Привет, монстр!

      Ян улыбается, убирая палец с курка. Он смотрит на наручные часы, кивает и достает из заднего кармана штанов телефон. Звонить он ему не будет. Лишний раз слышать его голос нет никакого желания. Он открывает совместный чат и поспешно пишет «задание выполнено».              Сообщение прочитано в ту же секунду, как будто он уже держал телефон наготове в ожидании заветного звонка.       В ответ начинают печатать, но Ян отключает телефон и отводит взгляд, наблюдая за тем, что происходит там. На месте убийства.       — Как мухи на говно, — шипит он и вновь поворачивает голову к вибрирующему телефону. Он не любит, когда его игнорируют.       Ян не сразу замечает мужчину, стоявшего в стороне от всех. Его вовсе не интересует труп, его привлекают дома, на крыше одного из которых как раз и находится Сяо Ян.       — Коп? На открытии клуба? — шепчет Янсам себе и продолжает смотреть в сторону мужчины, не двигаясь. Он понимает, что увидеть его на такой высоте, да еще в темноте и в черной одежде, не так уж и просто, но достаточно будет одного блика света, и ему придется весьма несладко.       — Вот дерьмо! — вырывается у Сяо Ян, когда он всем телом чувствует, что коп именно этот дом заприметил. Он медленно спускается с выступа, на котором сидел, при это не отводит взгляд от стоящего в примерно пятидесяти метрах вниз человека.       Время поджимает, и то, что Сяо Ян сейчас на приличной высоте, не отменяет того факта, что нужно торопиться. Он складывает винтовку в спортивную сумку, быстро переодевается, скинув с себя худи и мигом спускается. Камер он не боится, ведь еще вчера он приходил в этот центр вместе с Юки по поводу съемок и все подготовил. У него было время, чтобы подсоединить устройство и отключить камеры наблюдения. Ему ничего не должно было помешать сегодня, но впервые за все время он прокололся, не просчитав, что в этот вечер рядом окажется коп.       Спустившись, он быстро бежит к машине, по пути набирая номер, записанный как «кира». Ещё пару минут назад он не хотел слышать его поганый голос, но сейчас, в минуту, когда всё идет не по плану, Яну и голоса его будет мало. Руки дрожат, дыхание неровное и почти паническое. «Что это? Страх?» — думает Ян и тут же ударяет себя по щеке. Он же не знает эмоций, а значит и страха быть не может.       — Алло, — дрожащим голосом говорит он, шлепая по карманам в поисках сигарет. — Там был коп, он меня не видел, но, по всей видимости, рассчитал дом, на котором я был.       — Поезжай ко мне.       — Уже.       Сяо Ян закуривает сигарету, запрыгивает в тачку и дает газ. На спидометре под двести — скорость успокаивает.       Он бежит, опять бежит в неизвестность.

***

      Сяо Чжань как раз стоял в очереди, когда раздались крики. Он мигом подбежал к месту происшествия и увидел молодого парня, лежащего с дыркой в голове. Бросив взгляд на часы, он сразу все понял. Крикнув Лу, чтобы та садилась в машину и ехала домой, Чжань отошел от всех и начал рассматривать дома, понимая, что найти будет не просто, но не желая терять шанс. Он осмотрел все дома поблизости и остановился на том самом, где, вероятно, сидел преступник. Нет, конечно же, его он не увидел, но, прикинув траекторию выстрела, понял, что это было самое удобное место. Он уже вызвал подкрепление, но решил не дожидаться приезда специалистов и поэтому поднялся наверх в одиночку.       В наступившей темноте он осматривает каждый миллиметр поверхности вокруг себя. Чертовски темно, и глаза сильно устают, но он лишь потирает их и продолжает искать. Что искать, он пока сам не знает, но у него есть точное осознание того, что что-то должно остаться, хоть что-то…       Взгляд его цепляется за широкий выступ. «Идеальное место», — думает он и подходит к нему. И правда, место идеальное, город, как на ладони, а клуб, возле которого произошло убийство, прямо напротив.       — А вот и здравствуйте, — улыбается Сяо Чжань, присаживаясь на корточки. — Десять штук, зубы не заболят? — ухмыляется он, собирая в пакет палочки от конфет.       — Господин Сяо? — раздается окрик одного из сотрудников.       — Да, я здесь. Осмотрите все, проверьте отпечатки, следы и вот еще, — он протягивает сотруднику пакет с палочками, — это отправьте на экспертизу, и результаты сразу мне.       — Будет сделано.

***

      Сяо Ян едет с четким осознанием того, что его ждет. Он понимает, что сейчас будет, но отказаться от этого не может, в этом он видит утоление боли, что заполняет его полностью. Да, это помогает ему справится со всем, что он так ненавидит, но оставляет горькое послевкусие на губах, от которого Яна уже тошнит.

Канада. 2019 год.

