Я люблю самого дьявола
18 апреля 2021 г., 03:34
Примечания:
Вот и фанфик в одну главу подъехал. Жду ваших отзывов!
***
— Пятница, 16:32. Я — Вики Уокер, и, похоже, я люблю самого Дьявола. Но это позже, а сейчас...***
— Ты невероятная копуша, Непризнанная, — громко проговорила Мими, нанося блеск на губы. — Я подожду тебя ещё десять минут, но ни капли больше. Перед Фенцио отчитываться будешь сама, — также громко повторила дьяволица, присев на край кровати. Она следила за тем, как я бегала по комнате, пытаясь собраться. Вещи были разбросаны в каждом углу, а мне, как всегда, нечего было надеть. — Так, нормально? Глаза девушки блеснули, рассматривая меня. Она откинула волосы назад и произнесла с издёвкой: — Ну, если ты хочешь соблазнить старого пердуна, Фенцио, то у тебя все шансы, — дьяволица подмигнула. — Фу, Мими, какой ужас! — воскликнула я, снимая платье с глубоким вырезом. Она посмеялась, встала с кровати и распахнула окно, впустив прохладный, почти тёплый, весенний воздух. Ветерок колыхал её чёрные, словно смоль, волосы. Девушка потянула носом приятный запах сирени, растущей прямо под нашим окном. Солнечный свет осветил её прекрасные, грациозные черты лица, подчёркивая яркость голубых глаз. — Не понимаю твоих проблем, Вики. Какая вообще разница, что о тебе подумают? — тихо произнесла она, глядя на медленно проплывающие облака. Я выглянула из ванной комнаты и с осуждением посмотрела на подругу. — Говорит та, которая является единственной дочерью демона Мамона, и никому ничего не обязана доказывать, чтобы быть равной с теми, с кем находится под одной крышей. Не должна доказывать то, что с её мнением тоже должны считаться, даже, если она в самом низком звене иерархии, — томно проговорила я, объёмно жестикулируя. — Но твоя мама — Серафим! — сказала девушка, отрывая взгляд от прекрасного пейзажа за окном. Я вздохнула. — А я самая обычная Непризнанная, которая ничего не сделала, кроме того, что поучаствовала в крылоборстве и увидела очищающий дождь в первых рядах. К тому же, мама даже ни разу меня не навестила, а я, на минуточку, школу заканчиваю в этом году, — возразила я, надевая чёрный комбинезон. — Ну и хрен с ней, Вики. Не знаю, насколько должны быть уважительны причины, чтобы поступать так, как она, но... Мими ободряюще взяла меня за плечи и заглянула в глаза. — Она не та персона, из-за которой стоит расстраиваться. Помнишь, что я тебе говорила? Я кивнула. — Когда-нибудь, настанет такой день, когда Ребекка пожалеет о том, что не поддерживала с тобой связь, — Мими мягко улыбнулась. — Так, хватит сентиментальности. Фенцио не должен испортить такой прекрасный день! — сказала я, открывая входную дверь. Белый коридор, вечно заполненный учениками. Некоторые из них — демоны, вальяжно прогуливающиеся по этажу. Они выискивают очередную «жертву», чтобы достать её вопросами и рассуждениями на тему того, какие демоны прекрасные. Гордыня, алчность и похоть — все эти смертные грехи целиком и полностью принадлежат им. Божества прикрывают свои проблемы злостью и колкостями, чтобы отдалить от себя лишних. Тех, кто догадывается о том, что в их мире, построенном на самообмане, есть трещины, которые дают о себе знать. Они пытаются доказать всем, что идеальны, хотя прекрасно понимают, что это не так. Другие — ангелы, избегающие таких «потасовок». Они плывут по собственному течению, часто витают в облаках и думают о том, как бы сделать окружающий мир лучше. Тип друга — спасатель, за которого можно схватиться в случае, если ты тонешь. Иногда они не замечают, что идут на дно вместе с теми, кого так отчаянно пытались вытащить из болота. Если вы не поняли, о чём идёт речь, то это болото — жизнь. Невыносимая, ужасная, таящая за поворотами безмерные страдания. Когда тебе стоит лишь подумать о том, что всё становится на свои места, как реальность снова ударяет поддых, лишая возможности