говорить подобные вещи. Кто-то может неправильно понять, — он игриво подмигнул, — мы же не хотим плодить слухи, верно?       Лицо Барбары покраснело от стыда. Она сказала это только потому, что беспокоилась. Она и представить не могла, что её слова можно так воспринять. — Я… я просто…       Венти разразился хохотом. — Я просто пошутил, Барбара. Ах, то, как ты реагируешь, никогда не перестаёт меня забавлять. Я не ожидал, что тебя это настолько обеспокоит. — В-венти! — Барбара надула щёки от злости, — ты такой..! — Спасибо. — А? — Я рад знать, что тебе нравится со мной настолько, что ты хочешь проводить больше времени вместе со мной. Знаю, моя репутация не слишком… безупречная, но ты... ты способна за всеми просчётами и ошибками разглядеть такого великолепного барда, как я, — с гордостью сообщил он, положив руки на бёдра.       Барбара расхохоталась, ласково посмотрев ему в глаза. — Кажется, ты всё таки не потерял свою улыбку. Я так рада этому. Я люблю, когда ты счастлив, Венти. Т-то есть… как пастор, я обязана приносить улыбки всем! Так что, естественно, мне хотелось бы видеть любого человека с улыбкой на лице. Да, и как айдол тоже, но не по какой-то иной причине… — сказала она, стеснительно отведя взгляд. — Всё хорошо, Барбара. Тебе не надо оправдываться. Я тоже люблю твою улыбку. — Правда? Стой… — она сложила руки на груди, и вспомнила, как он делал ей комплименты, чтобы отвлечь, — ты опять шутишь, да? — Нет, я серьёзно, — Барбара услышала, как песок хрустит под его шагами. Венти подошёл к ней, — твоя улыбка— первое, что приветствует меня каждый раз, когда я вижу тебя. Она тёплая, как утреннее солнце и приятная, как твой голос, — он вдруг опустил взгляд, и Барбара заметила всю ту же печаль в его глазах. Венти немного отвернул взгляд от неё. Его изумрудные глаза смотрели в небо, — я просто не хотел бы, чтобы это был последний раз, когда я её вижу. — Последний раз..? — Когда ты покидаешь Мондштадт? — спросил он, поменяв тему. — Эм… через пару дней. Но не переживай! Я вернусь так быстро, что ты и не заметишь! — Перед тем, как ты уйдёшь, я хочу сказать тебе кое-что важное. — Кое-что важное? А, раз ты об этом заговорил. Ранее ты ведь тоже хотел мне что-то сказать? Ты это имел в виду? Венти кивнул. — Ты пойдешь со мной к столице Старого Мондштадта? — Старого..? Я не уверена, что знаю, где это. — Сейчас его называют Логовом Ужаса Бури. Там я сразился с Два-, то есть Ужасом Бури с Путешественницей, мастером Дилюком и магистром Джинн. — А, думаю, я слышала об этом. Но, кажется, это место далековато отсюда… Почему ты хочешь встретиться именно там? — Скажем так, я связан с ним... Ты поймёшь это сразу, как мы там окажемся. — Хорошо… не знаю, что именно ты хочешь мне сказать, но я пойду. — Спасибо. И ещё, обязательно приди одна. Лучше всего, чтобы никто не услышал наш разговор. — Одна? Я не знаю, смогу ли… — Прошу, Барбара, — он крепко сжал её плечи, но не настолько, чтобы это причинило боль, — никому не говори и смотри, чтобы за тобой не следили. Я обещаю, что ты будешь в безопасности. Доверься мне.       Его голос звучал отчаянно, будто от её ответа зависела его жизнь. Барбара никогда не видела, чтобы Венти так себя вёл. Чем бы он не хотел поделиться, это "что-то" было чем-то очень деликатным. Воможно, именно поэтому он и попросил её прийти одной.       Барбара решительно кивнула в ответ, её голубые глаза уверенно смотрели на него. — Я тебе доверяю. На секунду его взгляд смягчился, но в нём вновь проступила глубокая печаль. — … Я провожу тебя.       