Пушистая сволочь

— Да стой же ты, Саске! — грозно прикрикнул глава семейства. — Сыночек, подожди! — обеспокоенно пролепетала мать. — Может, помочь им? — задумчиво спросил Кисаме, наблюдая за тем, как два взрослых человека гоняются по всему дому за одним неугомонным котёнком. — Оставь их, — усмехнулся Итачи, погладив свой уже немаленький живот. — Лучше принеси мне яблочко. — Саске, милый мой, вылезай оттуда, — упрашивала Микото, пытаясь пролезть под шкаф, под который и забился чёрный комок. — Саске, негодник, не заставляй меня принимать меры! — уже шипел отец, просовывая руку под этот же шкаф. Котенок показал язык и от души царапнул руку папани. — Нет, подожди, Кисаме, не надо яблочко. Хочу креветок. Жареных креветок, да. — Может, сразу в ресторан? — улыбнулся Хошикаге. — Нет, хочу здесь. — Ну, Саске, ну, пожалуйста, — уже буквально молила мать жалобным голосом, — иди к мамочке. — Чего ты с ним сюсюкаешься? Он меня поцарапал, гаденыш! — возмущался Фугаку, дуя на пораненный палец. — Заткнись, — шикнула его супруга. — Ты делу вообще не помогаешь. — Нет, стой, Кисаме. Не надо креветок, я передумал. Знаешь, говорят, китайцы акул едят. Хочу акулье мясо. Кисаме подавился воздухом, а после выдавил сиплое: — Чего? — Мы с малышом хотим акулье мясо, — миленько похлопал ресничками старший сын Учих, а его муженёк так и остался стоять с открытым ртом, не в силах что-то сказать. — Саске, мальчик мой, вылезай. Тебя мамочка за ушком почешет, — стоя на карачках перед шкафом, пел уже отец. Чёрный комок презрительно фыркнул и пару раз дернул хвостом. — А, хочешь, тебя братик за ушком почешет? Почешет ведь, да, Итачи? — пошла козырем Микото, мило улыбнувшись. — Кисаме, — пощёлкав перед лицом мужа, протянул Итачи. — Кисаме, ты как? Живой? — Итачи, скажи «да»! — послышался крик матери. — Подожди, мам! — в ответ крикнул он. — Очнись, Кисаме. Как же ребёнок без отца расти будет? — Просто скажи «да», Итачи! — Да! — Вот видишь, Саске, братик согласен. Вылезай, мой хороший. Котенок подозрительно оглядел руки матери и всё же выполз. Фугаку тут же схватил младшего сынка, который, поняв, что его обманули, стал орать грозное «мяу» во всё горло. — Каждый раз ведётся, — покачал головой Итачи, смотря на брата, которого закутали в одеяло словно в пеленку, чтобы не царапался. — А что с Кисаме? — удивлённо спросила женщина, присаживаясь на диван вместе с пеленованым котом. — Ай, долгая история. Лучше скажите, что мы теперь с Саске будем делать. — Что-что? Силком отдадим, — хмыкнул глава семейства. Котенок тут же с новой силой забился, пытаясь выпутаться. — Фугаку! — рявкнула мать. — Что? Я ведь правду сказал. — О боже… — устало вздохнула Микото. — Поговори с Саске, сынок. Может, тебя он послушает. — И зачем было истерику устраивать? — вскинул бровь старший. — Я не собираюсь выходить за этого… Как его? Ну… этого… — Намиказе. — Ну вот! За него я и не хочу выходить! — А за кого хочешь? — Ни за кого! — Да ладно тебе, Саске, он хороший парень. Лучшего жениха тебе не найти. — Но я не хочу так! Хочу по любви! — Да какая разница, любовь или нет? Он при бабле, а нашему отцу это выгодно. Ты омега, Саске, — у тебя нет прав. — Ну ты же по любви вышел! Почему я не могу?! — Мне просто повезло, — пожал плечами Итачи и переместил ладонь на живот. — Не будь Кисаме обеспечен, мне бы тоже не разрешили выйти за него. Саске страдальчески простонал и упал на постель, жалея самого себя. Ну, не хотел он себе никакого мужа. Ну вот, вообще никак. Ему только-только стукнуло восемнадцать, и родители тут же захотели «пристроить его в хорошие руки». Ещё неизвестно было, кем окажется этот Намиказе. Саске вообще пугала эта неизвестность. Знал он о женихе немногое, потому что и знать, на самом-то деле, ничего не хотел. Вроде как, тот уже старый и богатый. Пожалуй, этим все знания и ограничивались. Он посматривал на муженька брата и становилось только хуже. Если Итачи достался этот монстр, то ему кто? Сам Люцифер из преисподней? Конечно, к Кисаме уже привыкли, но, господи, эта акула всё равно выбивалась из общей массы. Помнится, когда Итачи привёл его знакомиться в родительский дом, мать упала в обморок, а он настолько испугался, что тут же дал деру, перекинувшись в кошачью форму. Самое страшное началось потом, когда с чердака, куда он и забрался, его пытался вытащить никто иной, как Кисаме. В общем, воспоминания были не ахти. Кисаме не хотели принимать