Temptation of passion

***

Воздух в палате пациента был насыщен свежестью, как только девушка открыла дверь в его палату и вошла. Стук каблуков сразу привлек внимание доктора Минхо, который сидел в кресле напротив кровати пациента. Сильный приступ одышки был вызван неизвестным заболеванием, его рука была покрыта острой формой цианоза, свисая из-под одеяла. – Хëнджи – Минхо повернулся и заговорил хриплым, сонным голосом. – Как вы сказали при поступлении нашего пациента, острая окклюзия сосудов конечностей в настоящее время привела к осложнениям. – Естественно, это вызовет осложнения. — ответила Хëнджи, пройдя через палату к кровати больного, села на стул, поправляя платье, которое колыхалось под силой ветра. – Острая окклюзия сосудов конечностей сопровождается резким ухудшением или прекращением артериального кровотока, развитием острого ишемического синдрома, что представляет потенциальную угрозу жизнеспособности конечности. – Хёнджи начала рассуждать вслух, осматривая посиневшую руку мужчины. Острая окклюзия сосудов конечностей сопровождается резким ухудшением или прекращением артериального кровотока, развитием острого ишемического синдрома, что представляет потенциальную угрозу жизнеспособности конечности. — начала рассуждать вслух Хëнджи, рассматривая посиневшую руку мужчины. – Я предлагаю назначить ему внутривенное введение гепарина. – высказал свое предложение Минхо. – Это не поможет – возразила Хëнджи. – Пациент уже начал терять жизнеспособность конечности, более того, еще одна пустая задержка во времени приведет к ее полной ампутации. – Зачем вы это делаете? – хриплым голосом спросил пожилой мужчина, посмотрев своими на девушку. – Что вы хотите этим доказать спасая мне руку или жизнь, ведь мне уже не для чего жить. – Подготовьте пациента к КТ-артериографии. – игнорируя его пустые банальные реплики. — Медлить времени больше нет, потеря жизненно важных функций конечности уже начинается. – Я уже потерял в этой жизни больше, чем мог от нее ожидать. – мужчина начал нести невообразимую чушь. В папке с анамнезом была запись: «Гын Чан Ди 1949 года рождения». — Возможно, вы сможете помочь ему и в этом. – злорадствовал Минхо, намекая на чувтво одержимости Хенджи помочь бедняге, чтобы решить сложную головоломку для себя самой. Сдерживая свои эмоции, девушка улыбнулась, прикусив краешек губы от невыносимой злости внутри. – Хорошо, я пойду предупрежу медсестер, чтобы они подготовили нашего пациента к этой процедуре. – сказал Минхо, вставая со стула и с любопытством наблюдая за девушкой, направившейся к выходу из палаты пациента. — Не знаю даже благодарить вас за это или ненавидеть. — начал говорить мужчина, схватившись здоровой рукой за руку Хëнджи. – Вы ведь не вернëте мне этим былое общение с сыном, которое я по собственной глупости испортил сам. – Это не мое дело, что у вас там с вашим сыном, уважаемый господин Гын. – прикусив нижнюю губу, возразила девушка. — В вашем лечении, наоборот, я преследую взаимовыгодные личные цели для себя. – легко и непринужденно высвободившись из его ослабевшей руки, она направилась к выходу из палаты. — Все-таки бессердечная ты сука, Хëнджи. – сказал с восхищенной улыбкой Юнги, облокотившись на стену возле входа в палату. – Я знаю этого ростовщика. Своей жаждой и стремлением к большим деньгам он лишился самого дорого в этой жизни: возможности видеть своего сына и собственных внуков. — Это не мои проблемы. – хладнокровно ответила девушка, направляясь по длинному коридору к лестнице, ведущей на первый этаж. — Моя цель - это конечный диагноз. Решение сложной проблемы, после того как я вынесу свой вердикт. — с гордо поднятой головой продолжила говорить она с особо выраженной четкой интонацией голоса. — Ах… — с поразительной легкостью вздохнул Юнги, следуя за девушкой. – Как я мог забыть, что ты великий человек, жаждущий одержимости головоломками. — Что ты все за мной ходишь по пятам? – воскликнула Хëнджи, обернувшись и посмотрев на надоедливого ей брюнета возмущенным взглядом. – Ты мне даже сосредоточиться на мыслях не даешь. Примерно через полчаса Хёнджи покинула бытовые помещения медицинского персонала, направляясь на второй этаж, полностью переодевшись. Зеленые