Привет, монстр!

      Чжань просыпается от того, что лучи утреннего солнца пробившиеся сквозь легкие занавески, припекают щёку. Он щурится от яркости и кладет ладонь на глаза. В голове пока пусто и всё, о чём он сейчас думает – это чашка бодрящего чая и холодный душ.       Он садится на край кровати, трёт ещё сонные глаза и смотрит в окно. Каждый раз, как появляется новая ниточка, она тут же обрывается, приводя в начало – в тупик. Сяо Чжань идет на кухню, достает из шкафчика пакет чая, которого осталось буквально на одну, от силы две порции, и как на автопилоте проделывает всё тоже самое, что и каждое утро.       «Тебе повезло, что он только начал».       Эти слова не дают Сяо Чжаню покоя с того момента, как потерпевший сказал их. Они доказывают, что Чжань не ошибся, это действительно та самая ошибка, о которой говорила Лу. Но кто же этот «он», и как его найти, если кроме тех слов у Чжаня ничего не было: ни фото, ни описания, ни имени, лишь голос, который запомнил потерпевший.       Вчера вечером Чжаню пришла в голову мысль, что можно посмотреть по камерам, кто тогда приходил к потерпевшему, но семь лет прошло, никто бы не стал хранить записи столько времени. Можно было бы, конечно, запросить центральный архив, но никто не заявлял в милицию по поводу этого человека, поэтому никто их не изымал и уж тем более не архивировал.       Все попытки Чжаня придумать план по поимке этого таинственного человека не закончились успехом.       На босые ноги льется кипяток, который мигом приводит детектива в чувство. Ошпаренный только что заваренным чаем, Чжань отскакивает от стала, роняя при этом маленький чайничек.       — Дьявол! — шипит он, нагнувшись к упавшему чайнику.       Благо тот не разбился, упав на ковёр, но проблем от этого не меньше. Все заваренные травки теперь рассыплись мелкой крошкой в толстые ворсинки ковра. Чжань закатывает глаза, и собирается идти за пылесосом. По пути он заходит в ванную и сунув ошпаренные ноги под холодную воду облегченно выдыхает.       Из вчерашней беседы с выжившей жертвой, он знает, что у убийцы есть сообщник, и что убийства совершаются на почве обиды.       «Не причиняй боли тем, кто рядом».       Эти слова вызывают странное ощущение, он как будто бы их уже слышал. Но, как ни старается, вспомнить, где именно, не может. Отключив воду, Чжань берёт телефон и в спешке ищет имя.       — Алло, Мянь-Мянь, можешь поискать в архивах, нет ли дел, связанных с больницей, в которой лежал потерпевший? Желательно в промежуток времени с 15 по 17 августа 2014 года, с записями с камер наблюдения.       — Ох и любите же вы, господин Сяо, работенки подкинуть, — голосок в трубке звонкий и бодрый, совсем не для шести утра. — Я бы могла, но у меня нет доступа к архивным документам.       — Я обеспечу.       — Я все равно ничего не могу обещать, таких дел одно на миллион… — девушка выдерживает паузу. — А вам это для чего вообще?       — Меньше знаешь, крепче спишь — отвечает Чжань, и трет нос. — Мянь-Мянь, постарайся, это важно.       Сяо Чжань отключается до того, как девушка успевает ответить. Идея проверить записи камер наблюдения из других дел того же года пришла Чжаню спонтанно. Шанс один на миллион, как и сказала Мянь-Мянь, но если есть хоть тысячная доля того, что это поможет, то нужно постараться. Это могло занять недели и даже месяцы, но это лучше, чем не делать ничего и дать пустым догадкам себя сожрать.       — Почему другие не могут причинять боли… — домыв плиту, бормочет Чжань — Точно! Как же я сразу не догадался.       