в семью и спасло положение только то, что Кисаме оказался несметно богат. Поэтому Итачи, гад, жил себе счастливо. Вон, даже залетел. Носит под сердцем хрен пойми кого: то ли кошачьего, то ли акулу, то ли мутанта какого-нибудь. Зато счастлив. А он… — Не грусти, а то стручок не будет расти. Хотя у тебя ведь и так скоро его не будет… — задумчиво протянул Итачи. — Ч-чего? — А ты не знал? У всех омег в первую брачную ночь член отваливается. — Ты врешь, брат, — настороженно прошептал Саске, вытаращив огромные черные глаза. — А ты у мамы спроси, есть у неё член или нет. — И у тебя отвалился? — Да. Но, ты же знаешь, у Кисаме их два было, поэтому один он мне отдал. Саске показательно скривился. Да, он знал. Это была его самая серьёзная детская травма. Помнится, его брат с мужем остались в родительском доме, а он проснулся посреди ночи, потому что захотел в туалет… Лучше б в кровати обоссался, ей-богу. Кто ж знал, что эти двое решат устроить брачные игры прямо в ванной? Вот и он не знал. После того как он, будучи ещё подростком, в деталях рассмотрел два члена у этой акулы и старшего брата, который с явным удовольствием их облизывал, откачивали его ещё дня два… Страшная история, страшная… Он старался этого больше не вспоминать. — И… и что я буду без члена делать? — вдруг испуганно протараторил Саске. — А что ты сделаешь? Как мама будешь, — прыснул со смеху старший брат. — Ну, судьба у тебя такая, Саске, ничего не поделаешь. Ты же у нас абортыш — у тебя всё наперекосяк. — А-абортыш? — Так ты и этого не знал? Ой, Саске, как много от тебя скрывали… — картинно покачал головой Итачи. — Ч-что ты такое говоришь? — Мать, когда узнала, что тобой беременна, так сразу аборт и сделала, а ты выжил. Ей стало жалко второй раз ребёнка убивать, поэтому и оставили тебя. — Н-нет же, так же… не может быть… — Стал бы я тебе врать? Так всё и было. — Н-но… — Ты только посмотри, Саске. У нас вся семья — чёрные леопарды, а ты просто кот. Это потому что ты абортыш. Саске тихо всхлипнул, а после и вовсе разрыдался. Ну, всё, это был конец. Выход он видел только один: в окно. **** Мужчина устало плелся по длинному коридору. Из приоткрытой двери раздавались радостные крики его подчинённых. Наруто любил свой коллектив и его неутомимый энтузиазм, но за сегодня всего было много. Много, много, так много всего, что истощило его за день в полный ноль, что... — Босс! — крикнули несколько человек одновременно, как только он показался в дверном проёме. Дальше пошли неразборчивые оры, визги и вопли. Все двадцать коллег пытались что-то донести до него одновременно, но сил разобрать, что именно, больше не было. Наруто недовольно поморщился: — Стоп! Говори ты, — указав на первого попавшегося, произнёс он и принялся слушать. — Босс, мы Вам подарок решили сделать! — Нахрена? — Да там такое дело… Мы вообще чисто случайно увидели его на улице, а потом вспомнилось, что Вы такое любите, поэтому… Вот он. — Эт чё за хуйня? — нахмурился Наруто, пытаясь рассмотреть комок чёрного непонятно чего в коробке. — Ну, котенок. — И с чего вы взяли, что он мне хоть куда-то упал? — У Вас же уже был леопард и тоже чёрный. Вам, вроде, нравился. А этот… ну, почти леопард. Узумаки окинул взглядом подчинённых, пытаясь понять, шутят они или нет, но шуткой и не пахло. Они все видели. Видели, с чем связана его усталость на самом деле. И сделали всё, что могли. Наруто улыбнулся уголками губ и вздохнул ради приличия тяжко. — Ладно. Кот так кот. — Вы это только, босс, аккуратнее. Он бешеный немного. — Он ещё и бешеный. Супер, — уже нервно усмехнулся Наруто и взял кроху на руки. На него вылупилась пара чёрных как ночь глаз, явно оценивая. — На Итачи похож, — задумчиво протянул он, рассматривая животное. То мгновенно нахохлилось, тут же начав вырываться и шипеть. Наруто вскинул бровь и взял сие чудо за шкирку. Котенок всё продолжал недовольствовать, уже вися в воздухе. — Ты, малец, поспокойнее будь, а? И себе, и мне жизнь облегчишь. Ещё раз цапнешь — и я отдам тебя Итачи, раз уж ты чем-то на него похож. Дядя Итачи тебя жизни научит. Зверь подозрительно быстро смиренно повис, больше никоим образом не сопротивляясь. Он прищурился. — Босс, да Вы просто укротитель! — Ага. Давайте за работу поживее. Устроили тут цирк. И чтобы больше мне всяких шерстяных не таскали, ясно? — Есть! Узумаки покачал головой и, усадив черныша на свое плечо, поплелся в свой кабинет. — Ну и как