Барбара шла за ним к Мондштадту в тишине. Время от времени она поглядывала на Венти, изучая его выражение лица — оно с тех пор не менялось. Барбара подумывала заполнить тишину непринужденной беседой или даже спеть песню, чтобы его взбодрить. Она вовремя поняла, что это не сильно улучшит ситуацию, поэтому приняла решение промолчать.       Как только они подошли к ступенькам, ведущим к собору, их пути разошлись. — Эм… спасибо за то, что проводил меня, Венти. Я рада, что смогла провести с тобой время на фестивале. Надеюсь, в следующем году мы сможем это повторить! — … Да, я тоже, — ответил он, не пересекаясь с ней взглядом, — я буду ждать тебя у главных ворот завтра. Увидимся.       Венти развернулся и ушёл. Его плащ плавно развевался за ним. Когда он пропал из виду, она тихо прошептала молитву. Лорд Барбатос… прошу, храни его. Облегчи ношу на его сердце. Избавь его душу от тяжёлого бремя и верни его губам яркую улыбку. ***       На утро следующего дня, как и они и договорились, Барбара встретила Венти у главных ворот. Она собрала всё необходимое: воду, еду, одеяла и лекарства. Казалось бы, его настроение сегодня было лучше, чем вчера. Тем не менее, Барбара обратила внимание на мешки под его глазами, которые он словно пытался скрыть. На её беспокойство Венти просто возразил, что всё порядке, и ей не стоит волноваться. Естественно, она ему не поверила и сделала себе мысленную заметку: присматривать за ним.       Логово Ужаса Бури было не так далеко, как, скажем, гавань Ли Юэ. И хоть путь и не был долгим, Венти успел поразить Барбару своей заботой о ней: он останавливался, когда это было нужно; защищал её от монстров; предлагал свой плащ, когда ей было холодно и помогал нести её вещи, чтобы ей было легче идти. Барбара при этом заверяла его, что она в порядке и он не должен чувствовать себя обязанным помогать ей. Всё же, Венти настаивал, словно ему это вообще не доставляло хлопот.       Когда Венти и Барбара дошли до винокурни “Рассвет” (это означало, что они были уже в полпути до Логова), они решили остановиться здесь, чтобы отдохнуть. Учитывая, что Венти давно был почётным обитателем чёрного списка этого поместья за повсеместную кражу провизии, он ожидаемо предполагал, что им сразу же откажут в ночлеге. Он удивился, когда мастер Дилюк позволил им остаться на ночь и даже, к огромному счастью барда, предложил поужинать. Когда они поели, Барбара приняла ванну и пошла спать. Дилюк попросил горничных приготовить для неё гостевую комнату.       Венти же не мог заснуть и сидел на балконе, вглядываясь в горизонт. Он представлял разные исходы того, как Барбара воспримет его признание. С каждым новым его тревога росла. И к нему всё ближе прокрадывалась мысль: "а не поздно ли вернуться назад?" Бард потерялся в раздумьях, как вдруг услышал шаги из-за спины. Когда он обернулся, его взгляд наткнулся на бокал вина. — При обычных обстоятельствах, я бы не предложил тебе ни капли, зная о славе великого мондштадтского барда в моём винном погребе. Но я вижу, что сейчас тебе не помешало бы выпить. Это только в качестве исключения, ты не слишком привыкай, — сказал Дилюк, протягивая ему бокал. — Мастер Дилюк, — он взял его из рук хозяина винокурни, и небольшая улыбка проступила на губах барда, — а если я попрошу повторить? — Проси, конечно, если мора при тебе. — Хотя если подумать, то и одного бокала будет достаточно, — сказал Венти, повернувшись обратно к винограднику, и отпил немного вина. Он слышал, как хозяин винокурни устраивается рядом с ним. — Так, ты уже всё решил? — спросил Дилюк, облокотившись на перила. — Честно, я уже ни в чём не уверен… то есть, разве это не иронично? Я, Архонт Ветра, раскрываю перед человеком, который поклоняется