Трое

***

      Глухое темное небо задрожало и мягкой рябью из-за высоких пиков гор заалел подступающий рассвет, обещающий своими набирающими силами красками жаркий и душный день.       Трое друзей, измученный и обессиленных, сидели на полу полуразрушенного жилица, с трудом осознавая произошедшее между ними. Первой в себя пришла Сян Лин. Она неловко выпуталась из крепких объятий Син Цю, что так мило пытался укрыть её собою от всех бед, и неловко поднялась на ноги.        — Мне нужно ополоснуться...       Чун Юнь оторопело натянул на тело свою одежду, не с первого раза попадая в рукав укороченного ханьфу, но он быстро подобирает одежду девушки, отброшенную в сторону в порыве чувств, протянул Сян Лин. Если ей нужно сполоснуться, то после ей нужно одеться и...       Девушка крепко сжала концы накинутого на тело одеяла смотря в протянутые руки молодого человека и неохотно взяла свою одежду, будто боялась, что демон вновь овладет Чун Юнь и он накинется на неё.        — П-Позволь помочь тебе! — Предложил в каком-то отчаянье Чун Юнь, кинувшийся следом за Сян Лин. И замер, посмотрев в серое, осунувшееся за одну ночь лицо девушки и не в силах вынести этот безразлично-опустошенный взгляд в ответ, опустил глаза, поняв глупость своего предложения.       Он уже достаточно «помог». Из-за его слабости они оказались в этом положении!        — П-прости… Прошу, прости меня…        — Не стоит, — чуть помедлив выдавливает смутный ответ Сян Лин, смотря на опущенную голову друга, и поджав губы, не в силах сказать ничего более, продолжает свой путь, осторожно перебирая ногами. Она идет не оборачиваясь, всеми силами стараясь держать себя в руках. Ей уже не больно там, просто осталось ужасное чувство дискомфорта, не дающее шагать ей ровно и уверенно.        Чун Юнь лишь крем глаза посмотрел ей в след, на ее маленькую тоненькую фигурку обернутую в одеяло Син Цю. Зажмурил глаза, сжал кулаки в бессильной злости на самого себя.       Все произошедшее здесь, сегодня ночью, его и только его вина! Не стоило просить о помощи, не стоило соглашаться на её предложение! Не стоило идти в этот лес за хиличурлами и оставаться в этом доме переночевать… Как же он мог!...       Она, добрая, милая, забавная девушка, лишилась девственности в его руках, не по своей воле.        — Эй, Чун Юнь, — с боку его толкает обеспокоенный Син Цю, встряхивая его за плечо. — Сейчас Сян Лин должна побыть одна, прийти в себя после произошедшего… Дай ей время.        — Я… Я все испортил, Син Цю, — судорожно глотая воздух, признается Чун Юнь. Слова застревают в его горле тяжелым комом. — Я… Я снова все уничтожил… Этими руками… Это… Я… Я истинная погибель для всех кто мне дорог!       Син Цю нахмурился от самоубийственных слов друга. В эти слова была вложенная слишком большая горечь и боль: смерть любимой матушки и произошедшее сегодня с любимой девушкой… Осознание собственных чувств и совершенных дел сводили юношу с ума.        — Никто не знал насколько поселившийся в этих горах демон ужасен и подл! — процедил Син Цю, не в силах более держать себя в руках. Его так же одолевала это злость и ненависть к самому себе и к тому что произошло. Он более не видел смысла сдерживать свои эмоции рвущиеся наружу.       Они слишком юны для подобного! Они оказались не подготовлены, не осведомлены и слишком, чертовски глупо наивны в своем желании помочь искоренить зло… И он, в желании помочь им стать парой, подвел их троих к краю бездны! Ведь это он выдумал демона на перевале Линдзю... Но демон оказался правдой!...        — Здесь вина только этого демона! И он наконец-то убит! Убит и больше никогда и никому не придется переживать этот ужас и кошмар через который прошли мы! — голос Син Цю дрожит от напряжения, сжимая в пальцах плечо друга.       Чун Юнь кивает головой, соглашаясь со словами друга, стеклянными глазами смотря на угол где таился демон, разрушенный тремя лезвиями его последнего, самого сильного удара.        — Ты прав, Син Цю. Демон мертв и он больше никогда не сделает больно Сян Лин... - Решительно добавил Чун Юнь и более горько про себя: - "Так же, как и я..."

***

       Сян Лин долго смотрела в застывшее отражение на водной глади. Её собственное лицо казалось каким-то иным и чужеродным, отталкивающе пугающим. Внутри неё поднялась волна ужаса и отвращения, напоминая о произошедшем: »… или иди к нам…»       Теплые пары рук.       Два горячих дыхания.       Неумолимый напор, там внизу, приносящий с собой примесь боли и наслаждения.       Сян Лин в бессильной злости ударила рукой по собственному отражению, всплеснув кристально чистую воду. Не вспоминать. Не думать. Не чувствовать! Ей необходимо просто ополоснуть своё испачканное тело, смыть пот, слезы, кровь и семя… Сян Лин поджала губы и решительно опустилась в прохладную, почти ледяную воду. Холод принял её в свои колючие объятьях, с легкостью выжав воздух из легких.        - Что... Что же я скажу отцу? - всхлипнула Сян Лин, - Как мне теперь смотреть в глаза друзьям?... Как мне жить дальше?...       Но все её вопросы остались без ответа. Поплакав, Сян Лин слегка успокоилась.        - Ничего... Просто, буду жить дальше, словно ничего и не случилось!       И Сян Лин кажется поверила своим же словам. Она старательно оттерла с бедер следы крови и белой засохшей жидкости и обсушившись одеялом, натянула на себя свою обычную одежду.

***