Сети

— Дикие? Что за дикие?       Хонджун на всеобщее облегчение оклемался и, даже не обращая внимания на странных голых юнош, будто чувствуя себя дома, зажёг керосиновую лампу и поставил её посередине, хоть и было там на удивление всё это время светло. В пещере было душно, но приятно душно, и это не давало морякам замёрзнуть от внезапного «купания», которое застало их грубо говоря в неприятнейший расплох. Почему-то они чувствовали себя комфортно, более свежо, словно они переродились. Но всё же вопросы о том, куда они попали и что сейчас происходит, рассеивали внутреннюю эйфорию.       Минги тотчас придвинулся ближе к капитану, показав этим действием своё опасение к странным людям. Вокруг лампы сели и сами существа: напротив Хонджуна сел Чонхо, а Минги — Юнхо. — Дикими мы называем тех, кто не нашёл свою вторую половинку сердца и по итогу сошёл с ума. Они не выходят наружу — они здесь словно в заточении… — сказал Чонхо своим мелодичным голосом, вежливо прекрывая пах, дабы не смущать пиратов, в особенности Минги. Хотя на кой чёрт? Все они одного пола, так с чего бы это всё? — Но я видел что-то ещё будучи снаружи, — припомнил Ким, задумчиво хмыкая. — Неужто вы двое за нами следили? — Признаёмся. Да. Мы за вами следили. Но в благородных целях, — Юнхо дружелюбно подмигнул Минги, отчего тот ещё больше скукожился и считай прильнул ближе к капитану словно котенок к своеё маме-кошке. — Таких как вы, как раз таки, и вожделеют дикие. — Вожделеют? — Да. Потеряв рассудок, они нападают на путников, чтобы достать сердце и поглотить его. Поглотить, чтобы оно переросло в полное, человеческое сердце. — Получается вы нас от них… Защитили? — Хонджун оттянул рваный воротник рубашки, грозясь её снять, ибо духота распирала его исхудавшее тело. Юнга это заметил и положительно покивал головой, соглашаясь с лидером, что ему тоже жарко. — Да. Мы единственные, кто остались в здравом уме. Наш дом, где живут такие как мы — недалеко отсюда. У Чонхо уже есть половинка сердца. У меня нет. — Так ты близок к… — Нет. Я ещё держу себя в руках и не дошёл до стадии обращения, — Чон рассмеялся, раскрепощённо раздвигая ноги. Минги смущённо зажмурился, уткнувшись носом в колени. — И что же вас от них отличает? — всё не унимался с вопросами капитан. — У них нет голоса, у нас — есть. Да и они не показывают себя, — ответил Чхве. — Наша работа тоже не показываться, защищать людей, — продолжил слова красноволосого Чон. — Поверить не могу, — сделав маленький смешок, Джун уже не смог сдерживать себя и рассмеялся ещё больше. Только смех этот был с каплей безумства. — Поверить не могу, что сейчас это происходит. — Капитан… — Всё это звучит… Как какой-то кошмар…       Сирены переглянулись и, чтобы дать время прийти в себя морякам, подползли к воде и окунулись, отплывая от бережка на небольшую дистанцию.       Моряки посидели в тишине какое-то время, со ступором обдумывая и оценивая всё происходящее сейчас. В головах у обоих словно крутилось: «во попали». Судьба так и подкидывала всё больше и больше приключений на их пятую точку. Ну а что делать? Придется следовать этому пути. Уже всё равно на безопасный исход событий, они слишком устали думать о мелочах, да и в принципе устали. Но бояться они не переставали. Особенно юнга, то и дело зажмуривающий глаза, желая увидеть не сирен в тёмной пещере, а свою семью. Хонджун его понимал; понимал и ласково поглаживал по голове, словно успокаивая своего сына. Хотя что он понимал? Больше, кроме Минги, у него никого нет. Но понимать хотелось ровным счётом также, как и вытащить этого мальчишку отсюда, может даже и самому выбраться, но это как повезёт. Капитан Ким принял решение.       