Отвечай за того, кого приручил

      Сережа никогда не оставался один. Спал он, ел липкую кашу (в которой ложка стоит) или гулял, его всегда окружало не меньше 15 таких же худощавых голодных детей в поношенной одежде. Кто-то жил в детском доме годами, кого-то после долгой болезни увозили на скорой и никогда уже не возвращали в ненавистные кирпичные стены. Изредка большеглазых маленьких девочек брали в семью, но в 2 случаях из пяти всю в синяках возвращали назад.       Он никогда не оставался один, но был чудовищно одинок.       Мальчик не помнил на матери, ни отца. Дни в детском доме тянулись медленно, но, несмотря на это, он точно не мог сказать, как давно живет здесь. Может даже с рождения?        Сережа много плакал и хлюпал носом, когда его ругала воспитательница, дрожал и заикался, когда били дети (эта особенность осталась с ним на долгие годы), а били часто. Он с самого детства выделялся среди серой массы беспризорников, был удивительно смышленым любопытным мальчиком, и при других обстоятельствах был бы гордостью родителей и лучшим другой каждого ребенка во дворе…. Но в детдоме не было ни любящих мамы и папы, ни веселых детишек. Любого, кто выделялся, люто ненавидели.       Стоило воспитателю похвалить идеально выполненное задание мальчика, как он уже знал — сегодня будет избит в туалете о мерзко серую кафельную плитку или во дворе за сараем.       Даже нежные цветы, вырастая на ядовитой почве, отращивают шипы. Каждый день он мечтал выбраться из ненавистной «семьи», хоть немного побыть одному, пожить по своим правилам, а не драить туалеты по несколько раз в неделю вместо противных сверстников. Сережа научился быть тихим и незаметным, лгать и льстить. Он не мог открыто противостоять детям и жестоко наказывал их в своем воображении.       Последней каплей стала собака. К 8 годам Сережа уже был побит жизнью (и не только), но сохранил привязанность и жалость к животным.       В детском доме он не мог позволить себе завести собаку, поэтому большей частью своих ужинов прикармливал пса, жившего на берегу озера. К воде Сережа приходил, чтобы как можно дольше не попадаться на глаза хулиганью (считавшему его грушей для битья) и воспитателям (которые могли дать детям повод лишить его сна, выставив на ночь из общей спальни в коридор, где гуляет сквозняк).       В очередной раз Сережа принес собаке пару обглоданных костей и ломтик чёрствого хлеба. Он взобрался на перевернутую деревянную лодку с пробитым днищем, которая была брошена в нескольких метрах от воды, и принялся за рисунок. Удивительно, как бумага не рвалась под штрихами черного и красного карандашей.       Погрузившись в себя, он не слышал ни криков: «Вон этот рыжий», ни шелеста ног в траве, а потом по песку. Пес оторвался от долгожданной еды, приподнял голову и заметил трех мальчиков.       Местные собаки боялись людей, помня о жестянках, которые дети привязывают к хвосту и сигаретах, потушенных о шерсть.       Увидев в руках у пухлого ребенка палку, дворняжка заскулила и бросилась бежать. Похоже, убегающая жертва показалась беспризорникам интереснее. Все трое, выкрикивая ругательства, бросились по кромке воды, нагоняя тощую шавку.       Никому не было дела до заброшенного пляжа, поэтому по нему были разбросаны доски, стекла, старые рыболовные сети и прочий мусор. В одну из таких ловушек, убегая, угодило единственное дорогое для Сережи существо.       Казалось, маленький рыжий мальчик выглядел абсолютно спокойно, но тетрадь и карандаши разлетелись по песку, глаза горели.       Дети наконец нагнали жалко скулящую собаку. Они и сами не осознавали, что заходят слишком далеко. Мальчик с противным писклявым голосом завывавал и хихикал как гиена, второй достал зажигалку, а тот, что повыше поднял увесистый булыжник с земли и уже был готов прикончить жертву.       -Не трогайте собаку!       Сироты уже забыли о Серёже, в которого они запустили палкой пробегая мимо лодки, которого искали с самого утра, чтобы позадирать за… Да ни за что, просто в шутку. До этого Сережа никогда не повышал голос, не позволял себе даже заговаривать с ними, хотя провел среди детдомовцев всю жизнь. Злость, годами копившаяся в душе была готова вырваться наружу и мальчик отчаянно крикнул еще раз:       -Не трогайте собаку!

***

      Так сильно его еще никогда не били, синяки, царапины, кажется, даже несколько ребер были сломаны. Волосы растрепаны, он был весь в грязи и….копоти??? В воздухе воняло гарью и чем-то ещё — невыносимый запах.       Сережа поморщился и со стоном приподнялся. Он навзничь лежал на песке у воды. На небе только зажглись первые звезды, но над крышей детского дома (а точнее сарая за ним) разлилось зарево пожара и валил столб дыма.       Сережа так и не вспомнил, почему оказался на улице после отбоя и почему спешно бросился к озеру, занырнув прямо в одежде, вскрикнув от того, насколько вода была холодной.       Но он точно знал, что с этого дня в ответе за собаку, которая послушно ждала его на берегу, которой он отдавал каждый свой следующий ужин и свободную минуту.