Дети — цветы жизни

У Се Ляня, кроме Хуа Чэна, было ещё два друга: Фэн Синь и Му Цин. Фэн Синь часто хмурил брови, а Му Цин постоянно закатывал глаза. Эти двое не могли спокойно сидеть на одном месте, если находились рядом. И нет, они не ненавидели друг друга. Просто их дружба заключалась в вечных драках и перепалках. Самой любимой игрой детей было воображаемое сражение между двумя генералами. Му Цин хватал первую попавшуюся палку двумя руками, называя ее своим мечом. Фэн Синь доставал игрушечный бластер. — Эй, у генералов не бывает бластеров! — закатывая глаза, возмущался Му Цин. — Бывают! — кричал Фэн Синь, ещё крепче сжимая игрушку. — Нет, не бывают! Никакой ты не генерал! Ты… Ты этот, как его… Инопланетянин! — Сам такой! — мальчик направил на друга бластер. — Бдыщ! Бдыщ! Бух!.. Все падай, я тебя убил! — А я мечом защитился! Вжух-вжух-вжух! Вот теперь падай, я тебя ранил! — Не-ет, у меня волшебная броня! Я же генерал Наньян! — Это я настоящий генерал! А ты не генера-ал, ты с бластером! — А ты с метлой!.. — Ах ты!.. — Му Цин неистово размахивал палкой. — Вжух! Вжух! Вжух! Все, ты без головы!.. Се Лянь, старавшийся всех всегда помирить, в какой-то момент махнул на Фэн Синя и Му Цина рукой. Но все же, надо отдать должное, Се Лянь научился хотя бы ненадолго успокаивать своих неугомонных друзей, отвлекая их от драк игрой в цепочку слов.

***

Как только в группу пришел Хуа Чэн, Се Лянь стал проводить с ним больше времени, чем со старыми друзьями. Фэн Синь злился на Хуа Чэна, тайком подсыпая ему в еду соль и перец. Му Цин перепрятывал его вещи. Но Хуа Чэн, казалось, совсем не обращал внимания на их проделки, что злило детей ещё больше. Двум генералам пришлось объединиться перед общим врагом и заключить между собой перемирие. Временное. Во время прогулки из старых досок на заднем дворе они соорудили штаб, в котором планировали спасение Се Ляня от вредного Хуа Чэна. — Не поверишь! — воскликнул Му Цин, стукнувшись головой о низкий потолок секретного убежища. Потерев макушку, он продолжил: — Я когда вещи Хуа Чэна прятал, нашел у него целый альбом рисунков! — И что тут такого? Он ведь часто рисует, — недоуменно спросил Фэн Синь, щёлкая бластером. — Там целый альбом рисунков и на каждом Се Лянь! Представляешь? Он следит за ним! Он с ним что-то хочет сделать, как думаешь? — Значит так, — рассердившись, предложил Фэн Синь. — Ты отвлекаешь Хуа Чэна, а я тихо и незаметно прячу Се Ляня в нашем штабе! Впервые Му Цин не спорил с другом.

***

— Эй, Хуа Чэн! — позвал Му Цин одиноко гуляющего мальчика. — Тебя Хэ Сюань зовёт в песочницу играть! — Не хочу, — огрызнулся тот, — я жду гэгэ! — Эх, ну почему ты называешь Се Ляня гэгэ? — Му Цин вздохнул, закатив глаза. — Вы же не родственники! — И что? Он же старше меня, имею право! — Ну хочется тебе: зови его шигэ или шисюн… — Отстань! Тебе какое дело?! — Хуа Чэн нахмурился и достал из-за спины игрушечную саблю. — Ладно-ладно!.. Что мне передать Хэ Сюаню? — Что мне не до него!.. Постой, ты знаешь, где гэгэ? — Хм-м… — Му Цин понял, что это его последний шанс отвлечь Хуа Чэна, — кажется, я видел его около дверей садика… Да, точно, именно там! Хуа Чэн, убрав саблю, недоверчиво глянул на Му Цина, но все же пошел в сторону здания. В это время Фэн Синь уже увел Се Ляня в убежище под предлогом нового места для игр. Му Цин кое-как забрался в штаб, где втроём уже было тесновато. — Ох, Му Цин, ты тоже здесь! — шепотом воскликнул Се Лянь. — Почему вы раньше не сказали мне, что здесь такой классный домик? — Это не домик, это — штаб! — обиженно фыркнул Му Цин — Мы его, между прочим, два дня делали! — Ага, — кивнул Фэн Синь, — без единого гвоздя! — в доказательство он похлопал по деревянной стенке — та жалостливо скрипнула. — Эй, ты! Сейчас сломаешь тут все! — Осторожнее, Фэн Синь! — предупредил Се Лянь. — Знаете, я подумал: может, Хуа Чэну тоже рассказать про это место? — Нет! Это же тайна! — подскочили Му Цин и Фэн Синь. Последний ударился головой о хлипкую крышу из треснувшего шифера, и та с грохотом обвалилась, придавив собой троих детей. — Фэн Синь! Ну как так то?! — завопил Му Цин, закатив глаза. — А я тебе говорил, что эта стенка сломается! Нет, ты все равно притащил эти гнилые доски! — А где я тебе целые возьму?! Раз такой умный, то сам бы и искал!.. — Сань Лан! — увидев идущего к ним Хуа Чэна, Се Лянь радостным криком прервал их спор. — Мы здесь! Помоги нам, пожалуйста! Хуа Чэн подбежал к обрушившейся постройке и с лёгкостью вытащил Се Ляня. — Кхм-кхм, может, ты и нам поможешь? — недовольно спросил Му Цин. — Зачем? — хитро улыбнулся Хуа Чэн. — Во-первых, вы похитили гэгэ. Во-вторых, ты меня обманул. В-третьих, из-за ваших глупостей гэгэ мог пострадать. В-четвертых… — Сань Лан, хватит, — смутившись, попросил Се Лянь. — Давай их вытащим. — Гэгэ, ну давай оставим их там! Они такие вредные! — Нет, им надо помочь. — Эх… — расстроенно вздохнул Хуа Чэн, но в ту же секунду развернулся к Фэн Синю и Му Цину, смерив их убийственным взглядом. — Ещё раз так сделаете, — в его руке грозно засверкала игрушечная сабля. — Мы поняли. Вытащи нас. — согласились дети. Хуа Чэн без особых усилий поднял придавивший их кусок крыши. — Лучше не попадайтесь мне! Отойдя на другой конец участка Фэн Синь спросил у Му Цина, почему он так быстро согласился с Хуа Чэном. — Настоящий генерал должен быть милосердным! — торжественно произнес он. — Мне стало жалко этого дурачка — очевидно же, что я с лёгкостью его победю!.. побежу!.. эм-м… в общем, ты понял. — Да, я тоже поэтому согласился! С дураками связываться себе дороже! — кивнул Фэн Синь.