мне и верит в меня всем своим сердцем, что я не просто какой-то странствующий бард? Правда можно умереть со смеху? Нет, для этого надо быть круглым ДУРАКОМ! — он ударил бокал об перила, и хрупкое стекло от приложенной силы разбилось. От бокала остались одни осколки. Куски стекла пронзили его кожу; из раненой руки потекла кровь, но он никак не отреагировал на боль. — Эй… — Дилюк обеспокоенно смотрел на него, — нужно чем-то перевязать твою руку. Я пошлю горничную, и… — Не стоит! Боль, пронизывающая мою руку ничто по сравнению с болью в моём сердце. Я и не через такое проходил. Я видел, как умирают люди раньше меня. Я потерял много дорогих и близких, — Венти повернулся к Дилюку, его изумрудные глаза наполнились слезами, — если бы я знал, что быть Архонтом настолько больно, я бы даже и не думал возноситься к Селестии! Жаль, что тогда я не умер вместо него!       Неожиданно Венти почувствовал, как его лицо оказалось прижато к груди Дилюка. Он сначала не понял, что произошло, но после ощутил нежные поглаживания по своей голове. Бард понял, что Дилюк хочет его утешить. Венти замер в тишине, не зная, что сказать. — Мастер Дилюк…? — Ты не единственный, кто терял близких. Мой отец умер прямо у меня на глазах. Я уверен, что ты понимаешь меня, как никто. Венти молчал. — Я может быть и не жил столько, сколько жил ты, но я точно знаю, что Мондштадт никогда не был бы таким, каким он есть сейчас, без тебя. Не нужно быть богом, чтобы испытать боль потери. Это часть жизни. Некоторые жизни прерываются раньше других. Иногда ты спрашиваешь себя, мог ли ты что-то с этим поделать? Возможно, даже желаешь, чтобы вместо их жизней прервалась твоя, — он почувствовал, что Дилюк разжал объятия, — прошлое не изменить. Поверь мне, я многое хотел бы исправить. Как не было бы неприятно признавать, я со временем научился оставлять прошлое в прошлом и двигаться вперёд. Это часть взросления.       Венти молча сидел и слушал, что говорит Дилюк, как вдруг рядом послышался резкий вздох, он повернулся и увидел Барбару. — Венти, твоя рука… — в её глазах проступило искреннее волнение, — Ой, простите. Я не хотела вас прерывать. — Ничего страшного. Присмотришь за ним для меня? Голова у этого парня вообще не там, где надо, — попросил Дилюк. — К-конечно! — она подошла и взяла Венти за нераненную руку, — я не смогу исцелить её своими элементальными силами, но забинтовать рану я точно смогу. Пойдём за мной.       Венти последовал за Барбарой. Он обернулся на Дилюка, который одними губами что-то пытался ему сказать. Бард не совсем мог различить, что именно до него пытались донести, но до того, как у него была возможность переспросить, он уже оказался внутри поместья. Барбара повела его вниз по лестнице и усадила за ближайший стул. Пока он сидел, она пошла за своей аптечкой. Когда всё было готово, Барбара приступила к работе.       Венти не мог отвести взгляд от того, с какой нежностью Барбара перебинтовывала его руку. Она вела себя так, словно его рука была чем-то хрупким. Всё от движений Барбары до выражения её лица показывало сильную сосредоточённость. Можно было даже подумать, что она совершает хирургическую операцию. Венти с непривычки видеть Барбару с такой стороны хотел чем-то заполнить тишину, но сдержал язык, пока она не закончила.              Барбара вздохнула, вытерев пот со лба. — Всё, готово. По сравнению с моим лечением это ничто, но надеюсь, что я смогла облегчить твою боль, хотя бы чуть-чуть. Не забывай менять повязку, когда она испачкается, и промывать рану. Если тебе понадобится помочь с одеждой — дай мне знать. Я буду рада помочь. — Барбара, ты потрясающая… — сказал Венти, всё ещё под впечатлением от вида сосредоточенной Барбары.       