свободные брюки сидели на ее ногах, как большие трубы. Белый длинный халат, под которым на ней была надета белая рубашка, окутывал все ее тело. Белые медицинские тапочки вместо туфель на высоком каблуке, стерильная повязка на лице и плотная шапочка на голове, под которой были надежно спрятаны ее роскошные золотистые волосы. Сопровождая девушку по длинному коридору, который вел прямо в операционную, люминесцентные лампы мерцали в такт ее движению. Несколько врачей что-то обсуждали за ее спиной, пока везли каталку с мужчиной в операционную. За ее спиной был отчетливо слышен спор между Чонгуком и Бон Ы, они выражали свое недовольство пустой процедурной. Доктор Минхо с папкой анамнеза стоял возле двери операционной и внимательно изучал какие-то записи в папке с помощью очков. — Все готово, Хëнджи. – не отрывая внимательного взгляда от папки с бумагами, на которую он так пристально смотрел, Минхо сказал. – Пациента уже доставляют сюда, мы дадим ему местную анестезию и сможем начать процедуру. Но я не понимаю, что мы можем там найти, если сможем все исправить с помощью внутривенного введения гепарина. — Давайте пока пройдем в операционную, мне не уютно стоять здесь, в коридоре. — чувствуя неприятную прохладу со спины, из открытого окна в противоположном конце коридора, сделала свое предложение Хëнджи. — Да-да, конечно, входите. — вежливо согласился Минхо, открывая дверь перед девушкой, пропуская её войти первой в помещение операционной. Белые кафельные стены и пол операционной вместе с ярким светом, при открытых дверях, ударили ей в глаза резким потоком своих лучей, заставив слегка зажмуриться. — Надеюсь, вам знакомо это устройство? — спросил Минхо, входя в кабинет сразу же за девушкой. — Да, в Сеуле я работала с таким. Мы с помощью него с моей командой врачей исследовали местонахождения тромбов и сгустки эмболии, затрудняющие приток крови в кровеносных сосудах. — подтвердила Хëнджи, с любопытством рассматривая поистине дорогой аппарат, для этой больнице он казался непревзойденной роскошью. — Итак, тогда вы будете отвечать за этот процесс. – любезно согласился Минхо, когда двое парней-санитаров в стерильных масках ввезли каталку с пациентом. — Ну, только если у вас нет большого опыта в кардиологии. – улыбнулась Хëнджи, пряча свою очаровательную улыбку под маской. — Положите его прямо на стол. – распорядилась она, когда санитары подвели каталку с пациентом к столу. — Надеюсь, вы помните суть данного метода да? – спросил Минхо в момент, когда тело пациента погружали на стол. — Перед началом исследования пациенту делают местную анестезию, поскольку процедура считается малотравматичной. — начала объяснять Хëнджи, пока в этот момент Минхо приложил маску с распыляющим газообразным раствором анестезии к лицу пациента. — Выполняем пункцию бедренной артерии под углом приблизительно 30° и медленно проводим иглу тоненького катетера скосом вверх до появления в соединительной трубке крови. Девушка медленно, очень осторожно проколола бедренную артерию мужчины, после того как он заснул от действия наркоза. — После прокола стенки бедренной артерии толстой иглой по ней вводим проводник, тонкая струна, который служит для проведения катетера к нужным артериям и контрастирования. Хëнджи начала медленно вводить проводник для катетера через проколотую бедренную артерию, при этом продолжала смотреть на монитор продвижения по артерии. — Медленно теперь вводим контраст и наблюдаем за картинкой в мониторе. — Хëнджи с помощью шприца ввела в тонкий катетер жидкость контраста. — Вы меня поражаете, Хёнджи! — восхитился Минхо. – Сгусток крови в предплечье правой руки, как раз для вам будет легко попасть туда через плечевую артерию. — Тогда, думаю, нам стоит начать операцию по извлечению тромба. – предложила Хёнджи. – Подготовьте, пожалуйста «КатетерФогарти», надо немедленно убрать оттуда этот тромб. Это затрудняет просвет кровеносной артерии, снабжающей кровоток верхней конечности. — После завершения исследования «Ангиография» катетер удаляют, а место пункции сосуда тщательно прижимают, чтобы не допустить кровотечения. — медленно Хёнджи стала вытаскивать катетер из бедренной артерии пациента. – Затем накладываем