Антон Андреевич, я не согласен!

      С тех пор как Антон дал понять Арсению, что больше не приедет к нему, прошло несколько недель. Попов еще некоторое время испытывал своеобразную ненависть к мужчине, иногда и вовсе нежелание видеть его. Арсений не желал даже случайно пересечься с Шастуном на улице.       Практику он отходил, на удивление, спокойно. Поговорил со Стасом, чтобы тот предупреждал его заранее, если Антон будет на площадке, чтобы даже таким образом не встретиться с мужчиной. На вопрос Шеминова о причине такого нежелания видеть Шастуна, Арсений технично ушел от вопроса и сменил тему. Больше фигурант не поднимал этот разговор, а только оповещал Попова о бывшем педагоге, как они и договорились. Все же Шеминов посчитал, что Антон сам найдет способ выйти на контакт с Арсением, когда будет готов. Вмешиваться в отношения этих двоих фигуранту не хотелось.       До защиты диплома оставался месяц. Хоть Попов и был готов к этому событию на уровне отличниц из своей группы, но навязчивое поведение педагогов не проходило без последствий. Руководители начали вдвойне спрашивать со своих подопечных материал, так как перед самим мероприятием было необходимо пройти уйму процедур: согласование работы с преподавателем, оформление текста по всем стандартам, нормоконтроль, одобрение презентации и защитного слова. Брюнет, кстати, не горел желанием советоваться со своим официальным куратором, потому что изначально хорошего контакта у них не возникло: парень в любом случае не стал бы переписывать работу, а поводов, чтобы тратить собственные нервы, было хоть отбавляй. Самый главный из них — бывший педагог и по совместительству объект обожания.       Арсений, вместо того, чтобы безуспешно страдать по когда-то горячо желанному бывшему преподавателю, полностью ушел в учебу. Студент провел несколько суток за созданием презентации, потому что необходимо было отсмотреть несколько сотен фотографий. Те, что уже одобрил Попов несколько месяцев назад, не подходили. Ему казалось, что все они вместе выглядели слишком аляписто, и это мешало восприятию информации, поэтому, после недолгих раздумий, было принято решение найти другие материалы, чтобы не возникло никаких замечаний к работе.       С защитным словом, кстати, тоже все было не гладко. Попов не сразу понял, что именно от него требовалось. Попросить помощи у нынешнего руководителя парень принципиально не хотел, а Антону писать не было смысла. Да, и не хотелось уже. Если бы студент позвонил или хотя бы написал бывшему педагогу — это означало бы лишь одно: все старания Арсения в том, чтобы забыть Шастуна, стали напрасными. Именно поэтому Попов каждый раз откладывал телефон в сторону и набирал в поисковике очередной запрос, что же, блять, такое это ваше защитное слово.       В какой-то момент Попов даже подумал попросить помощи у своих одногруппников, чтобы те скинули пример этой неведомой штуки, но через пару секунд отметал и эту идею. Арсений будет не Арсением, если не справится с таким пустяком самостоятельно.       В конце февраля объявили о предзащите, которая будет проходить в присутствии декана факультета. Так сказать, тренировочная защита диплома, где вместо комиссии будут сидеть преподаватели и сам Игорь Маркович. Для того чтобы лучше подготовить студентов, педагоги зададут ряд вопросов по излагаемому материалу, а выпускники должны будут корректно ответить на них.       Официальную и окончательную защиту выпускных работ назначили в преддверии женского дня.

