Scorpio & Raven

— Ян! — Блэк стоял под фонарём, который зажёгся над ним как по волшебству. Вздрогнув, Ян медленно обернулся, боясь, что сейчас видение растворится и он снова останется в одиночестве и пустоте. Артур почти не изменился — так показалось вначале. Но сделав к нему несколько шагов, Ян разглядел и появившиеся морщинки, и синяки под глазами, и первую седину в волосах. — Ты опоздал на выставку. — Я надеялся на индивидуальный показ. — Ты… мне нужно ехать, Артур, дети ждут. Ребята, в свою очередь, прилипли к стеклу и с интересом рассматривали неожиданного визитёра. Ян погрозил им пальцем, но в ответ они только замахали руками, иди, мол, мы подождём. Ян снова обернулся к Блэку. Ему отчаянно хотелось забыть о всех преградах, что стояли между ними, но он не мог бросить детей, пусть те и были уже подростками. Он за них отвечал и дорожил этим. — У меня всё ещё работает старый мобильник с одним-единственным контактом в нём, — предложил он. — Напиши, если захочешь поговорить. Мне действительно пора, Арт. И махнув рукой, Ян развернулся назад к автобусу. Блэку хотелось кинуться к Яну, остановить его, но на глазах у детей устраивать драму было ни к чему. Глянув в окно автобуса и заметив несколько свободных мест, он молниеносно принял решение и перед самым закрытием дверей влетел на подножку. — Я решил вас проводить. Вам ведь положена охрана полиции, так что я здесь. — Ничего себе, а вы какой полицейский? — А почему не в форме? — А жетон покажете? — А наручники есть? Блэк выставил руки вперёд и рассмеялся, обескураженный потоком вопросов. Ян стоял в проходе и улыбался ему, а водитель тем временем тронулся в путь. — Тише, тише. Он с нами на всю ночь, если не сбежит раньше от ваших вопросов, — попытался Клейтон угомонить ребят. — Это Артур Блэк, старший инспектор Скотленд-Ярда. И да, у него есть жетон, наручники и даже пистолет. Кто попросит показать последний — месяц будет за всеми мыть кисточки. И не нужно стенать, садитесь, мы уже едем, между прочим. Блэк с удивлением и уважением наблюдал, как ребята послушно расселись по местам. Ян был у них в авторитете, это чувствовалось. Потом Клейтон поманил его на задние сиденья и они дошли до них вместе под жадными взглядами. — Никогда бы не подумал, что ты станешь учителем. — Почему? Рисовать — это не квантовая физика, вот её я бы не смог преподавать. — Обучать детей гораздо сложнее, я когда-то дружил с парнем, работавшим с трудными подростками, мы вместе учились. — И больше не дружите? — Его застрелили за двадцать баксов на дозу. Не хочу об этом, Ян, давай о тебе. Как ты. Я… — Блэк вздохнул, но всё же сказал это: — Очень скучал. — Почему же не написал? — Думал, ты этого не хочешь, ты уехал, ничего мне не сказав. — А ты ушёл. — Да уж, прошлое лучше не вспоминать. — Но нам придётся это сделать, если мы хотим быть искренними друг с другом. И… — Ян запнулся и дёрнул рукав рубашки. — Я не мог больше жить там. Всё напоминало о тебе, это ранило так сильно, что я просто сбежал. Трусость, конечно, но тогда это было единственное, что пришло в голову. Блэк сжал холодные пальцы горячей ладонью, успокаивая и согревая. Ему очень хотелось рассказать о своих мыслях, но в автобусе было слишком много ушей. По большей части несовершеннолетних. Поэтому Артур просто притянул Яна к себе и поцеловал в висок, не встретив сопротивления, а когда художник уснул, не двигался всю дорогу, дав возможность выспаться. Начальнику была отправлена эсэмэска с просьбой о заслуженном отгуле, и когда автобус остановился в каком-то маленьком городке, название которого Артур пропустил, задремав, Блэк осторожно растолкал Яна. — Мы приехали. Если ты не против — я бы зашёл к тебе. — Конечно, сейчас только отмечу всех, отпущу водителя и поедем ко мне. Машина за углом припаркована. Ян стряхнул с себя остатки сна и развил бурную деятельность, помогая переносить картины в помещение, отдавая ребят родителям и опекунам, затем заполнил необходимые для отчётности бумаги и со спокойной душой запер студию. Артур помогал чем мог, стараясь забирать самое тяжёлое. Когда же они сели в машину, он не удержался от замечания: — Такое ощущение, что ты не спал все эти три года. Выглядишь не очень. — Вот спасибо, так приятно получить от тебя комплимент, — съязвил Ян, поворачивая ключ в замке зажигания. — Я серьёзно, ты хоть отдыхаешь? — Иногда, — пожал