Toy

- И где, интересно, носит мелкого брата Мадары? - Раздался в общем галдеже столовой вопрос, который Тобирама, сидя за столом и ковыряя палочками кацудон, расслышал весьма четко, - Давно его не видели. - Мада говорил, что он заболел, бедняжка, и его отправили в санаторий куда-то на остров, - голос Хаширамы поблизости вывел альфу из состояния транса и он краем глаза глянул в сторону разговаривающих старшеклассников. Те сидели в кругу за одним из столов и Хаширама, сидящий в позе "батя в здании", казался не таким уж и размазнёй, каким привык его видеть младший брат, - Конечно, такой хрупкий организм, ему в Токио сложно. А там и воздух чище, и природа... Тобирама хотел было хмыкнуть и погромче заявить, что этот "организм" лучше переселить на какую-нибудь отдельную планету, но силой воли остановил своё желание. Всё-таки было к лучшему, что теперь никто не шастал за ним хвостиком и не оставлял везде свои дурацкие любовные письма и тупые подарки. Стало поспокойнее. Вот уже целых три недели не видеть длинные патлы Учихи - счастье просто! Альфа ухмыльнулся и увидел, как к нему подходит Киоко в сопровождении двух других девиц с параллели. Пятница, как раз можно будет развлечься после школы сразу с тремя. Тобирама был уверен, что никто даже со старших классов не мог сравниться с ним по количеству сексуальных подвигов. В его-то неполных шестнадцать иметь значительный послужной список, состоящий из порядка двадцати имён - не всякий взрослый сможет таким похвастаться! Тем временем Хаширама, увидев зашедшего в столовую Мадару, быстро встал с места и подошёл к лучшему другу, чувствуя в душе каждый раз маленький и яркий огонёк счастья, когда видел его строгое, но не лишенное изящества лицо. Ох, как же он любил его - никто не знал. Да, все видели, какое у него к нему отношение, и, конечно же, сплетничали за спинами, но никто и понятия не имел, насколько дорог для него был старший сын Таджимы. Того самого Таджимы, который дрался со школьной скамьи с его собственным отцом, а теперь соревновался в "кто круче" на рынке финансов. И как же, Ками сама, ему было плевать на эту дуракую, многовековую вражду! Кто-то когда-то убил кого-то из одного клана, потом месть, потом месть на совершенную месть... Головы летели на поле боя, друзья становились врагами, а смысл? Лично сам Хаширама не видел никакого смысла в этой бесполезной войне, пусть и теперь больше информационной. Он желал во что бы то ни стало положить этому конец, и Мадара, его лучик света, был с ним согласен. Изуна, его младший братишка, тоже не выказывал отрицания, проявляя к Тобираме самые светлые чувства, которые тот, будучи чурбаном, попросту не замечал. Правда, был один раз, когда Хаширама попытался воззвать к совести своего брата, сказав ему хотя бы попытаться пообщаться с младшим Учиха, но всё без толку - капризный отото лишь скривился и поспешил поскорее сбежать от нравоучений аники. Что ж, ему же хуже. Изуна был прекраснейшим омегой из знакомых Хашираме, и, если бы не Мадара и его к нему безусловная любовь, он бы точно стал бы ухаживать за младшеньким. - Мада, где ты пропадал все эти дни? - Сенджу беспокойно схватил ладонь любимого, на что Мадара резко убрал руку за спину и помотал головой, - Ах, извини... Учиха не любил, когда другой альфа лез к нему с прикосновениями на людях. - Так всё же? Я места себе не находил! Ты же обычно хотя бы трубку берешь... - Они вышли из столовой и пошли вдоль длинного, полупустого коридора, - Тебя в школе не было три дня. Я очень волновался. Пытался звонить твоему отцу... - Только этого не хватало. - Мадара был явно не в настроении, под глазами расцвели синяки от недосыпа, губы то и дело поджимались от недовольства, - Хаширама, я говорил тебе не звонить отцу? Говорил же?! - Ну прости-прости, - Сенджу аж весь поник, ладони сложились вместе в молебном жесте, - Всё равно же не вышло! Он не отвечает. Но я так за тебя переживал, трубки никто не берёт, дома тебя тоже не было... - Хм. - Только и выдал Мадара, качая головой. - Я просто ездил по семейным делам кое-куда. Нужно было. Не станет же он, в самом деле, говорить ему, что типичный подбор таблеток-подавителей стал неэффективен в этот цикл и что его все эти три дня кидало то в жар, то в холод от дикого и неумолимого желания, нереализованного и от этого вызывающего жуткую боль? Никто, кроме брата, не был в курсе, что он, Мадара Учиха, преемник своего отца, будущий глава клана - омега. Неполноценный, дефектный омега, который только год назад узнал о своей сущности, в летней поездке в горы. Его