***

             Арсений зашел в аудиторию последним. На предзащиту парень позволил себе немного опоздать, так как утренняя прогулка с Двейном затянулась из-за соседки, которая яро пыталась доказать, что доберман слишком громко выл ночью. Вся ирония слов бабули в том, что они с Арсением жили в подъездах на разных концах дома. Но убедить незнакомку в этом не представлялось возможным, кажется.       Несколько одногруппников уже стояли около ноутбука, через который транслировали презентации на проектор. Попов оставил рюкзак на одной из задних парт и прошел к преподавательскому столу, чтобы перенести свои материалы на местный компьютер. Он дождался, когда подростки перебросят свои работы, и принялся проделывать те же манипуляции.       — Добрый день, Арсений, — женщина появилась из ниоткуда, но Арсения этим не напугала. — Хотела бы узнать, когда я увижу твой диплом, чтобы внести правки.       — Здравствуйте, Елена Владимировна, — не отрывая взгляда от экрана, произнес студент. — Моя работа уже завершена и в ваших правках не нуждается. Можете сегодня посмотреть, — парень закончил с отправкой презентации и извлек свою флешку. Он перевел взгляд на преподавательницу и улыбнулся. — Для этого ведь и существуют предзащиты, не так ли?       — Я ведь могу и не допустить тебя до защиты, — женщина улыбнулась в ответ, показывая свое превосходство. По ее мнению, конечно.       — На основании чего? — парировал студент. — Диплом готов, презентация и защитное слово тоже, нормоконтроль пройден, справка об оригинальности на руках. Игорь Маркович сегодня это увидит и услышит, — Арсений начал перечислять факты в свою пользу. — Вы не можете по личной прихоти не допустить меня.       Волкова недовольно фыркнула. Было видно всё её негодование, злость и недовольство. Женщина считала такое поведение хамским в ее сторону, вот только Арсений не хамил, а говорил то, что было в реальности. Преподавательница иногда забывалась и начинала хамить сама, прикрывая это своим возрастом и якобы опытом, которого у молодежи обычно не было. И такое действительно работало, но только не с Арсением. К тому же, Попов был не в том состоянии, чтобы полностью переписывать всю работу за неделю до защиты.       Предзащита началась, когда в аудиторию вошел Игорь Маркович. Первыми защищали свои работы отличники, в число которых Арсения сложно было отнести. Он хорошо учился, и у него были закрыты все сессии на неплохие результаты, но при этом он не тратил кучу времени на то, чтобы зубрить книжки, а получал свои знания практическим путем. На парах он сильно не умничал, ведь не все педагоги это приветствовали, к сожалению. Исключениями оставались пары Антона Андреевича, но и то — до определенного времени.       Арсений открыл одну из своих социальных сетей, чтобы хоть немного скрасить ожидание своей очереди. Он занял место чуть ли не самым последним, потому что пришедшие одногруппники раньше Попова составили свои порядки, а парень не стал им перечить. К тому же, практика была закрыта, отчет по ней на руках, Двейн хорошо выгулян и сейчас наверняка спал в лежанке, собственно, поэтому Арсений и приехал в числе последних. Одним словом, торопиться студенту было некуда, а значит можно было немного расслабиться.       Его очередь подошла почти через три часа. Арсений за это время успел даже вздремнуть. Некоторые из студентов уж очень долго отвечали на вопросы руководителей, нарочито оттягивая время на «подумать». Попов же выходил к трибуне с совершенно другим настроем.       Арсений быстро защитил свою работу, подробно описывая важные аспекты в ней. Несмотря на то, что выпускникам данного факультета было разрешено читать защитное слово с бумажки, Арсений для себя решил, что будет именно рассказывать, чтобы материал лучше понимался посторонними людьми и был более живым. На все вопросы педагогов также ответил без лишней воды и за короткий промежуток времени, так как работал над дипломом сам, а значит, знал его вдоль и поперек, что нельзя сказать о некоторых одногруппниках, которые явно приложили минимум усилий к написанию работы. Проще говоря, купили диплом или какую-либо его часть. Арсений не был уверен в этом, но исходя из всего услышанного ранее, мог предположить такой вариант.       После того, как декан одобрил выпускную работу Попова, студент собрал свои вещи, попрощался со всеми и покинул аудиторию. Еще в начале мероприятия им сказали, что никого не держат, поэтому те, кто уже отчитался, могут быть свободны. Только Арсений, рассказывающий одним из последних, ушел первым. Остальные сидели и слушали своих друзей, оказывая моральную поддержку.