он плечами в ответ и вырулил на дорогу. — У меня нет семьи, детей, кошки какой-нибудь, я живу ради всего этого. До его дома было рукой подать и через пять минут они уже входили в небольшой, уютный домик в стиле Тюдоров. Артур больше не стал комментировать состояние Яна. Хамить ему не хотелось, но как подойти к волнующему вопросу, Блэк не знал. Зайдя в дом, он осмотрелся и решил исправить неловкость. — Здесь красиво. Мне нравится, как ты расписал стены, не сразу ясно, что это не дорогой интерьер на заказ. — Это дорогой интерьер на заказ, сделанный своими руками. Артур, а ты как жил? — Ты уже знаешь, что я теперь старший инспектор. Работал на износ, улучшил раскрываемость, отношений не заводил. Ян сглотнул. Стараясь унять нервозность, пошёл на кухню, чтобы включить чайник, и начал накрывать на стол. — Ты всегда был уравновешенным и целеустремлённым, Арт. А вот я не стал художником с мировым именем, хотя было приятно узнать, что в Лондоне меня помнят. И да, в отличие от тебя, я пытался завести отношения. Чашка со звоном опустилась на стол, а Ян облизал губы. Было страшно, но он не хотел больше лжи между ними. — Ну, я что-то не вижу здесь толпы детей или чужих вещей, так что не всё так плохо. — Артур невесело усмехнулся. — Ты бы хотел вернуться к нашим отношениям или для тебя эта страница перевёрнута? — Вернуться не хотел бы, но попробовать что-то новое, если ты предлагаешь, я не против. Блэк подошёл ближе, снова взял холодные руки в свои и заглянул в глаза напротив. — Было глупо с моей стороны утверждать, что между нами выросла непреодолимая стена. Она разрушилась, стоило только увидеть пустую студию и понять, что тебя больше не будет рядом. — Почему же не искал? — Потому что боялся. Сначала самого себя, потом узнать, что у тебя кто-то есть и вы счастливы… Словно в насмешку раздался громкий стук в дверь и мужской бас с улицы: — Ян, я знаю, что ты дома, твоя тачка стоит у порога. Открывай, мелкий засранец, есть разговор. Ян почувствовал, как заботливые руки сильно сжали его пальцы, и ойкнул. — Кто это? — жёстко спросил Блэк. — Тот, с кем я должен был быть счастлив, но он оказался мудаком. В дверь продолжали долбить, и кажется ногами. — Вы расстались? — Артур решил задать последний вопрос перед тем, как перейти к действиям, и, получив в ответ кивок, решительно пошёл к двери, распахивая её. На пороге оказался крепкий и высокий мужчина, как раз занёсший ногу для очередного удара в дверь. Поприветствовал он Блэка, как полагается подобным личностям: — А ты, блядь, кто такой? Новый ёбырь Яна? Он мне бабок должен. — Мэтт, сто раз тебе говорил, свои бабки ты сам промотал на кокс, я с тобой на игле не сидел. Уйди по-хорошему. Тот, кого назвали Мэттом, хотел было ввалиться в дом и добраться до Яна, но был остановлен хорошо поставленным хуком справа и отлетел на дорожку перед домом. Артур вышел, остановив Яна взглядом, и закрыл за собой дверь. Тот остался в доме, нервно кусая губы и заламывая пальцы. С Мэттом он связался будучи в серьёзном запое и первое время казалось, что тот вполне ничего мужик. До тех пор пока не начал распускать руки. Ян дал отпор и выставил его, благо ни чувств, ни привязанности не было. Но Мэтт постоянно пытался вернуться под любым предлогом. Про деньги тоже постоянно упоминал, путая Яна с кем-то другим. Не самые лучшие воспоминания в его жизни, но какие есть. Если Артуру не захочется мараться об него, он поймёт. Когда Блэк не вернулся спустя десять минут, Ян выглянул в окно. Ни Артура, ни Мэтта не было видно. Когда же раздался звук сирены, Ян не выдержал и выбежал из дома, обнаружив искомых чуть поодаль — Блэк как раз помогал затолкать скрученного в бараний рог Мэтта в патрульную машину. — И не забудьте зафиксировать агрессию по отношению к мистеру Клейтону, так будет легче получить судебный запрет. Проводив коллег, Артур развернулся к взволнованно переминающемуся с ноги на ногу Яну и поманил его к себе. — Есть ещё кто-то, кто причиняет тебе беспокойство? — Эм, — Ян взъерошил волосы и сжал их, пытаясь дышать ровнее. — Так никто, про остальное я бы не хотел говорить. Я не стал наркоманом, у меня нет приводов и вообще я чист перед законом за исключением того, что Хейли знает, что я Скорпион. Ян выпалил это всё на одном дыхании и постарался держать себя в руках. Получалось так себе. Три года он пытался вырвать из сердца