-Вам пора возвращаться домой, мой принц

      Обычный день Мондштадта, ничем не отличающийся от вчерашнего дня, да и далеко не продуктивный. Полусонные рыцари только пришли на пост, а уже во все дырки сопят носом. Флора, как всегда, стоит за небольшим прилавком, опрыскивая цветы-образцы, уж слишком она о них заботится. В общем утро, а если яснее, то это понедельник, ленивый понедельник.       Кейа поднялся с твёрдой кровати и медленно потянулся, заглянул на старые настенные часы, как всегда, проспал один, часик другой. — Ну и архонт с вами, проспал и проспал, не в первой, — сладко протянул одноглазый и пошёл умываться, а позже и одеваться.       Погода была отличная, несмотря на сильный ветер, что сдувал почти все цветы бедной мисс Флоры. Сонные рыцари сразу же выпрямились при виде сэра Кейи. Забавненько.       Думаю, это был самый обычный понедельник из всех, что был за всю историю Мондштадта, если бы не одно «но».       После очередного заказа на монстра трёх звёзд, время было под ночь. Потому идей лучше, чем пойти в «Долю Ангелов» и выпить стаканчик другой, а может не только стаканчик, кто знает, капитан не нашёл.       Зайдя в таверну, он сразу заметил своих подчинённых, что приветливо звали его присоединиться, но он вежливо отказался и сел напротив Дилюка. Тот лишь фыркнул и, не дав сказать Кейе ни слова, сразу подсунул в руки его излюбленный коктейль. Рагнвиндр лишь поморщился от такой компании и продолжил протирать хрустальные стаканы.       Уже все пьяные вредители таверны разошлись, прощаясь с барменом, очень странно, но Кейа тоже решил уйти. Дилюк был в шоке, что капитана кавалерии не придётся прогонять пинками под задницу, попутно читая лекции о том, что пора проваливать из таверны.       Кейа еле как дошёл до своего дома, отпирая дверь своей квартиры, он сразу заприметил кровать, что встречала каждый день его усталое тело после работы или подобного досуга. Прыгнув на неё, синеволосый немного погодя почувствовал резкую и жгучую боль в глазу, что был прикрыт повязкой. Боль была настолько сильной, что Кейа упал с кровати и прижал свою ладонь к глазу, будто это чем-то сможет помочь. Эта боль продолжалась пять минут без остановок, а само время текло, будто пять или даже десять мучительных часов.       Кейа всё-таки смог залезть на свою излюбленную кроватку. Как только он смог удобно лечь, одноглазый снял тяжёлую повязку с глаза и старался не сильно трогать его. Может показаться, что он слеп на один глаз, или орган был повреждён при ходе миссии. Да глаз есть, но он попросту видит вместо окружающей среды, синие пейзажи с грязными полями, где валяется кучи скелетов, землю, пропитанную кровью и вонью человеческой плоти, как только он это видит, глаз сразу покрывается голубыми иероглифами, а потом тёмно-синим видом и вскоре на глазу появляются трещинки, которые болят сильнее, чем проткнутая насквозь грудь.       Ведь это его родная земля Каэнри’ах. Хоть он и разлюбил это заснеженное место, он не мог забыть о своём долге, которого старательно избегал все эти года, что мучали его и раздирали сердце.       Утро следующего дня оказалось не таким плохим как должно было, похмелья совсем не было, да и глаз не трещал, всё как будто обернулось к нему лицом, а не спиной. Быстро встав с постельки, Кейа умылся, оделся и поспешил на работу, ведь он хотел закончить всё побыстрей.       На улице все вели себя очень подозрительно, как будто что-то пряча или недоговаривая. «Очень странно», — подумал Кейа, проходя мимо патрулировавшей стражи.       Было такое чувство, будто он забыл что-то очень важное, что сегодня случится нечто очень серьёзное.       Ведь он не ошибся, сегодня его ждёт слишком много потрясений…