***

      Утро дня защиты диплома для Арсения выдалось суматошным. Староста неожиданно вспомнила, что у парня есть собственный автомобиль, поэтому ему не составило бы труда заехать с утра в цветочный, чтобы купить небольшие букеты для комиссии и на стол. Собственно, этим предложением девушка и огорошила парня накануне вечером. Попов бы с радостью отказался от подобного рода мероприятий, но Катя неожиданно перевела деньги одногруппнику на карту, а тот не имея никаких реквизитов, не смог переслать их обратно.       Из-за этого Арсений встал раньше обычного, потому что утреннюю прогулку с Двейном никто не отменял, и, соответственно, это стало причиной его недосыпа. Перед тем, как уехать из дома, парню нужно было хорошо загрузить мозги добермана, чтобы четвероногий не разнес квартиру со скуки во время отсутствия хозяина. В университете нужно было быть уже в девять утра, а еще цветочный и около часа на утренние пробки. Арсений, конечно, был не в восторге от такого начала дня, но обратного пути не было.       — Привет, Кать, — Арсений подошел к старосте вместе с огромным бумажным комом, внутри которого находились букеты. — Куда их?       Девушка отвлеклась от нарезки фруктов на стол комиссии. Непонятно только откуда пошла такая традиция, что после защиты дипломов выпускниками, члены комиссии отмечают это событие. Хотя, если рассуждать логически, то праздновать должны именно студенты — их нервы были потрепаны намного больше, как-никак.       — Привет, — девушка покрутилась вокруг себя, оглядывая аудиторию. — Поставь их вон в то ведро, пожалуйста.       Арсений кивнул и пошел в сторону, где находилась самодельная ваза. Воды в ней не было, поэтому пришлось еще идти в туалет, чтобы цветы не засохли и не завяли за тот период, что вся группа защищала свои работы. В спину Попов услышал комментарий девушки о том, чтобы он не забыл снять бумажную обертку с букетов. Парень угукнул, мысленно отвечая, что и сам бы догадался это сделать.       После того, как с цветами было покончено, Арсений отправился в соседнюю аудиторию, чтобы сбросить презентацию со всеми внесенными правками от декана во время предзащиты на стационарный компьютер, и больше его не запрягали по пустякам. Достаточно было того, что Попов не выспался ради каких-то цветов. Благотворительная деятельность брюнета на этом закончилась.       — Арсений! — окликнула студента женщина. — Здравствуй, мой хороший.       Попов скривился от такого обращения в свой адрес, но не подал вида. Он обернулся в сторону руководительницы, наигранно улыбаясь. Что могло быть еще хуже?       — Добрый день, — Арсений старался говорить спокойно и мягко, но насколько это ему удалось, сложно сказать.       — Я всего лишь хотела сказать, что записала тебя тринадцатым в очереди, — не скрывая своей радости сообщила Елена Владимировна. — Ты идешь после Дмитрия.       В группе было всего пятнадцать студентов, допущенных к защите, а место в очереди у Арсения — тринадцатое. Не то, чтобы Попов был расстроен… Он был расстроен, да. Но причина была не в том, что его поставили чуть ли не последним, а в том, что ему придется ждать несколько часов, пока остальные благополучно закончат рассказывать о своей работе и отвечать на вопросы. За это время Попов потратит кучу нервов, которые, к слову, стали не очень крепкими в связи с произошедшими в январе событиями. Сам бы парень защитился в разы быстрее и не доставил своим выступлением никаких проблем одногруппникам, но вселенная в лице Елены Владимировны, распорядилась иначе.       — Хорошо, — нагло соврал парень, продолжая улыбаться. — Спасибо, что предупредили.       Волкова, ожидавшая немного иной реакции, тут же убрала улыбку с лица. Арсений всегда думал, что дипломный руководитель должен быть на стороне студента в случае спорных моментов на защите, морально поддерживать и успокаивать своего подопечного перед таким важным мероприятием, но никак не пытаться сделать хуже. Попов понял, что даже если комиссии не понравится что-то в работе, ему придется самому разбираться с этим, а на помощь педагога даже не рассчитывать. Вот будь здесь Антон Андреевич…       — Всё бы было совершенно по-другому, — Арсений повернулся на голос Димы и вопросительно изогнул бровь. Лишь через несколько секунд до брюнета дошло, что одногруппник беседовал с другими, а эта фраза не имела никакого отношения к его мыслям.       С самого утра Арсений был в небольшом напряжении из-за предстоящего, а тут ещё эта Елена Владимировна со своими заскоками. Попов был уверен в своей работе, своих силах и знаниях, но волнение от этого никуда не девалось. Еще и ритуал утренний был нарушен, поэтому сейчас брюнету крайне необходимо было расслабиться и заняться рутиной, чтобы успокоиться и настроиться на работу.       Студент быстро справился со всеми необходимыми манипуляциями по отправке материалов на компьютер и занял свободное место недалеко от входной двери в аудиторию. Он еще несколько минут бездумно сидел и наблюдал за тем, как одногруппники мельтешили перед глазами, что-то обсуждая и нервничая. Чтобы хоть немного абстрагироваться от этой суеты, Арсений достал свой телефон и залез в инстаграм.       За монотонным пролистыванием ленты социальной сети время прошло незаметно. Арсений случайно оторвал голову от экрана и только тогда заметил, что вся аудитория была заполнена, а за украшенный ранее стол начали рассаживаться незнакомые парню люди. Точнее, не все были знакомы. Игорь Маркович, дождавшись, когда гул немного стихнет, поприветствовал всех студентов и начал представлять им членов комиссии. Попов не придал этому особого значения, потому что голова была забита совершенно другими мыслями.       — Желаю всем удачи! — радостно проговорил декан, забирая со стола папку, где была прописана очередь выступающих. Мужчина объявил первого студента, а Арсений вновь засел в свой телефон, потому что он — в числе последних.

