Две минуты до полуночи

       Мегуми хмурится и досадливо вздыхает, откинув в сторону руку с лежащим в ней смартфоном. Потухший секундой ранее экран точно показывал шесть часов утра. Он зажмуривает глаза в надежде перехитрить глупый мозг и уснуть еще на пару часов, но ожидаемо терпит фиаско: ни через десять, ни через пятнадцать минут сон не приходит. Вставать в такую рань в выходной кажется кощунственным, но его организм с ним в корне не согласен. Повалявшись с десяток минут в интернете, он все же встает и направляется в ванную комнату.        В коридоре абсолютно пусто (и чего, спрашивается, он еще ждал) и Мегуми старается не шуметь, остальные ведь не виноваты в том, что ему не спится утром в субботу. Возможно, он мог бы встретить направляющуюся с пробежки Маки, но та с остальными второгодками только вернулась с задания, и, скорее всего, замученные шаманы сегодня попросту отсыпаются.        Санузлы в общежитии колледжа общие, но из-за отсутствия большого количества проживающих в нем студентов, это не доставляет никому неудобств. Фушигуро быстро приводит себя в порядок: прохладный душ выбивает последние отголоски сна и утро перестает казаться слишком паршивым. Вытирая влажные волосы махровым полотенцем, он ловит себя на мысли, что, возможно, ему пора бы немного подстричься, — еще чуть влажные волосы лезут в глаза, да и давать Зенин очередной повод подтрунить над ним не хочется.        Из небольшой кухни доносится запах свежезаваренного чая, Мегуми думает, наверное, опять Годжо-сэнсэй с утра пораньше булочки уминает. В голове появляется навязчивая мысль утянуть одну-парочку. Но, к его удивлению, в комнате ни следа от эпатажного шамана. Он застает лишь сгорбленную над книгой фигуру Куросаки, мерно попивающую из кружки дымящийся чай, запах которого он и услышал.        — Доброе утро, — он проходит к полке с посудой и достает оттуда еще одну кружку. Видимо, не только он проснулся так рано.        Рин замечает присутствие человека рядом с собой не сразу, вяло отрывает взгляд от толстого справочника и кивает вошедшему.        — Доброе, — отвечает она, — Я еще не успела сходить в магазин, поэтому взяла одну из кружек здесь. Это не проблема?        — Нет, — отрицательно мотает головой Фушигуро, наливая в кружку немного свежей заварки, — Посуда на кухне общая, поэтому можешь пользоваться всем, что здесь есть.        Рин молча кивает, довольная ответом, и опускает взгляд обратно на раскрытую страницу. Однако спустя минуту, присев напротив нее за стол, Мегуми замечает, как девушка недовольно вздыхает, захлопывая старый учебник, и закидывает голову к потолку, промаргиваясь. Судя по красноватым белкам и слегка заторможенной реакции Куросаки спать не ложилась вовсе, несмотря на то, что вчера ей неплохо досталось.        — Не люблю быть беспомощной, — отвечает она на незаданный парнем вопрос. Мегуми слегка удивляется, но ответ принимает.        — И все же тебе не стоило сидеть всю ночь.        — Возможно.        В кухне устанавливается тишина, нарушаемая лишь редким стуком кружек о поверхность деревянной столешницы. Рин отворачивается к широкому окну, наблюдая за раскидистыми ветвями дерева, растущего вблизи здания. Его листья закрывают почти весь обзор наружу, отчего в комнату проникает мягкий, рассеянный чуть зеленоватый свет, добавляя комнате уюта. Куросаки в принципе очень нравится территория техникума: большая, облагороженная, с большим количеством зелени и аккуратными постройками, выполненными в японском традиционном стиле. Кажется, Годжо упоминал что-то о том, что для непросвещенных это место является чем-то вроде религиозной школы. Что ж, визуально не придраться, да и вообще, недалеко ушли, думается девушке.        — Если хочешь, могу показать тебе, где здесь находится ближайший супермаркет, — спустя какое-то время решает заговорить Фушигуро. Планов на выходной у него все равно особых нет, да и Юдзи спрашивал его об этом недавно. Возможно, и Кугисаки захочет сходить. — Можем сходить туда все вместе, когда ребята проснутся.        — Хорошая идея, — соглашается Куросаки, и на десяток секунд, кажется, над чем-то задумывается, — Слушай, Фушигуро-кун…        — Давай без формальностей, — перебивает ее Мегуми, припоминая, как она сама просила обращаться к ней просто по имени.        — Как скажешь, — легко уступает она, — В общем, я повела себя некрасиво и не поблагодарила тебя за помощь вчера. Извини и спасибо.        — Не стоило, — слегка смутился внезапным извинением шаман.        Фушигуро не знал, что Куросаки за человек. Он все еще помнит ее взгляд тогда, в тот злополучный вечер, когда возродился Двуликий. Несмотря на то, что она только чудом не была убита руками своего друга, несмотря на трясущиеся от страха и паники конечности взгляд ее мигом стал твердым, стоило Мегуми попытаться навредить Итадори. Холодный, наполненный решимостью — ее слова не были блефом. Он уважал таких людей.        — Стоило, — не соглашается с ним Куросаки, качнув головой, — Ты не был обязан спасать меня от травм, лишь присмотреть. В любом случае, возможно, я была не совсем объективна в своем отношении к тебе и Годжо-сану.        — У тебя были на то причины, — чуть вздыхает Мегуми, — Говоря прямо, ты не первая, кто так реагирует на сэнсэя. Он весьма, — сделал паузу парень в попытке подобрать наиболее мягкое слово. Как назло в голову лезло только «придурковатый», — неординарная личность, отчего отношение к нему в шаманском мире не слишком теплое.        Фушигуро неожиданно слышит приглушенный смешок и удивленно поднимает взгляд на собеседницу. На губах Куросаки видна еле заметная улыбка, лишь приподнятые уголки губ выдают. В отличие от Итадори, который, как оказалось радушен и добр ко всем вокруг, Куросаки оказывается достаточно закрытым человеком. Кажется, он впервые видит, как девушка улыбается. Он ловит себя на том, что от этого и его губы дрогнули в улыбке, незаметно для него самого.        — «Неординарная личность», — весело хмыкает Рин, — Да уж, не поспоришь.        — Как успехи? — решает перевести тему парень, указывая взглядом на отложенный в сторону учебник.        — Не так хорошо, как хотелось бы, — девушка возвращает лицу серьезное выражение, и Мегуми, кажется, уже жалеет о своем вопросе, — Но в целом я вроде разобралась с основными моментами.        — Тебе не стоит требовать от себя слишком многого. Вы узнали об этой стороне мира совсем недавно — это нормально, что тебе сложно осознать происходящее.        — Возможно, ты и прав, — устало вздыхает Рин, подпирая голову стоящей на столе рукой, — Но какой от меня прок, если я даже не могу защитить себя?        — Никакого, — спокойно отвечает ей Фушигуро, допивая остатки чая, — Однако и от измотанной тебя толку будет не больше. Не бери на себя слишком много — мир шаманов такого не прощает.        Мегуми встает, убирает за собой посуду и молча выходит из кухни, оставляя девушку наедине со своими мыслями. Спустя некоторое время она тоже направляется прочь из столовой, с намерением все же немного отдохнуть.