асептическую давящую повязку. Обработав тщательно рану раствором, после того как катетер был вытащен, девушка плотно стерильным бинтом забинтовала место бедренной артерии, через которую прошел катетер, завязав на крепкий узел в конце бинт. — Боже мой! – восхитилась Хёнджи, увидев этот дорогой хирургический инструмент. – Надеюсь, ваша больница теперь станет поистине профессиональной кардиологической клиникой. — Ай! – махнул свободной рукой Минхо. — Всего лишь кто-то перестал давать или брать откаты нашей местной администрации. — Впечатляет. – согласилась Хёнджи, взяв у него из рук этот инструмент. — Поясните теперь конкретно суть данной методики удаления тромба из плечевой артерии. — попросил продемонстрировать суть данного метода Минхо. — Выполняем поперечную артериотомию плечевой артерии. — пояснила девушка, рассекая стенки плечевой артерии. — После чего катетер продвигают к месту закупорки сосуда, проводя его через тромботические массы. Медленно проводит катетер резиновым баллоном с тонкой направляющей, диаметр которой составлял 2-2,5 мм, глубоко в стенки артерии, затем берет шприц, который находился с другой стороны катетера, надула резиновый баллончик внутри артерии. В этот момент через трубку катетера начали выходить сгустки крови, затрудняющие прохождение крови по артерии. Когда надутый баллончик был удален, кровоток питающей артерии правой руки возобновился, кровь сочилась из того места, где был удален сам баллон. В течение нескольких минут Хëнджи осторожно наложила сосудистый шов на разрез артерии, обработала рану стерильным раствором и перевязала руку плотной, давящей асептической повязкой. — На сегодня с него хватит. — закончив свою работу, сказала Хëнджи. – Отвези пациента обратно в палату. Завтра начнем другое обследование. — Как?! — возразил Минхо. — Разве вы этим не подписали его болезни окончательный приговор? — Острая окклюзия сосудов конечностей была вызвана не случайно, а чем-то спровоцирована. Я хочу узнать чем. – пояснила Хëнджи, положив стерильный бинт на столик с медицинскими инструментами. — Может, отправить его лучше домой? — предложил Минхо, чтобы поскорее избавиться от назойливого пациента. — Минхо… — возразила Хëнджи. – Вы член моей команды, так делайте то, что я вам говорю, и не мешайте мне вылечить этого мужчину от неизвестной мне поражающей его тело болезни. — Да-да, конечно. — говорил Минхо с такой интонацией, что ему явно хотелось возразить против мнения Хëнджи. – Может, вы еще и сына, с которым он разорвал свои отношения, убедите прийти навестить своего умирающего папашу со сворой своих внуков? — Да, конечно. — улыбнулась девушка. – Прошу, скиньте мне на телефон его адрес, я немедленно постараюсь его сегодня навестить. – направляясь к выходу из операционной, сказала она со злорадной ухмылкой на губах. — Вы хоть сами понимаете, что своим стремлением разгадывать головоломки и играть жизнями пациентов, вы можете угробить много ценных жителей нашей местности? — пытаясь убедить, говорил внушительно Минхо в тот момент, когда девушка подошла к двустворчатым большим дверям операционной. — Так вот пока этого не случилось, вы будете четко выполнять мои указания. – предупредила его Хëнджи, открывая дверь операционной. – Вам все ясно, Минхо? Минхо как всегда попытался что-то возразить, но дверь за спиной девушки плавно захлопнулась, оставив его пустые банальные реплики в стенах операционной, пока сама направлялась с довольной улыбкой по длинному коридору. Сняв стерильную маску со своего лица, резиновые перчатки с рук, испачканные кровью мужчины, она выбросила все это в мусорное ведро рядом с лестницей, которая вела вниз на первый этаж. Спускаясь по лестнице среди толпы людей, различных пациентов, врачей и медсестер, Хëнджи думала покинуть это место как можно скорее, чтобы напиться в хлам, после посещения сына этого бедного пожилого человека. Плавным чарующим жестом она сняла с головы шапочку и красиво взмахнула головой, демонстрируя всем посетителям больницы в вестибюле убийственную силу своих волос. При свете искр чудесных голубых глаз с восхищенной улыбкой и привлекательной походкой, красиво покачивая бедрами, она направилась в раздевалку медицинского персонала.