тебя зовут-то? Молчишь? Ах, да, ты ж ещё маленький… Наверное, и перекидываться не умеешь. Ладно. Значит, будешь раменом. Котенок вновь зашипел, вонзая когти в его плечо. — Слушай, давай решим всё мирно: никакой крови. Не нравится рамен — назову тебя Акамару. У Кибы так шавку зовут. Когти вошли в кожу глубже. — Теме, сволочь ты такая! Харе, а? «Младший сын президента «Uchiha group» Учиха Саске пропал два дня назад», — известил женский голос из телека. — «Его поиски уже активно ведутся, но новостей пока нет» Комок на его плече вдруг замяукал, начиная бить его лапой по лицу, благо, когти предварительно убрал. — Чего? Понравился этот прилизанный типок? Таких, как он, стоит разок трахнуть да пожестче — и сразу нормальным человеком станет. Зверь презрительно фыркнул. — Вечно тебе всё не нравится. Как там его? Саске, да? Ну, раз он тебе так понравился, то и будешь Саске. Есть претензии? Никакого ответа он не получил, что вполне означало согласие. — Хорошо, Саске, жрать хочешь? Одно короткое «мяу» разъяснило всё. — Повезло, если Сакура-чан принесла чего-нибудь. Если нет, то есть только рамен. И опять ноль эмоций. — Ладно, сиди здесь, — запихнув пушистый комок себе под куртку, указал он. — На улице холодно, а мы домой пойдём. **** Наруто уже с минуту сидел, наблюдая за странной картиной. Его новоиспеченный сожитель сидел на столе и с большим аппетитом жевал помидорку. Чтобы коты ели томаты, он видел впервые. От рамена шерстяной категорически отказался, зато овощ лопал только так. Чёрные глаза вдруг остановились на нем, подозрительно сузившись. — Да не отберу я — ешь уже. Просто, знаешь, странный ты, поэтому и смотрю на тебя. И сам ты теме, не надо мне тут. Он представил котёнка, закатывающего глаза. В реальности, конечно, такого быть не могло... но на морде у Саске засело именно это выражение. Саске как-то странно хмыкнул, даже не фыркнул и вернулся к трапезе, с причмокиванием жуя помидорку. Наруто покачал головой из стороны в сторону. Чудиться начинало всякое... хоть часть его и была уверена, что малыш вовсе не звереныш. — Кстати, я так и не представился. Наруто Узумаки. Если Сакура-чан спросит, кто ты, скажи, что ты мой дальний родственник. Она не поверит, но, в случае чего, вали всю вину на меня. Шкурка у тебя красивая и, думаю, тебе ещё нужна. Ответа не последовало. — Услышал меня? Кот даже не соизволил по-нормальному мяукнуть. Короткое «мя», и шерстяной снова принялся за жрачку. — Мя, — передразнил он и показал животному язык. **** Наруто морщился от щекотного чувства уже минуту. Правда, что-то явно не собиралось уходить. — Да блять, — пробурчал мужчина, прикасаясь к своему носу, который, собственно говоря, и подвергался жестоким пыткам. Там обнаружилось ничто иное как маленькое мягонькое ушко, что вечно дергалось. Лениво приоткрыв глаза, он понял, что котяра беззастенчиво расположился у него на шее. — Саске, ей-богу, другого места не нашёл? Кот открыл глаза и поднялся, потягиваясь, зевая и всё ещё стоя на его шее, а после уставился на него. — Чего? Есть хочешь? И снова это «мя». — Ладно-ладно, пойдём. Наруто пересадил зверя на собственное плечо, встал с постели и поперся на кухню, усаживая того на стол и подвигая тарелку с томатами. — Дальше сам справишься. Отсалютовал комку шерсти, направился в душ. Привычки закрывать двери у него не было отродясь, так как жил он всю свою нелегкую один. Исключение составлял тот случай, когда ему пришлось месяц ютить у себя чужого и крайне характерного кошака, вернее леопарда, но сути как-то не меняло. Уж после этого месяца он начал ценить свое одиночество, которое раньше казалось ему совсем непривлекательным, как зеницу ока. Правда, теперь он снова был не один. И снова его привычки сыграли с ним злую шутку. Просто в какой-то момент боковое зрение ухватило чёрное пятно, сидящее напротив ванны. Он тут же обернулся. Саске вылизывался, беззастенчиво разглядывая его. — И что тебе тут надо? Ко мне хочешь? Я могу тебе устроить ванну, ты только попроси. Котенок недовольно фыркнул, но с места не сдвинулся. Он решил забить на это. Это же не Итачи, который припрется и стащит полотенце, пока он купается, так что бояться было нечего. Людей он не стеснялся, животных тем более, хотя всё же и подозревал, что этот Саске оборотень. Нагота его не смущала никоим образом. В чёрных глазах, неотрывно наблюдающих за ним, он заметил нескрываемый интерес. Господи, его разглядывал