чувства к этому человеку и не гнушался никакими способами, но как это объяснить теперь и не выглядеть шлюхой? Артур нахмурился, поняв о чём говорит Ян, догадавшись по тому, как у него забегали глаза. — К врачу сходишь, проверишься, как раньше договаривались. Я тоже, всё по-честному. Что до Хейли — да, он знает и, судя по всему, симпатизирует вашим протестам. Я не стану докладывать о его симпатиях, он о моих, всё тоже вполне разумно и честно. Ты планируешь жить здесь или вернёшься? — Господи, чувствую себя как на допросе, идём в дом, я замёрз. — И Ян практически сбежал от ответов, пытаясь собраться и перестать нервничать. Блэк говорил о разумных вещах, но решать вопросы здесь и сейчас, когда Ян даже не понимал, любит ли Артур его, было сложно. В доме уже вскипел чайник и Ян с удовольствием разлил кипяток по чашкам. — Садись, — кивнул он на стул Артуру и сел сам. — Я планировал сотрудничать с лондонскими организациями отсюда, но проще будет находиться там и держать руку на пульсе. Однако для начала мне нужно пристроить ребят и нанять в школу нового учителя. Мы оба изменились за эти годы, и мне кажется, что та стена, о которой ты говоришь, могла вырасти ещё больше. Я с самого начала совершаю одну ошибку за другой. Артур постарался подавить раздражение, отобрал у суетящегося Яна кружку и заварочный чайник, взяв его руки в свои. — Я жалею о том, что всё получилось так глупо, и готов попробовать снова. Но я точно так же сомневаюсь и опасаюсь последствий, мы оба живые и неидеальные люди. Просто ответь мне на один главный вопрос: тебе нужны отношения со мной? Что ты чувствуешь ко мне сейчас, когда прошло так много времени? Ян не выдержал, перебрался к Артуру на колени и припал к губам, пытаясь через поцелуй выразить всё, что чувствовал. Блэк обнял его, прижал к себе и пылко ответил, сметая три года разлуки своей страстью. — Все эти годы я очень неудачно пытался перестать тебя любить. И не преуспел. — В этом мы не преуспели вместе, Ян. А теперь я предлагаю попытаться любить друг друга и больше не отказываться от того, что подарила нам судьба. Ян обнял Артура за шею и прижался к нему, впервые за долгое время чувствуя себя спокойным и счастливым. В ванную пошли вместе, точнее, Блэк подхватил Яна на руки и под его же руководством отнёс туда. Раздел, сам разделся, и они залезли в небольшую душевую, целуясь и касаясь друг друга, подгоняемые жаждой снова ощутить родное тепло. Артур нежно омывал исхудавшее тело Клейтона, а тот плавился от заботы и желания кричать дурным голосом. Счастье заполняло его с головы до пят и он отчаянно пытался не сойти с ума. — В этой кабинке даже минет не сделаешь, — с некоторым раздражением отметил Артур, намыливая Яну член и подныривая рукой под яйца. — Ужасно узкая. Предлагаю тебе сразу ко мне переехать, у меня ванная комната больше. — Хорошо, — не возражал Ян, поскуливая от удовольствия. Воодушевленный согласием Яна, Артур обхватил член любовника и принялся намыливать с особой интенсивностью, быстро добившись результата. — Скучал по тебе. По твоему запаху, голосу, стонам. Тяжело дыша, Блэк всё-таки пытался себя контролировать, быстро двигая рукой по члену Яна и уткнувшись лбом ему в плечо. Но когда тонкие пальцы художника обхватили его достоинство, всё же не выдержал и застонал. — Я сходил с ума, зная, что больше никогда не увижу тебя, не смогу прикоснуться, отдаться тебе. Сейчас это кажется сном, и я хочу, чтобы он не заканчивался, — Ян плавно двигал рукой и признавался в своих страхах. Как часто ему снились сны, что он встречает Арта на улице или приходит к нему домой, но оказывается не нужен, является нежеланным гостем. И Артур прогоняет его, говорит, что любить такого преступника — это замарать честь мундира. После таких снов было тяжело и гадко, и он искал способ избавиться от горечи, но делал себе только хуже, словно наказывая. Накрыв губы Яна поцелуем, Артур прервал поток его признаний: они обязательно поговорят после, когда переедут, будут разбирать вещи Яна и решать, где лучше сделать студию. Возможно, Артур отдаст под неё весь первый этаж, а наверху они сделают спальню и гостевую. Когда живешь с художником и не любишь гостей — это лучший вариант. А пока между ними были только ласки, страсть и любовь, которая не закончилась и не пропала за то время, что они с Яном находились слишком далеко друг от друга.