***

      Стрелки на часах, висящих в аудитории, уже показывали третий час, а до Арсения еще пара человек. Все это время парень всячески развлекал себя: залипал в социальные сети, пролистав все возможные ленты, повторил еще раз защитное слово, чтобы не запнуться во время своего выступления, и даже поиграл в игру на телефоне, которую, к слову, скачал всего пару часов назад, когда все доступные дела были переделаны.       В данный момент Попов разглядывал однотонно выкрашенную стену аудитории, выявляя на ней незначительные косяки, которые даже не увидишь, если не всматриваться. Катя, выступившая в числе первых студенток, прошла мимо Арсения, занимая свое место рядом с подругой. Брюнет зацепился за фразу старосты, невольно начав подслушивать их разговор с подругой.       — Оль, прикинь, — вполголоса говорила девушка, — сейчас наткнулась на Шастуна в коридоре.       — Чего? — искренне удивилась собеседница.       Арсений нахмурился. Тот самый Шастун? В голове парень перебрал всех преподавателей, и среди них не было ни одного с созвучной фамилией. А уж про однофамильца и вовсе речи не шло. Шастун это все-таки не какой-то Попов, которых в каждом учебном заведении от двух штук.       — Да-да, — подтвердила Екатерина, и парень начал вслушиваться. — Поздоровался со мной и спросил, как мы защитились.       — Мы же должны были у него писать диплом, — припомнила подруга. — Может, он переживает и решил узнать все сам. Ну, и поздравить с защитой.       — Может, — согласилась староста, обращая свое внимание на выступающего.       Попов напрягся, что можно было заметить по положению тела: мышцы стали плотнее и отчетливее просачивались сквозь белую ткань рубашки. Парень невольно начал дергать ногой, чтобы снять напряжение, но в голове вновь возникла тысяча и одна мысль. Арсений не хотел видеть Антона… Нет, Арсений не хотел видеть Антона сейчас. Это было очень не вовремя.       Сосредоточиться на материале, излагаемом однокурсником, не получилось. Точно так же не удалось собрать все мысли воедино и по своему диплому — стоило парню подумать о защитном слове, как в голове всплывал образ Антона Андреевича, проверяющего информацию по теме Попова.       Арсений начал волноваться сильнее, потому что остался один человек, а затем пойдет брюнет. Никакого настроя на успешную защиту, конечно же, не осталось. А всему виной — Шастун Антон Андреевич. Попов не выдержал такого натиска, исходящего откуда-то изнутри, достал телефон, до этого предусмотрительно убранный, чтобы подготовиться к выступлению без отвлечений, и нашел диалог с мужчиной.

Арсений Попов

Это правда?

Зачем ты пришел сегодня?