Не может быть такого, чтобы дело, которое Чжань ведет сейчас, и то самое дело, были связаны. Но Чжань всё равно приезжает в архив, чтобы проверить. Он уверен, что именно в нем он прочёл слова, похожее на те, что сказал ему вчера потерпевший.       Приехав в архив и найдя то самое дело, Чжань садится за самый дальний столик в углу, чтобы ему никто не помешал. «Убийца Чжан Цинхан. Родился 25 сентября 1982 года. На момент задержания было 19 лет». Эти данные Чжань пропускает, его привлекают другие факты. Раскрыв материалы допроса, он обращает внимание на слова подозреваемого убийцы: «Почему люди, которым причинили очень много боли, не могут причинить боль другим? Разве это не есть справедливость?» Выписав их в блокнот, он продолжает листать дальше.       «Чжан Цинхан выпущен из зала суда 5 июня 2002 года из-за нехватки доказательств».       «Дело вел Лю Таньтай, следователь криминальной милиции».       «Психологом, контролирующим состояние преступника, был Ван Люн».       Чжань откидывается на спинку стола, постукивая пальцем по написанному имени. Это дело не то чтобы тесно связано с тем, что Чжань ищет, оно даже совсем не связано. Но оно не просто одно из тысячи других здесь пылящихся, оно то, что поможет в раскрытии другого, более давнего и важного для Сяо Чжаня.              Ему было девять, его семья переезжала из города Чунцин. Отец служил в милиции, поэтому жаловаться на то, что они переезжают минимум раз в год, бессмысленно. Но в Лояне все будет по-другому, так отец говорил. А Чжань верил, верил и принимал.       Отца перевели в Лоян, потому что здесь орудовал серийный убийца, который уже на момент перевода отца убил пятерых человек. Лю Таньтай – следователь от бога, поэтому он быстро напал на след преступника, но долго не мог его поймать, из-за чего в профессиональном кругу дело так и называли «Неуловимый».       В помощь Лю Таньтаю был приставлен криминальный психолог-профайлер Ван Люн. Они быстро нашли общий язык и стали очень хорошими друзьями. У Люна тоже был сын, младше Чжаня на шесть лет. Сяо Чжаню не очень нравилась возиться с младшеньким, но приходилось. Каждый раз, когда они приходили в гости, отец настоятельно просил посидеть с «мелким» и занять его чем-нибудь, а Чжань не мог отказать отцу.       Дело затянулось на долгий год, о чем никто даже и подумать не мог. Спустя время Таньтаю все же удаётся поймать убийцу, прозванного «Лоянским маньяком». Его забрали под стражу, но все улики были косвенные и реальных доказательств собрано недостаточно, чтобы упечь его за решетку. Вся надежда была на психологический портрет убийцы, который должен был составить Ван Люн. Поэтому раз в неделю он ходил к подозреваемому, разговаривая с ним на разные темы.       В один из таких дней Люн пришёл к Таньтаю встревоженный. Чжань не присутствовал при их разговоре, его, как всегда, отправили сидеть с младшим, чтобы тот не слушал разговоров взрослых. Но Чжань был довольно любопытным, и поэтому ему удаётся кое-что подслушать. Речь шла как раз о сыне Ван Люна. Чжань слышал про разговор Люна с убийцей, во время которого тот косвенно угрожал ему похищением сына. Таньтай успокоил друга тем, что это просто переутомление и что ему не следует так много беседовать с этим мудаком.       В тот момент никто не ожидал, что может случится что-то страшное.       Спустя полгода история об этом забылась, но преступника выпустили из тюрьмы по решению суда. Через неделю после того, как «Лоянского маньяка» выпустили за недостатком улик, похищают мальчика пяти лет, который был ни кем иным, как сын Ван Люна – Ван Ибо.

