Останься. [Stay]

«И если ты попросишь меня, я останусь,Я останусь...Я никогда больше не уйду...»

С того дня, как Стив обещал Баки остаться, он сдержал свое слово. Он перебрался в Бирнин Зана и отсюда контролировал миссии Мстителей на Востоке, теперь живя в этой части земного шара, и постепенно привыкал с жизни со своим омегой и их малышом. Вскоре после переезда Стива, они обменялись метками, и Баки с гордостью демонстрировал свою, в течение многих месяцев делая низкий хвост и открывая шею. Стив же вновь отпустил бороду, и реакция Баки не заставила себя ждать, передаваясь довольством и удовлетворенностью по их связи, заставляя Стива периодически ни с того ни с сего краснеть. Спустя некоторое время их квартира пополнилась новыми фотографиями, развешенными по стенам в рамках, на которых были запечатлены они трое, путешествующие по миру и Ваканде и наслаждающиеся своей счастливой совместной жизнью, которой, как Стив и Баки обещали друг другу еще в далеком прошлом, она и будет. Однако в их семье за эти несколько лет появились не только запечатленные на фотографиях радостные воспоминания, но также и новые члены семьи. После своего второго дня рождения Лукас стал старшим братом. Хусельва Гален Роджерс-Барнс — его младший братишка — был не похож ни на него, ни на Стива, а стал словно точной копией папочки, с темными волосами на макушке и серыми, пасмурными глазами. Лукас несколько недель не мог привыкнуть к появлению кого-то еще в их небольшой семье, но прошло некоторое время, и он превратился в персонального защитника своего младшего братишки. То же случилось, когда родилась их сестра Букельва Сара, но на этот раз двухгодовалый Гален заступил на пост ее защитника. Она пошла в своего второго отца — светловолосая малышка с голубыми глазами, но теперь вместо синего и зеленого одеялец, которые получил от брата Гален, она спала под пастельно-розовыми или сине-сиреневыми. Только после рождения третьего ребенка Стив с Баки все-таки решили переехать в дом побольше, расположенный в пригороде столицы, и недолгим после их семья встречала уже четвертого ребенка. В этот раз они усыновили парнишку по имени Джахид Сэмюэль, который был рожден в Демократической Республике Конго в тот же день, что и их драгоценный Лукас, но, к сожалению, в совершенно других условиях. Команда Баки спасла его из лап вооруженной группировки, которая тренировала детей для войны, и оказалось, что он стал единственным выжившим, благодаря вакцине, полученной им еще в раннем детстве. Разузнав, что родителей мальчишки уже нет в живых, Баки посоветовался со Стивом, как тот отнесется к идее его усыновления, и ответ был, конечно же, положительным. Они провели пару встреч, чтобы посмотреть, будет ли мальчик чувствовать себя со своей будущей семьей комфортно. Вскоре, когда Баки еще носил под сердцем Сару, бумаги были подписаны, и едва малышке исполнилось несколько недель, Джахид, наконец, поселился в их доме. Получив поддержку своих вакандских друзей, Стив с Баки узнали, как заботиться о курчавых волосах Джахида, как лучше обучить мальчика его культуре и помочь привыкнуть к обычной детской жизни, в которой играют не боевыми пистолетами, а игрушками. К счастью для родителей, сыновья мгновенно приняли его к себе, и, словно это было у детей Роджерс-Барнс в крови, Джахид всем сердцем привязался к малышке Саре, и, таким образом, за свою едва начавшуюся жизнь она нашла себе уже третьего телохранителя. Растить четверых детей — двоих четырехгодовалых мальчишек, одного двухлетку и совсем крошечную, шестимесячную малышку, — было жутко сложно, поэтому, решив взять небольшой отдых, Стив увез Баки в романтическое путешествие. Они провели несколько дней на островах Теркс и Кайкос, расслабляясь, плавая и отсыпаясь, не забывая обсуждать детей и, конечно же, от души отрываясь, занимаясь жарким сексом. Затем они отправились в Париж — одно из их любимых туристических местечек. Во время их последней ночи в городе света, после прогулки по мосту Александра III, где на