***

       Кугисаки выглядит чрезмерно довольной выдавшимися выходными и спешит поделиться своим хорошим настроением со всеми окружающими. Она громко строит планы на эти два дня и даже чуть реже отпускает язвительные комментарии в сторону остальных первогодок. В конце-концов, как оказалось, за этим жестом не скрывается никакой неприязни, просто образ общения, поэтому на шуточные поддевки следует или аналогичный ответ, или простой смешок.        Рин, с ногами умостившаяся на небольшом мягком диване, молча наблюдает за очередной перепалкой между Нобарой и Юдзи. Причина, как и до этого, максимально незначительная, но, кажется, этих двоих такая мелочь не волнует. В принципе, понаблюдав немного за их терками, можно придти к одному выводу: подобные споры оказываются для них неплохим развлечением. Ни девушка, ни парень не выглядят недовольными или разозленными, напротив на лицах студентов то и дело проскальзывают довольные ухмылочки. Куросаки ловит себя на том, что подобное ее успокаивает. На душе становится подозрительно легко, и ей хочется продлить это состояние.        — Ну, Рин, — наконец обращает на нее внимание розоволосый, — Скажи же, что лучше пойти в кино, чем гулять по торговому центру?        Девушка медленно сводит взгляд с экрана смартфона и вопросительно смотрит на Юдзи. «Эх», — думает досадливо, — «А ведь могли же и дальше меня не замечать». Кажется, оба спорщика правильно прочли буквально написанную на лице девушки мысль, но предпочитают проигнорировать душевные страдания последней, и нетерпеливо сверлят ту требовательными взглядами. «И куда это Фушигуро запропастился?»        — Какой фильм? — все же решается спросить Рин, даже не надеясь на адекватный ответ.        Что-что, а вот вкус на кинопроизведения у Юдзи не был плохим. Он просто отсутствовал. Парень одинаково довольно реагировал даже на те фильмы, что являлись просто полнейшим провалом.        — «Гигантские черви-мутанты против человекообразных пауков», — воодушевленно отвечает тот.        Куросаки хочется верить в то, что это ей просто послышалось, но выпавшая в осадок Нобара, обламывает последние костяки хрупкой надежды.        — Голосую за торговый центр, — коротко отвечает она, опустив взгляд обратно на успевший потухнуть экран, и слышит обиженное «предательница».        Рин еще час назад упускает метаморфозу от сходить до ближайшего доступного магазина до поехать гулять в город, но отказываться смысла не видит, и согласно кивает на все мало-мальски адекватные поступающие предложения. Куросаки, в принципе, все равно куда ее потянут, главное — чтобы в результате этих похождений у нее все же оказались предметы из небольшого списка необходимого.        Девушка давит протяжный зевок, когда наконец видит приближающуюся к ним фигуру Фушигуро, который уходил предупредить о прогулке их сэнсэя, и поднимается с дивана, старательно потягивается, отгоняя последние остатки сонливости. Поспать долго утром так и не удалось: деятельные первогодки, излишне громко излучали свой энтузиазм, а позже ворвались в ее темное царство, «ну чтобы наверняка».        — Нашлась пропажа, — комментирует Кугисаки, надевая на плечо лямку своего рюкзака.        — Годжо-сэнсэй бывает немного болтливыми, — отмахивается парень, — Он сказал, что до глубины души расстроен тем, что его ученики решили не звать его с собой.        Куросаки и Кугисаки одновременно закатывают глаза, Итадори, кажется, воспринимает брошенную Мегуми фразу серьезно.        — Ой, — вмиг подбирается Юдзи, — Что же теперь делать? Сэнсэй правда сильно расстроился? Как же мы так не подумали даже.        — Успокойся, — толкает его в плечо Куросаки. Скоро ее глаза все же сделают несчастные «триста шестьдесят», — Он пошутил, дурень.        — Вообще-то не совсем, — Фушигуро завел руку за голову, чуть растрепав и без того не слишком старательно уложенные волосы, — Он не обижен, но пообещал присоединиться вечером, когда освободится.        — Так, — наконец подрывается Нобара, уставшая от разговоров. Ей слишком не терпится погулять по Токио, — Слова в сторону и пойдем уже!