кот. В принципе, после Итачи это особо не удивляло. Саске, в сравнение со своей более старшей копией, был просто ангелом. Хотя трудно ещё было сказать наверняка. С Итачи можно было поговорить, повеселиться, совет там какой спросить. Итачи, опять же, хоть и был тем, кого вытерпеть сложно, но они решали все проблемы без крови. Саске молчаливая, жестокая и ублюдочная сволочь. И это он понял после одного дня с этим котёнком. С котёнком, бля-адь... Стоило посетить терапию?.. — Может, сбагрить тебя Кисаме… — задумчиво говорил он сам с собой, пока оборачивал вокруг бёдер полотенце. — Он же живёт с Итачи уж сколько лет и терпит этого припадочного. Значит, и тебя вытерпит, да, Саске? Когти, больно впившиеся в его ногу, а также недовольное шипение показали всю «радость» шерстяного от такого заявления. — Да понял я тебя, Саске! Понял уже! Если так и будешь вечно решать дела насилием, обрежу тебе коготочки с концами. Зверьё презрительно фыркнуло и с крайне гордым видом удалилось, не забывая вилять своей несильно пушистой задницей и размахивать маленьким облезлым треугольным хвостом во все стороны. — Пообижайся мне ещё тут, — пробурчал Наруто вслед коту, а после страдальчески простонал, закрывая лицо руками. Подчинённые были правы. И Сакура-чан тоже... Она уже несколько лет пыталась вытолкать его то в свет, на люди, то в тьму, к психологу. Наруто привык к одиночеству давно, но оно успело достичь крайней степени. С котом! Ему нравилось болтать с этим котом! **** Саске жил у него уже месяц. Иногда мелкий оставался дома, иногда напрашивался с ним на работу, а иногда они гуляли по парку, где котенок резво носился по траве и забирался на все видимые возвышенности. С каждым днем поначалу совсем неуловимый запах омеги от черныша креп и насыщался, невольно заставляя принюхиваться. И вообще Саске оказался не такой уж и сволочью. Саске был милым, но Саске был котом, а потому и вёл себя соответствующе. Саске был на редкость чистоплотным даже для кота. Его шерсть чуть ли не сияла, а на ощупь была мягкой и шелковистой. И у Саске были самые восхитительные ушки на свете! И самый восхитительный хвостик: такой маленький, тощенький и смешной! И лапки с розовенькими пухлыми подушечками, и такой же розовенький носик сердечком, и милые остренькие зубки, и шершавый язычок, который частенько лизал его лицо по утрам, и кругленький животик, постепенно появившийся с началом их совместного проживания! Наруто никак не уставал восхищаться маленькой животинкой, скрасившей его одинокую жизнь. Саске он откормил и был горд этим, хотя, как он подозревал, самому Саске его живот не нравился. Котенок был очень худым, если не вовсе больным, а сейчас хоть чуть-чуть поправился. Вспоминая Учих, чьё высокородное семейство кошачьих славилось на всю округу, он вспоминал и их фигуры: тонкие, гибкие, изящные, но всё равно кажущиеся болезненно-хрупкими. У котов, кажется, это считалось эталоном. Наверное, поэтому черныш и расстраивался. Хотя и Итачи, до замужества будучи крайне худым, после набрал вес и стал походить на человека. Спасибо Кисаме, который не смог закрыть глаза на эту худощавость. А они с Саске прикипели друг к другу. Саске будил его по утрам, не давая опоздать на работу. Саске внимательно слушал его, что бы он ни рассказывал. И Саске всё время был с ним, ластясь, ласкаясь, так очаровательно мурча. Саске любил, когда его гладили, с радостью подставлял свой нежный животик и обожал сидеть у него на плече или коленях. Конечно, поначалу котенок был очень осторожен и прикасаться к себе не давал вообще, но со временем потеплел. И, самое главное, потеплел он. Наруто не находил себе места. Этот малыш… Он ведь совсем ребёнок. Ребёнок, боже ты мой... И Наруто привязался к нему настолько, что отпустить уже не мог. А ведь Саске явно кто-то искал. Не мог ребёнок-оборотень просто так остаться на улице. Не мог. Даже если у Саске и не было родителей, то другие кошачьи всё равно взяли бы мелкого под защиту. Саске явно был чьим-то. И Саске явно придётся кому-то вернуть. Он порывался сделать это пару раз, но… не мог. И даже понимая, что ведёт себя эгоистично, всё равно хотел оставить Саске себе. Навсегда. Он видел, как малыш иногда смотрел в окно, и по этому взгляду всё было понятно. Саске скучал по кому-то. С одной стороны, Наруто был полной сволочью, которая лишает ребёнка семьи, но, с другой… Он не мог даже заставить себя. Просто не мог. Его