радоваться тёплому ветру в начале мая. Непризнанные. Отдельная группа божественных созданий. Совсем зелёные крылатые, которые ещё не осознали, что их земная жизнь подошла к концу, быстро и стремительно. Чаще всего, именно они становятся жертвами демонов, потому что не могут дать отпор или возразить. Самый кошмарный удел из всех — быть Непризнанным. Ты — никто, пока не станешь, хотя бы, низшим ангелом или демоном. История создания Мира — самый ужасный предмет из тех, что преподают в школе. Четвёртая парта первого ряда была свободной, как всегда. Я достала нужные тетради и учебник, весящий, как минимум, тонну. Села на неудобный стул, который так ненавидела. Мими трещала о том, что выпускной не за горами…уже пора бы выбирать сказочные наряды. Я не слушала её, погрузившись в собственные мысли. Смотря в одну точку на окне, я думала о том, что мне делать дальше. Что потом? Куда идти, чтобы обеспечить себе хорошую жизнь? Как стать той, которую я представляю в своей идеальной жизни перед сном? Только моё тело присутствовало в кабинете, а ментально я была в небытие подсознания, копаясь в себе. Из раздумий меня вывела сильная отрицательная энергия, которую я почувствовала совсем рядом. Мой кокон, который я старательно плела пару минут, разрушился, выпуская меня обратно, в реальность. Люцифер грузно уселся на третью парту, передо мной. Его энергетика была странной, ещё никогда прежде я не чувствовала что-то похожее. Гнев, грусть, оттенок скорби, нежные и трепетные воспоминания с привкусом боли. Я поморщилась. Было неприятно считывать его, уже не говоря о том, что Люцифер переживал это на самом деле. Тыкнув его в чёрную рубашку ручкой, я ожидала ответной реакции. Люцифер развернулся, посмотрев на меня отстраненными глазами. — Да? — спокойно произнёс он. Немного помявшись, я спросила: — С тобой всё нормально? — Вполне. — Твоя энергетика говорит об обратном. — Встал не с той ноги, полагаю. — Не поделишься? — мой вопрос застал его врасплох. — Не сейчас, — Люцифер мягко улыбнулся, а затем отвернулся, оставив меня с кучей вопросов. Весь урок ангел Фенцио трещал о том, как важно поддерживать «Закон Равновесия». Он был зациклен на этой мысли, как параноик, затирая всем ученикам, которые уже тысячу раз нарушили его, что это — основа всего существующего. — Какая брехня... Хуже наказания и не придумаешь. Самое обидное, что ты не можешь возразить, потому что за твоё мнение, отличающееся от «общепринятой нормы», может последовать исключение. Последний год, рисковать не хотелось. Оставалось натянуть глупую улыбочку и качать головой, соглашаясь со всем. Долгожданный звонок последнего урока. Впереди выходные, которые я ждала так сильно, что сразу не смогла поверить в реальность происходящего. Распрощавшись с Мими, я вышла на задний двор с улыбкой на лице, наслаждаясь тем, как порыва ветра играют с моими волосами, а солнечные блики приятно слепят глаза. Я огляделась, проверяя, что точно нахожусь одна. Подобно шустрой мышке я завернула за угол, а потом совершила ещё поворот. И оказалась на месте Убедившись, что никого нет рядом, нырнула под ветки ивы, закрывающие проход в цветущий сад. Тёплые порывы воздуха вызвали едва заметные мурашки. Зайдя на небольшую аллею, скрытую от прочих глаз, я выдохнула, почувствовав себя в полной безопасности. Я помнила, что это место знали только «избранные», поэтому народу тут было немного, отчего я радостно оглянулась. Одинокая деревянная скамейка, стоящая посреди узкой аллеи, высаженной цветами, стала моим выбором. Я часть сидела здесь по вечерние, поэтому решила не изменять своим предпочтениям Достав из рюкзака заранее подготовленную книгу, я начала читать вслух, наслаждаясь уединением и умиротворяющей тишиной, царящей вокруг. Я всегда любила погружаться в воображаемые миры, представлять идеальную жизнь и предаваться мечтаниям. Хорошая книга как хороший