      В аудитории стало неожиданно душно, словно со всех сторон находились батареи, работающие на всю мощность. Только, кажется, это ощущал на себе единственный человек — Арсений. Парень не понимал причины такой реакции своего организма: то ли это от волнения, то ли от присутствия Антона через дверь.       Антон Шастун       Нам нужно поговорить, мне есть что сказать тебе       Арсений прочитал сообщение в ту же секунду, что оно отобразилось в диалоге. Все эмоции и чувства вновь перемешались. С одной стороны, Попов не хотел видеть Шастуна больше никогда в своей жизни. И это удачно получалось на протяжении почти полутора месяцев. Они даже ни разу не пересеклись на площадке, где один проходил практику, а второй — работал на постоянной основе.       А с другой стороны, Антон пришел не просто так. Арсений знал это. И природное любопытство парня брало верх над обидой.

Арсений Попов

Я занят

      Попов отправил сообщение и бросил телефон в рюкзак, дабы не было соблазна прочитать ответ. Если тот, конечно, будет. Арсений ни капли не удивился бы, если выйдя из аудитории, Шастуна и в помине не было рядом. Такое уже было в его практике и, к сожалению, не один раз.       Попов положил перед собой текст защитного слова и принялся в очередной раз перечитывать его, а затем проговаривать по памяти. До его выступления осталось не больше пяти минут. С большими усилиями, но Арсений все же смог засунуть все мысли об Антоне в самый дальний уголок своего подсознания, освобождая место для учебного материала.       — Следующую работу представит студент третьего курса специальности «Кинология», Попов Арсений Сергеевич, — сердце студента замерло. Брюнет сделал глубокий вдох и медленный выдох, встал со своего места и направился к трибуне. — Тема выпускной квалификационной работы: «Нежелательное агрессивное поведение собаки породы доберман». Руководитель дипломной работы Волкова Елена Владимировна.       Арсений занял место за трибуной, положив перед собой листы с текстом, в случае если забудет какой-то момент, чтобы была возможность подсмотреть. Парень еще несколько секунд помолчал, успокаиваясь и собираясь с мыслями, а после взял микрофон и включил первый слайд презентации.       — Здравствуйте, уважаемый председатель и члены выпускной квалификационной комиссии, — уверенно начал Арсений, отодвигая все волнение и весь страх на задний план.       Люди, сидевшие за комиссионным столом, несколько оживились от такого живого и активного тона говорящего, приняли более удобное положение и устремили свои взгляды на материалы презентации. До этого выступали студенты, сильно перенервничавшие, поэтому их рассказ был значительно тише, неувереннее и медленнее. Арсений еще раз сделал глубокий вдох и начал защиту дипломной работы.