лис, как бы страшно это ни звучало для него, признал котёнка парой. И страшно в этом было то, что он хотел мелкого. Хотел кота, матерь божья! Феромоны Саске щекотали ноздри и нервы, раззадоривая и прилично возбуждая. Будь Саске постарше… Ну, хоть просто совершеннолетним, но… Он боялся, что однажды сорвётся и просто изнасилует эту кроху. И Саске с воинственным шипением выгонял из его дома всех омег. И Саске, постоянно находясь рядом, прекрасно знал, куда, зачем и во сколько он идёт, а потому, когда он хотел уже хоть кого-то трахнуть, опять шипел, истерил, цеплялся за него и больно царапал с явной обидой, засевшей в глубине тёмных омутов. И ему было стыдно за это, и он чувствовал себя виноватым перед своим котёнком, и он даже извинялся, и он ходил неудовлетворенным и взвинченным. И была ещё одна проблема. У него намечалась свадьба… **** — Не отвлекаю? — поинтересовался Узумаки, как только трубку на том конце подняли. — О, Наруто, привет. Как твоя нелёгкая? — задорно произнёс Кисаме, его давний товарищ. — Отвлекаешь, — спокойно известил знакомый ровный голос на заднем фоне. — Прости, друг, но мне как раз таки и нужен твой омега, которого я сейчас очень отвлекаю. — И что же случилось? — Аппарат явно передали, потому что голос Итачи стал звучать отчетливей. — Или ты насчёт Саске звонишь? Если так, то, прошу простить, ты должен знать, что он пропал. — Видел-видел. Надеюсь, найдётся. — Меня раздражает твой безразличный тон. Мы говорим о твоём женихе, который пропал, Наруто. Это маленький неразумный омега. Хотя бы сделай вид, что тебя это волнует. — Ты знаешь, мне просто нужны хорошие наследники. Да и — чего скрывать? — он у тебя красавец. — Узумаки! — совсем по-кошачьи зашипел леопард. — Это мой младший брат, лис ты хренов! Я не позволю тебе отзываться о нем как о какой-то вещи! — Не горячись: в твоём положении нельзя волноваться. Я, кстати, за советом звоню. Приблудился тут ко мне кот, мелкий ещё, но жутко характерный. Ты спроси у ваших, не пропадали ли у них котята, ладно? Боюсь, что он потерялся. — Пришли фотографию. И, Наруто, ты неплохой человек — я знаю это — поэтому прекрати вести себя как последняя скотина. Омега сбросил вызов, а он так и остался сидеть с телефоном у уха. Итачи был прав: он разошёлся. Потому что… передумал. Глубоко внутри он уже знал, что брака с Учихой, как бы красив и чист ни был породистый омега, не будет. Просто потому что уже признал своим одного черныша… **** — Ну, подожди, Саске, мне нужно тебя сфотографировать. Стой ровно, иначе не видно будет. — Котенок беспорядочно вился вокруг его ног, ловко ускользая от камеры. — Тебе не нравятся фотографии или ты просто не хочешь, чтобы тебя кто-то узнал? Кот ощетинился, чёрный хвостик встал трубой, а после его обладатель мигом юркнул под кровать. — Прячешься, значит, от кого-то, да? — с интересом протянул Узумаки, заглядывая под кровать. — Ты ведь должен понимать, малыш, тебя ждут дома. Не знаю, почему ты так не хочешь к родным, но ты же по-любому их любишь, как и они тебя. Семья — важная штука. Черный комок недовольно махал хвостом, а когти скребли паркет, но Наруто явно видел в темных глазах то чувство тоски, что тянуло их хозяина к родне. — Не упрямься, Саске. Я же для тебя это делаю. Кошара завис на пару секунд, рассчитывая, как бы проскользнуть мимо альфы, и вскоре стрельнул в гостиную через открытую дверь. Саске на всех парах несся под диван. Шаги Наруто затихли в один момент, и это насторожило. До цели оставалось всего-ничего, но природное любопытство приказало обернуться, чтобы найти преследователя. Уши сами по себе прижались к макушке. Котенок издал задушенный писк и тут же плюхнулся на спину, прижимая к себе лапки и выставляя открытый животик. На него налетела туша, именно что туша. Лис, огромный девятихвостый лис размером минимум с тамбовского волка. А уж если сравнивать их размеры… Он был примерно с лапу этого зверья. Саске не был настолько уж идиотом, чтобы не узнать Наруто, но природа диктовала подчиняться; подчиняться и дрожать в страхе. Лис издал гортанный звук, а после стал обнюхивать его. Наруто выглядел угрожающе, но опасностью от него не веяло. Его лизнули, потом ещё раз, и только это заставило его двинуться, недовольно фыркнув. Он и сам принюхивался. От альфы шёл крепкий запах сильного самца. Омега внутри него ликовала, чего не скажешь о нем. Наруто хотел избавиться от него, и это было… больно. До