заднем плане сияла огнями Эйфелева башня, Стив встал перед Баки на колено. «— Будешь ли ты со мной до конца? Ты выйдешь за меня, Бак?». Баки стоял перед ним, со слезами на глаза и широченной улыбкой, и, не думая, ответил долгожданное «да!», а затем нежно поцеловал своего будущего мужа, с восхищением рассматривая надетое на палец кольцо. Пока Стив с Баки уезжали отдыхать, присматривать за детьми в Ваканде вызвались Ванда и Сэм, которые, узнав о предложении, практически прыгали от счастья, поздравляя их обоих. Шури и Накия также не сдерживали слез счастья, заставив пока ничего не подозревающую Рамонду переживать о том, почему они ревут, но стоило только ей рассказать, как уже они трое завизжали от радости, обнимая друг друга. Т’Чалла отреагировал более сдержанно, поздравил и обнял их обоих, широко улыбаясь, когда Баки со Стивом рассказали о своей помолвке и только потом заметили за спиной у короля шмыгающую носом Окойе. «Я так рада за вас, парни. Самое время!», — сказала она и сжала их обоих в своих крепких объятьях. Они поженились в королевском саду, церемония вышла скромной только с участием ближайших друзей и детей пары, сидящих в первом ряду. Держась за руки, Стив и Баки оба проронили слезу — что было очень романтично и трогательно, — ведь они ждали этого момента всю жизнь. Не сдержали слез и гости их свадьбы, даже Сэм, Фьюри и Хэппи, и не важно, как упорно они пытались опровергать этот факт. Питер ликовал, наконец, увидев поцелуй суперсолдат, и долго и громко восторженно пищал, поэтому тете Мэй и Эм-Джей пришлось хорошенько шлепнуть его по ноге. Так как Лукас с Джахидом — Сэмми, как он предпочитал, чтобы его называли, — родились в один и тот же день, то и отмечали свой день рождения они вместе. Им исполнилось 6 лет в окружении своих школьных друзей, любимых дядюшек и тетушек, и, конечно же, любящих родителей. Неделей позже, когда ребята как раз играли во дворе с самым нормальным подарком, который удалось раздобыть Кэрол на просторах космоса, — с футбольным мячом — а Баки занимался своей работой за компьютером, он вдруг услышал быстрое тук тук тук внутри. Прислушавшись, он, улыбаясь и покусывая нижнюю губу, уткнулся лицом в ладони. Узнав об этом, Стив просто таки сошел с ума от радости, будучи невероятно счастливым, и загадал, чтобы у них появилась еще одна дочь. После их объявления уже о 5 ребенке, Сэм удивленно воскликнул: «Черт, парни! Мне что, стоит напомнить вам о том, что такое презервативы?», но держа на руках маленькую Сэлив Наталию, он мило ворковал с ней, умиленно улыбаясь. Белокурая малышка же, закутанная в желтое мягкое одеяло недоуменно всматривалась в своего дядюшку Сэма своими прекрасными серыми глазами. Если вы думаете, что пятерых детей им оказалось достаточно, то вы очень ошибаетесь. Они удочерили еще одну девочку сразу после второго дня рождения Нат. Они с 4-летним Галеном оказались одногодками, она была оставлена на попечение соседям ее матери, когда та умерла, и позаботиться о ней стало некому. Она оказалась прекрасной темнокожей девчушкой с зелеными глазами, и звали ее Фолами, а в семью Роджерс-Барнс она вошла как Фолами Пакс. Если говорить начистоту, то жизнь у Стива с Баки была довольно насыщенной и занятой, а также наполнена счастьем и драгоценными семейными моментами. Она была сложна, учитывая, что их семья теперь была довольно многочисленной, благодаря детям, которых они любили больше всего на свете и не могли представить своей жизни без них. Их жизнь была прекрасна потому, что они наблюдали за тем, как их дети растут и становятся чудесными маленькими членами общества, которые однажды обязательно сделают этот мир немного, но лучше. Для них не было ничего важнее их детей, которых Стив иногда в шутку называл их собственной волейбольной командой. Семья, их крепкие брачные узы, стабильность и нормальная жизнь — вот все, о чем они когда-либо мечтали, и им так повезло получить все это, и учитывая, чем они пожертвовали ради этого мира, они вполне заслужили этого счастья.

