Отдавая душу

      — Софи сбила машина. Насмерть, — тихий голос из телефонной трубки моей второй ассистентки парализовал мое сознание.       — Но я только два дня назад с ней разговаривала… — тихо прошептала я в ответ. — Этого не может быть…       — Еще идет следствие. Это была какая-то красная машина, — бормотала Диана, а я не могла до конца разобрать слова. — Но она скрылась. Вроде были свидетели, а еще женщина, говорят медработник бывший, пыталась ее реанимировать… Но Софи потеряла почти всю кровь. Это была ужасная авария, — в голосе девушки слышались слезы. — Честно, не знаю чем это расследование закончится… но думаю, сейчас, тебе нужно оказать поддержку Джеку, мужу Софи и ее родственникам.       — А я думала он ее жених… — как-то безэмоционально пробормотала я смотря в одну точку.       — Они тайно расписались. Так что муж. Мэри, ты слышишь меня? Послезавтра ее похороны. Скажи что нам сделать и мы все организуем.       — Диана… — вяло прошептала я сдерживая слезы. — Сделай все что нужно. Оплати все с моего личного счета. Она заслуживает самого лучшего.       Когда я положила трубку слезы градом потекли из глаз. Я не помню как нашла старую бутылку виски и не помню как прошли еще одни сутки моей жизни. Очередная боль, очередное горе, что этот мир решил обрушить на меня именно в тот момент, когда все и так казалось уже хуже и быть не может. Но нет…             Около тридцати часов я словно провела в объятиях Диментора. И он мучительно долго высасывал из меня душу и все счастье. По крупинкам. Вытаскивая самые светлые и теплые воспоминания и уничтожая их раз за разом. Я больше никогда ее не увижу. Не поговорю с ней. Не услышу задорный смех. Она больше никогда мне не позвонит. Никогда.       Одновременно я пыталась найти в себе силы двигаться дальше и принять то, к чему шла все эти дни — отдать душу. Ведь весь этот мир слишком гадкий, зачем оставаться в нем? Но пусть на последок я принесу пользу…       В день похорон я с огромным усилием воли поднялась с кровати, собрала волосы в хвост и надев черные джинсы и черный свитер поехала прощаться со своей правой рукой и лучше подругой. На всегда.       Шел дождь. Небо было затянуто тяжелыми свинцовыми тучами, отчего тоской был пропитан даже воздух. Старая, бежевато-серая городская церковь возвышалась над небольшими каменными постройками и большой зеленной поляной, усыпанной надгробиями.       Это был родной городок Софи. Точнее старая и типичная английская деревушка — Берфорд. Здесь она выросла. Среди желтых известняковых домов и обрамленными деревьями улицами проходило ее детство. Городская церковь, расположенная в Котсуолдсе, была возведена на руинах римской виллы, так что здесь до сих пор можно было увидеть фрагменты уникальной мозаики. Но я не видела ничего. Только мокрую каменную брусчатку под моими ногами и множество черных одеяний, которые словно призраки пролетали мимо меня.       Наверное, мне бы стоило повыше поднять голову и поддержать родных Софи, но я не могла. Внутри была дыра таких размеров, что я даже не могла вздохнуть полной грудью. Не то что бы поднять голову и с кем-то заговорить. На моей голове был черный платок, который прикрывал мои красные волосы, и не менее красные, распухшие от слез глаза.       — Спасибо, — кто-то положил руку на мое плечо и я вздрогнула. Позади меня стоял высокий молодой человек с бледным лицом и красными глазами. — Она очень любила вас Мэри. Даже перекрасилась в такой же цвет как у вас.       И мужчина дотронулся до моего красного хвоста виднеющегося из-под платка. Он смотрел на мои волосы и в его глазах, кажется, мелькали картинки прошлого.       — Я в начале даже подумал что это она, когда увидел эти красные волосы. Но лишь на одну секунду… — и его лицо исказилось в гримасе боли.       — Мне очень даль Джек, — и я поспешила обнять его. — Она была неповторимым человеком. Доброй и очень сильной. Мне очень жаль…       — Спасибо еще раз, что все так организовали. Здесь столько цветов, столько ее фотографий…       — Это не я, а мои помощники, — честно, но с долей горечи признала я. — Но это самое малое что я могла сделать. Софи была лучшей.       — Да, — прошептал Джек и я услышала как позади меня его кто-то позвал, а я осталась одна, на едине со своими горькими чувствами, стоя среди всех этих незнакомых мне людей.       И именно в эту минуту я поняла на сколько сильно хочу осуществить пророчество. Ведь я не могу больше жить в этом жестоком мире. В нем нет смысла. А Северус… Северус несет свет. Что бы кто не говорил. Он достоин жизни, больше чем я, которая даже похороны своей подруги не смогла организовать, а только отстегнула крупную сумму на все это, не вылезая в своих страданиях из кровати. А ведь она только моя подруга… не любовь всей жизни или сестра. А что же тогда чувствует ее мама? Папа? Ее муж? Какого им?       И тут в голове возникла картинка как Северус жертвует своей семьей, ради того, что бы все мы могли свободно жить сейчас. То, как он сознательно противостоял жестоким истязательствам Темного лорда, что бы Гарри мог выиграть. Что бы все мы могли выиграть. Даже маглы. Потому что в мире где правит Лорд Волан-де-Морт не было бы жизни простым маглам. Таким как я.