      Выполнив задание, он, как обычно, звонит Хану, говорит, что все прошло хорошо и направляется в ближайший бар, чтобы опять напиться, как напивается после каждого дела.       Задание снова выполнено в срок, но в этот раз оно далось Сяо Яну тяжелее обычного. Готовясь к нему, он пережил сильное эмоциональное выгорание. Следя за своей жертвой, он увидел, насколько тот счастлив, как много вокруг него любящих и нуждающихся в нем людей. Сам он не понимает, каково это, он не знает, что такое счастье. После всего, что сделал, он скорее желает быть мертвым, чем счастливым. В том, кем он стал, изначально не было его вины, но теперь он вырос, почему же до сих пор не отказался от этого? Почему продолжает это делать? Может потому, что гнетущую пустоту в нем заполнить может только выстрел?       Выстрел, сделанный им самим.       Он потерял счет убитым им людям, впрочем, никогда и не считал их в принципе. Ему все равно, он так воспитан, «это во благо» внушали ему, «так нужно». Он никогда не задавался вопросом, зачем это делает, просто делает и всё тут. Это всё, что он умеет, всё его существо.       — Спишь? — еле проговаривая слова, шепчет Ян в трубку.       — Что-то случилось?       — Мерзко. — выдерживая паузу в несколько секунд, тяжело выдыхает.       — Опять?       Ян молчит.       Да, опять.       И так каждый раз, просто тогда их было не так много, а теперь ему кажется, что все они за ним стоят и смотрят, сжирая.       — Хорошо, скоро приеду.       Хан приезжает спустя четверть часа. Сяо Ян — последний посетитель в баре. Он сидит возле барной стойки и что-то пытается объяснить бармену на английском, но это больше похоже на меканье овечки. Бармен согласно кивает и молчит. Увидев Хана, Ян встает и машет бармену рукой, добавляя напоследок:       — Life is a river, and I'm the shit that can't drown in it.       Усадив младшего в машину, Хан возвращается в бар и подходит к бару.       — Что он говорил тебе? — Параллельно он достает кошелек из-за пазухи пиджака и открыв его, начинает пересчитывать купюры.       — Я не понимал, что он говорил, но, по-моему, ему очень хреново, — отвечает бармен, протирая бокал, и делая вид, что не обращает внимание на кошелек.       — Забудь, тяжелый день, — улыбается Хан, протянув на несколько долларов больше, чем стоила выпивка, и, кивнув на прощание, идет обратно на улицу.       Они едут в квартиру, которую снимают на время. Сяо Ян всю дорогу молчит и смотрит в окно, он пьян настолько, что все, что может — это моргать, и даже это дается ему с трудом. Притащив Яна в комнату, Хан кладет его на кровать и приносит стакан воды.       — Жарко. Почему тут так, блядь, жарко? — стонет он, начиная стаскивать с себя одежду.       — Полежи тут, я наберу ванну.       Хан всегда заботится о младшем, он знает, что ему тяжело, знает, что он чувствует. Так же он знает, что скоро ему будет легче. Зайдя в ванную, он включает воду и возвращается обратно к Яну, который уже лежит с голым торсом и громко всхлипывает.       — И для чего так напиваться? — спрашивает Хан, поднимая младшего на руки. — Потерпи, скоро станет легче.       — Не станет, Хан, — всхлипывает Сяо Ян, уткнувшись в его плечо.       Хан переносит Яна в ванную и помогает раздеться.       — Не уходи, — задерживает его Ян, хватаясь за руку.       — Ты пьян, малыш.       — Это не важно, — он резко дергает его за руку к себе и страстно целует.       — Нельзя, — удерживая руки младшего, Хан пытается отодвинуться.       Но Ян не слышит его, продолжая приставать с поцелуями. «Нельзя» только больше возбуждает, ему всегда нравилось перешагивать через запреты. В какой-то момент Хан перестает сопротивляться, порывистость Сяо Яна возбуждает его. Ему нравится, как он выгибается под ним и громко стонет на всю квартиру, смешивая в равных пропорциях боль с удовольствием. Он раскладывает его в ванной, а затем и в спальне.       Потом это происходит каждый раз после очередного «тяжелого дела», привычка, не более. Все, что его интересует — это секс. И Ян об это не жалеет. Удовольствие ради удовольствия, никаких надежд, никаких обязательств.       Он не жалеет.

Наши дни.

      Сяо Ян приезжает на базу, которой служит дом Хана. Он почти что выпрыгивает из машины и очень быстрым шагом, переходящим в бег, направляется к дому. Тяжело дыша, пулей влетает в кабинет и набрасывается на Хана.       — Полегче.       — Советую тебе сейчас заткнуться, — отрубает младший, жадно прикусывая губы Хана.