***

В фойе больницы к большому удивлению Хёнджи оказались Чимин с женщиной, с которой она когда-то повстречалась в павильоне оптики. Юнги также стоял в стороне и смотрел в окно каким-то любопытным взглядом с восхищенной улыбкой. Даже сам Ли Бэкхён пожимал руку этой Хэсу, держа в руке черный футляр из-под очков. Эта женщина сделала и торжественно вручила очки для заведующего местной больницей. — Подойди хоть поздоровайся ради приличия. — обратился к ней Юнги, когда Хёнджи подошла к нему. – Она ведь для тебя такие дорогие очки сделала. — Хм… – нахмурила девушка недовольно губки. — Ладно. – глубоко вздохнула она и, переводя дух, направилась к этим людям. — Хэсу… — обращался к ней Ли Бэкхён с таким уважением, что чуть ли уже целовать к ней не лез. – Прям не знаю, как вас отблагодарить. – передавая ей в руки обернутый в плотной бумаге сверток. — Ой, да что вы, Ли Бэкхён. — засмущалась она, взяв этот бумажный сверток и приложив руку к своим алым накрашенным губам. — Это была большая честь для меня. — Ну, что вы, Хэсу, кх… — кашлянул Ли Бэкхён, прикрывая рот. — Вы ведь столь почетный гость. Для нашей больницы это большая честь. — Ой, как вы красиво умеете песни заливать девушкам, господин Ли Бэкхён. — возразила Хёнджи, плавно подходя к ним за его спиной. – И многие ведутся на ваши сказки? — Хм… Хёнджи. — поняв, что, возможно, сказал то, что думал. – Занимались бы вы лучше своим пациентом. Он своим противным запахом уже весь этаж мне провонял. — Хёнджи. — протягивая руку, вежливо с улыбкой, как у довольного кота, говорил Чимин. – Рад вас видеть в бодром здравии духа. — И я собственно вас тоже, Пак Чимин. – пожала ему красиво руку, после чего он нежно поцеловал её, как это делает настоящий истинный кавалер. — Ах… Хёнджи. – с восхитительной улыбкой улыбнулась эта женщина. – Вы, надеюсь, не держите на меня зла после нашей последней встречи? — Ой, да что вы, Хэсу. — играя с этой женщиной в любезности, говорила девушка, выбирая хитрую и ловкую тактику ведения беседы. – Я, собственно, ради вас и подошла сюда. Поблагодарить за хорошие элегантные очки. Как вам удалось сделать такую ювелирную работу? — Точно так же, как и вам сегодня извлечь тромб из плечевой артерии вашего пациента. — послышался со спины голос Минхо. — Да, я уже наслышан про этот случай. — возразил Ли Бэкхён, будто не желая обсуждать эту тему разговора. – Лучше бы вы, Хёнджи, поскорее вышвырнули этого пердуна из моей больницы. — Ли Бэкхён. — вмешался Чимин. – Ну, что же вы так? Вы же сами врач высокой квалификации. Конечно, не такой, как у Хёнджи, но все же как врач вы должны понимать, что для врача здоровье пациента прежде всего. — Решайте свою чертову головоломку! Так вы теперь это называете? Превратили мне тут лечение пациентов в игру, подбирая разные методики и варианты решения задач, которые не под силу нашим врачам. — Ли Бэкхён. — вмешался Минхо. – Такого рода заболевания наша больница еще не встречала. Так дайте же врачу с высокой квалификацией разгадать эту загадку. — Вы что же, доктор Минхо, поддерживаете её игры? — упрекнул его Ли Бэкхён в ответ. – Вы тут все доиграетесь до того, что потом придется говорить родным пациента, почему мы против правил всей медицины в целом и назначаем нашим пациентам опасные для жизни процедуры. — В худшем случае была бы ампутация конечности. — пояснил Минхо. — Как все у вас тут сложно. — улыбнулся Пак. — Хёнджи, отойдем на минутку вместе с нашей, конечно же, Хэсу. — обнимая эту женщину за талию, говорил он с какой-то скрытой улыбкой на лице. — Господин Пак. — обратился Минхо в тот момент, когда