***

«Дорогая мама. Я много думала и знаю, что тебе покажется мое решение не правильным. Но знай что я люблю тебя! Мне хочется верить… Береги моих любимых собачек…»… «Мой милый и дорогой папа. Как много ты мне дал! Прости меня пожалуйста, но я делаю это потому что так считаю правильным…»… «Моя милая сестра. Я люблю тебя. Живи хорошо за нас двоих. Будь счастлива…»…       Первое письмо я писала со слезами, которые затмевали глаза, а каждое слово давалось с ужасной болью, что раздирала меня изнутри. Но когда я закончила писать послания моим родным, то стало невероятно спокойно, словно все это так правильно, как и должно быть.       Отложив три пухлых конверта в отдельную вазочку, я взяла свой телефон и набрала сообщение Джинни:       «Пришли мне пожалуйста палочку. У меня есть пару идей».       Сообщение уходило как-то неестественно долго, отчего внутри успело все похолодеть, а сотни угнетающих мыслей в одно мгновенье заселили мой разум. Борясь с неожиданно накатившим страхом я машинально направилась на кухню, словно там находилось мое спасение и как-то бездумно налила себе чашку чая. А после того как отпила, осознала, что этот чай с бергамотом мне привезла Софи из своей последней поездки в Индию. На глаза вновь навернулись слезы. Но тут в дверь послышался звонок и я поспешила стереть с лица следы пожирающего меня горя. На автомате я дошагала до прихожей и дотронувшись до холодной ручки отварила деревянную дверь. В лицо ударил свежий воздух, который мгновенно привел меня в чувства, а на пороге я увидела рыжеволосую волшебницу, что держала в руках небольшой сверток.       — Ты уже вернулась? Я могу войти? — спросила Джинни и не дожидаясь моего ответа прошла в холл. Одетая во все черное, я равнодушно кивнула.       — Проходи на кухню, я налью тебе чаю.       — Тут случилось пару странных вещей… — начала говорить Джинни пока шла за мной. — Во первых палочка куда то исчезла.       Я застыла как вкопанная и резко обернулась, а на моих глазах явно читался дикий испуг, потому как Джинни аж побледнела и сразу же поспешила меня успокоить.       — Нет, нет. Не беспокойся. Потом она появилась вновь, — девушка присела за большой кухонный стол, когда я пододвинула ей небольшую чашку с ароматной жидкостью. — Это случилось всего на сутки. Не знаю что это было, мы с Гарри решили, что она просто подвергла сама себя заклятью невидимости. После этого мы дали ей немного крови, которую ты оставила… Но Северус не смог ничего сказать. Он уверял что все хорошо или даже лучше. Что он чувствует странный прилив сил. Что тьма уже не так сильно на него наступает. Но потом… — Джинни замялась и отхлебнула немного чая, кажется пытаясь спрятаться за этой несчастной кружкой. И зачем вообще я его ей налила? Ну когда же она уже продолжит? — Потом ему стало плохо. Но сил на трансгрессию у него не было. Слишком мало было крови. Да и времени тоже, не слишком хватило бы доехать до тебя. Он сказал, что ты страдаешь. Я звонила тебе, но ты не брала трубку. Хотела трансгрессировать… Но потом Гарри узнал, что ты на похоронах. Мэри, что случилось?       — У меня умерла подруга, — только и ответила я не вдаваясь в прелюдия. А мой голос сквозил странным холодом и скорбью, о которой я сама себе не хотела признаваться. Ведь если я это сделаю, то буду точно знать, что почувствуют мои близкие когда…       — Это все объясняет… Думаю вы реально нужны друг другу. Верни его на некоторое время. Поговорите. Тебе станет легче. Да и он перестанет волноваться. Ведь сидя там, его беспокойство никуда не исчезает, — проникновенно проговорила девушка и протянула мне продолговатый сверток.       Я несколько секунд молча смотрела на него, а потом аккуратно, лишь кончиками пальцев дотронулась до шелковистой материи и пододвинула к себе.       — Хорошо, — пробормотала я и как-то вымученно улыбнулась одним лишь уголком рта.       Когда Джинни ушла я почувствовала себя безумно разбитой. Потерянной. Присев на высокий барный стул, я уставилась в мокрый вид за моим панорамным окном. Вода в фонтане рябила от сильного дождя, а небо было настолько затянуто туманом, что соседний дом растворялся в белой дымке и можно было рассмотреть только его призрачные очертания.       — Ну вот я и решилась, Северус, — тихо сказала я волшебной палочке у меня в руке. — Знаю, ты просил меня не делать глупостей. Но что мне еще остается? Хотя… хотя будь ты на моем месте, явно придумал бы что-то получше. Да?       