Существам ждать долго не пришлось ровно в тот момент, когда Хонджун решился подать голос: — Мы же… Можем отсюда выбраться? — Можете. Но вам нужна будет помощь, — Юнхо аккуратно подплыл к берегу и с волнением посмотрел на дрожащего вовсе не от холода Минги. — И мы можем её оказать, если вы последуете за нами. — Но как? — Как мы ранее сказали — наш дом находится недалеко. Просто следуйте за нами и мы вам покажем, — Чонхо последовал за братом и облокотился локтями о берег. — Ах да, совсем забыли сказать, — старший Хо указал пальцем куда-то в сторону. — Ваша лодка цела, поэтому вы можете плыть на ней. У моряков загорелись глаза от возбуждения и накатившей радости. — О боже! Она цела! — Минги радостно завопил и крепко обнял своего капитана. Хонджун довольно улыбнулся и присоединился к объятиям Сона. Однако им всё же пришлось отстраниться. — В таком случае мы можем уже сами выбраться отсюда! — сказал Ким. — Нет, — отчеканил младший Хо. — Диких сейчас очень много в пещере, вы не сможете пробраться через них наружу. И вы не знаете дороги. К слову, вы находитесь очень далеко от выхода. — Мы бы помогли, но нас только двое. Мы не справимся вдвоём. Поэтому нам нужна будет подмога. Нам нужно домой. — Ох, чёрт…       Былой энтузиазм у пиратов канул в небытие. Но надежда осталась. Шанс есть и им надо воспользоваться. — Капитан, давайте попробуем. Нам всё равно нечего терять. Хонджун в раздумьях прикусил губу. Сирены с нетерпением ждали ответа. — Ладно. Рискнём. «Всё ради тебя, Минги».       Как только существа услышали эти слова, то тут же ринулись к лодке и стали притягивать её к берегу. Моряки погрузились в неё, аккуратно усаживаясь. Вёсел не было, видимо утащили дикие, поэтому сирены решили помочь подтолкнуть шлюпку, и та, с еле движимой быстротой, поплыла. Керосиновая лампа потухла. однако после этого стало ещё светлее. — Почему здесь так светло? Что освещает эту пещеру? — выдал свои мысли Минги, хоть и не планируя вступать в разговор с сиренами. — Ваши сердца её освещают, — плывя рядом с лодкой и слегка её подталкивая, ответил Юнхо. — Как и у вас, в сердце Чонхо тоже вспыхнул яркий свет. — Он нашел свою… Любовь? — поинтересовался Джун. — Да. Если говорить человеческими словами, то да — любовь, — Чонхо выплыл вперёд. — Мою любовь зовут Кан Ёсан. Скоро вы с ним познакомитесь. — Как и с другими сиренами, — радостно приметил Чон, — С нашими друзьями в особенности. — Да. С Ёсаном, парочкой Усанами и с Сонхва. Кстати Сонхва как и Юнхо — без половинки сердца.       Хонджун давно уже приметил, что сирены любят поболтать, особенно о каких-то глупостях. Но они единственный источник света в непроглядной тьме. Больше некому доверять кроме как им. Хоть и страшно было на душе и неспокойно. Особенно за Минги. — Как вы ещё в таком случае не превратились в диких? — Джун любил задавать вопросы. Юнхо сразу заприметил это качество в нём. Но что насчёт Минги? Этот паренёк совсем не хочет открывать ему своё сердце. Оно замкнуто, причем так, что ключ к его замку невозможно подобрать. — Мы ещё только на первой стадии. Она не так страшна, как к примеру третья или четвёртая, — Чонхо словно ловил кайф, отвечая на вопросы Хонджуна. Они стоили друг друга. — На первой стадии происходит ровным счётом ничего. На второй накатывает дикое сексуальное возбуждение. На третьей — тело сирены деформируется и становится уродливым, отчего страдающий этим недугом начинает искать себе укромное место, чтобы не показываться остальным. А вот четвёртая — конечный результат. Дикие становятся жестокими и неумолимыми. Они не слушают никого и не подчиняются никому. Здравый смысл покидает их головы, и они начинают уже жить по своим правилам: насиловать и силой забирать у жертвы сердце. А делают они это на инстинктах. — То есть быстро и резко, — кряхтя, поясняет старший Хо, подталкивая лодку сильнее. — Какой ужас… — Поэтому мы стараемся бороться с этим и помогать людям. — Но в мифах о вас говорят совершенно другое, — сердце Минги начинает потихоньку открываться и становится доступным для Юнхо, — что сирены — вестники зла, приманивающие моряков своим певческим голосом, дабы утопить их в пучинах моря и забрать их сердце. — Мы знаем. Только вот люди многого не знают, — чуть пропыхтел Чон. — Это мы уже поняли, — вздохнул Хонджун. Почему-то хотелось верить этим существам, они будто направляли их действия и мысли в нужное направление. Минги наверное тоже так думает.       