How to Disappear Completely

— Чтож. — Босс Гильдии воров, известный Ириэлю просто как «Джентльмен», сложил треугольником свои идеально наманикюренные пальцы. — Вы, мальчики, кажется, нашли себе довольно много проблем. Нога? — Ирэ замешался, пока не осознал, что Джентльмен обратил последнее слово к гладко вылизанному данмеру у его локтя. — Будешь так добр достать лист штрафов на это утро? Они ждали документа, выстроенные в линию, как непослушные школьники, перед столом Джентльмена, сделанном из полированной медной древесины. Ириэль корчился, пока вежливый, но проницательный взгляд редгарда оценивал его. Он был болезненно осведомлён о пыли, пачкавшей его штаны, и о хаосе, который несомненно был на его голове. Он рискнул косо посмотреть на своего сообщника. Моя причёска хотя бы не может быть хуже причёски Джулана. Возможно. Но кто угодно будет выглядеть как житель сточной канавы, находясь рядом с Джентльменом. Теперь я знаю кто носит штаны из белого атласа. Джентльмен внимательно прочёл список штрафов, будто выбирал вино к ужину. Наконец, он кивнул и передал список обратно своему ассистенту. — Да, — сказал он. — Действительно, довольно много проблем. — Он обрёл чувствующее боль выражение лица опытного предводителя, который пытается верить в своих юных подчинённых, но всегда так грустно не удивлён когда, снова, обнаруживает горчицу в карманах своего пальто. — Двое мертвы, и один в лазарете Храма в тяжёлом состоянии. Грязно. Невероятно грязно. Вы так не думаете? — Это была самооборона, — запротестовал Джулан, но не слишком убедительно. Ириэль сглотнул. — Двое мертвы? Я не… я думал, что скастовал лишь обезвреживающее шоковое заклинание, а не… — О, ты думал, да? Звучит так, будто ты не так сильно контролировал ситуацию, как ты думал. Или у них были слабые сердца, или любые другие факторы за узкой гранью того, что ты думал. — Они были из Камонны Тонг, — сказал Джулан, пробуя другой путь защиты. — Мы помогали Гильдии, избавляясь от них. Это была ошибка, и он понял это, когда взгляд Джентльмена потяжелел. — Прости, — сказал редгард гладким ледяным тоном. — Вы недавно получили повышение, о котором я не в курсе? Вы теперь достаточно квалифицированы, чтобы решать, без осведомления и соглашения начальников гильдии, как вести нашу войну с Камонной Тонг? — …нет, Босс. — Или вы просто пара Черношапочников с говном вместо мозгов, которые решили ввязаться в несанкционированное убийство граждан, один из которых был членом влиятельной семьи дома Хлаалу? — Но-! — Ириэль жёстко ткнул Джулана локтем в рёбра. — Да, Босс, — жалко отчеканили они. — В загруженном клубе Квартала Чужеземцев, на виду у нескольких свидетелей? — …да, Босс. — И теперь вы хотите, чтобы я вытащил ваши задницы из километровой горящей кучи, так? — …да, Босс. Извините, Босс. Джентльмен, смягчённый их раскаянием, выдохнул и поправил манжеты. Когда он снова заговорил, то звучал более мирно. — Вы новые мальчики Хеленд, так ведь? Джулан эшлендер и… Ирриэль, правильно? — Ириэль. И-ри-эль. — Из? — Из ниоткуда особенного. Просто Ириэль. Ирэ, если даже три слога — это слишком сложно. Джентльмен остро поднял взгляд. — Осторожнее. Такая дерзость, вкупе с запоминающимися ошибками, приводит к тому, что кто-то может остаться с прозвищами, которые они бы хотели забыть. Правда ведь, Дурная Нога? — ответственно выглядящий данмер, стоявший у стены, кратко и резко улыбнулся. Ириэль застыл, мысленно открывая губы. Я даже не пытался дерзить! Заркс, вот почему я ненавижу разговаривать с кем-то важным. Я не могу общаться почтительно. — Две вещи, — сказал Джентльмен. — Две вещи спасут вас от меня сегодня. Одна из них связана не с вами, а с тем, что у Хеленд сейчас связаны руки, и ей не нужно больше своих подчинённых за решёткой. Лишь Сатакалу известно что она с ними делает. Мне нужно будет поговорить с ней, если такое продолжится. — вина опустилась в желудок Ирэ, как труп на дно канализации. — Вторая — это то, что несмотря на трижды проклятые неприятности, несомненно произошедшие в Чёрном Шалке прошлой ночью, никто из вас не пытался спихнуть с себя вину. Не пытался выкинуть другого за борт. Мне это нравится. Верность своим товарищам ворам, неоспоримая солидарность. Хорошие качества. И как бы тяжело это ни было, думаю, я могу потянуть за ниточки и заставить ваши проблемы с законом исчезнуть. — Он вскинул изящную бровь, глядя на Дурную Ногу, который начал забирать бумаги из комода. — Однако, — продолжил Джентльмен, — вопрос стоимости всё ещё есть. Заставить два убийства исчезнуть — не дёшево, а учитывая, что ещё один близок к смерти, мне нужно будет взять с вас деньги за троих. Плюс, нападение, плюс управление. Нога, скажи им сумму. Перо данмера казалось размытым, пока он писал. — Со стандартным расчётом выходит три тысячи золотых. С каждого. Он готовился к этому, но это всё же оказалось ударом в зубы. Джулан выглядел ещё более разбитым. — Мне жаль, — сказал он, повернувшись к Ирэ со