Темный.

— Найтмер? — Значит всё же ко мне. И как мне ответить? Говорить с кем-либо желания нет. Так ещё проблема имени, ну не могу же я использовать имя моей дочери? Или же могу? В смысле её имя это название её вида. Она именно что кошмар. Не пони, кошмар. У нее не было своего собственного материального тела, не было полноценной жизни, для формирования понячей психологии, не было среды, в которой она смогла развиться в полноценную личность. Если сравнить любую пони и Найтмер, то она будет выглядеть как набросок, а пони как полноценная картина. Она сможет стать пони только с моей помощью и с моим воспитанием, и то мне бы самому нужно сначала разобраться в местных устоях. И возвращаемся к вопросу определения себя, могу ли я использовать имя «Найтмер»? Наверное могу… То, что имеют в виду смертные при упоминании какого-то индивида, является собирательным образом. Он состоит и из следующих составляющих: Внешнего вида, поведения, способностей, внешней личности (как вы ведёте себя на людях), и психологии (и ещё всякой мелочи, которая хоть и имеет значение, но сейчас не стоит упоминания). И, внимание, вопрос! Если что-то выглядит как Найтмер, ощущается как Найтмер, ведёт (более-менее) себя как Найтмер, имеет схожую с Найтмер психологию, обладает душой Найтмер и почти буквально прожило жизнь Найтмер, то является ли это что-то Найтмер? По большей части, да. И со мной примерно такая ситуация. Так-то, внешне и внутреннее я соответствую Найтмер на процентов семьдесят, остальные тридцать это я сам как личность и душа. Так что использовать имя «Найтмер» я буду, но не буду прикрываться её личиной. Просто подтолкну Селестию к нужному вопросу и дам ответ который она не сможет сразу понять. — М-м? — Что ты делаешь? — Добываю необходимую мне энергию. Твой щит непроницаем для магии, и мне пришлось его продырявить. Извиняться не буду. — Ясно… — На некоторое время установилось молчание. Селестия просто не знала, что говорить, моё поведение отличалось от того, к которому она готовилась, и это рушило весь заготовленный диалог. Я же не хотел вообще с ней говорить, она Королева – политик, а у меня нет опыта в создании и понимании словесных кружев. Вот будет она просто спрашивать, и под конец диалога у нее будет мой психопортрет. Это я, конечно, утрирую, моя личность разнообразна и противоречива и даже за несколько лет изучена не будет. Но факт остаётся фактом, я воин, а не интриган. У меня огромный опыт боя, но около нулевой опыт интриг и непрямого диалога. — Спрашивай, Королева. Ты же не просто поглазеть на меня сюда пришла. — Я уже давно не королева, Найтмер. И уже никогда не буду. — Да неужели? Я что-то сомневаюсь, что ты передала бразды правление Луне. Она и тысячу лет назад не подходила на роль правителя, сейчас и подавно, за десять веков многое могло измениться, и изменилось. Она ещё долго не сможет догнать настоящее. Еще, ты скорее всего, не дашь ей творить всё, что захочется, слишком много времени и сил было потрачено на Эквестрию. Да и будем честны, за кем пойдет народ? За тобой, или за Луной? — … — Она молчала, не могла ни возразить, ни согласиться. — Твои слова правдивы, но ты упускаешь такой вариант, где я не ношу титул королевы. Я принцесса, как и Луна. Внезапное откровение выбило из колеи, заставив повернуться к Селестии. Селестия почему-то вздрогнула. Ладно, это потом. Сейчас речь идёт о титулах. И изменении их значений. Перевод правящей верхушки из монархии в диархию достаточно нестандартное решение, но возможное в этой ситуации. Скорее всего Селестия готовилась заранее к возвращению Луны, и занижение правящего титула вполне возможно, ведь королева или король может быть только в одном экземпляре, а принцесс и принцев может быть много, так ещё скорее всего никто особо не роптал по этому поводу, для обычного народа это просто смена названия, суть остаётся прежней, для аристократии это тоже мало влияющая мелочь. Разве что из-за двойственности положения Селестии в обществе изменялся этикет. Хотя мне неведом местный этикет и судить о его измении не представляется возможным, да и вариант, что изменилось только название не стоит. И не стоит забывать о бессмертии, оно очень сильно изменяет правила игры. И изменения для Селестии и Луны благоприятные. — Интересное решение, жаль, что я не могу полностью понять его последствия. Было бы интересно. И раз ты так и не задала вопрос, позволь мне спросить. Почему я тут? — Потому что ты потенциально… — Я спрашивала не «почему я в неволе?», а «почему я не на луне?». Почему? — … — Она