Со временем путь в пещере раздвоился — дорогу сирены выбрали правую. Направляя туда лодку, им изрядно пришлось попотеть. За то плывут в верном направлении. Оно отличалось от старого местонахождения — было шире и светлее, а ещё через время появился берег. — Мы уже близко.       Приплыли. Перед глазами путников появилась дверь. Вскоре они высадились, сирены выплыли на берег и рыбьи хвосты тут же исчезли, а заместо них появились человеческие ноги. — Отворите дверь. Мы на месте.       Недоумевающие пираты, в особенности Хонджун, посмотрели на сирен, как на грёбаных единорогов и всё-таки открыли дверь. Дверь в сказочное место. — Дверь в страну чудес.       Моряки даже ахнуть не успели, как Юнхо и Чонхо впихнули их в эту дверь. Увиденное чуть ли не заставило их упасть в обморок: это место было огромных по площади размеров, а яркий свет пробивал глаза моряков. Цветы разных сортов и видов, даже тех видов, которых путники и не знали, окружали всё это место, только небольшое лазурное озеро вносило в себя разнообразие. Неужели это рай? — Как же это красиво… — завороженно прошептал Минги. — Не то слово, — поддакнул Ким, потирая глаза, словно не веря в происходящее. — Пойдёмте. Нам туда, — скомандовал старший Хо, указав пальцем на озеро. — Кгрхм. Может вы прикроете свои голые задницы уже наконец, а то как-то непривычно видеть… — взгляд капитана неприлично гулял где-то внизу, и казалось бы он совсем не смущался. — Пф, раз вы у нас в гостях, то нет. Это вы давайте-ка раздевайтесь. Обычаи у нас тут такие, — усмехнулся Чонхо. С этого момента Хонджун заткнулся, больше не затрагивая столь щепетильную тему. — Мы так и не узнали имён друг друга, — заполнил неловкое молчание Юнхо, тайком идя за Минги. — Я Чон Юнхо. — Сон Минги. — Чхве Чонхо. — Ким Хонджун.       До водоёма они дошли быстро. Вокруг него стояли подобия на домики, или даже можно сказать хижины. На бережке озера резвились голые детишки, мешая совершенно нагим женщинам расчёсывать свои длинные волосы. Мужчин можно было встретить редко. Это и настораживало. Но в то же время было совершенно мирно и спокойно. Как в раю. Как в утопии. — Чонхо! — к красноволосому подбежал юноша миловидной внешности со светлыми волосами и англельскими очертаниями лица. Чонхо счастливо улыбнулся и раскрыл руки для предстоящих объятий. И наконец, две половинки сердечка соединились. — Я так волновался! Думал ты не вернёшься… — Ёсан-и, но я же вернулся! — Ты так долго пропадал… А кто это стоит рядом с Юнхо? Кстати Юнхо, привет. — Привет Ёсан. Это наши новые друзья — Ким Хонджун и Сон Минги. — Приятно познакомиться, Ёсан, — представился юноша и вежливо пожал руки новоприбывшим. — На них напали дикие? — Да. Мы сюда пришли за помощью, чтобы вы вывели нас отсюда наружу, — объяснил Хонджун. — Ох, тогда вам нужно наведаться к нашему принцу. — Принцу? — Да. — В таком случае… Вы же не причините нам вреда? А что я спрашиваю. Минги, — обратился Ким. — Давай ты отдохнёшь, а я сам схожу и разберусь, а то ты еле на ногах стоишь. Хорошо? — В таком случае я отведу его на место отдыха, А Чонхо с Ёсаном покажут тебе место, — поддержал Чон капитана в этой мысли. — Но капитан… — Не бойся, — Юнхо приобнял уже совсем никакого юнгу, настолько он устал, даже смущаться перестал от вида голого парня. С ног валился, бедненький. — Я тебя не обижу. И твоего капитана тоже здесь никто не обидит. Всё будет хорошо. — Ладно, давайте расходиться, — скомандовал в привычной манере Чхве и в обнимку с Ёсаном отправился показывать Хонджуну пристанище принца. Минги и Юнхо неторопливо пошли в сторону самодельных гамаков, находившихся возле озера.