Наши дни

      В очередной раз Чжань тонет в болезненных воспоминаниях, которые так давно рвали ему душу. От всего этого у него начинает дико болеть голова и, посмотрев на часы, он понимает, что пробыл в архиве весь день.       Сяо Чжань резко вспоминает, что сегодня у него вечер вовсе не свободный. До встречи с Сяо Яном, которую он сам же организовал, и на которую он же сейчас опаздывает, остается всего три часа, за которые он явно не успевает отдохнуть. Отменить встречу, которую он так долго ждал, Чжань не намерен. Он складывает все папки в кучу, и оставив их на столе, быстро уходит.       Чжань отправляет смс с названием ресторана Сяо Яну, а сам спешит в душ, который явно придаст ему больше сил. Открыв шкаф, он долго выбирает, не зная, что ему надеть.       — Ну правда, Чжань, — фыркает сам на себя же, сведя брови к переносице. — Тебе уже явно не шестнадцать, дак чего ты ведешь себя как восьмиклассник! — Чжань тащит из шкафа первое попавшееся и быстро одевается. Зауженные черные брюки и белая свободная рубашка, как раз то, что было нужно. Чжань смотрит в зеркало, застегивает ремешок часов, хватает с тумбочки связку ключей, телефон и еще раз смотрит на время.       — Как в армии, — усмехается он и выбегает и дома.       Стол Чжань забронировал заранее, ещё вчера, и написал его номер Сяо Яну вместе с адресом, если вдруг тот приедет раньше него. Но нет. Сяо Яна нет ни через пять минут, ни через десять. Чжань нервничает, посматривая на часы, и почему-то думает, что раз Ян не разу за весь день не написал, а на его сообщения и вовсе не ответил, то его можно не ждать. Но потом видит быстро подбежавшего к стойке администратора парня, который потом направляется в его сторону.       — Ты вовремя, — усмехается Чжань, в сотый раз пробегая взглядом меню.       — Ненавижу опаздывать, — фыркает Ян.       — Оно и видно.       — Извини, — парень осматривает зал и останавливает взгляд на старшем. — Работа такая.       — Ничего, — Чжань качает головой и указывает на место напротив, — садись. Ты, наверное, не ел сегодня весь день.       Ян кивает в согласии, всё ещё тяжело дыша от недавней пробежки.       — Что будешь?       — Закажи на свой вкус, мне все равно, чем набить живот.       — Жареные свиные ребрышки, две порции и вино, красное полусухое.       — Я не пью вино, — останавливает Ян.       — Ну, я-то пью, — пожимает плечами Чжань. — Ты тогда что будешь?       — Воду без газа со льдом и желательно прямо сейчас.        Ян продолжает оглядываться, периодически напрягаясь.       — Брусничный соус и нарезку сырную, — договаривает Чжань, закрывая меню и отдавая его официанту.       — Это ты так ко мне торопился? — хитро улыбается Чжань, смотря на взъерошенного Яна.       — Сказал же, не люблю опаздывать, просто привычка.       — Ну, ладно, — смущается Чжань, отводя взгляд. Ян кажется очень напряжённым, что совсем не похоже на того парня, который приезжал к нему пьяный. А может в том и различие… — Тяжелый день?       — С чего взял?       — Напряжен сильно, или тебе здесь некомфортно?       Сяо Ян действительно чувствует себя не в своей тарелке. Он не ходит по ресторанам, не любит их, потому что там все у всех на виду. Если Ян и оказывался в таких местах, то старался свалить оттуда, как только представится возможность, куда-то в шумное место, где никто никого не видит и печется только о себе.       — Все нормально, — Ян продолжает отвечать односложно, что очень напрягает Чжаня.       Спустя несколько минут молчания, которые длились будто год, им приносят заказ.       — Почему ты заказал именно свиные ребрышки? — Посмотрев в тарелку, удивляется младший.       — Когда ты сбежал из кафе в день нашей первой встречи, я спросил, что ты заказал. — Чжань показывает в его тарелку. — Я попросил, чтобы мне принесли твой заказ, и не пожалел. Это было чертовски вкусно. Я не знаю, что ты еще любишь, поэтому заказал это.       — Спасибо.       — Давно ты работаешь моделью?       — Около семи лет.       — Ого, — округляет глаза Чжань. — Получается с самого детства? Довольно долго.       — Чертовски долго, — без какой-либо радости отвечает Ян.       — Тебе разве не нравится то, чем ты занимаешься?       На этом вопросе мясо встает поперек горла. Ян откашливается, запивая водой, в его голове это звучит как-то двусмысленно.       — Нравится, — хрипит он и отпивает еще воды. — Мне просто кажется, что это не для меня, — говорит всё также и голос всё тот же, а вот лицо его сразу мрачнеет.       — Думаю, очень даже наоборот, — сразу же возражает Чжань. — Ты слишком красив, чтобы работать где-то в офисе, а моделинг как раз для тебя. — Чжань берет бокал вина и кладет ногу на ногу, откинувшись на спинку стула.       — Думаешь? — смущенно спрашивает Ян и усмехается.       — Да.       — Ну, а ты? — Ян поднимает глаза. — Ты чем занимаешься?       — У меня все скучно, я детектив, — вздыхает Чжань, ставя бокал на стол.       — Почему же скучно? Это же интересно, разгадывать тайны?       — Не всегда… — Чжань немного зависает, ему опять вспомнилось детство. Он легонько водит пальцем по краю бокала. — Эмоционально довольно тяжело видеть, как кого-то убивают, и осознавать, что ты бессилен это предотвратить.       — Похоже, это не у меня был трудный день. Предлагаю расслабиться, это место только нагнетает обстановку. — Ян водит пальцем в воздухе. — Согласен?       — Куда?       — В бар.       — Ты же не пьешь?       — Это вино я не пью, — усмехается младший, беря Чжаня за руку.              Через полчаса они уже стоят возле входа в клуб. Без всяких проблем пройдя фейс-контроль, они заходят в зал, и Сяо Ян сразу направляется к барной стойке.       — Ты же говорил, мы пойдем в бар? — возмущается Чжань, продвигаясь сквозь толпу танцующих, не выпуская руки Яна.       — А это что? Кружок кройки и шитья? — он показывает на все вокруг.       — Это клуб, Ян, — Чжань резко отпускает руку младшего, когда они подходят к бару.       — Да ладно! — стонет парень. — Выпивка везде одинаковая, что будешь?       — Виски.       — С колой?       — Без.       — Уважаю, — кивает Ян, передавая заказ бармену.       Они не заметили, как оба опьянели, особенно Чжань, которому еще и выпитое в ресторане вино давало о себе знать. Спустя пару бокалов Ян окончательно осмелел, и его язык развязался.       — Ты такой молодой, а уже детектив? У тебя есть связи? Папа генерал? — один за другим накидывает вопросы Ян.       Чжань усмехается.       — Знал бы я, что ты пьяный такой разговорчивый, сразу бы сюда привел. Связей у меня нет, папы генерала тоже, мне 29, думаю, это нормальный возраст для детектива.       — Сколько? — виски попадает не в то горло и Ян закашливается. — Ты шутишь? Ты иногда моложе меня выглядишь…       — Я не пью каждый день.       — Эй! — улыбается Сяо Ян и тычет старшего в плечо. — Зачем на больное? Я не каждый…       — Ну через день, — пожимает плечами Чжань, смеясь. — Я сейчас.       Он резко встает со стула, покачивается и чуть не падает, но удерживается за край барной стойки.       — Куда ты? — хихикает Ян, увидев обычно сдержанного Чжаня в таком состоянии. — Или уже все, домой пора?       — Мы еще о тебе не договорили, — Чжань подмигивает и идет в сторону туалета.       Сяо Ян долго смотрит ему вслед, на его длинные худые ноги, прямую спину и осанку, которую он держит, даже будучи пьяным. Сзади он кажется еще сексуальнее, его широкие плечи и длинная шея, все это буквально похоже на вызов, а Ян не любит, когда ему бросают вызов. Допив очередной виски, он встаёт и идет следом за старшим.       Зайдя в туалет, он убеждается, что они там одни, запирает дверь, повернув замок. Чжань застегивает ремень и обернувшись, видит Сяо Яна, стоявшего возле двери и явно наблюдавшего за ним. Чжань улыбается, проходя к раковине. Ополоснув руки и лицо, он бросает взгляд в зеркало. Сяо Ян всё так же стоит позади него и пристально смотрит в глаза его отражения.       Чжань отряхает руки и поворачивается к Яну. Окинув его взглядом с головы до ног, неровно дыша, спрашивает:       — Ты не собираешься…       Он делает шаг, от чего Чжань замолкает. Ян еще несколько секунд молча смотрит, а потом медленно обхватывает его за худые плечи. Нагнувшись к уху, он проводит по мочке кончиком языка, а затем шепчет:       — Я ещё как собираюсь, Чжань-гэ.       Слегка прикусив за мочку уха, Сяо Ян нежно спускается к шее, целуя каждый ее миллиметр. Положив руку на пах старшего, он не отвлекаясь от изящной шеи, сжимает широкую ладонь, отчего Чжань выгибается, а по его телу пробегает мелкая дрожь.       — Что ты творишь? — со стоном вырывается у Чжаня, но он даже не пытается остановить младшего.       Ему нравилось то, что Ян делает. Он молчит и продолжает целовать шею, иногда покусывая и плавно переходя на ключицы. Ян медленно расстегивает рубашку, а затем обхватывает Чжаня за тонкую талию и прижимает к стене. Задрав за подбородок голову Чжаня, он жадно целует его в губы.       — По… подожди… — Чжань морщится от удара головой о стену, и все ёжится от холода, царящего в помещении, но послушно открывает рот, впуская язык младшего.       — Я же тебе нравлюсь. В чем проблема? — Прикусив губу Чжаня, над которой красовалась миловидная родинка, Сяо Ян резко поднимает его и усаживает рядом с раковиной. Руки Яна ловко скользят по телу старшего, заставляя того то и дело вздрагивать от возбуждения. Редко во время секса ему удаётся почувствовать что-то, хотя бы отдаленно напоминающее удовольствие, но сейчас, с Чжанем, происходит что-то другое. Что-то подобное он когда-то чувствовал с Ханом. Спустившись ниже, Ян расстегивает джинсы Чжаня.       Кровь мгновенно приливает к члену, когда Ян нагло забирается пальцами в запретную зону.       — Сяо Ян, — стонет сквозь сжатые зубы Чжань, до боли сжимая худощавое плечо младшего. — Это что, изнасилование?       — М, — невнятно бормочет тот, нащупав твердый член старшего. — Хорошо стоит, — шепчет прямо в ухо. — Даже в общественном… Из-за меня, что ли? — Он сжимает член сильнее, отчего Чжань выгибается и стонет, и стон этот явно просит о большем. Чжань полностью отдается во власть Яна, прикрыв глаза. Его голова кругом идет от мыслей о том, что это неправильно, но было чертовски приятно. Ян пальцем проводит по головке, чуть надавив, а из груди Чжаня вырывается новый протяжный стон удовольствия, который он едва смог подавить, прикусив палец. Ян поддается собственным фантазиям, и, спустив с себя боксеры, берет тонкое запястье Чжаня и кладет его ладонь на свой член, а потом значительно ускоряет темп. Свободной рукой Чжань хватает затылок младшего, сжимая капну синих волос, а тот в свою очередь с трудом сдерживает стоны. Оба топят их, сплетая языки и кусая губы друг друга. Сяо Ян поддаётся чуть ближе, обхватывая оба члена одновременно, и вместе с Чжанем они оглаживают их, в кольце из двух рук, от головок к основаниям и обратно.       — Всё! — Выдыхает Чжань вскоре.       — Не смей… — грубо, в приказном тоне шипит Ян.       Обхватив пальцы Чжаня на их членах, Сяо Ян дрочит с удвоенной силой, другой рукой опираясь о зеркало, готовое вот-вот рухнуть. Чжань стонет все громче, уткнувшись носом в его ключицу и скручивая в спираль зажатую в руке тонкую рубашку младшего. Ян грубо выдыхает и встряхивает упавшие на глаза, мокрые волосы. От напряжения пот ручьями стекает от висков в уши. Возбуждение продолжает нарастать, но Чжань болезненно стонет и, не в силах больше терпеть, изливается, откинувшись затылком на зеркало. Ян делает еще несколько движений, усилив давление, и изливается вслед за Чжанем.       Это куда лучше, чем с кем бы то ни было за долгие годы.       — Ты как? — выдыхает Ян, наваливаясь на Чжаня.       — И что это было, порыв сексуальной озабоченности? — пытаясь отдышаться, отшучивается Чжань, чувствуя на себе горячее дыхание Яна.       — Тебе не понравилось? — выдыхает Ян в грудь.       — Очень даже наоборот.       — Тогда застегивай штаны и пошли пить дальше.       Чуть шатаясь, Сяо Ян отлипает от потной груди и отходит в сторону к раковине, смывая с рук сперму. Отряхнув, руки он натягивает штаны, достаёт из кармана пачку сигарет и закуривает прям в туалете, не переживая, что может сработать сигнализация. Чжань, отдышавшись, следует его примеру, и после протягивает руку, прося сигарету.       — Тебе только это было нужно? — спрашивает Чжань, выпуская клубок дыма.       — А тебе разве нет? — сразу же выдает младший.       Чжань сводит брови от едкого дыма, попавшего в глаз, и отрицательно качает опущенной головой.       — Забей, все нормально, вечер продолжается?       — Еще как! — улыбается Ян и, снова взяв руку Чжаня, открывает дверь и выводит его из пропитанного страстью и дымом помещения.       Они еще два часа пьют в клубе, вернее, Чжань пропускает, а вот Сяо Ян наслаждается выпивкой по полной. Они разговаривают обо всем, что приходит в голову, и Ян понимает, что напрасно сравнивал Чжаня с Ханом. Они совершенно разные. Чжань мягкий, веселый человек, а самое главное, с ним он чувствует себя легко и… в безопасности.       Это факт, хоть и абсурдный.       Тонкие ноги Сяо Яна начинают подламываться, когда он проявляет своё желание пойти на танцпол и, заметив это, Чжань выводит его из клуба.       — Меня домой, пожалуйста, — просит Ян, повиснув на плече старшего.       — Ты покажешь дорогу?       — Конечно, — уверенно кивает Сяо Ян и, оттолкнув Чжаня, твердым, как ему кажется, шагом идёт к машине. На самом же деле его штормит похуже, чем корабль во время самой жестокой бури, но Чжань его не останавливает, а только усмехается, догоняя и немного придерживая со спины, чтобы тот не упал.       Чжань хоть и пьян, но еще достаточно соображает и ведёт машину аккуратно, почти как трезвый, в то время как Ян так же разваливается на переднем сидении, как и в первый раз. Выехав на трассу, Чжань спрашивает младшего куда ехать, тот отвечает, что пока прямо, и поворачивается к Чжаню, молча прожигая его тупым пьяным взглядом.       — Чего? — улыбается Чжань, бросив взгляд на пьяную моську Сяо Яна.       — А ты вот почему такой красивый, забрал меня и везешь куда-то? Это, между прочим, похищение, — Ян икает и скрещивает руки на груди.       Чжань тихо хихикает, но ничего не отвечает, смотря на дорогу.       — Чжань, — зовет его тихо Ян, — а ты ведь такой же разбитый, как и я.