этого Саске и не представлял, что можно так просто и быстро привязаться к человеку, но этот альфа был его. Он чувствовал Наруто, чувствовал его феромоны, и вся его сущность тянулась к тому. Однако это было только верхушкой айсберга. С Наруто было хорошо. Просто хорошо. С Наруто он чувствовал себя счастливым. И, естественно, он ревновал Наруто, так как полноправно считал своим. Но считал так, кажется, только он один. Узумаки не обращал на него внимание как на омегу. Он был забавным домашним питомцем, которого теперь ещё и хотели сбагрить. Конечно, Саске сам был виноват, что до сих пор так и не перекинулся в человеческую форму, но так было удобнее. Он мог беззастенчиво выпрашивать ласку и получать её в полной мере когда и где угодно. Он вообще мог требовать всё, что угодно. К тому же, личность он известная, а отзывы о нем у Наруто были не самые приятные. Ещё неизвестно, как тот вообще отреагирует, когда узнает, кто он такой. А Саске… Саске уже мечтал о будущем. Он планировал, что в один день расскажет всё Наруто и что тот возьмёт его в мужья. Наруто понравился бы его родне: сильный и богатый, к тому же любимый им. Что ещё нужно, чтобы получить оценку «хороший жених» от родителей? Наруто точно устроил бы их, если бы Наруто хотел стать его женихом. Но Наруто не хотел. Он ластился, он показывал свою симпатию, даже терся об альфу своими причиндалами. Но ничего не помогало. Наруто просто не хотел, и с этим сделать он ничего не мог. **** На следующий день Наруто проспал. Это стало… шоком. Ещё ни разу Саске не пропускал ни дня. Будил его и в будни, и в выходные в одно и тоже время, а сегодня… Саске не было. Саске всегда спал с ним, вернее на нем, прямо на шее. Так было всегда. Но не сегодня. Всё утро Наруто потратил на поиски котёнка, но квартира оказалась пуста, что напугало до чёртиков. Вчера они мирно всё решили и мелкий позволил-таки сфотографировать себя. Всё ведь было нормально… да? В голову закрались смутные воспоминания этой ночи, которые он ошибочно принял за сон. Кто-то целовал его, и он точно помнил это. Помнил эти мягкие, нежные губки, которые оставили несколько целомудренных поцелуев на его лице, пока он спал. Помнил. Только вот Саске не было. То фото, которое он скинул Итачи, так и осталось непрочитанным сообщением. Это раздражало. Именно сейчас, когда ему так нужно было знать, кем был его малыш и где тот сейчас, Итачи просто игнорировал его. К обеду, когда он уже поставил весь город на уши, Итачи, не бравший до этого трубку, позвонил сам. — Саске вернулся, — раздалось в трубке отнюдь не весёлым голосом, — и он сказал, что готов к свадьбе. — И почему так траурно? — Тебя это волновать не должно. — Итачи, я… передумал, — на выдохе произнёс Наруто. — Хочешь отказаться? — Хочу. — И почему? — Вчера я прислал тебе фотографию. Это и есть причина. Я знаю, что для тебя был важен этот брак, тем более что я сам его предложил, но… обстоятельства поменялись. На том конце на несколько секунд повисла тишина, а после раздался тяжёлый вздох. — Что-то случилось? — обеспокоеноо спросил он. Как бы то ни было, Итачи всё ещё являлся ему другом и сейчас Итачи явно был не в самом лучшем состоянии. — Ничего. Не переживай, я разберусь с твоим котёнком, — явно отмахнулся Учиха. — Что-то с блудным сыном? — Помимо того, что он вернулся таким, будто из него вытянули всю душу? Да, есть ещё одна проблема. Вторым претендентом на место жениха моего братишки является Орочимару. И, знаешь, я уже подумываю о том, чтобы увезти Саске туда, где его не достанут родители. — Они серьёзно хотят выдать его за этого старого извращенца? Прости, Итачи, я… — Успокойся, Наруто. На твоём месте я бы поступил точно так же. **** Возвращение Саске произошло… сумбурно. Мать рыдала, отец что-то гневно причитал, а Итачи, приехавший по такому поводу, задумчиво смотрел на него, всё больше хмурясь. Саске не хотел уже ничего. Он избавил Наруто от лишней мороки: сам ушёл. И считал, что поступил правильно. На брак согласился тоже без каких-либо претензий. Ему уже было без разницы, что с ним будет дальше. То счастье, которое он нашёл, было кратковременным, а лучше того самого «счастья» он уже не найдёт. Смысла упрямиться не осталось. Брак по любви ему так и так больше не светил. Саске заперся в своей комнате, перекинулся в кошачью форму и выходил оттуда только ночью, чтобы поесть и сходить в туалет. Его не тревожили, и это радовало. Большую