***

       — Эй! — Нобара врывается в комнату внезапно, от души хлопая и без того скрипучей дверью, и валится на кровать прямиком на испуганную таким приветствием девушку, — Рин, так и знала, что ты опять проспала! У нас тренировка с Годжо-сэнсэем через 20 минут, а ты даже с кровати не слезла еще!        Куросаки решительно не вникает во все, что с таким чувством выговаривает ей Нобара, растерянно хлопает глазами и пытается выпутаться из одеяла, в которое, видимо, умудрилась за ночь укутаться. Сейчас в толстом коконе невозможно жарко, но есть и плюсы: Рин вполне сносно чувствует все свое тело, которое старательно пытается отдавить ей Нобара.        — Ку-ро-са-ки, — заговорчески низким голосом произносит буквально около уха рыжеволосая, после чего наконец сползает с нее — У тебя десять минут, после чего я затаскиваю сюда Фушигуро и Итадори.        За несколько недель общения Рин успевает достаточно хорошо понять, что Нобара за человек, а конкретно то, что свои угрозы она привыкла подкреплять действием. Поэтому девушка буквально подрывается со все еще теплой постели, по-солдатски быстро надевая спортивный костюм, хватает с полки ванные принадлежности и выбегает из комнаты в сторону ванных.        Фушигуро и Итадори провожают мчащуюся мимо фигуру ничего непонимающими взглядами, вопросительный достается Кугисаки, что вальяжно развалилась на постели девушки.        — Что? — довольно спрашивает она, присев на краешек кровати.        — Годжо-сэнсэй же сказал, что опоздает на двадцать минут, — говорит Итадори, указывая большим пальцем по направлению убежавшей, — Почему Рин так торопится?        — Потому, что она этого не знает.        Юдзи все еще непонимающе хлопает ресницами, Фушигуро, смотря то на него, то на излишне довольную шуткой Кугисаки, закатывает глаза. Кажется, брошенная сэнсэем фраза о том, что все шаманы немного чокнутые приобретает больше смысла. Где-то в кондитерской на окраине Мияги чихает один Годжо Сатору.        Сильнейший шаман на то и сильнейший, чтобы держать свое слово. Но Годжо не просто сильнейший, он исключительный, привыкший делать качественно и по высшему разряду. Даже опаздывать. Поэтому вместо обещанных в коротком утреннем смс двадцати минут появляется позже на целый час, приветствуя своих любимых студентов обворожительной улыбкой. Которая, ожидаемо, не спасает положения.        — Хей! — машет рукой, пытая привлечь внимание подростков. Впрочем, безуспешно. Мегуми и Рин даже не отвлекаются от своего диалога, намеренно игнорируя внезапное появление блудного учителя, Нобара смотрит исподлобья, подозрительно улыбаясь, и тянется к прикрепленным на поясе молотку и гвоздям. Картина настольно жуткая, что даже ему, сильнейшему, хочется сглотнуть подступивший к горлу ком. И только Юдзи перманентно рад ему: широко улыбается и торопится спросить, чем все же они будут заниматься.        — Ну ребят, ну что вы? — пытается оправдаться мужчина, пытаясь успокоить Кугисаки и привлечь внимание остальных, — У меня было важное зада…        — Даже не пытайтесь, Годжо-сан, — вздыхая, останавливает его Рин. Долго игнорировать его все равно бы не вышло, — У вас на щеке сахарная пудра.        — Рин, — канючит Сатору, — Сколько раз говорить, зови меня сэнсэем.        — Сразу как только вы начнете вести себя как сэнсэй, — припечатывает она.        — Ты жестокая.        — Зато честная.        Несмотря на то, что Годжо сильно опоздал, на сегодня в расписании у первогодок стоит только тренировка, так что с ним они проведут сегодня полноценные четыре, а то и пять часов, пока не выдохнутся совсем. Несмотря на неудачное оправдание, пепельноволосого шамана действительно очень часто дергают на различные задания. Миссии по изгнанию проклятий особого ранга, задания, где требуется скорость или со слишком отдаленными или труднодоступными локациями, — все это постоянно падало на плечи сильнейшему. Так что, по рассказам Мегуми, остальные первогодки узнали, что несмотря на то, что Сатору и проживает на территории колледжа, застать его здесь достаточно проблематично. Поэтому от тренировки с ним стоит брать по максимуму.        