***

      — Это все по вашему делу, — девушка-лаборант виновато поджимает губы, подав тонкую папку — сразу скажу, что ничего путного вы там не найдете. Ни отпечатков, ни биологических остатков, разве что слюна с палочек от конфет, но мы пробили ДНК по базе, данных о человеке нет.       — Значит он не привлекался, это уже что-то, — с улыбкой отвечает Чжань.       Закончив все свои дела в центре, Чжань отправляется домой. По пути он заезжает в пару магазинов и закупается едой, так как в холодильнике у него до сих пор ничего не было. Сев в машину, он понимает, что одному ему со всем этим не справится, и под «всем этим» он ввиду имеет не только ужин. Ему нужен кто-то, кто сможет прибраться у него в голове. Ему нужна Сюань Лу. Он пишет большое сообщение, в котором очень долго, как умеет только он, извиняется за неудачный поход в клуб, и в конечном итоге приглашает девушку к себе в качестве моральной компенсации.       Зайдя в квартиру, Чжань понимает, что очень зря пригласил Лу сегодня к себе. В квартире творится армагеддон. Бумаги, папки, файлы, скотч, нитки — всё это валяется повсюду, и Сяо Чжань понимает, что ему придется попотеть, чтобы привести квартиру в божеский вид.       Спустя два часа в квартире воцаряется относительный порядок, и Сяо Чжань принимается за готовку. Готовить его научила мама, это было давно, но он очень хорошо помнит рецепт и запах «маминого» мяса. Нет, у него никогда не получится приготовить точно так же, как делала мама, но он все равно готовит, пытаясь хоть раз еще ощутить тот вкус, почувствовать тот запах.       Звонок в дверь и Сяо Чжань быстро бежит к двери и открывает ее, встречая Сюань Лу. Она была старше Чжаня на один год, но выглядела младше лет на десять. Маленькая девочка с большими глазами и черными волосами.       — Чжань-ди! — восклицает она и буквально повисает у него на шее. — Наконец-то мы нормально проведем вечер вместе.       Сяо Чжань ничего не отвечает, просто улыбается и крепко обнимает свою шицзе.       — Ты возмужал за два года, — усмехается девушка, похлопав Чажня по широкой спине.       — А ты не изменилась, — повесив пальто, обернулся Чжань.       — Совсем-совсем? — дует губы Лу.       — Ну, разве что стала чуточку красивее, — улыбается мужчина, и проводит девушку в комнату.       — Льстец, — шепчет она, толкая друга в бок. — Как всегда, божественно, — говорит девушка, зайдя на кухню и вдохнув запах готовой еды.       Они долго сидят и болтают о жизни, о тех двух годах, что не виделись. У каждого было, что рассказать. Лу вышла замуж и устроилась на престижную работу. Она теперь работает профайлером в высшей школе милиции. А Чжань, как и мечтал, стал хорошим детективом. Вот только к цели своей не на шаг не приблизился.       — Как твое дело? — доедая очередной кусок мяса, спрашивает Лу.       — Ну я бы не отказался от чьей-либо помощи. Одному очень тяжело думать над тем, у чего нет даже тени.       — Я могу тебе помочь. Так что рассказывай, что ты нарыл по нему.       — В том то и дело что ничего, — Чжань ковыряет вилкой бедное мясо и тяжело вздыхает. — Есть дата, одно и то же время и труп. Он не оставляет следов. Все проходит гладко, без помарок, один-единственный раз он оплошал, и то, наверное, по незнанию того, что я буду рядом. В остальном… Все чисто.       — Прям таки все? — скептично спрашивает Лу.       — Ну, на месте преступления я нашел только палочки от конфет. Я не думаю, что это ой какая огромная зацепка. Тест-ДНК мог помочь, но проверив ее, мы поняли, что он не привлекался.       — От конфет, говоришь? — Лу откладывает палочки в сторону, задумываясь, и, спустя время, продолжает: — У тебя они с собой, ну, или отчет из лаборатории?       — Да, и то, и другое.       — Тащи.       Чжань приносит материалы Сюань. Она долго и очень внимательно рассматривает их.       — Он напуганный ребенок… — говорит она спустя долгое молчание.       — Чего? — ошарашенно смотрит Чжань. — Ты это по палочке от конфеты поняла?       — Я профайлер, Чжань, это моя работа, — улыбается Сюань.       — Ребенок-киллер, — смеётся Чжань. — Ты шутишь?       — Вовсе нет, я же не про возраст, а про внутреннее ощущение.       — Поясни.       — Ну смотри, видишь, нет ни одной целой палочки, — Лу указывает на фотографию в отчете. — Они погрызены, покусаны, одну вон вообще надвое раскусил. Это означает, что он нервничал.       — Конечно он нервничал, он же на дело шел, а не цветы собирать.       — Блин, Чжань! Как с такой аналитикой ты стал профи? Почему он, человек, который убивает на протяжении — скольки, пяти лет? — так распереживался? Что изменилось? Правильно, ничего, он всегда таким был.       — Каким?       — Напуганным, нервным, немного апатичным… — Лу резко замолкает, продолжая смотреть в фото, а затем закрывает папку. —Не знаю, чем тебе это поможет, таких, как я описала, пол Китая, но это все равно хоть что-то. — подает документы в руки Чжаню.       — Ты права, — он убирает их на другой стол и кивает — все равно спасибо.       — И да, Чжань, он убивает не пять лет, а куда больше. Ищи что-то не получившееся, что-то, где он накосячил, кого-то, на ком он тренировался…       — С чего ты взяла, что такие случаи будут?       — А ты, когда ходить начинал, синяки не набивал?