друг. Но в отличие от друзей, которые иногда оказываются фальшивыми безделушками, книга не бросит и не предаст. Она всегда рядом. Это удобно и крайне практично. Я могла проводить долгие часы, перечитывая книги раз за разом. Своего рода хобби. В школьной библиотеке меня все давно знают, поэтому брать книги «напрокат» не составляло никакого труда. Жить в воображаемом мире — мечта многих, и я — не исключение... Хорошо знакомая энергия появилась совсем рядом. Снова. Так недалеко, что я могла коснуться этой энергией рукой. Я закрыла книгу, повернувшись вполоборота. — Привет, Люцифер, — проговорила я бодрым голосом, выслеживая приближающуюся фигуру и стараясь сделать вид, что не удивлена. Мужчина приветливо кивнул. — Ты очень красиво читаешь. Мне нравится. Всегда нравилось, — произнёс он, сев рядом. — Ты подслушивал? — Стоял за поворотом. Да. — Откуда ты знаешь это место? Люцифер хмыкнул, снова посмотрев на меня как на ребёнка. Его нежный взор остановился на моих голубых глазах, всматриваясь в них. — Ставлю голову на отсечение, что тебе об этом места сообщила Мими, да? Я кивнула. — Об этом месте сказал ей я... Ужасно много лет назад. Мы часто гуляли здесь, пока были детьми. — Почему ты перестал приходить? Я не видела тебя здесь с тех пор, как прихожу сюда одна — тихо спросила я, стараясь не показаться навязчивой. Он тепло улыбнулся, так же не разрывая зрительного контакта. — Не перестал... Люцифер придвинулся чуть ближе, его ладонь легла мне на коленку и слегка сжала её. Приятная вибрация густым мёдом растеклась по телу. — Нужно быть слепой, чтобы не заметить тебя здесь... — Я прихожу сюда почти так же часто, как и ты, Вики. Я люблю сидеть за изгородью и слушать то, как ты читаешь. Меня это очень успокаивает. После тяжёлого дня послушать спокойный, красивый голос - бальзам на душу. Он прикрыл глаза и одобрительно покачал головой. — Почему ты не подходил, я бы не была против...твоей компании. — Я знаю... — нежно ответил он, лёгким движением поглаживая мое колено. — Иногда следует побыть наедине. Я знаю, что это важно для тебя. Отдохнуть от этой вечной суеты и просто почитать книгу. Мы с тобой очень похожи этим. Мужчина посмотрел на зелёные деревья за моей спиной. Проследил за тем, как один листик, сорвавшись, полетел вниз. Я приблизилась к нему, положив голову на плечо, обтянутое тонкой тканью чёрной рубашки. Люцифер не удивился, не отпрянул. Он ожидал этого прикосновения ровно так же, как и я. Таких мест в школе, где ты можешь не бояться, что вас увидят — почти нет, поэтому я не собралась терять время впустую. — Ты расскажешь мне, что происходит с тобой? Он замолчал, обдумывая ответ. — Действительно хочешь знать? — Да. Снова молчание, но оно не напрягало. В нём было комфортно и очень уютно. — Несколько столетий назад, мой отец гулял по школьному двору. Он любил одиночество, поэтому такие прогулки были вовсе не редкостью. Сатана всегда был в этом дворике, дабы перевести дух и обдумать важные решения. Однажды, подняв свой взор с сырой земли, мой отец встретился взглядом с самой красивой дьяволицей, которую когда-либо встречал. Она была идеальна: чёрные прямые волосы, прекрасная фигура, чарующие огненные глаза, которые без стеснения рассматривали его, лицо, подобное божеству, и сильная энергия, которая похожа на его собственную. Отец увидел в ней то, чего не встречал ни в одной женщине на своём пути... Люцифер запнулся. — Это была моя мама. Лилит. Самый добрый демон из всех тех, что я когда-либо встречал. Самая лучшая мама для своего ребёнка, которого любила больше жизни. Они познакомились, и их симпатия оказалась взаимной — это было понятно по одному лишь слову. Отцу будто голову снесло. Поговаривали, что Лилит — колдунья, поэтому сам Сатана так безнадёжно влюбился. — Вскоре, они сыграли пышную свадьбу, на которой отец узнал, что его жена беременна. Он был так рад, что у