Чимин хотел уже покинуть столь неуютную ему, по всей видимости, компанию, в которой даже Хёнджи чувствовала себя неловко из-за Ли Бэкхёна. — Хочу вас искренне поблагодарить за оборудование ангиографии для нашей больницы. Это роскошь. Особенно меня поразила трехмерная картинка кровеносных сосудов на жидкокристаллическом мониторе. Все просто и доступно. — высказывал свои бурные впечатления Минхо. — Вы же понимаете, такие огромные деньги были вложены в отделение кардиологии только для нашего одержимого головоломками гения. — с хитрой улыбкой на лице ответил Чимин. — Да, тут я с вами согласен. Столь сильной квалификации врача наша больница еще пока не встречала. — согласился Минхо, посмотрев на Хёнджи косым восхищенным взглядом. — Ой, да что вы, Минхо. Скажете тоже мне. Вы и сами хороший врач. — засмущалась девушка, чувствуя, как её вгоняют в краску. — Да, и еще, Хёнджи, вы уверены в том, что написали в анамнезе синдром верхней полой вены у вашего пациента? — спросил Минхо, когда девушка хотела отойти в компании с Паком к открытому окну. «Хм… а он прав. Тут я, возможно, поспешила сильно с вердиктом.» — Тут возможно даже три ветки событий, первая из которых «Фиброзный медиастинит». — начала рассуждать девушка. – Вторая «Аневризма аорты». Ну, и третья, к чему я больше склоняюсь, «Констриктивный перикардит». Господин Пак, прошу меня извинить. — с задумчивым видом Хёнджи направилась к выходу из больницы. — Ну, вот опять. И надо же вам было ляпнуть что-то такое, что задело нашего гения за живое. — слышалось возмущение Чимина. – Хёнджи, подождите, у меня к вам есть разговор. — говорил он в тот момент, когда двустворчатая большая массивная дверь плавно закрылась за спиной девушки. Солнце постепенно начало прятаться за тучу, скрывая мощный поток своих согревающих луче за большой густой массой облака. Легкое белое платье Хёнджи колебалось по ветру, словно бабочка порхало оно крыльями. «Боль в груди, одышка, дисфагия… Если, конечно, верить анамнезу, что составили в больнице без меня, то эти симптомы могут быть составляющими многих заболеваний. Похоже, где-то кто-то ошибся.» Хёнджи размышляла, направляясь к темно-синему припаркованному Bentley на автостоянке автомобилей. — Хёнджи, стой! – слышался голос Юнги за спиной, и его учащенные шаги по каменному крыльцу больницы. – Подожди меня! — Хм… Возможно, стоит включить в список версий «Экссудативный перикардит». – задумалась девушка и, рассуждая вслух, встала возле автомобиля, на котором приехала. — Да что с тобой? Опять осенило чем-то? – отдергивая Хёнджи за руку, спросил Юнги. – Что случилось? Ты прям своя не своя. — Экссудативный выпотный перикардит протекает как осложнение или клиническое проявление различных заболеваний сердца, легких и других внутренних органов… – рассуждала девушка, чувствуя, как внутри неё вскипает гнев и ярость. — Да мне так жизни не хватит, чтобы проверить все возможные и невозможные варианты исхода событий! — Да что с тобой? Ты можешь мне хоть объяснить? – прямо ей в лицо спросил громко Юнги. — Пока ты не начал орать, ничего. – тихим голосом ответила девушка. – А сейчас я в бешенстве! Мне нужно срочно подумать. — Ну, уж нет. Ты так от меня не отвертишься. – обвивая талию рукой сзади, заявил Юнги, прижимая её к себе. – Либо ты со мной, либо вообще никак. — На вашем месте, Юнги, я бы так не делал. — сделал суровое замечание Чимин, подходя к машине со своей спутницей. – Последний раз, когда я так сделал, это мне стоило крепкой пощечины. Не стоит попусту тревожить Хёнджи, когда она впадает в свои идеи. — И что же мне тогда с ней