Что мне делать?

-Он ведь конченный придурок, Мари! — злобно прошипел молодой человек, прокручивая в своей голове ненавистный ему образ Адреналина. Эта самодовольная ухмылочка, которую безумно хотелось стереть с его смазливого лица, эти красивые слова о «любви», эти горящие глаза, смотрящие на девушку с нескрываемым «голодом» — все это до мерзотных мурашек раздражало старшего Монстра.       Он видел страдания своей сестры, которая уже долгое время чахла в ожидании взаимности. Кану уже насточертело в сотый раз объяснять этой маленькой дурочке об истинных желаниях и целях Адреналина. В его глазах Мари была лишь предметом для удовлетворения животных потребностей и даже Монстер, который совершенно не разбирался в людях, понимал это. -А я думала, что ты пришел меня поддержать, — Мари грустно улыбнулась, отпуская кисть брата, которую она так крепко сжимала своими тонкими пальчиками. –Вы не знаете его так, как знаю я. Он — замечательный. И, если потребуется… Кан шумно выдохнул, едва ли не пуская пар из ушей. Казалось, что еще чуть-чуть и он запищит, как чайник, которого забыли на плите. К слову, зад парня полыхал не слабее чугунного дна этой посудины. -Я буду ждать его ответа хоть целую вечность, — твердость в голосе девушки лишь подтвердила серьезность ее намерений, однако это не отрицало того факта, что она оставалась тем же наивным ребенком. -Как скажешь, сестренка, — вдруг произнес энергетик, тем самым сильно удивив Мари. Она широко распахнула свои небесно-голубые глаза, в которых до этого момента виднелись слезинки. Младшая из Монстров так сильно привыкла к вечному ворчанию ее братца, что сейчас его слова прозвучали слишком… Неестественно, что ли.       С чего бы ему соглашаться с таким откровенным признанием сестры, в которой он души на чает? Было ясно одно, за этими словами стояло что-то по истине страшное, чего Кан не стал озвучивать в присутствии девушки. -Кан, ты… -Все будет хорошо.       Широкая ладонь, которая легла поверх осиной талии платиноволосой, грубо притянула ее к себе. Этот энергетик не умел по другому выражать свои чувства, и Мари об этом знала. Поэтому, она крайне спокойно отреагировала на сие действие, припадая щекой к часто вздымающейся груди брата. Девушка неосознанно прикусила нижнюю губу, ощущая его учащенное сердцебиение. Кан нервничал, причем очень сильно. Но Мари было приято осознавать, что хоть кто-то о ней волновался, пускай даже так чрезмерно и порой «агрессивно».       Ухоженные, женские руки осторожно сцепились за спиной парня, а тот, в свою очередь, опустил свой подбородок на светловолосую макушку. Вдыхая аромат ее волос и сжимая в своих объятиях хрупкое тело, Кан осознавал, что более близкого человека для него просто не существует.       Если честно, то он наслаждался этим моментом, ведь они были так редки. Большую часть своей жизни он посвятил одиночеству, в котором прогрессивно занимался самобичеванием. В те моменты, когда хотелось кричать на весь мир, Кан просто сжимал челюсть. Он считал, что говорить о своих проблемах глупо, ведь всем на них плевать. Он видел прекрасные отношения в других семьях, даже у тех же Адреналинов царила полная идиллия. В своей же семье его считали отбросом, просто лишним. По крайней мере, Кан сам так думал, пока кое-кто его в этом не переубедил. И этот кое-кто сейчас жался к нему, цепляясь пальчиками за его одежду, как за спасательный круг, а он просто не мог стоять в сторонке. Не мог видеть, как Мари плачет, глядя на фото Адреналина. Не мог слушать ее восхищенные рассказы о том, как это придурок соизволил обратить на нее свое внимание. -Никто не смеет причинять тебе боль. -Конечно, — Мари тихо хихикнула, пряча свое заплаканное личико в одежде Кана. — Никто меня не обидит, потому что у меня есть такой замечательный братик.       В этот момент энергетик ощутил, как его сердце стремительно уходит в «пятки». Такое чувство он испытывал впервые, и ему было крайне тяжело осознать, что с ним вообще происходит. Уловив себя на мысли, что это просто переизбыток братской любви (что не свойственно для самого Кана), он медленно отстранился от девушки. На это движение она отреагировала сразу же, забавно надувая щечки. -Ты… Уходишь? — выпалила голубоглазая, которая даже как-то обиженно стала поглядывать в сторону молодого человека. Он и правда медленно продвигался к двери, не до конца понимая, почему ему так хотелось поскорее сбежать. Кану? Сбежать? Хах, так ведь не бывает. -Я собирался поговорить с Адреналином, — Кан сказал первое, что пришло ему в голову. На самом деле, он собирался в ближайшие сутки просто не выходить из своей комнаты, ведь в нем пробудилось еще кое-что, что парень всячески пытался игнорировать. -Пожалуйста, побудь со мной еще немного, — жалостливо протянула девушка, осторожно беря брата за предплечье. –Рядом с тобой я чувствую себя намного лучше и спокойнее. «А я чувствую долбанный стояк!» — тут же промелькнуло в голове красноглазого, который внешне до последнего оставался невозмутимым.       Как же так могло произойти?       Буквально несколько минут назад он доказывал своей сестре, что Адреналин просто долбанный извращенец, который привык трахать все, что движется. Мари же была для него чем-то вроде экзотического фрукта, которого еще никто не успел испробовать. Конечно же, ему хотелось стать первооткрывателем.       Как бы мерзко это не звучало, но эта была правда чистой воды, которую Кан всеми возможными силами пытался донести до сестры.       Почему же сейчас он смотрел на это невинное создание, как змей-искуситель на запретный плод? Энергетик осознавал, что все это добром не кончится. Ему нельзя находиться рядом с этой девушкой, ведь в любой момент может произойти непоправимое. А он только-только смог наладить отношения со своей семьей… -Так ты останешься? — Мари успела заметить замешательство на лице брата, который старался больше не смотреть в ее сторону. Ее тонкие пальчики, переминающиеся по его предплечью, вызывали табун мурашек, бегающих по широкой спине. -Мне нужно уйти, Мари, — уже более серьезно произнес парень, аккуратно стягивая женскую кисть со своей руки. –Но я обещаю, что мы сможем поговорить немного позже. -Тогда я буду ждать, — платиноволосая в миг «засияла», вновь упорхая к своей кровати. Кан немного «залип», наблюдая за миниатюрной фигуркой, прыгающей на мягкую постель. В этот не совсем удачный для парня момент короткая юбка Мари немного задралась, оголяя открытый участок бедра между клетчатой тканью и черными чулками. Красноволосый едва не поперхнулся воздухом, думая о том, что у нее наверняка очень мягкая и нежная кожа. Резко дернув дверную ручку, энергетик буквально выскочил из комнаты сестры.