часть дня он спал. Оказалось, что засыпать одному очень и очень тоскливо, а ещё неудобно. Он слишком привык спать на теплом и мягком теле, которое ещё и источает приятные феромоны. К большим и теплым ладоням у него тоже обнаружилась зависимость. За весь день его так никто и не коснулся, не погладил, не причесал шерстку, не почесал за ушком и не пожамкал животик… Саске всё больше понимал, как легко привыкнуть к хорошему. Он думал о Наруто, Наруто снился ему. Снилась эта улыбка и лучистый взгляд, эти самые руки и этот запах… Много чего снилось и, просыпаясь, Саске всё больше уходил в отчаяние. Где-то глубоко на задворках бушевала омега, требующая вернуться назад, к своему альфе, но он так не мог. Больше не мог. **** В одно утро, по прошествии двух дней с его возвращения, проснулся он в тепле. Глаза открывать совсем не хотелось. Остатки сна, так лелеемые им, всё ещё не отпускали. Иначе не было бы так тепло, иначе не было бы так мягко, иначе не чувствовал бы он эти феромоны, иначе не ощущал бы до боли нужную ласку, когда так нежно гладят его бок, почесывая шерстку на животе. Омега замурчал, переворачиваясь на спину, чтобы гладить продолжили именно животик. Кто бы то ни было оказался понятливым, поэтому вскоре Саске балдел от чужих прикосновений, всецело доверяясь… ему. Он был уверен, что это Наруто. И он был уверен, что это сон, но, черт, всё было слишком реально. — Ты же уже не спишь, да, Саске? — негромко произнесли откуда-то сверху. Глаза открылись сами по себе. Котенок лениво зевнул и сонным взглядом уставился на вполне знакомого альфу. Несколько секунд замешательства, а после кот, полузадушено пискнув, подорвался с таких удобных колен, чтобы забиться в дальний угол комнаты, под стеллаж с книгами. Комната всё ещё была его. Он всё ещё был в родительском доме. Непонятно было одно: что здесь делал Наруто? — И чего ты сбегаешь? Уже дважды, между прочим, — хмыкнул Узумаки, заглянув под стеллаж. — Тебе так нравится прятаться в пыльных уголках? Котенок лишь сильнее забился в этот самый уголок, прижав к себе ушки. — Выходи, малыш. Ты же знаешь: я тебя не обижу. — Его уговоры не работали — Саске всё так же не сдвигался с места и побито смотрел на него. Наруто тяжко вздохнул. — Знаешь, почему я здесь? Конечно, не знаешь, я же ни разу не говорил тебе об этом. Думал, ты ещё ребёнок — не хотел показывать тебе свои чувства. Ты же тоже это чувствуешь, да, Саске? Я люблю тебя, малыш. Саске удивлённо подскочил и тут же ударился головой о низ стеллажа. Послышалось жалобное «мяу», и котенок под его смех выполз из своего укрытия. Его намеренно цапнули за пальцы, оставив небольшую ранку. Мстил Саске, мстил. Но всё же позволил ему взять себя на руки. Мелочь быстро переползла на своё любимое место, на его плечо, а после ткнулась мокрым розовым носом ему в губы, что умилило до безобразия. — Так и будешь разгуливать в этом виде? — Саске задумался на пару секунд и ударил его лапой по губам, благо, не выпуская когти. — И что это значит? — И его вновь ударили. — Саске, я, конечно, всё понимаю, но сейчас я тебя не понимаю. Следом пошла уже серия ударов мягкой лапкой, а после эта самая лапка замерла в сантиметре от его лица уже с выпущенными коготками, явно предупреждая. — Стой, Саске, мы же договаривались: никакой крови. Тебя опустить на пол? Кошак презрительно хмыкнул и всё же цапнул его ладонь, когда он отпустил его. И Саске вновь сбежал, но теперь целенаправленно в ванную. Он в очередной раз тяжко вздохнул и потопал следом. — Малыш, ну, что за привычка такая: чуть что давать деру? Я ведь не… — Наруто так и оборвался на полуслове, открыв дверь в эту самую ванную. Перед ним стоял парень с белоснежной кожей и иссиня-черными волосами. Затянул последний узел на лёгком шёлковом халатике и поднял на него взгляд. И, нет, Саске был совсем не так красив, как на фотографиях. Саске казался нежнейшим существом не от мира сего. Сквозь лёгкую ткань хорошо просматривалась точеная фигурка: худой, изящный, но уже с плавной линией округлых бедер. Не зря откармливал, ей-богу. Щеки у мальчишки заалели, а по-другому, чем мальчишкой, и называть не хотелось: совсем-совсем юный, словно только расцветший бутончик. Он протянул руку к идеальному личику, которому так шел этот румянец, и аккуратно заправил тёмную прядь за маленькое ушко. Саске вздрогнул и накрыл его ладонь своей, не позволяя убрать. Он всё понял — всё так же осторожно