страдающим выражением лица. — Мы прибыли сюда, чтобы заработать денег, но из-за меня мы месяцами будем в должниках. Ирэ махнул на него рукой. — Это была не твоя вина. Всё что угодно могло случиться в той таверне, но мы вышли оттуда живыми. Разве ты не говорил, что предпочтёшь меня любому количеству денег? Сейчас можешь это доказать. — Он вяло улыбнулся. — Грязное декадентство, помнишь? К сожалению, я тоже грязный, и работаю по-декадентски, так что… — Он съехал, его попытки в легкомыслие обрушились как божьи коровки под катком взгляда Джулана. — Тебе стоило позволить мне принести мой стеклянный меч, — мрачно пробубнил Джулан. — Он должен чего-то стоить. Когда мы вернёмся, нам нужно будет его продать и- — Нет! — Ирэ возмутился. — Я не позволю тебе продать этот меч! Ты любишь этот ебучий меч! Ты дал имя этой штуке! И то, как ты гладишь его во время чистки… тебе повезло, что я не ревнивый. — Он нежно вытащил мёртвого паука из волос Джулана. — Мы что-нибудь придумаем. — Что, например? Ограбить хранилище Храма?! Аура надвигающейся обречённости распространялась вокруг Джулана, и чем больше Ирэ пытался придумать решение, тем больше проваливались его попытки быть спокойным и собранным. — У меня нет ни одной сраной идеи, — признал он, его пальцы начали свой нервный танец. Джентьмен слушал с едва скрываемым наслаждением. — Хранилища Великих Домов были бы гораздо более прибыльным решением, — отметил он. — Однако, я бы не порекомендовал этого с вашим текущим рангом. Ирэ обратился к нему. — Ну а что бы Вы порекомендовали? У меня едва ли есть сотня золотых, а он, — Ирэ действительно в этот момент сделал паузу, просто чтобы закатить глаза, — он вложил все деньги в уличных мальчишек! — Дети — наше будущее, — сухо прокомментировал Джентльмен. — Аури-Эль, надеюсь нет, — сказал Ирэ, поражённый ужасом. — Им точно лучше бы уж не быть моим будущим! Я однажды был ребёнком, и это было ужасно, Вы не можете заставить меня пережить это снова! И если замешаны младенцы, то я пас. Просто пас. Они пугающие, и их головы слишком большие, и- Нервы выбили из колеи его разговорный фильтр, он мог бы ещё какое-то время продолжать, если бы Джулан не поймал его плывущие руки, не установил зрительный контакт и не сказал строго, — Ириэль. Прекрати говорить. — Если вы закончили, — сказал Джентльмен. — У меня, по правде, есть альтернативное предложение. Отработайте. У Гильдии всегда есть работа. У меня сейчас нет ничего подходящего для Черношапочников, но я распространю слово среди других боссов и дам им знать, что у вас есть долг, который необходимо уплатить. Джулан благодарно кивнул, но возрастающе взволнованный монолог Ириэля идентифицировал новую жилу стресса, начавшую возникать из глубин его мозга. — Ох! — сказал он с широко раскрытыми глазами. — Прекрасно! Теперь мы должны браться за любое задание, которое можем получить, не важно насколько оно опасно и аморально, не важно кто может пострадать или потерять вещи, которые ценит. После того как я слез с сахара, я думал, что мне не придётся снова так делать, что я смогу выбирать задания, которые заставили бы меня чувствовать себя хуже, в последнюю очередь, что это не разрушит меня. Потому что и так много, и так много на мне лежит, слишком много того, что мне не вернуть! Он чувствовал как таял, начинал говорить вещи, которые было очень неразумно произносить в присутствии Джентльмена, но у него не было сил остановить себя сейчас, и он отмахнул руку Джулана, державшую его ладонь. — Я не создан для того, чтобы быть вором. И никогда не был, но это та цена, которую я заплатил, чтобы у меня снова были друзья. Почти семья, думал я… но это всё так условно, правда ведь? Всё всегда условно! Даже семья, особенно семья! Тебя любят пока ты играешь роль, выполняешь желаемую функцию! Нет!!! — он отказывался позволить Джулану прервать его, — Вы не можете говорить мне что это не так! Хеленд была ко мне очень добра, но если бы я сказал, что хочу прекратить выполнять задания для Гильдии, она бы вышвырнула меня! Может даже хуже! Я слишком много знаю, да ведь? Кто-нибудь вообще уходил из Гильдии живым?! Он прервался, чтобы сделать вдох, почувствовал как взгляды всех присутствовавших были направлены на него, и вспомнил где находился. Он издал надрывный, отчаянный звук, и прикрыл лицо ладонями. Спустя мгновение он почувствовал как что-то появилось у него под носом. Это был безукоризненно чистый платок, лежавший между пальцами усыпанной кольцами ладони Джентльмена. Он взял его и высморкался. — Можешь оставить себе, — сказал Джентльмен, прежде чем тот попытался бы его вернуть. — У меня таких ещё много. Ещё у меня есть для вас предложение. То, которое может оказаться вам больше по вкусу. Когда Ириэль поднял взгляд, лицо Джентльмена выдало мистическую улыбку. — Я искал подходящих агентов для определённого… проекта, и мои инстинкты говорят, что вы двое можете оказаться как раз теми, кто мне нужен. Вы когда-нибудь слышали о Бал Молагмере?