__ … __

Сегодня в доме Роджерс-Барнс праздновался день рождения уже четырехлетней Нат, дом был полон людей, но Стив вдруг поймал себя на мысли, что он словно уже был здесь. Он чувствовал, что это какое-то дежавю. Отпраздновать день рождения маленькой племянницы прибыли все члены команды Мстителей, включая обожаемых Нат тетей Кэрол и Небулы и, конечно же, таких же дядей — Сэма и Т’Чаллы. Благодаря тому, что в Ваканде весна оказалась невероятно теплой, сегодня на небе ярко сияло солнце и освещало украшенный по случаю празднования сад резиденции Роджерс-Барнс. Вокруг были развешаны шарики, стояли накрытые столы, повсюду были выделены площадки для разнообразных игр, и все это в красно-сине-золотом стиле Капитан Марвел, который выбрала Нат, да и сама она была одета в футболку и шорты, представляющих костюм ее любимого героя. Повсюду бегали дети, некоторые играли в футбол, другие же в прятки, а кто-то бесился в бассейне с шариками. Стивен проиграл спор Вонгу и теперь надувал шарики и делал из них разных зверюшек для детей, пока победитель спора снимал все это на камеру и смеялся вместе со Скоттом. Погода была просто великолепной, и взрослые расслаблялись, балуя себя вкусной едой и освежающими напитками, болтая и вспоминая прошлые сражения с улыбкой. Одной такой историей поделились Стражи, заставив всех собравшихся просто-таки ухохатываться со смеху, ведь она была о Торе с Квиллом, которые все никак не могли согласиться ни в чем друг с другом, создавая вокруг себя хаос, а Ракета, Брюс и Грут пытались помочь им, но в результате спасли ситуацию Небула и Гамора. Стив с Питером сейчас играли в футбол с детьми, то становясь судьями настоящего матча, то вратарями. Через пару минут к игре присоединились Сэм, Хэппи, Морган и Шури и пошло-поехало! Баки наблюдал за ними издалека, попивая свою охлажденную минеральную воду и болтая с Пеппер, Марией и Гаморой. Остальные взрослые забрались в бассейн с шариками и теперь строили в камеру глупые мордашки, делая селфи и бросая шарики друг в друга. Баки заметил, что Нат уже катается на плечах Т’Чаллы, счастливо улыбаясь и хохоча, явно наслаждаясь своим праздником. Когда бусины на его браслете Кимойо ожили, он извинился и зашел в дом. Дверь одной из комнат на первом этаже была полуприкрыта, и оттуда раздавались детские всхлипы. Баки поспешил внутрь и улыбнулся, посмотрев на самого младшего члена их семьи — малышку, лежащую в колыбели и слегка хныкающую, таким образом, зовущую своего папу. — Привет, красавица! Привет, моя милашка! — проворковал он, поднимая ее и держа на руках, — я знаю, знаю. Ты очень голодна. Ого, а оказывается тебя можно очень легко задобрить, да? — прошептал Баки, наблюдая, как она успокаивается, найдя его сосок. Выкормив грудью уже четверых детей, кто угодно мог бы решить, что Баки не находил в этом уже ничего нового и сейчас, но каждый раз для него был чем-то особенным и совсем не похожим на предыдущий. Так же и сейчас, кормя свою драгоценную Акону Ребекку и наблюдая, как она следит за ним своими голубыми глазами, слегка улыбаясь, он был как никогда счастлив. Для всех остальных она была похожа на прелестную картофелину, но для Баки она олицетворяла в себе его самого, имея темный пушок на макушке, но с глазами, как у Стива. Стив с Баки никогда не говорили, что «закрыли фабрику по производству детей», однако, все почему-то решили, что они так и сделали после того, как на свет