В этот момент за окном сверкнула молния и вся кухня озарилась ярким светом, отбрасывая причудливые тени, а спустя несколько секунд прогремел оглушающий и пробирающий до мозга костей гром. Я вздрогнула и закрыла глаза. Так и просидела несколько минут собираясь с силами. А потом встала и пошла на верх в спальню. «Дорогой Северус.       Столько лет ты находился в заточении и ждал меня. Знаешь, я не думаю что пророчество врет. Ведь все это, что сейчас вокруг меня нажитое непосильным трудом, было для чего то нужно. Так может быть как раз для этого? Что бы привести меня к тебе. По этому я больше не могу оставлять тебя в этом плену. Не могу. Хотя бы потому, что влюбилась. Нет, не в ту твою книжную версию, хотя это и послужило основой моим чувствам. Но я прониклась твоими взглядами и действиями. Силой. А еще меня словно гипнотизировала твоя мимика и осанка. Я все напрочь забывала, когда заслушивалась твоим голосом и умением вести разговор. И то как ты мог удивить меня одной лишь неожиданной фразой. Все это стало для меня раем. Каждое мгновение которое я провела рядом, было настоящим подарком судьбы и я не перестану говорить спасибо за это.       А еще… я видела как ты счастлив в кругу Поттеров. И я очень хочу, что бы твоя жизнь обрела смысл и любовь. И ты навсегда забыл об этой всепоглощающей тьме. О своем прошлом. И начал все с чистого листа. Это то, чего ты достоин. Я действительно этого хочу. И дарю тебе. Живи хорошо. С любовь, навеки твоя Мэри.»       Как взрослый и сознательный человек я сложила все документы и письма родственникам на самое видное место. На столе. А Письмо Северусу положила на полу, рядом с собой. Ведь не сгорю же я, когда отдам ему всю свою кровь. Пусть оно будет тут. Рядом…       На улице все еще грохотал гром, а сквозь плотно задернутые шторы проскакивали отблески небесного зарева, виной которому были неугомонные разряда молний. Воздух был наэлектризован не только вокруг меня, но и кажется во всей Англии.       Наверное, решалась я на это не простое действо минут тридцать, сидя на полу в своей спальне и рассматривая скальпель у себя в руке. В другой же, я крепко сжимала волшебную палочку, а страх о том, что будут чувствовать мои близкие не давал покоя. Но все изменилось, когда мои мысли коснулись Северуса… и о том, что он будет жить и обязательно счастливо! И одно резкое движение перечеркнуло все мое возможное будущее — навсегда. Из моего запястья брызнула кровь. Еще мгновение и палочка, словно вампир припала к моему запястью, а я ощутила странный привкус меди на своих холодных и потрескавшихся губах. В одно мгновение перед моим взором возник Северус. Бледный, черноволосы, до одури красивый. Мужчина из моих грез. Вокруг взвился вихрь воздуха, а занавешенное шторами окно распахнулось впуская в теплое пространство ледяной воздух с влажными потоками дождя, что приятной моросью ударило в мое лицо. Небо, позади мужчины заливалось разноцветными всполохами, а на его лице я смогла прочитать только нечто странное. Эмоция то ли страха то ли боли. Что то расплывчатое для меня и такое далекое. Растерянный или даже больше сказать потерянный, он испуганно взглянул на меня и даже бросился ко мне из-за всех сил, но невидимая волна отбросила его назад. Словно между мной и им была воздушная преграда. Так странно… а я смотрела на него и улыбалась. Знала что он будет жить и радоваться этому невероятному миру. Со временем, но обязательно будет. Должен… Иначе ведь все это зря. Не так ли? Я должна была сделать что-то хорошее в своей жизни. И вот теперь, человек которого я полюбила всей душой — будет жить!       Но в его глазах я читала лишь ужас, страшный, жгучий, пропитанный горечью красного перца и полыни, и ощущала этот странный аромат боли, но ничего не могла уже сделать. Я все решила. А он пытался отбиться от этих сдерживавших его оков. Снова и снова. Кричал что-то, но я ничего не слышала. Все было тщетно. Холодный ветер щипал мои широко открытые глаза, а в голове мимолетным виденьем промелькнула часть пророчества: «Умрет лишь тот кого не любят, о ком мне думают не ждут. Двоих людей не позабудут, коль если душу отдадут.» И на какое-то короткое мгновение время просто остановилось. Я лишь видела капли дождя, что словно застыли в воздухе прозрачными хрусталиками. А на небе медленными корнями прорастала молния, окрашивая небо в цвет куркумы и унося меня за собой. Вспышка молнии и все меркнет. А дальше только тьма. Я улыбнулась ему в последний раз и закрыла глаза.