Русский стендап и политика — вещи несовместимые.

Данила Поперечный, 03:30 Леша

Алексей Навальный, 03:30 Ты пьян?

      Шумный бар. Данила оглядывается: вокруг общаются люди, гремит музыка какой-то знакомой группы, звон бутылок и стаканов. Благодать. Но только не для него. Отворачиваясь от друзей, он шагает в туалет, который, к его счастью, был не занят. Теперь музыка приглушена тонкими гипсокартонными стенами, хоть и басы отдаются звоном в ушах, но опьянение всё также бороздит тело, а из головы всё так же не выходит один-единственный образ, что посещает его каждый раз, когда промилле в крови возрастает.       Он вглядывается в зеркало. И вроде всё хорошо, но…       «Всегда найдётся какое-то «но»! Почему никогда не может быть всё хорошо» — эта мысль часто посещала его.       И всё же, вернемся к повествованию. Но через несколько секунд глаза замылились, а в глазах задвоилось. Данила тряхнул головой, умылся, вот только сознание оставалось опьянённым, одержимым. Перед глазами плыло, происходило будто в замедленной съёмке, как в популярных в начале десятилетия слоу-моушен сценах фильмов. Зато, как только он вышел из уборной, всё вроде бы пришло в норму, кроме, естественно, той самой навязчивой мысли.       Закатив глаза, от невозможности избавиться от надоедливого ведения, он окликнул Егора, хлопнув его по плечу, и попросил стопку водки, которую ему быстро организовали. И, будто не прошло и минуты, ещё одну. И ещё.       Поперечный уже не помнил сколько прошло времени и стопок к тому моменту, когда замутило в два или три раза сильней, чем в уборной. Перед глазами опять поплыло, видел он отрывками, будто нарезку какого-то видео в плохом качестве. Телефон. А когда и часы, показывающие сорок минут четвёртого, стекли по стене он точно понял — пора валить. Ничего никому не сказав, он уж было вышел из бара… Но увидел тот самый образ в объятиях какой-то проститутки и сначала вознёсся до предела гнева, а потом его озарило, что пора лечится, пока не поздно, наверное, потому что вышел на воздух и чутка протрезвел (или убедил себя в этом).       Но там ненамного лучше. Толпа каких-то придурков, будто и существующих только ради того, чтобы нарваться на драку или спровоцировать кого-то…

Данила Поперечный, 03:54 Где ты?

      Престарелый жигало, что почти не отличается от предыдущих экспонатов, мигалки полицейской машины, ослепляющие, но такие завораживающие, и…

Данила Поперечный, 03:56 Я хочу увидеться с тобой

      Да чёрт бы его побрал! Пьяный Данила был готов игнорировать и пропускать всё, кроме Алексея, который, кажется, везде. Предвыборные плакаты, осведомительные листовки, а как удар под дых — он, дерущий за огромным стеклом кафе какую-то, несомненно, шлюху. Да уж, бедная девушка, которая просто работала официанткой в кафе вряд ли заслуживала такого клейма, даже в его больной голове.

Данила Поперечный, 04:02 Почему ты не отвечаешь?

      Он уже и не помнил, как добрался до того дома, был слишком пьян и одержим.

Данила Поперечный, 04:37 Напиши чтобы я знал что ты в порядке

      Стоя перед знакомой дверью, Данила постарался привести себя в порядок: пригладил волосы, поправил худи, но постучав ответа не услышал. Минуты ожидания тянулись невероятно долго, мучительно, несмотря на то, что до этого время неслось как сумасшедшее.

Данила Поперечный, 04:47 Я тут

      Он предпринимает ещё одну попытку дописаться, дозвониться, достучаться, но, как и прошлые десятки таких же, она оборачивается полным крахом Дани. От безысходности тот уже просто сел на крыльцо, бездумно пялясь на небо, на котором выступал первый блеск солнечных лучей. Всходило. И вдруг в этом здании загорается свет. Всё вокруг замерло, как на нарисованной картине. Из-за стены послышались тихое шмыганье. Земля ушла из-под ног.

Алексей Навальный, 04:50 Почему ты звонишь мне, только когда ты пьян?