Занятия пепельноволосого шамана оказываются действительно разносторонними, да и, если все же он решает заняться делом всерьез, то и преподаватель из него тоже неплохой, как невольно подмечает Куросаки. Он внимательно наблюдает за спаррингующимися Фушигуро с Итадори, на ходу бросая замечания тому или иному действию каждого.        — Мегуми, стоит внимательнее следить за стойкой, тебя легко сбить с ног.        — Юдзи, перестань целиться так очевидно, твои будущие шаги слишком просто прочитать!        Рин смотрит на спарринг парней и размышляет о том, сколько же возможностей дают «шесть глаз» своему обладателю. Одним вечером Кугисаки все же невзначай спросила сэнсэя, зачем тот носит «эту абсолютно безвкусную вещь», на что Годжо весело рассмеявшись рассказал своим новым ученикам о способностях своих глаз и немного о своей технике бесконечности. Несмотря на то, что глаза шамана постоянно закрыты плотной тканевой повязкой, тот видит несоизмеримо больше окружающих, легко подмечает то, что скроется даже от самого внимательного взгляда. Куросаки даже не может представить насколько глубоко «видит» сильнейший, что ему приходится закрывать глаза, чтобы не перегружать свой разум. Но думать об этом долго у нее не выходит, подходит их с Нобарой очередь.        — Готовься получить за утро, Кугисаки, — предвкушающе скалится Рин, меняясь местами с Итадори.        — Посмотрим, кто еще получит, — отвечает на оскал Нобара, — Проигравшая угощает победителя обедом!        — Идет.        Годжо мотает головой от Итадори к Фушигуро, ожидая, что те пояснят ему кто и за что получит. Теперь он начинает жалеть, что не пришел пораньше и, вероятно, упустил нечто веселое. Однако розововолосый кратко (удивительно, как у него получилось) поясняет суть ситуации, поэтому Сатору позволяет себе короткий смешок и успокаивается. Мегуми решает проигнорировать сэнсэя, умостившись у ствола дерева справа от него, и внимательно следит за начинающейся схваткой.        Обе девушки внимательно смотрят друг на друга, не спеша нападать. Куросаки уже просила новую подругу потренироваться вместе в небольшом додзе, расположившемся недалеко от общежития, поэтому обе девушки уже примерно представляли чего ожидать от соперника. Нобара, ожидаемо, была бойцом дальней дистанции, о чем вполне очевидно намекало ее оружие. Но благодаря нему же у нее оказался прекрасно развитый глазомер и неплохая скорость реакции. Удивлением для Рин была хорошая сила удара девушки, которая несмотря на ее комплекцию стала быстро доставлять проблемы.        Куросаки же могла похвастать средними навыками ближнего боя и неплохой оценкой шагов противника. В грубой силе она уступала тем же парням, но компенсировала это хорошей гибкостью и проворностью, что помогали уворачиваться от ударов соперника.        В этот раз атаки Нобары оказываются более хаотичными, отчего ей удается несколько раз попасть по корпусу соперницы, едва не сбив ту с ног.        — Не зевай, Рин, — язвит Нобара, в очередной раз выкидывая вперед кулак. — Или ты все еще не выспалась?       Куросаки едва успевает уйти перекатом в сторону, быстро вскакивая на ноги. Проигрывать так быстро она не намерена. Она тратит секунду на то, чтобы оценить ситуацию и в два больших шага достигает Кугисаки, что уже замахивается правой рукой. Рин резко отводит корпус чуть в сторону, уклоняясь, и в следующее мгновенье возвращается в устойчивое положение, крепко хватает Нобару за кисть атакующей конечности. Она резко разворачивается и тянет рыжеволосую за собой, вынуждая ту податься вперед, теряя равновесие, проворачивается спиной и, чуть подсаживаясь, бросает тело Кугисаки через плечо.        Сэнсэй выглядит довольным увиденным. Все же он не ошибался, когда сказал, что из этих детей выйдут хорошие шаманы. Парни смотрят немного обескураженно. И Рин не понимает отчего, ведь их бой показался ей куда интереснее. Но, кажется, подобные взгляды нравятся Нобаре, что хоть и повалена на траву, но улыбается довольно.        — Ну и кто из нас зазевался? — выдыхает Куросаки, умостившись рядом с упавшей на траву подругой.        — Иди к черту, — наигранно недовольно хмурится шаманка, — Ладно, твоя взяла. Чем обедать будем?