На её щеках проступил лёгкий румянец, и она принялась убирать все принадлежности.       — Это пустяки, правда. Обычно мой Глаз Бога делает за меня всю работу. Ты первый человек, на котором мои исцеляющие способности не работают, так что я немного пополнила свои знания. Хоть мой отец и хорошо обучил меня, никогда не помешает иметь лишний туз в рукаве, — она с теплотой ему улыбнулась, — с тобой я не могу полагаться на свой Глаз Бога, и это заставляет меня изо всех сил выкладываться, чтобы тебе помочь! — Барбара…       Барбара прокашлялась и быстро поднялась со стула. — Мне пора идти обратно в постель. Увидимся утром.       Когда она подошла к лестнице, Венти окликнул её до того, как она бы успела пропасть из виду: — Барбара, подожди!       Она остановилась, оглянувшись на него: — Да? — Э… — Венти не хотел, чтобы она уходила, поэтому пытался придумать для неё повод остаться, — Я… я не могу заснуть! И я подумал, может, ты споёшь мне песню, чтобы я уснул. Я очень тяжело засыпаю, поэтому мне может понадобиться больше одной песни, чтобы я, ну, ударился головой об подушку и все дела, — он неловко улыбнулся, втайне надеясь, что его ложь сработает.       Он услышал её смешок. — Венти, ты не первый мальчик, который говорит мне подобное, — сказала Барбара, жалостливо улыбнувшись. — О-оу? Проклятье! Похоже, в этот раз мои сладкие речи на тебе не сработали. Т-то есть, у меня правда проблемы со сном! Иногда я не смыкаю глаз до самого рассвета! —Правда? Ну, я не думаю, что смогу дать тебе личный концерт, но если захочешь, мы можем пойти прогуляться? Я не против немного провести с тобой время.       Он с нежностью посмотрел на Барбару, одарив её тёплой улыбкой. — Это было бы замечательно. Спасибо.       Ночи стали холоднее, поэтому Венти опять отдал Барбаре свой плащ, чтобы она не замёрзла. Изначально она хотела обернуться пледом, но он настоял на плаще (к тому же, Венти нравилось, как его плащ на ней смотрится).              Во время прогулки, Барбара взяла его за руку. Венти с большим трудом сдержал глупую улыбку. Он хотел спросить, почему она это сделала, но не посмел испортить момент и промолчал.              После прогулки они вернулись в винокурню “Рассвет” и сели за один из столов. — Я… эм… сочинила балладу. — Правда?! Можно послушать? — восторженно спросил Венти. — Она… она пока без музыки. Будет звучать как просто небольшая история. И ещё, эта баллада не выйдет такой же замечательной, как твои песни… — Песни — это просто истории под музыку. Каждая песня — в каком-то роде небольшой рассказ, если смотреть лишь на текст. С музыкой или без, я с радостью послушаю. Ты уже писала песни, поэтому я уверен, что получится прекрасно, — сказал он, нежно держа её руки в ладонях и обнадёживая своей улыбкой. — Венти… — она улыбнулась ему, кивнув, — хорошо, я попробую. Ах, если бы у меня была мелодия к этой песне… — Хм… — Венти достал лиру и мягко провёл пальцами по каждой струне, чтобы убедиться, что они настроены, — как в общем эта мелодия должна звучать? Может, я смогу помочь.       Она напела мелодию, и Венти уловил идею и общее настроение песни. Он сыграл то, что Барбара ему напела. Как только она это услышала, её глаза засияли от удивления. — Венти, это потрясающе! Ты правда сочинил эту мелодию только по тому, что я напела? — Хех, знаешь, меня не просто так зовут величайшим бардом всего Мондштадта. Кроме того, я смог уловить мелодию лишь благодаря тебе. Звучит очень красиво. Мне не терпится услышать, о чём эта баллада.       Когда Барбара была готова, она начала:

