Однажды на острове

Когда Мёрдок проснулся, вокруг было темно. Он дотянулся до телефона: час ночи. Полежав немного, Мёрдок почесал затылок и сел на кровати. Зацепив с пола трусы с джинсами, он стал одеваться и, одевшись, пошёл вниз. Не зажигая света Мёрдок прошёл к печке, открыл её, покопался внутри, подкинул свежее полено. Около двери, почти в кромешной темноте, он натянул сапоги и кепку и вышел на крыльцо. Зевнув, он вспомнил слова Туди про горячий мозг. Под его ногами раздался тихий топот, как будто бы кто-то маленький убежал за угол дома, и Мёрдок уставился в серо-чёрную в свете месяца траву. Он сошёл с крыльца и направился за угол. Войдя в тень дерева, он резко выглянул из-за угла — одинокий куст торчал неподвижно. Мёрдок прошёл мимо него, обходя дом кругом. Он ещё дважды повернул и, сунув руки в кармашки куртки, собирался войти на крыльцо. — А! — выкрикнул он в ужасе, завидев что-то большое и белое. — А! — взвизгнула Нудл в белом топе и шортах. Она быстро протёрла лицо. — Тысячерукая Каннон, что я тут делаю? — Лунатишь, видимо, — предположил Мёрдок, переводя дух. — А ты? — Воздухом дышу, — сказал Никкалс. — Воздух, — он ткнул в пальцем небо. — Дышу, — и указал на свой нос. — А… — Нудл опустила руки. — Это всё смена климата, — потирая переносицу, пробормотала она. — Последний раз в детстве такое было… — она открыла дверь, возвращаясь в дом. — Да, я помню, — покивал Мёрдок. — Ты мне тогда лопату принесла. — Ой, завали… — глухо из-за закрытой двери отозвалась сонная Нудл. — Принесла же, не закопала. — Да, Нудс, как скажешь, Нудс, — пробормотал себе под нос Мёрдок. Он хотел закурить, но, похлопав себя по карманам, обнаружил, что забыл сигареты в спальне на столе. Подниматься за ними было лень и, сунув нос под край воротника куртки, Мёрдок направился от дома в сторону берега. Глаза быстро привыкали к темноте, поэтому идти было не трудно. Когда на месяц и наплывали рваные облака, морская вода становилась глубоко-чёрной и почти матовой, едва бликуя в темноте ночи. Мёрдок слишком глубоко задумался, пока брёл вдоль кромки прибоя, и, запнувшись об торчащий между камнями корень, полетел вниз, падая на колени, с чувством посылая корню смачное ругательство. — Ты ж… — потирая коленку, пробурчал он. Его сапог стоял на мокрых камнях и, глядя вниз, он заметил, что пузырьки пены выглядят неестественно белыми, а в углублении между камней мерцает слабый огонёк. Мёрдок подцепил камень пальцами, вынимая его. Вода заполнила образовавшуюся пустоту, и Никкалс осторожно опустил пальцы в эту воду. Вода казалась более светлой, чем всё остальное вокруг. Постепенно её вымыло из углубления. Мёрдок всё ещё трогал её рукой, пытаясь понять, почему она светится. Пока он размышлял о свойствах планктона, световое пятно отхлынуло от него дальше и засветилось ярче. Мёрдок вытянул пальцы из холодной воды и вытер их о штаны. Шарик света вспыхивал всё ярче в воде перед ним, и он не сводил с него глаз. — Ты рыба? — спросил он. Светящийся участок нырнул влево. — Ты рыба, — решил Мёрдок. — Ты глубоководная рыба. Шарик света скользнул в другую сторону. — Что только ты здесь делаешь? — опираясь локтями на колени, проговорил Мёрдок. Он наступил сапогом в углубление от камня и услышал хруст. Взглянув под ногу, он обнаружил, что вода под его ногой застыла. — Это ещё что такое? — он поднялся и потыкал ребром подошвы кусок льда. Он нахмурился, занёс ногу над водой прибоя, готовый провалиться вниз и промочить сапог, но испуганно замер, упершись в твёрдую субстанцию. Он поднял сапог и снова увидел под ним лёд. — На что это я опираюсь? — разглядывая кусок льда, спросил он сам себя. — Там внизу вода. Как он держится? Он передвинул ногу и та снова упёрлась в твёрдый лёд. Пережив лёгкий взрыв мозга, Мёрдок смирился со случившимся. — Здравствуйте, я Эльза Никкалс, — пробормотал он. — Ты не рыба, — посмотрел Мёрдок на сияющий в воде огонёк. — Ты то, что я ищу. М? Огонёк промчался под его ногой, уплывая на глубину. — Хочешь, чтобы я шёл за тобой? — спросил Мёрдок. От нетерпения огонёк сделал то, чего не исполнял ранее — выпрыгнул из воды, поднимая маленький фонтан брызг и плюхнулся обратно в воду. — Если думаешь, что я пойду дальше, то ты глубоко ошиба… Волна, незаметно подкравшись, саданула Мёрдока по пятке сапога сзади и он, пробежав вперёд несколько шагов, замер на твёрдой поверхности застывшей поблёскивающей синим воды, пошире расставив ноги для устойчивости. — Ладно, — сказал он, становясь ровно. — Немного пройду вперёд. Немного. Он сделал ещё шаг вперёд, убедился, что лёд под ногой твёрдый и устойчивый, и осторожно пошёл дальше. Пройдя достаточно, он оглянулся на берег. — Я не ссыкло обычно, но там под мной уже метра два, если не больше. Я не такая шпала, как кое-кто. В общем, если я нырну в ледяную воду даже здесь, не факт, что доплыву до берега. Извини, но… Это было весело, конечно… Он отшагнул обратно и провалился на полсапога в воду. — Вот не надо так со мной, — встав обратно на твёрдый лёд и ощущая, как по телу пробежал озноб, высказался Мёрдок. — Я хочу уйти! Он неуверенно шагнул в то же место, и на этот раз вода оказалась твёрдой. — Другое дело. Мёрдок почти повернулся, чтобы идти к берегу, когда синий огонёк разлился под ним целым потоком света и стремительно унёсся в море. Мёрдок оглянулся и выдохнул. За его спиной светился огромный круг, внутри которого сияла голубоватая геометрически правильная бездна, и прямо к очертаниям окружности вела мерцающая дорога. — Да ё-маё, — опираясь руками в бока, выпалил Мёрдок. Он посмотрел в сторону берега, туда, где находился дом. Мёрдок повернулся к голубой иллюминации в морской воде. — Хорошо! Ради этого я сюда приехал. Я пожалею, если упущу шанс и не пойду дальше, — произнёс он. — И если пойду, тоже пожалею… Вода не торопила его, продолжая заманчиво сиять вдали. — Ладно, к чёрту всё, — сказал Мёрдок. — Я здесь только из-за этого. Может быть, я всю жизнь этого ждал? Кто бы ты ни был: инопланетянин или чёрт его знает кто. Я найду тебя. Он повернулся и уверенно пошёл по морской глади в сторону светящегося круга. Маленький бледный огонёк мелькал, как спина рыбки, под его сапогами.