делать? – спросил Юнги, открывая дверь с пассажирской стороны. — Как раз то, что вы делаете. – улыбнулся вежливо Пак, играя в подозрительные любезности. — Хм… Экссудативный перикардит редко наблюдается как самостоятельная патология. Обычно он является частным проявлением «полисерозита» или следствием другого заболевания, приводящего к повреждению «перикард»… — рассуждала вслух Хёнджи, садясь на водительское кресло, плавно опираясь своей спиной на его мягкую кожаную спинку. — Куда едем-то хоть, параноик? — спросил Юнги, закрывая за собой дверь. — Поехали ко мне домой. Нужно срочно перелистать справочник кардиологии. Вечером, если ничего не поможет, нужно будет съездить к его сыну, пообщаться с его семьей. — легким поворотом ключа она заставила зверя под капотом этого автомобиля издать суровое тихое рычание. — Зачем тебе это? – спросил Юнги, намекая своей интонацией на глупую затею. – Он ведь всего лишь какой-то старый рассыпающийся пердун. Его, возможно, завтра и не будет. — Вот когда его не будет, вопрос будет стоять совсем по-другому. Я даже захочу узнать причину, которая привела его к смерти. – упрекнула его девушка. — Да я его сам ночью подушкой задушу, если ты не перестанешь так себя вести. – возразил Юнги. — Хм… тогда я тебя ночью никуда не отпущу. – ухмыльнулась хитрой улыбкой Хёнджи, наблюдая в зеркало заднего вида, как Пак направляется в обнимку со своей спутницей к черному лимузину. — Поехали, давай уже. – предложил Юнги. — Уверен? — А что у меня есть варианты? – спросил Юнги. — Я же должен ради твоего парня следить за тобой… — Ради моего парня? – сильно удивилась такому заявлению девушка, приложив руку к груди, сохраняя на губах улыбку, полную восхищения. – Это когда он стал моим? — Наверное, тогда, когда ты решила спрятаться за его спиной в его автосервисе, чтобы не выхватить крепкую взбучку от парня, машину которого ты загнала под продуктовый деревенский павильон. — Ах вот оно как! Включив заднюю передачу на коробке переключения скоростей, удивилась Хёнджи, плавно отпуская сцепление и добавляя постепенно мощности рьяному механическому коню. — Значит, вы теперь с ним за одно? – ухмылка Хёнджи продолжала сиять в зеркале заднего вида, на которое она продолжала любоваться. — Это с чего бы то вдруг? – переключив на первую скорость автомобиль, девушка плавно тронула автомобиль с места. — Ну, после того вечера, что мы провели все вместе. — Вот как! – восхитилась Хёнджи. – Так если он мой парень, чего же ты тогда спишь со мной и лезешь в нашу кровать? Не говори мне, что это только для того, чтобы следить для него. Не обманывай себя. Хм… И зачем тогда он продолжает спать с Монкунт? — Ну, у меня просто выбора другого не было. – неуверенно ответил Юнги, не договаривая всего и отведя взгляд в сторону. — Насчет этих двоих я ничего не знаю, меня не просвещали. Да и мне все равно, они мне не интересны. — Не волнуйся, я не ревную его. Мне все равно. — спокойно говорила Хёнджи. – Мне больше уже не нужно это чувство. — Так, значит, ты когда-то кого-то очень сильно любила? – восхищенная интонация в голосе Юнги насторожила девушку. — Об этом пока рано говорить. – словно чего-то боясь или остерегаясь, Хёнджи предпочла не трогать больную для неё тему. — И кто же он? — Юнги, хватит! – громко крикнула девушка. Следующую часть всего оставшегося пути они провели в молчании. Внутри неё все трепетало. Впервые за столько лет она вспомнила, как наяву, этот ужасный момент, который ей пришлось когда-то пережить в своей жизни и который навсегда изменил её внутренний мир, заставил смотреть на вещи совсем другим взглядом.