появилась Нат. Поэтому новость об их пятой беременности стала для их друзей огромным сюрпризом, и в этот раз Сэм все-таки послал им огромную коробку презервативов, которую им пришлось прятать от детей. Но стоило ему вновь увидеть их малышку, как он из ворчащего дядюшки, превратился в сюсюкающего и глупо улыбающегося добряка. Дети же были невероятно рады новому члену семьи и, к счастью, пытались помогать родителям, не устаивая бардак и стараясь вести себя как можно тише, когда малышка спала. Как же Баки со Стивом обожали своих детей, конечно же, не только из-за их помощи, а потому, что они стали для них их самой большой гордостью и счастьем — осуществившейся мечтой. Баки выглянул из окна, наблюдая за вечеринкой и разговаривая с Беккс о том, что, как только она поест, им нужно будет спуститься вниз, чтобы спеть ее сестренке «с днем рождения». Он настолько сосредоточился на своей принцессе, что не заметил Стива, стоящего на пороге комнаты и смотрящего на них с улыбкой. Баки практически подпрыгнул, испугавшись, не ожидая увидеть его здесь. — Роджерс! Перестань так делать! Я еще не готов умереть от сердечного приступа — у меня есть семеро детей, о которых я должен позаботиться! — выдал тираду Баки, и Стив рассмеялся, заходя в комнату, и обнял того за талию. — Беккс, скажи папе, что он слишком остро реагирует, правда же, моя красавица? Да, папочка преувеличивает! — произнес он, подражая детскому голосу, смотря на дочку ласковым взглядом, поцеловал ее в мягкую щечку и улыбнулся в ответ на своего мужа. — Папочка совершенно серьезен! — усмехнулся тот, принимая поцелуй Стива. — Стив — ты сопляк! Перестань меня так пугать! — Прости, Бак, — повинился тот как можно искренне, — больше такого не повторится. — Будешь спать на диване, ты меня услышал? — они оба усмехнулись на его пустую угрозу и поцеловались. Беккс начала недовольно кряхтеть, перестав являться центром внимания, — Ох, детка! Тебе придется привыкнуть к тому, что я целую папулю. Мы будем делать это еще очень и очень много раз. — О, Господи, надеюсь, история с Галеном и Нат не повторится! — произнес Стив со страхом в голосе, вспоминая, насколько огорчались их малыши, если видели их целующимися или еще каким-либо образом проявляющими свою любовь. В 4-летнем возрасте Гален плакал, видя их вместе, и разделял их, обнимая Баки и никуда его не отпуская в течение нескольких часов, и то же самое происходило и с Нат, только теперь она держала Стива в заложниках до тех пор, пока не засыпала. Что касается сна, то и здесь у Стива и Баки были проблемы — малыши прибегали спать вместе с ними, чтобы они не могли прижиматься друг к другу. И так продолжалось около нескольких месяцев, пока они не прекратили эту свою привычку, и их родителям чертовски повезло, что происходило это с разницей в два года. Именно Лукас с Сэмми помогли им с Галеном, оставляли его с собой в комнате на ночевки и развлекали его, чтобы Баки со Стивом могли пойти спать в одиночестве. А с Нат им помогали Пакс и уже подросший Гален. Баки до сих пор помнил, как он нашел утирающего слезы умиления Стива, сидящего у двери в комнату Сэмми, где все их шестеро детей оставались на ночевку и сладко спали на матрасах, расстеленных на полу, закутанные в одеяла. Сегодня их ожидала ночь спокойного сна, где в кровати были лишь они двое. «Просто они настолько милые, такие чистые и очаровательные!» — пробормотал он, продолжая плакать, пока Баки