Есть девушка на свете, что голос свой позабыла.

Давно и не помнит любимых ей песен когда-то.

Поёт лишь она, что в уста ей вложили

И в день знойный, и в хлад ночи Мондштадта.

По догмам, заученным до темноты

Где каждая нота — огранённый алмаз

Но и во взгляде, и в сердце нет теплоты.

Тогда мальчик воскликнул:

"Зачем тебе голос, если он не звучит от души?

Он протягивал руку ей:

"Пойдём споём вместе, найдём мы с тобою мелодию только для нас"

"Я не знаю, как", — она отвечала, — не смогу я сейчас"

"У каждого песня где-то в сердце есть глубоко...

Не бойся, ведь я от тебя не уйду далеко"

      Когда Барбара закончила петь, она опустила взгляд на свои колени. На щеках проступил лёгкий румянец. — Вот такая баллада… я писала её на эмоциях, поэтому там есть, над чем работать. Она не идеальна, но надеюсь, что тебе понравилось и-       Барбара не успела закончить — Венти сжал её в тёплых объятьях. Она не понимала, почему он так неожиданно её обнял, поэтому даже не знала, как реагировать. — Венти… — Это прекрасная баллада. Барбатосу бы понравилось. — Я… я не знаю, достойна ли она похвалы Лорда Барбатоса, но твои слова очень много значат для меня. То есть, тебе понравилось?       Он выпустил её из своих объятий и лихорадочно закивал, его изумрудные глаза радостно переливались: — Понравилось? Да я в восторге! В ней очень виден твой авторский стиль. Кстати… — он приложил руку к подбородку в размышлении, — те два персонажа в твоей песни выглядят знакомыми. Тот мальчик, случайно, не вдохновлён мной, ну так по чистой случайности?       Венти самодовольно посмотрел на неё. — Это… это просто совпадение! — ответила Барбара, поднявшись из-за стола, — ведь та девочка в балладе, которую ты мне пел тем вечером, не была же вдохновлена мной. — Эээ… да! Просто совпадение… — ответил Венти, издав нервный смешок.       Они зашли в поместье и поднялись наверх. — Как твоя рука? — спросила его Барбара. — Уже не болит так сильно. Хотя она может зажить быстрее, если ты продолжишь держать- — Это хорошо. Спасибо, что снова дал мне свой плащ, — прервала его Барбара, вернув плащ ему в руки, — увидимся утром. Попытайся немного отдохнуть, хорошо?       Он смотрел ей вслед, когда она возвращалась к себе в комнату. На лице барда расцвела влюблённая улыбка. — Сладких снов, Барбара.       Она нежно улыбнулась ему, а потом зашла в комнату и закрыла за собой дверь. Венти спустился вниз по ступенькам, накидывая на плечи свой плащ. Как только он оказался внизу, он взглянул свою руку, заботливо перевязанную Барбарой, и мягко провёл пальцами по бинтам. Перед его глазами пробежалось всё, что произошло до этого, вплоть до этого момента. Вот и первая встреча с Барбарой; и вечер, когда они вместе поужинали; и когда она избегала его, а он не понимал почему; и когда они помирились; и как они провели время на Луди Гарпастум; и когда она утешала его после эмоционального шока от новости о том, что она покидает Мондштадт; и сегодня, когда она перевязала его руку и спела ему свою первую балладу.       Почему я до этого сомневался в себе? Ответ итак ясен. Барбара — дорогой мне человек. Я не могу продолжать быть пленником своего прошлого. Всё решено.       Его губы медленно растянулись в улыбке, а изумрудные глаза засияли решимостью. — Хех, пожалуй, пора повзрослеть?