тогда сильно прихватило, ведь слишком поздние - а он был именно таким - омеги всегда испытывали в два раза более интенсивные ощущения от цикла. И хуже им было так же в несколько раз. Спасибо богам, что рядом с ним был Изуна и не было отца. Брат имел с собой пачку омежьих таблеток, от которых Мадара хотя бы мог адекватно воспринимать действительность. Еще тогда он понял, что говорить отцу об этом он не станет, ведь и сам знал, как сильно тот расстроится и ещё больше ополчится против всего мира. И против Сенджу, конечно. Этого он точно допустить не мог. Таджима растил его, как альфу, вкладывал в него знания, спал и видел, как тот займет его место, будет таким же сильным и влиятельным, как и он. А в текущей реальности это было практически нереально. Мадара понимал, что вряд ли сможет всю жизнь скрывать это, но у него были кое-какие идеи. Он знал, что где-то - пока ещё толком не знал, где - делают подпольные операции по смене вторичного пола, где химией уничтожаются главные признаки омег, а гормональный фон как-то изменяется с помощью сильнодействующих веществ. Он был готов на это, но нужно было подождать окончания учёбы. А сейчас ему надо было подобрать другие препараты - к брату с таким вопросом не обратишься, он далеко, а в аптеке потребуют справку от врача. Тяжелые думы отразились на его лице, отчего Хаширама ещё больше занервничал, чувствуя мельчайшие перемены в настроении близкого человека. А сам Мадара не мог, никак не мог признаться ему, что его гложет. Ведь тот так был уверен в том, что он альфа... И его явно ничего не смущало. Наоборот, он окружал его непомерной заботой и вниманием и всем своим существом показывал, как именно относится к нему. Многие за глаза называли Хашираму извращенцем, раз его так тянет к альфе. Мадара, увы, был с этим абсолютно согласен, пусть его так же сильно тянуло к Сенджу. Но если у него хотя бы были тому физиологические причины, то каковы же были у Хаширамы? Нет, у него определенно были весьма специфические вкусы. Сам Мадара совсем не напоминал себе омегу. По-крайней мере, в типичном для всех представлении. Высокий рост - пусть и на шесть сантиметров(измеряли на физкультуре в начале года) ниже старшего Сенджу, но зато выше любого другого омеги, что он знал, широкие плечи, хорошо развитая мускулатура - правда, этому поспособствовали годы тренировок и секция единоборств, где он успел пару раз сломать себе нос, отбить костяшки пальцев раз двести, набрать миллион ссадин и ушибов и даже выбить два раза локтевой сустав. Да и лицо далеко не самое привлекательное, если говорить об омежьих стандартах красоты. В сравнении с собственным младшим братом, субтильным, с симпатичным личиком, Мадара был по всем внешним признакам стопроцентным альфа-самцом и поэтому ни у кого не возникало ни единого сомнения в его половой принадлежности. Это было и к лучшему. Оставалось лишь найти таблетки до наступления следующей течки, что должна была нагрянуть через три месяца. Те препараты, что у него имелись, справлялись с естественным запахом в обычные дни, но в периоды цикла были теперь, словно слону дробина. Учиха списывал это на неожиданно усилившийся запах Хаширамы, который был для него, будто наркотик. Тот будто бы тоже принимал подавители запаха, а тут вдруг перестал и на него так нахлынуло. Слава Ками, он был в это время дома. Уже вечером, распрощавшись с другом, он позвонил Изуне на Хоккайдо и они проболтали весь вечер. Подробно расспросив про санаторий, он узнал, что там, цитата, "хорошо, но тоскливо", "нашёл себе компанию" - вот последнее заинтересовало Мадару особенно, поскольку он знал, как тихому и скромному Изуне сложно давались межличностные отношения. У того за всю пятнадцатилетнюю жизнь было едва ли не два друга, один из которых пару лет назад переехал на другой континент с семьей, а другой был не меньшей тихоней, утыкаясь в книгу или в свои колени каждый раз, когда видел брата старшего друга. Решив для себя, что потом обязательно разузнает поподробнее о той самой "компании", он попрощался с братом, пожелав ему спокойной ночи, и лёг на кровать, закрывая глаза. В голове вновь возник образ Хаширамы, который, довольно урча, зарывался носом в его волосы и мурлыкал что-то о том, "как вкусно пахнет Дара-сан". Ужас, не иначе, учитывая подавители и спец. спрей, имитирующий запах альфы. Там такое конкретное амбре, что сомневаться в неадекватности восприятия Хаширамой действительности не приходилось. "Точно извращенец", - подумал вновь, засыпая, Учиха, укладываясь на правый бок. И снился он ему всю ночь.