молчала, а её глаза наполнились растерянностью, но это было почти незаметно, будь на моём месте обычный смертный, то он бы ничего бы не заметил. Не смогла ответить. Поня-я-ятно, значит решение было принято под влиянием эмоций. Она же не может сказать, что «просто захотелось», да даже если она и нашла еще причины, то не знает как мне их сказать. — Ясно… — Уточнять, что именно ясно, естественно не будем. — Ну, принцесса Селестия, ты будешь спрашивать? Обещаю, что отвечу на любой твой вопрос. Ты же ответила. — … Как ты себя чувствуешь? — Самочувствие на уровне «не очень», но раньше было «Добейте». Но это то, что касается тела, к магическому плану я не прикасалась. Но там всё гораздо печальнее. — Я… Я могу обследовать тебя? — Ты так говоришь, словно я могу тебе воспротивиться. — Конечно можешь! Если ты опасаешься или просто не доверяешь мне, то я не буду пытаться использовать диагностические заклинания. — Хм. Ты пытаешься не усугублять ситуацию. И показываешь, что не желаешь мне зла. Интересно. — Действительно интересно, ведь мне есть с чем сравнить. Самые ранние воспоминания, в которых фигурировала Селестия, были, как и все остальные, обрывочны и негативны. Но в последние месяцы перед слиянием Луна испытывала негативные эмоции чуть ли не постоянно, что позволило Найтмер заполнить приличный кусок повседневности, и пребывать в разуме Луны даже в те редкие моменты, когда она не испытывала негативные эмоции. Так что мне повезло наблюдать королеву в естественной среде обитания. Та Селестия была строгой, но справедливой правительницей, которая в первую очередь беспокоится о своём народе. Та Селестия, просто чиркнула бы по горлу, и всё – нет проблем. Да, сначала она бы попыталась договорится, но при провале переговоров, пошли бы силовые методы. А тут осторожные попытки выправить отношения с врагом. Причём с каким врагом… С врагом, что может сражаться с ней почти на равных. И имеет вполне надежный способ запереть её на солнце. Да, можно усомниться в правдивости её слов и эмоций. Но я слишком долго воевал. А на войне можно многому научится, я же научился читать эмоции разумных. Даже тех, кто выгорел. А у таких разумных эмоции находятся в зачаточном состоянии. И её уверенная маска не может укрыть от меня ни-че-го. Да и мимика пони, что довольно странно, очень схожа с мимикой людей и кошек. — Если хочешь, действуй. Получив моё разрешение, Селестия подошла ближе и через щит послала в меня золотистый сгусток магии. Соприкоснувшись с моим телом, сгусток вызвал лёгкую щекотку по всему телу. Но эта щекотка была не из-за действия заклинания, а и за того, что энергия из которой оно состоит имеет очень сильный светлый окрас. Иронично, она не хочет мне навредить, но только что послала в меня заклинание, которое можно расценить как боевое. Чисто за счет светлой энергии и быстроты развертывания по всему телу. Если бы тело было менее тёмное (на пол порядка минимум), то я бы словил болевой шок, но поскольку я «Ужас летящий на крыльях ночи», то это вызвало только лёгкую щекотку. Но я опять отвлёкся от реальности. А тем временем заклятье выполнило свою работу, и, передав сведения Принцессе, успешно переварилось моим телом. Получив информацию, Селестия выпала из реальности на пару секунд. И, вернувшись к нам, она резко побледнела, как ей это удалось с белоснежной шерсткой – загадка, но это ей удалось. Если судить по реакции, то она сейчас наорет на меня за то, что я пользуюсь магией, когда магические тела в таком плохом состоянии. — Ты, ты… — Не пользуюсь магическими телами и использую магию чисто силой воли. Я сейчас достаточно адекватная, чтобы не пытаться себя угробить. — С-сейчас? — Да, сейчас… — Воспоминания, вызванные уточнением, на миг заставили меня закрыть глаза. — … — И нечего на меня смотреть нечитаемым взглядом. Со мной всё нормально. Относительно. — Раз с тобой всё в порядке, то я, пожалуй, пойду. Тебе что-нибудь нужно? — Убрать этот щит. — К сожалению я не могу его снять, ты всё еще потенциально опасна для Эквестрии. — Ладно, тогда мне нужно больше еды. — Хорошо. До встречи, Найтмер. — До встречи, Селестия. — С этими словами Принцесса вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Да уж. Походу, я своим поведением сильно поломал заготовленные линии поведения. Весь разговор проходил обрывисто и нескладно. Да и я особо за языком не следил, говорил то, что думаю, не пытаясь что-то скрыть. Но полагаю, этого было достаточно, чтобы с самого начала сломать весь разговор. Интересно, что будет в следующий раз?