***

— Спасибо, что позволили нам остаться у вас, Мастер Дилюк, — сказала Барбара.       Наступило утро следующего дня. После завтрака они уже были готовы отправиться в путь. — Да, мы признательны вам за гостеприимство, — добавил Венти. — Не стоит благодарности. Здесь тебе всегда рады, Барбара. — А мне, Мастер Дилюк?       Дилюк глянул на барда, абсолютно не впечатлённый его вопросом. В ответ на его взгляд Венти просто улыбнулся. Мужчина вздохнул, приложив руку ко лбу. — Ты уже знаешь ответ на свой вопрос, но я уверен, что ты как обычно найдёшь способ сюда проскользнуть, — он сложил руки на груди и посмотрел на них, — до Логова Ужаса Бури по пути прямо. Сомневаюсь, что вы встретите там опасность, но, если я понадоблюсь— я приду на помощь. — Не волнуйтесь, мастер Дилюк! Я защищу Барбару, даже если это будет стоит мне жизни! — ответил Венти, с гордостью прижав руку к своей груди.       Дилюк ответил простым “хм”, помахал на прощание и ушёл в сторону поместья. Венти был оскорблён тем, что хозяин винокурни никак не прокомментировал его слова.       От реакции барда Барбара хихикнула. — Ты это видела, Барбара? Я смогу тебя защитить. Конечно, я не размахиваю огромным мечом, как мастер Дилюк, но это же не значит, что я бесполезен? — Я вообще не считаю тебя бесполезным, Венти. Ты хотя бы сражаться можешь. Я могу рассчитывать только на своё лечение. И я не могу ничего, кроме того, что даёт мой Глаз Бога. Похоже, это делает меня полностью бесполезной? — ответила она, разбито улыбнувшись. — Только то, что твоё лечение мне не помогает, не делает тебя бесполезной, Барбара. У тебя есть много всего помимо твоего Глаза Бога. У тебя потрясающая улыбка, которая может осветить даже самый мрачный день, а твой голос настолько тёплый, что может растопить даже самые заледеневшие сердца, — он продемонстрировал перебинтованную Барбарой руку, — полностью уверен, она была бы сейчас в ужасном состоянии, если бы не ты. — Венти… — она мягко улыбнулась ему, — если бы не я, тебе бы помог кто-то другой. Как твоя рука? Она не болит? — спросила Барбара, осторожно держа и осматривая руку, чтобы проверить состояние бинтов. — Не болит! Как новенькая! И всё благодаря помощи одного милого пастора, — ответил он, подмигнув. — Ах, ты ж… — она выпустила его руку и пошла вперёд, — ну, осталось немного до Логова Ужаса Бури. Пойдём дальше? — Да, нам стоит поторопиться, пока есть время.       Венти с Барбарой подходили к логову. Каждый новый шаг ощущался тяжелее предыдущего. Внутри всё кричало вернуться обратно, но он продолжил двигаться вперёд.       По пути с Барбарой он услышал, как она напевает знакомую мелодию. Небольшая улыбка проступила на его лице, когда он осознал, что напевает она его балладу. — Я так понимаю, это твоя любимая баллада? — спросил он, глянув на неё.       Барбара сразу же затихла, словно постеснявшись, что он её услышал. — Из-извини… надеюсь, это не было слишком громко, — извинилась она. — Я не против. Приятно знать, что тебе она нравится. Если захочешь, я могу тебе ещё раз сыграть, просто скажи! Сыграю в любое время дня и ночи. — Правда? — её лицо засияло в ответ на его слова, — тогда… если ты захочешь, чтобы я спела тебе свою балладу… я тоже буду рада. — Конечно, мне будет очень приятно послушать. И если понадобится аккомпанемент, я знаю одного невероятного барда. Я слышал, что он принимает оплату только в яблоках. — Ох, правда? Похоже, нам с ним как-нибудь надо познакомиться.       