***

      Арсений перешел уже к заключительной части своей работы, как услышал характерный скрип открытия двери. Он рефлекторно повернул голову в сторону выхода, при этом не отвлекаясь от рассказа. Больше всего Попов боялся, что в аудиторию войдет Шастун, тогда все его шансы на удачную защиту пропали бы. Парень был уверен, что забудет абсолютно все, что хотел рассказать, если бы увидел бывшего педагога. А дальше студента ожидала одна из важных частей всего процесса защиты — вопросы от комиссии.       — Всем спасибо за внимание, — машинально договорил Арсений, аккуратно складывая листы с подсказками, которые, к слову, не пригодились даже. — С радостью отвечу на возникшие вопросы, если таковые появились.       Попов морально уже начал готовиться к возможным вопросам, потому что до него других подростков сильно заваливали. Арсений был готов к тому, что сейчас та же участь будет ожидать и его, но тишина со стороны членов комиссии затянулась. Студенту становилось не по себе, но он старался не подавать вида, стойко держа гордую и уверенную осанку.       Когда выступала Катя, которая отличалась хорошей успеваемостью и всегда была на слуху у преподавателей и декана, члены комиссии задавали девушке вопросы, никак не касающиеся темы ее работы. Они были по теоретической части дрессировки собак, поэтому староста от неожиданности и сильного волнения не совсем точно ответила. Председатель из-за этого сделал пометки в своем блокноте, которые, вероятнее всего, повлияют на итоговую оценку в дальнейшем.       Марину вообще завалили вопросами, но в этом случае была вина девушки. Она сама не смогла ответить на вопрос, который был составлен исключительно из той информации, что студентка сама и предоставила. Чем дольше девушка пыталась подобрать ответ, устраивавший всех, тем больше уточняющих вопросов ей задавали, чтобы вытянуть из того положения, в которое она сама себя загнала.       Попов же хорошо знал материал своей выпускной работы, и помимо этого читал много литературы, в том числе иностранной. Арсений не сомневался, что справится с абсолютно любым вопросом комиссии. Но опыт его одногруппников все же настораживал.       — Арсений, — обратился к выступающему председатель, и в этот момент внутри Попова все сжалось. — Вы настолько хорошо раскрыли свою тему, что у комиссии не осталось вопросов. Наверное, это единственный случай за сегодня. Спасибо за проделанную работу.       Студент расслабился, а на лице растянулась улыбка. Парень кротко кивнул, а после, забрав все вещи с трибуны, прошел на свое место. Декан вновь поднялся со стула и начал объявлять следующего студента.       Попов занял место за партой, бросив свой взгляд на дверь, которая так привлекла его внимание во время защиты. В дверях стоял Антон, довольно улыбающийся успешному выступлению своего неофициального подопечного. Арсений не сдержался и улыбнулся в ответ, ощущая, что именно сейчас его щеки наливались румянцем. Парень не мог оторвать взгляда от мужчины. Антон достал из кармана свой телефон и что-то напечатал, а после начал пристально наблюдать за студентом.       Попов не сразу понял, но спустя пару минут дошло. Арсений пододвинул рюкзак к себе ближе, вытаскивая из него смартфон. Одним движением студент разблокировал телефон, и ему открылся диалог с Шастуном. Он глазами провел по новому сообщению, невольно улыбаясь.       Антон Шастун       Ты молодец, Арс. Твоя защита шикарна, не каждому председатель говорит такие слова!       Я очень горжусь тобой. Поздравляю!       Арсений оторвал взгляд от экрана и поднял на Антона, который продолжал пристально наблюдать за студентом. Попов улыбнулся еще раз, а потом устремил свой взор на выступающего однокурсника, искренне ликуя внутри, словно маленький ребенок, которому купили долгожданную игрушку. Внимание и инициатива Шастуна для брюнета действительно были долгожданным событием.       Когда последний студент из группы закончил свою речь и ответил на все вопросы комиссии, напряжение, воцарившееся еще с утра, спало. Каждый выпускник облегченно выдохнул и заметно повеселел, осознавая, что самое тяжелое уже позади.       — Попрошу всех студентов покинуть аудиторию, чтобы комиссия смогла принять решение по поводу ваших результатов, — разнеслось по аудитории, и все начали в быстром темпе покидать помещение.       Арсений выходил последним. Парень еще немного метался между тем, чтобы подойти к бывшему педагогу, и тем, чтобы полностью игнорировать любую попытку на контакт. Пока Попов думал, как ему быть, одногруппницы заметили Шастуна и в буквальном смысле облепили любимого бывшего преподавателя.       Брюнет расстроился и не смог скрыть это от других. Кто-то подумал, что это все результат нервного дня, кто-то посчитал, что это личные проблемы, а кто-то и вовсе не обратил внимания, потому что был занят столь увлекательным диалогом с Шастуном. И это раздражало Арсения сильнее всего.       Антон посмотрел на брюнета с грустью в глазах, словно безмолвно извиняясь за то, что не может сейчас подойти. Попов кивнул, отвечая тем же языком, что он все понимает, а затем ушел к окну, чтобы набрать в легкие свежий воздух. Парень не считал, сколько он так стоял, но где-то позади он услышал голос Игоря Марковича.       — Уважаемые студенты, — обратился мужчина ко всем, стоящим в коридоре. За исключением Антона Андреевича, конечно, — прошу всех вернуться в аудиторию для оглашения результатов.       Коридор начал заметно пустеть. Попов, решивший избежать большой толкучки в дверях, вошел в аудиторию последним. Парень нарочно закрыл за собой дверь, сделав это чуть ли не перед носом бывшего преподавателя. Студент ухмыльнулся собственной находчивости и занял свое место.       — Прежде, чем огласить ваши оценки, — начал декан. — Хочу поздравить всех вас с защитой ваших дипломных работ. Несмотря на возникшие небольшие заминки, все отлично справились с этим волнительным и пугающим мероприятием, — Игорь Маркович открыл папку, в которой, вероятно, находилась ведомость с результатами, и начал зачитывать пофамильно оценки.       Арсений перестал волноваться еще на том моменте, когда председатель комиссии сказал, что такого отличного выступления не было за весь день. В данный момент парень лишь хотел убедиться в успешности собственной защиты.       — Арсений Попов, — парень повернул голову на декана, — «отлично»!       Попов удовлетворительно кивнул, скорее, самому себе, чем кому-либо еще, и улыбнулся. По-другому и быть не могло. Даже неизвестно откуда взявшийся Шастун не смог помешать студенту добиться той цели, которую он поставил себе почти три года назад.