***

Ноги подкашивались, когда она на своих высоких каблуках в голубом нейлоновом мини халатике расхаживала кругами по своему кабинету. «Ну, я же точно помню, у этого мужчины синдром верхней полой вены. Значит, это ну никак не может быть и близко к экссудативному перикардиту. Хотя симптомы очень сильно схожи с теми, что я видела у него.» Рассуждая, положив книгу на подоконник открытого пластикового окна, смотрела она на вечерний закат. — Боль в груди, одышка, дисфагия, кашель и осиплость голоса, отечность лица, набухание шейных вен… Перечисляла Хёнджи вслух симптомы из папки с анамнезом своего пациента, плавно загибая пальцы на руке. — Да, что-то тут явно не сходится. Синдром верхней полой вены… я точно его видела. Уж его я то не с чем другим не спутала бы. Пытаясь себя убедить, говорила девушка сама с собой, опираясь руками на подоконник. Всматриваясь в книгу, пыталась найти ту самую подсказу, что она ищет, но среди нескольких схожих по симптомам болезней, ответа так и не было. — Чего-то не хватает. Знать бы только чего, м… С книгой в руках, внимательно всматриваясь в неё, девушка подошла к краю стола и, держа книгу одной рукой, попыталась взять кружку с горячим крепким кофе со вкусом медовой сладкой карамели. Книга от бессилия выпала из рук и громко ударилась о паркет комнаты, от чего Хёнджи, испугавшись, выронила кружку с кофе на пол, громко при этом взвизгнув от сильного испуга. Белая фарфоровая кружка раскололась и в момент сильного удара разнесла по комнате тысячи мелких осколков, разбрызгав кофе по полу. — Вот теперь мне точно следовало бы отдохнуть… Пойду прокачусь до сыночка этого пациента. Оставив все, как есть в комнате, Хёнджи направилась к выходу из своего кабинета. Даже забрызганный каплями кофе справочник кардиологии остался лежать в гордом одиночестве, пока хозяйка этой книги гордо направлялась к выходу. Мрачная комната при свете луны озаряла блеклую золотую дорожку своим светом на полу. Сиреневая рубашка, в которой был Юнги, небрежно лежала на полу. Чуть дальше лежали боксеры этого похотливого брюнета, который с покорным обещанием и клятвой верности обещал дождаться Хёнджи, а сам уснул на кровати. Укрыв лишь половину своего обнаженного тела, он сладко сопел. Положив ногу на ногу, девушка сидела на белом пуфике возле парфюмерной тумбочки и вытирала забрызганные сладким кофе ноги влажной салфеткой, оставляя приятный аромат на своей коже. Чуть наклонив голову, она тщательно водила нежной салфеткой по своей коже ног, сама получая от этого чарующее наслаждение. — Надеюсь… – говорила Хёнджи сама с собой. – Доктор Минхо дал мне верный адрес его сына. – доставая одной рукой из своей сумочки телефон. Убедившись в правильности адреса, девушка положила телефон с салфеткой на парфюмерный столик, медленно встала с пуфика, расправив кончики своего мини халатика, и направилась к белому шкафу. Плавным аккуратным движением она развязала бантик на поясе своего халатика и легким движением своих рук при красиво виляющих бедрах освободилась от пленительной силы нейлона, скинув его небрежно на пол. Решив придать этим вечером сокрушительную сексуальность, Хёнджи достала из шкафа джинсовую мини юбку. Надела на белую непрозрачную блузку с большим воротником, оставив верхнюю пуговицу открытой. Брызнув на себя флакон духов с обворожительным ароматом диких садовых роз, девушка повесила белую кожаную сумочку на плечо и покинула комнату. Направляясь по коридору к выходу она, красиво виляя бедрами, наслаждалась ароматной ночной свежестью деревьев в саду своего дома.