обнимал его, улыбаясь и поглаживая по спине. «Да, они именно такие, детка… такие» — Я поверю тебе, Стив, но если еще раз напугаешь меня, то будь готов спать с ней на диване, — сказал Баки, похлопав его по плечу. Беккс как раз отцепилась от его груди, и он передал ее в руки папочке, чтобы тот справился с детской отрыжкой. Баки выбрал для малышки розовое платье, и в тот момент, когда они переодевали ее, кто-то снаружи закричал: — Ребята! Вы там? — это был голос Хоуп, и она, кажется, находилась где-то поблизости. — Мы здесь! — Нат собирается задуть свечи! — крикнула Мэй с первого этажа. — Мы сейчас спустимся! — ответил Стив, улыбаясь. Баки строил смешные мордашки их дочери, пока надевал ей на голову белый бантик, и Стив почувствовал себя просто-таки самым счастливым человеком на земле, благодаря своей дочке и любимому мужчине, который в течение восьми месяцев носил ее под сердцем. В саду на главном столе уже стоял праздничный пятиэтажный торт цветом в костюм Кэрол с именем Нат на нем и золотой свечой на вершине. Стоило Стиву с Беккс на руках спуститься вниз, как все женщины тут же подлетели к ним и заворковали вокруг малышки. Нат сидела с Небулой, которая держала ее на коленях за столом, улыбаясь ей, и играла, как будто сейчас уронит ее, от чего девочка звонко смеялась. Когда все собрались за столом, Небула пересадила ее на стул, пока Кэрол зажигала свечу, щёлкнув пальцем, из которого вырвалось небольшое пламя, и все собравшиеся запели «с днем рождения». Руки Стива были заняты Беккс, и он не мог хлопать, зато он старался петь громче всех для своего милого кексика, и от широкой улыбки у него уже начинали болеть щеки. В конце песни Сэм громко зааплодировал, крича поздравления, и Нат задула свечу. Баки оказался первым, кто крепко обнял ее и расцеловал в щечки, не сдерживая своей радости, говоря, как он ее любит со слезами счастья на глазах. Все ее братья и сестры собрались вокруг, обнимая ее, и Стив воспользовался этой возможностью, чтобы подойти к Баки и нежно стереть ладонью его слезы. Передав Беккс Баки и подняв Нат на руки, он подбрасывал ее вверх, как делал, когда она была еще совсем малышкой, вновь ощутив какое-то дежавю, но откинув эти мысли, он поцеловал и осторожно обнял свою дочурку. — Ну папуууууляяя, ты меня смущаешь! — Мне все равно, ты — мой маленький, милый кексик, и я очень, очень и очень сильно тебя люблю! — ответил он, продолжая чмокать ее в щечки, пока Нат звонко смеялась и пищала, а все ее родные вновь собрались вокруг, чтобы всей семьей ее обнять. — Семейный портрет! — воскликнул воодушевленно Сэм. Все члены семейства Роджерс-Барнс по команде Сэма тут же собрались вместе и улыбнулись в камеру, на которую их снимала Эм-Джей, уже в течение многих лет являющаяся специализированным фотографом команды, с радостью путешествующая по свету, чтобы запечатлеть подобные теплые семейные мгновения. Со дня рождения Нат всегда оставалось огромное количество фотографий, ведь на них всегда собиралось множество гостей, и, к счастью, в такие моменты, когда вокруг семья и друзья, было совсем не трудно улыбаться и смеяться. Как, например, однажды, когда дядя Локи превратился в папу Стива и указывал дяде Тору, как ему лучше делать фото на его собственный смартфон. За домом Стива и Баки располагался небольшой тропический лес, за которым они ухаживали и следили, чтобы там всегда было чисто, и обитающие в нем животные жили в своей