Венти и Барбара засмеялись и продолжили путь. Услышав шум ветра, пронизывающий скалы, Венти остановился. Тогда он осознал, как близко они подошли к месту назначения. Барбара заметила, что Венти отстал от неё и обеспокоенно оглянулась на него. — Венти? Всё хорошо? — Да… я в порядке. Просто давно тут не был. Пытаюсь морально приготовиться. — Если ты не хочешь, давай не пойдём. Я пойму, если ты захочешь вернуться. — Спасибо, Барбара. Но со мной всё хорошо, — он подошёл ко входу в Логово       Ужаса Бури, его глаза мгновенно осиял яркий свет. Его волосы мягко развевались на ветру, а яркие зелёные глаза осматривали руины, и в изумрудной глубине отображались воспоминания о восстании, о потерянных жизнях и том, как возник Мондштадт. — Так, это место было Мондштадтом? — спросила Барбара, осматривая руины. — Да. И хотя небеса сейчас открыты, когда-то давно это место было окружено темницей ветров. И даже не было видно, как летают птицы, — он ступал по мосту, который вёл к башне и слышал за собой шаги Барбары, — но был один человек, который мечтал увидеть, что же скрыто за ветрами. Он поднял восстание и дал людям силу бороться против божества-тирана. И хоть мы вышли победителями в это битве, в тот день жизнь этого человека оборвалась. Многие знают лишь о героических подвигах Венессы, но для меня его деяния были не менее великими. — Венти, я всегда поражалась твоим рассказам. Ты звучишь так, словно ты там был. Полагаю, барды просто умеют правильно подбирать слова, — она ответила, не воспринимая его всерьёз, — все, кто могли бы рассказать эти истории уже давно не с нами. Для этого тебе надо быть... — Архонтом? Кем-то не отсюда? — Да… — ответила Барбара, ей было немного некомфортно от того, как поменялся тон его голоса, — н-но, думаю, это прекрасно, что ты можешь говорить об исторических событиях так, словно это что-то личное для тебя! — Барбара… сколько ты ещё будешь обманывать себя?       Она смотрела на него в замешательства, не понимая, что он имеет в виду. — Прости, что...? — Ты правда до сих пор не поняла? Или ты настолько наивна? — Венти, о чём ты говоришь… Ты не похож на себя, — она приложила руку к своей груди и отвела от него взгляд, — я сделала что-то не так? — Нет, не в этом дело, — Венти снял свой поддельный Глаз Бога с пояса — и вмиг расколол его своими Анемо силами. Бард рвано вдохнул воздух, чувствуя, как осколки впились ему в руку. — Венти, что ты делаешь?! Зачем ты разрушил свой Глаз Бога? — она ахнула, когда увидела кровь, сочащуюся из его руки, — твоя рука… сейчас я достану аптечку и…       Когда Барбара сделала один шаг ему навстречу, Венти оттолкнул её волной Анемо энергии, образовавшей барьер между ними. Барбара медленно подняла на него взгляд, не очень осознавая, что только что произошло. Как вдруг она поняла. Её глаза расширились в шоке и она отступила на шаг назад. — Лорд Барбатос…?       Венти лишь болезненно улыбнулся. Слёзы текли по его щекам. — Да... Теперь ты знаешь мой секрет. Примечание автора: Можно было написать и побольше, но мне очень сильно захотелось хоть что-то выложить к Новому году. Кто-то оставил комментарий о том, как сильно им нравится моя работа и о том, как сильно они ждут продолжение. Мне было очень приятно. Этот год был тяжёлым… в этом году не стало моей матери, а ещё у меня недавно появилась работа, поэтому новые части будут выходить не так часто. Просто знайте, что, если я не так часто выкладываю работы, это не значит, что я забыли про эту историю. Венти и Барбара — редкая пара, а Геншин — не так давно вышел. Я искренне обожаю этих персонажей и надеюсь в будущем написать больше работ по ним. Не так много людей о них говорят, но каждый раз, когда я натыкаюсь на обсуждения отношений этих двоих, я не могу сдержать улыбку. Они мне немного напоминают Аанга и Катару. Мою голову не покидает та самая катсцена и взгляд Венти на Барбару, обнимающую Священную Небесную лиру. Хотя это и была всего лишь иллюзия, но ему и правда не надо было чинить лиру. Я искренне верю, что ему искренне не хотелось видеть Барбару грустной, и он хотел, чтобы она улыбнулась. Улыбка Барбары – это правда сокровище, и я бы скорее всего сделали тоже самое. В любом случае, надеюсь, что у вас новый год проходит хорошо. До сих пор в шоке, скольким людям нравится моя работа. Правда, было очень неожиданно получить столько фидбека на фоне других популярных пейрингов с Венти и парочки с Барбарой. Всё таки, приятно знать, что есть люди, которые не против их отношений.