***

POV Селестия

«Что это было?» Именно такая мысль посетила меня после разговора с Найтмер, когда я уже вернулась в свои покои. Всё, что происходило в северной башне, раз за разом выбивало из колеи. Сначала, как снег в вечнозелёном лесу, свалилось на голову внезапное улучшение состояния Найтмер, слишком резко это произошло. Мы уже думали, что после случившегося Найтмер умрёт, её состояние итак было аховое, а тут такое. И самое печальное то, что мы не могли ей помочь, любое моё исцеляющее заклинание делало только хуже, временно, именно поэтому никто не занимался её здоровьем. Конечно, можно было дать заняться ей специалистам, но само существование Найтмер Мун должно хранится в тайне. Да и в том, что они смогли бы помочь, я не уверена. Я, конечно, понимаю, что мне до звания мастера «Исцеления» далеко, но мои навыки достаточно высоки, и раз я не смогла сделать хоть что-нибудь, значит и у них шансов мало. Но помощь, к счастью, так и не понадобилась – сразу за резким скачком пошло стабильное самоисцеление, медленное, но непрерывное. Дальше больше. Провалявшись без сознания больше суток Найтмер проснулась, и сразу же принялась уничтожать заранее подготовленные продукты. Видя это я сразу направилась к ней – сейчас она слаба, а когда я доберусь будет ещё и сыта – в данной ситуации самый удачный момент для разговора. Но на полпути голову пронзило слабой вспышкой боли, именно так отзывалось заклятье щита если его пробили. Естественно я поспешила в северную башню – буквально три телепорта и я предстаю перед металлической дверью. Но я не спешила заходить – новых сигналов от щита не было, значит, что Найтмер не пытается освободится. Так что, перед тем как войти, я успокоилась и поправила едва не упавшую диадему. И только после этого я вошла. В комнате эм… временного пребывания Найтмер почти ничего не изменилось. Почти… Найтмер Мун стояла около щита, касаясь своим копытом странной деревяшки, которая видимо пробила барьер насквозь. А рядом лежал стол без одной ножки. Сразу после этого состоялся непродолжительный, но весьма странный разговор. Первое, что меня насторожило – это абсолютное спокойствие Найтмер, как внешние, так и внутреннее. На мордочке Найтмер не было никаких эмоций, а глаза были закрыты её гривой. Магия была спокойна, размеренно текла внутри тела. А аура привычно пульсировала под такт сердца, но и только. Она была слишком спокойна. Единственный раз, когда я смогла почувствовать хоть что-то, был когда сообщила что я и Луна принцессы. Но даже тогда удивление было какое-то слабое, словно отголосок чего-то большего. Также очень настораживало поведение Найтмер. Агрессии не было, также как и других негативных намерений. Внешность тоже внесла свою лепту. Теперь Найтмер было просто истощена, на скелет обтянутый кожей она уже не была похожа. Но всё равно она была болезненно худа и можно было, при желании, пересчитать все её рёбра. И самое главное… Глаза. Когда она повернула свою голову ко мне, меня словно пригвоздили к земле. Ничего не выражающее глаза пробирали до костей. И, самое шокирующее, глаза были разные. И если правый никак не изменился, то левый… Склера потеряла свой бирюзовый оттенок став просто белой, зрачок стал немного больше, а радужка…

Сияла расплавленным золотом.