него появится наследник или наследница. Отец знал, что ребёнок будет необыкновенно красив, так как его вынашивала необыкновенная женщина. — Мама так сильно любила отца, что сдувала с него пылинки и была всегда рядом. Куда бы он не шёл — её тень всегда следовала за ним. Словно магниты, которые вечно притягиваются. Долгожданный первый ребёнок в любящей семье. Сын — наследник. Что может быть лучше? Люцифер сжал мою руку чуть сильнее. — И вот родился я. Многие говорили, что Сатана был хорошим отцом и мужем, заботащимся о своей семье. Первого сына решили назвать Люцифером. Это была идея мамы... Я рос в любви и понимании, где мне всегда уделяли много внимания. Мама не отходила ни на шаг, оберегала. Она хотела воспитать меня достойным наследником, чтобы никогда не испытать стыд за поступки своего чада. А главное - хорошим мужчиной, который будет так же предан своей семье, как и ее муж. Лилит не работала, поэтому мы проводили всё время вместе: читали книги, вместе занимались крылоборством, готовили, изучали науки... Многие мои хобби сформированы благодаря ей. Я любил её больше отца в несколько тысяч раз. А потом, когда мне было около семи лет на человеческий лад, я узнал, что они ждут мою сестричку... Люцифер грустно улыбнулся, переводя взгляд в другую сторону. — Знаешь, я хотел именно сестру. Чтобы всегда её оберегать и защищать. Я считал, что быть старшим братом — это так круто. — Мамин живот всё рос и рос, но... Она подцепила болезнь, которая всего за неделю превратила её в скелет. Она почти не ела, не пила. Умирала на наших глазах. От жизнерадостного демона не осталось ничего... Моя мама, чьё лицо всегда украшала белоснежная улыбка, еле могла открыть глаза, чтобы взглянуть на меня. Папа утверждал, что его жена справится. Он говорил, что это всего лишь простуда, которая скоро пройдёт... — В один из вечеров, вернувшись с прогулки, я узнал, что она умерла, а вместе с ней умерла и моя сестричка, которую я так ждал... Врачи так и не смогли установить болезнь. Полагаю, её прокляли за слишком хорошую жизнь. Это было частным явлением в те времена, когда этой школы даже и в помине не было. — Мне было всего восемь лет, когда я лишился любви. Мой мир рухнул и разбился на множество осколков. Впервые, за свою короткую жизнь, я узнал, что такое боль. Я был лишь маленьким ребёнком, который потерял маму... — С того дня отец изменился. Я больше никогда не видел его истинно счастливым. Он ненавидел меня, потому что видел во мне полное отражение жены. Он не любил меня, потому что я был так похож на неё. — Я рос в ненависти к себе и к окружающим. Единственное, что меня заботило — власть, власть, власть. Отец изнурял тренировками, чтобы сделать из меня лучшего. Он заставил поверить, что любовь — это самая ужасная вещь, которая есть в этом мире. И... я поверил, не найдя другого варианта. Создал вокруг себя неприступную крепость. Стал таким, каким видел меня он: жестоким, грубым, властным. Мужчина замолк, переваривая сказанное. — Я ненавижу его за это... А мама его так любила... Я отстранилась от него и заглянула в красные глаза, наполненные тонкой пеленой слёз. Прикоснулась к его щеке и прошептала: — Мне очень жаль, Люцифер... Он прижал меня к себе, схватившись как за спасательный круг. Его подбородок лёг мне на плечо. Я перебирала выпавшие прядки его волос... — Кто-нибудь ещё знает об этом? — Ты первая, кому я когда-либо об этом смог рассказать, — прошептал он тихим голосом. — Почему ты никому не говорил о том, что происходит у тебя на душе? — Я никому не доверял до этого момента, Вики. Никто и никогда не внушал в меня уверенность того, что слова, сказанные в минуты слабости, останутся только между нами. Вики, ты стала той, которой я почему-то доверяю… Я притихла, осознавая информацию. Моё сердце бешено заколотилось. — «Пятница, 16:32. Я — Вики Уокер, и, похоже, я люблю самого Дьявола».