***

      Результаты озвучены, букеты подарены, все счастливы и спокойны. Староста пригласила всю комиссию к столу, который был накрыт в соседней аудитории. Игорь Маркович, как лицо факультета, ушел одним из первых, чтобы проверить работу своих студентов и не опозориться перед уважаемыми людьми. Постепенно аудитория опустела: студенты разошлись по небольшим компаниям и отправились отмечать успешную защиту. Кстати, оценки были исключительно положительные — «хорошо» и «отлично».       Арсений никогда близко не общался с одногруппниками, поэтому не был в числе приглашенных на вечеринку. Даже если бы ему кто-то предложил вписаться в компанию, вряд ли парень согласился бы. Отпраздновать такое событие он планировал с Сережей.       Попов собрал свои вещи и направился к выходу из аудитории. Никого из группы уже не осталось — Дима покинул помещение предпоследним буквально за минуту до Арсения. Только вот брюнет не успел: прямо перед ним предстал Шастун, предусмотрительно плотно закрыв за собой дверь. На его лице виднелась довольная улыбка.       Сердце Арсения заколотилось раза в два быстрее, если не больше. Вокруг снова стало душно, а щеки мгновенно покраснели. Антон продолжал смотреть прямо в голубые глаза студента.       — Привет, — осипшим из-за долгого молчания голосом произнес Антон.       Арсений кивнул, но не решился ответить.       — Еще раз поздравляю тебя с отличной защитой, — уже привычным Попову голосом поздравил Антон, не переставая улыбаться.       Выпускник не прерывал их взгляда. Арсений боялся, что моргни он хоть разок, Шастун испарится снова, но только в этом случае уже навсегда. Такое всегда тяжело давалось Попову: каждый раз, когда Антон уходил по-английски, Арсений чувствовал себя использованным и грязным — тряпкой, о которую вытерли ноги, а потом выкинули, как нечто ненужное.       — Зачем ты пришел, Антон? — холодным тоном спросил Арсений, как когда-то с ним общался сам педагог. Арсений не был злопамятным, он просто хотел, чтобы другие тоже побывали в его шкуре.       — Мне нужно многое рассказать тебе, Арс, — мужчина потер руки о штанины, убирая выступивший из-за волнения пот. — Это очень важно.       — Думаешь, после всего, что ты сделал, я захочу тебя слушать? — улыбка быстро испарилась с лица шатена, словно никогда там и не присутствовала.       Попов развернулся на пятках и подошел к преподавательскому столу, за которым ранее сидела комиссия. Парень оперся о край стола и сложил руки на груди в защитном жесте, смотря перед собой. Обычно Арсений был у парты, но в данной ситуации все зависело лишь от него, поэтому студент позволил себе занять именно это место.       Антон осторожно прошел вглубь аудитории, занимая место перед Арсением, ощущая себя вновь студентом. А если быть точнее, то провинившимся студентом.       — Я слушаю, Антон Андреевич, — строго сообщил Попов, едва сдерживая улыбку от комичности ситуации. Только Шастун не разделял этих эмоции — он действительно испытывал дикое волнение.       — С того момента, когда я ушел от тебя после твоего признания, — тихо начал Антон, улавливая взгляд синих глаз, — я потратил очень много времени на раздумья. И вся моя голова была забита тобой: я засыпал с мыслями о тебе, просыпался, думая о том, как ты сейчас, — мужчина бесконечно крутил единственный браслет на левой руке. — Мне посоветовали действовать так, как чувствует мое сердце, а не разум. И над этим я тоже думал долгое время…       В аудитории воцарилась тишина. Арсений уже не хотел послать мужчину за то, что тот отверг его и ушел. Кажется, именно сейчас Попов начал понимать, насколько тяжело Антону давалось все то, что было между ними. И гораздо тяжелее были не сами процессы, а то, как шатен чувствовал себя после этого.       — Не волнуйся, — мягко произнес Арсений, пытаясь снять напряжение, повисшее между ними.       — Я не гомофоб, — старался оправдать себя Антон. — Я боюсь признать тот факт, что мне нравятся парни. Один парень, — тут же поправил себя мужчина. — Мы живем в России, ты сам знаешь, как здесь к этому относятся…       — Мне все равно на это, — перебил Попов. — Мнение незнакомых людей не имеет для меня никакого значения. Гораздо важнее то, что думают о тебе самые близкие, — Арсений опустил руки, переставая обороняться. — А если они не принимают тебя таким, каким ты являешься на самом деле, то, к сожалению или счастью, это не те люди, на которых можно положиться.       — Это такие правильные слова…       — Я тоже когда-то страдал из-за общественного мнения, но потом понял, что не обязательно всем вокруг знать обо мне такие личные вещи, как ориентация, — признался студент. — Всем не угодишь, это факт.       — Это да, — Антон успокоился и смог немного расслабиться. Рядом с Арсением это получалось сделать в разы быстрее, нежели одному.       — Поэтому важно жить так, как хочешь этого ты сам, — вновь начал рассуждать Попов. — В твоей жизни только тебе решать, что и как будет.       Вновь тишина. Антон тщательно обдумывал сказанные слова, которые были не только важными, но и являлись своеобразной поддержкой Шастуну в данный момент. Арсений его понимал — и это именно то, что всегда хотел в своей жизни мужчина: понимания, доверия и взаимности.       — Когда мы впервые поцеловались на площадке, — издалека начал Антон. — После этого я чувствовал умиротворение, словно это было необходимо мне тогда, как воздух. В тот период у меня были проблемы в отношениях, а ты стал тем, кто не дал мне пойти ко дну, а, наоборот, вытащил на поверхность.       Арсений улыбнулся. Попову было безумно приятно слышать такие слова от человека, к которому он до сих пор испытывал теплые чувства.       — Когда ты лежал на груди после нашего первого раза, — продолжил Шастун, немного смущаясь. — Я понял, что именно таких отношений я хотел всегда. Вечером, когда я вернулся к Ире, то сразу рассказал ей об измене. Я не хотел быть и с тобой, и с ней в недоотношениях.       Мужчина вновь начал перебирать браслет на руке, опустив взгляд в пол.       — Когда ты признался мне в чувствах, — шатен закусил губу. — Я спасовал, потому что испугался: за себя, за тебя, за все. Но сейчас я не боюсь, — Антон вернул взгляд на Арсения. — Ты мне нравишься, Арс, — наконец, признался мужчина. — Ты еще хочешь встречаться со мной?       Оба замолчали. Каждый из них погрузился в свои мысли. Арсений не верил своим ушам, что именно это предложил ему мужчина, который еще несколько недель назад сбежал. Парню казалось, что это все сон, и вот-вот прозвенит будильник, а все это испарится, словно никогда и не существовало.       Антон боялся, только уже не отношений с парнем, а его ответа. Шастун понимал, что за время его отсутствия, у Арсения мог появиться тот, кто более решительный и уверенный в себе, а сейчас Антон все портил своим присутствием. Но в любом случае, мужчина хотел услышать ответ, каким бы тот не был.       Студент сделал несколько коротких шагов к Антону, при этом не прерывая их зрительного контакта. Он подался вперед, накрывая своими губами чужие, аккуратно проскальзывая своим языком внутрь. Арсений провел кончиком по линии зубов, добираясь до языка и начиная ласкать его.       Шастун несколько мгновений стоял неподвижно, словно боялся спугнуть студента. Совсем не осознавая, Антон ответил на поцелуй, поддаваясь действиям Арсения. Мужчина, наконец, расслабился и впервые за несколько месяцев, насладился тем, что происходило в моменте.       — Я согласен, Антон Андреевич, — произнес Арсений прямо в губы бывшего педагога, счастливо улыбаясь. В ответ парень получил довольную улыбку мужчины и еще один нежный поцелуй.