***

После того разговора прошло около трёх дней. За это время я успел переварить кусок светлой энергии и довести своё состояние до приемлемого. То есть, я всё еще похож на коматозника, но помирать от лёгкого дуновения ветра не собираюсь. И это приемлемо. И раз мне удалось добрался до этой отметки, я начал восстанавливать магические тела. Для начала я решил восстановить земное маг. тело. На первых порах общее усиление и укрепление тела будет более востребовано, чем полёт и магия. Тем более полёту придется заново учиться. Точнее переучиваться. А магия… Никогда не пользовался естественными концентраторами, так что пытаться использовать привычную мне магию лучше не стоит. Вдруг башку себе оторву. И кстати, Селестия действительно увеличила количество еды. И еще убрала старый щит и поставила новый, естественно, чтобы я не сбежал, сначала был поставлен новый щит, а уже потом убран старый, и новый уже пропускает энергию мирового фона. Странного фона… Чувствуется в нём некая искусственность… И понять в чём дело, не представляется возможным. Всё, нормально, обычно, Естественно. Конечно эти критерии, для меня, очень обширны… Но конкретно этот фон вполне нормальный. Основа манна, примеси всякие, на подобие: ментала, жизни, стихии, души и ещё много разного по мелочи. Но почти нет чего-либо темного. Или граничащего с тьмой. Некро не наблюдается, даже в миллионных долях. Тени – кот наплакал. Даже в ментале почти нет негатива. А он гораздо живучее позитива, Сила и имматериум не дадут соврать. А тут, что-то странное. И светлое. Весь фон нарочито светлый. Что, хоть и понятно, но странно. Но это можно оставить на потом, есть другие проблемы, да и, пока я заперт, возможности разобраться нет. Так что вернемся к дням минувшим. На следующий день, также состоялся разговор. Разговор для изучения – она пыталась понять меня, что, естественно, не получалось. Мы намеренно не касались понятно каких тем. Обычно разговоры велись о моём здоровье, о изменениях, о магии, и просто вопросы. Вообщем – ничего интересного. Все три дня мы разговаривали. Это было приятно, даже несмотря на то, что разговоры были очень коротки. [Скрип] Когда она уже смажет эти петли? Каждый раз когда она заходит раздаётся характерный скрип. Кстати, она же сегодня уже заходила, что же ей надо? Может выпустить меня? Это конечно маловероятно, но мечтать не вредно. (П.Б. Мечтать не вредно — вредно не мечтать) — Привет, Селестия. Что на этот раз? И даже не пытайся убедить меня в том, что ты зашла просто так. Ты уже была здесь сегодня. — Потянувшись и перевернувшись по удобнее, начинаю диалог. — Я и не собиралась. — Интересно с чего бы. — … — Так… Что-то это молчание напрягает. — Нам надо серьёзно поговорить. — Ну приехали. — Хм? И о чём же ты хочешь поговорить? — О тебе. О Луне. Обо всём. — … — Агх, вот о чём я точно не хочу говорить, так это о Луне. Да и зачем о ней говорить? Если разговор будет о мне и всём остальном, то это значит, что Селестия как минимум подумывает меня освободить. И Луна тут не нужна, в конце концов можно просто отправить меня с глаз подальше. — Ладно… Спрашивай. — Прости, если тебе неприятно об этом говорить, но мне нужно понять, не несешь ли ты опасность для моих маленьких пони и Эквестрии. — Я понимаю. — Тогда давай начнем с самого начала. Ты всё ещё планируешь сделать вечную ночь? — Нет. Это никогда и не планировалось. Это скорее поэтические название, чем действительность. — Хорошо. Ты собираешься захватить власть? — Нет, зачем мне это? — Но, как же? Ты же именно это и пыталась сделать, дважды. — Вообще-то только один раз. Недавно. — Ладно… Как ты относишься ко мне? Я понимаю, что спрашивать это именно сейчас – странно, но мне нужно знать точно. — Никак. Сейчас мне незачем относиться к тебе «как-то». — Сейчас? — Сейчас. — … — В свете моих ответов Селестия стала задумчивой, не видя полную картину, она не может понять моих ответов полностью. Помолчав и на миг прикрыв глаза, она берет себя в руки, хотя, наверное, всё же копыта, и продолжает разговор. — Ты планируешь как-то вредить Эквестрии и её жителям? — Н~не~ет? Не знаю... Мне, если честно, всё равно на них. Какие-то левые смертные, которых я даже не знаю. Живущее непонятно чем и непонятно как. Они для меня не имеют значения. Конечно, если они на меня нападут – я их убью. Но убивать просто так? Зачем? Что из этого получу я? И даже если и получу, то имеет ли для меня это что-то хоть какое-то значение? — Я поняла… Но я надеюсь что ты воздержится от кровопролития, сейчас многое изменилось. — Ты так говоришь, словно сразу после этого разговора меня освободишь. — Я думаю над этим. Мне послышалось? Она думает над тем, чтобы меня выпустить? Недальновидно, по моему мнению. Но это её решение. Как говориться: «спасение утопающих дело самих утопающих». — Хм. — И… Луна. Что… — Я не буду отвечать. — После ответа я положил свою голову на передние скрещенные ноги и закрыл глаза. — Но… — Ты не поймёшь. — Очень немногие могут это понять. Даже я не до конца понимаю. Что уж говорить о тебе. — Но я могу попытаться. — И провалишься в этой попытке. Луна не поняла, а она была гораздо ближе тебя, видела больше, чувствовала глубже. Но она не поняла. Она оставила Найтмер одну. — Произнеся последние слово я сворачиваюсь клубком и прикрываюсь крыльями, сбегая от разговора. Кто бы мог подумать, что эта история так меня заденет. — Но могу тебя успокоить, я не буду действовать первой. — … — Не нравится мне это молчание. Ну да ладно. Мне много чего не нравится, но я же могу с эти жить. — Пожалуй я оставлю тебя, чтобы ты могла успокоится, но позже я надеюсь мы продолжим этот разговор. Мне тоже нужно подумать. После раздаётся приглушенный скрип дверей и тишина. Надеюсь она не вернётся к этой теме.