Нямцэрэн

Два конверта содержали всякую ерунду, типа счетов и извещение, а в третьем обнаружился неполноценный куб накопителя. Одна его поверхность, плоская, явно предназначалась для контакта со стандартным разъёмом, а другая напоминала поверхность астероида, испещренного ударами метеоритов. Очирын без колебаний заменила балетный накопитель на астероидный. На экране не высветилось обычное меню, а нарисовалось абстрактное фиолетовое пространство, в котором сразу появилось женское лицо. — Здравствуй… Да. Очирын. Я предупреждала Борьяна. Балерина вцепилась обеими руками в столешницу. Женщина на экране не была обычным видеопосланием — она обращалась непосредственно к девушке. — Вы… Вы кто? — Вижу, у тебя проснулся познавательный интерес. Значит моделирование миндалины завершено. В прошлый раз мы не смогли отрегулировать баланс гнева и памяти. Я — Изанаури. Мысли, бешено метавшиеся в сознании Очирын, вырвались наружу в виде тихого, почти бесцветного вопроса: — Изанаури — интерактивное письмо? — Нет. И да. Лицо с экрана ехидно улыбнулось, улыбкой, почти такой же, какой минуту назад улыбалась сама Очирын. — Считай меня специалистом по нейрокогнитивистике, — смилостивилась Изанаури, — мне интересен твой случай, и я сама предложила Борьяну помощь. Спрашивай меня о чем захочешь, и если я смогу ответить, то ты получишь ответ. Только предупреждаю, что наш разговор будет мной проанализирован, как вариант теста. То есть я буду откровенно копаться в твоих мозгах. В твоём сознании. Несколько еле заметных эмоций промелькнули на лице Очирын. «Ладно. Раз уж копаться в мозгах, то на моих условиях». Она снова выбрала Одиллию. — Скажите, Изанаури, вы — существо, или?.. — В данный момент я — актуально сконструированная личность. То есть, искусственный интеллект, предназначенный для решения конкретной задачи. Это значит, что те участки моего сознания, опыта, которые не связаны с решением твоей проблемы, здесь не присутствуют. Можно сказать, что я — интерактивная тестирующая программа с высокой степенью автономности. — С насколько высокой? — Примерно, как четырёхлетний ребёнок. То есть способна принимать самостоятельные решения, имею желания и мотивации. Но учитывая то, что я не нуждаюсь в инстинктах, в питании, в привязанностях, оперирую исключительно научной информацией по конкретной проблеме. Можешь считать меня приглашенным на консультацию узким специалистом. — Ясно. Я разговариваю с духом Франкенштейна. Изанаури звонко рассмеялась. — Юмор. Не представляешь, насколько это важный признак целостности твоей личности. К тому же Франкенштейн — это архаика, ещё из эпохи до полётов. Так что мне понятно, почему Борьян не стал конструировать тебе новую личность… По телу Очирын пробежала неприятная дрожь. — Насколько это возможно? — Сконструировать новую личность? — лицо на экране расплылось в довольной улыбке. — Люди — не настолько уникальны, вас легко подделать. «Вас?! Кто она на самом деле?» — Я могу тебя успокоить, — Изанаури помрачнела, — есть незначительный процент уникальности… В некоторых людях. Из-за которого подделка становится бессмысленной. Я называю это парадоксом чёрной дыры. — Хорошо, ладно, — Очирын встала и отодвинула стул. Теперь она смотрела на монитор сверху вниз. — В каком состоянии я была сразу после аварии? И что это была за авария? Выражение лица Изанаури стало профессионально-бесстрастным. — Да, наверное тебе стоит узнать некоторые подробности. Произошёл взрыв, когда ты сидела в машине. Кто-то неправильно смешал ингредиенты местной кухни. На Радужном Море приготовление еды — опасный процесс. Так вот, в одном из контейнеров под очень высоким давлением скопились углеводороды, образовалась утечка, и взорвался сначала контейнер, а потом работающий двигатель. У тебя полностью отсутствовали ноги, а фрагменты корпуса машины попали в голову, разрезав мозг на три части. — Как же я выжила? — Рядом был Борьян, а он специалист в криоэмбрионике. Он погрузил всё, что можно было собрать в контейнеры с жидким азотом. Очирын глубоко задумалась. «Я помню себя только после пробуждения в этой личности. Я не помню, что кидала ножи. Я не помню жизнь на Радужном Море. Есть несколько дней сознания и тёмное прошлое. Может, я зря ищу подвох в действиях Борьяна, и он не лжёт? Может это паранойя, вызванная тем, что маленькие остатки личности боятся тьмы неизвестности? Хотя… Есть признаки… Например… " — Изанаури, — резко повернув голову к экрану, Очирын чуть не потеряла равновесие, — скажите, почему я сейчас здесь, на этой планете, а не на Радужном Море. Насколько я понимаю там значительно больше технических возможностей, чтобы лечить меня? — Это вопрос к Борьяну, а не ко мне. Но я знакома с ходом его рассуждений. Он бы женат на наследнице влиятельный семьи и попросту сбежал с Радужного Моря. Он пребывал в состоянии психотического шока и руководствовался одной идеей — вернуть тебя к жизни. После консультации со мной он успокоился и выбрал Нямцэрэн как базу, из-за высокой доли среди колонистов монгольского населения, это разумный ход, по моему мнению, ведь ты росла в монгольском поселении на Радужном Море. — И что?! — Очирын искренне удивилась. — Я жила на русскоязычной планете, выступала в труппе, преимущественно состоящей из японцев, но даже не помню как говорить по-монгольски. — Память — не то, что ты хочешь помнить, — Изанаури хихикнула. — Она состоит из плотного массива полуживых монстров, которые постоянно норовят вырваться на свободу…