естественной среде в безопасности, а дети могли играть там весной или летом, когда на улице было слишком жарко. Туда они сейчас и отправились, играя в прятки среди деревьев. Гален был водящим, и пока все остальные дети бежали подальше в лес, чтобы спрятаться, Нат карабкалась на дерево, думая, что так-то ее уж точно никто не найдет. — Эй! Нужна помощь? — поинтересовался Стив, вдруг оказавшись за ее спиной, заметив, что у нее никак не получалось забраться выше на тот ствол дерева, которое она выбрала, пока Нат держалась за ветку в метре от земли, не желая просто так сдаваться. — Да, папуля, пожалуйста! — согласилась она, не поворачиваясь, и стала ждать, пока он поможет ей подтянуться выше, подняв ее на плечи. — Хорошо. Что мне сделать? — Хммм, помоги мне встать тебе на плечи, как и всегда? — А, ну хорошо. Сейчас, — кивнул он, подошел ближе и слегка присел. Нат забралась на него, оттолкнулась и смогла вскарабкаться на верхушку за считанные секунды. — Спасибо папуль, Гален теперь ни за что меня не найдет! — Пожалуйста, Нат. — Можно я съем еще кусочек торта, если выиграю? А я обязательно выиграю! — она уже праздновала свою победу, но, посмотрев вниз, уже не смогла разглядеть Стива из-за листьев, когда тот отошел слегка в сторону. — Да, конечно можно. Съешь столько торта, сколько сможешь. — Пап, пожалуйста, иди. Гален тут же меня найдет, если увидит тебя здесь! — Не беспокойся, малышка. Я и так уже собирался уходить. Удачи с игрой! — пожелал он с улыбкой. Нат нахмурилась, услышав, как Стив ее назвал — она всегда была «кексиком», а не «малышкой». Хотя она не стала долго над этим раздумывать, быстро сосредоточившись на том, чтобы найти для себя удобное местечко на ветках, где ее бы не было видно, и не упасть при этом. В результате она и правда победила в игре, но только лишь потому, что остальные дети испугались, когда долго не могли ее найти, и попросили о помощи Ванду. Солнце потихоньку начало скрываться за горизонтом, и друзей Нат из детского сада начали постепенно забирать родители и няни, также как и ребят, с родителями которых Баки работал в Хатут Зеразе, и теперь во дворе семейства Роджерс-Барнс остались лишь самые близкие друзья. Столы составили вместе, где с одной стороны расселись дети, а с другой — взрослые, и как только за столом вновь разгорелись оживленные разговоры, и появилась еда, все собравшиеся просто потеряли счет времени, развлекаясь и с удовольствием обсуждая что-то интересное. Ровно в 11 вечера Баки со Стивом отнесли последние тарелки на кухню. Эм-Джей с Питером уже ушли, следом за ними отправились по домам Хэппи, Мэй и «Асгардцы Галактики» — Квилл просто ненавидел это их прозвище, которое придумал им Тор, но все же смирился с ним, — и остальные Мстители вместе с Фьюри, Марией и королевской четой Ваканды. Дети уже переоделись в удобные пижамки и расположились в просторной гостиной, решив посмотреть перед сном какой-нибудь фильм. Стив уселся на диван вместе с ними, пока Баки кормил Беккс наверху, и, не удержавшись, сфотографировал своих малышей, разместившихся на их огромном диване, смеющихся и спорящих о том, какой фильм выбрать. — Ну, всё, всё! Так что мы будем сегодня смотреть? — Девочки проголосовали за «Короля Льва»! — ответил Сэмми, передавая Стиву пульт. — О, а можно нам подпевать? Пожалуйста, папуля, можно нам будет подпевать? — начала упрашивать его Сара, сидящая рядом с ним с громадной миской с попкорном на коленях. — Не думаю, что получиться — ваша младшая сестренка скоро заснет, а мы же не хотим ее разбудить, так ведь? — произнес он, целуя ее в макушку. Пакс прошмыгнула к нему с другой стороны, и он притянул ее ближе к себе, обнимая за плечи, и чмокнул в кудрявую голову. Сэмми с Лукасом укрылись одним пледом, расположившись на углу у дивана, Гален клевал носом, почти уснув рядом с ними, а Нат с энтузиазмом ждала начала фильма, сидя слева. Свет в комнате был выключен, Стив выбрал фильм на Нетфликс и подтащил к себе плед, лежавший на спинке дивана, накинув его на колени себе и Пакс. Сара пересела к Нат, оставив миску с попкорном забытой на сидении, заставляя Стива в который раз умилиться ее заботе о сестре, когда та укрыла ее последним пледом, не забыв забраться под него самой. На моменте, когда зазвучала песня «Поскорее бы мне стать королем», все еще не успевшие уснуть ребята начали качать ногами мелодии в такт, а на лестнице послышались неторопливые шаги Баки. Стив улыбнулся, заметив у него на руках ничуть не сонную Бекс, и раскрыл для него свои объятия, поощряя сесть рядом к нему под бок. — Так и не смог уложить ее спать, и она решила показать себя сегодня на удивление капризной леди, — прошептал Баки, не мешая просмотру, уложил ее себе на грудь и поблагодарил Стива за то, что тот помог ему укрыться пледом. — Может звуки мультфильма смогут утихомирить ее, и она уснет, — предположил Стив и осторожно расцеловал ее в щечку. Малышка лишь тихо вздохнула и прикрыла глаза, растянув губы в слабой улыбке. — Я удивлен, что Нат удалось так легко уснуть, учитывая, сколько торта она умудрилась съесть. Думал, что ее точно стошнит. — Ага, и, кажется, это я виноват. Она рассказала мне, что это я сказал ей, что она может съесть столько торта, сколько в нее влезет, если выиграет в прятки. Но я такое не говорил. — Скорее всего, это был Локи. Убью его, если он еще раз такое провернет, — Стив покачал головой, рассмеявшись, а затем начал подпевать песне. «Пускай звенит и вертится земля, так будем славить Симбу-короля!» — тихо напел Баки. — «Так радуйтесь и пойте все кругом», — подключился Сэмми. — «Поскорее бы мне стать королем!», — пропели Лукас и Сара. К ним присоединились Баки и Сэмми под приглушенный смех Пакс, уткнувшейся Стиву в грудь. Она была скромнягой и подпевала только песням из мультфильма «Холодное сердце» и лишь тогда, когда Стив одевался в костюм Анны, чтобы она сама могла быть Эльзой. Когда они впервые ими переоделись, Баки успел заснять все это на камеру и опубликовать фото и видео в своем Инстаграме, и они практически взорвали Интернет. К концу фильма Стив оказался последним неспящим. Симба как раз поднимался на Скалу Предков, когда Стив, осторожно поддерживая Беккс за спину, потянулся к пульту и вышел из аккаунта Нетфликс, оставляя документальный фильм о дикой природе включенным на заднем фоне. Погладив Баки по голове, которой тот лежал у него на плече, Стив попытался разбудить его. — Детка, малыши уснули. Я пойду, унесу их в свои комнаты, — прошептал он, предприняв попытку подняться, но Баки лишь сильнее обнял его за талию, недовольно простонав. — Нет, останься здесь, — пробурчал он, не открывая глаз, и перекинул через бедро Стива свою ногу, — останься. Так уютно. Стив кивнул, хотя и понимал, что Баки его не видит, и со всей любовью поцеловал его в лоб, шепча с уверенностью в ответ: — Конечно, Бак, я никогда больше не уйду.