почесал за этим маленьким ушком. Саске от такой ласки прикрыл трепещущие ресницы и прижался к нему теснее. Наруто улыбнулся, поцеловал смоляную макушку и заключил такое хрупкое тельце в крепкие объятия. — Ты такой красивый, — искренне прошептал он в сплетения темных прядей и снова поцеловал их. — Мой Саске. — Ты говорил, что я прилизаный типок и что стоит меня трах… Учихе бесцеремонно закрыли рот широкой ладонью. — Говорил. И был очень неправ, — Наруто чувствовал, как его ладонь мокро лижут, и совсем не спешил её убирать, хотя и понимал, что надолго терпения у него не хватит. — Саске… ты не мог бы этого не делать? Саске замер и убрал язычок. Черные глаза поднялись на него, выдавая расстроенный взгляд. Он наконец убрал руку и мягко потрепал омегу по голове. — Тебе лучше одеться и начать собирать вещи. Мы едем домой, малыш. **** — И что за грустная мордашка? — спросил Итачи, который заглянул сразу после ухода Наруто. — Вроде, привели твоего суженого. Ты должен быть рад, разве нет? — Я рад, — пробурчал себе под нос Саске. — Оно и видно. Саске шумно сопел и носился по всей комнате, кидая в чемодан всё, что видел. Однако через пару минут остановился и тихо всхлипнул, переводя на брата взгляд. — Он… он меня не хочет… — Наруто? — Да… — И с чего ты это взял? — Я к нему и целоваться лез, и руки ему облизывал, и даже терся о него всем телом, а он!.. Это потому что я жирный, да? — Да, — кивнул Итачи и попытался выдать смешок за кашель. — К тому же ты ещё не течный. Кому нужен такой омега? — У-у… И что мне теперь делать? — Саске уже рыдал, тщетно утирая слезы тыльной стороной ладоней. — Ничего. Ты же абортыш, Саске, — у тебя всё наперекосяк, — Итачи кивнул ещё раз как бы в подтверждение своих слов и продолжил: — А ты знал, что сколько хвостов, столько и членов? — Ч-что? — Вот у нас с тобой по одному хвосту и по одному члену, а у Кисаме он раздвоенный, поэтому члена тоже два. А ведь у Наруто девять хвостов… — Н-нет, это неправда. Я видел его в душе и у него… у него один… — Так они и не сразу появляются. Все девять вылезают, когда он возбужден. — И… И все девять надо… того? — Конечно. А как иначе? — Саске испуганно икнул и снова сорвался в рыдания. — Да ладно тебе, Саске, не расстраивайся ты так. Может, Наруто тебе один свой отдаст, когда у тебя отвалится. Если у вас вообще будет брачная ночь… — А может… может не быть? — Ну да. Он же тебя не хочет. Саске завыл, но долго так не выдержал и вскоре перекинулся обратно в кота. **** Наруто нервно кусал губы, изо всех сил стараясь не обращать внимание на комок чёрного, ставший уж слишком любвеобильным за последние полчаса. От Саске разило феромонами за версту, а сам он не стесняясь терся о него всем телом, мурчал и неизменно выпрашивал ласку. И, вроде, ничего плохого в том, что кот хочет, чтобы его погладили, не было. Но Саске его возбуждал даже будучи котёнком, что звучало дерьмово, а на деле было ещё хуже. Пару часов назад Итачи отдал ему Саске уже в кошачьей форме и спящего, не забыв упомянуть, что Саске на него обиделся. За что обиделся, осталось непонятным. И сейчас, сколько бы он ни упрашивал мелкого перекинуться и поговорить, тот не слушал. Задумавшись, Наруто пропустил момент, когда Саске забрался к нему, согнувшемуся в три погибели, на колени, потому в данный момент лишь ошалело отшатнулся, когда мелочь стал облизывать его губы, при этом топчась на самом сокровенном. Мягкие лапки сжимались и разжимались прямо на том месте, где из его джинсов выпирал стояк. — Саске, я тебя умоляю, хватит. Ты меня с ума сведешь. Кот лишь громче замурчал и выпустил коготки. Он тут же подскочил, схватив мелкого за шкварник. Черненькая тушка безвольной тряпочкой повисла в его руках, не забыв жалобно мявкнуть. — Хватит, Саске, хватит. Это уже не смешно, — тяжко вздохнул мужчина и сел обратно на диван. Взгляд остановился на мокром пятне на джинсах, и Наруто нахмурился, глянув на предполагаемого виновника. Саске всё так же висел, во все глаза смотря на него расширенными зрачками, а по маленькому хвостику медленно стекали прозрачные вязкие капли. — Мать моя женщина… — шокированно прошептал Узумаки, опуская животинку обратно на свои колени. — Прости, малыш, что сразу не заметил. Потерпишь ещё немного, ладно? Я сгоняю за подавителями и… Блять, Саске, да больно же! Чёрный комок недовольно зашипел, размахивая хвостом и всё ещё не собираясь убирать когти с его причиндалов. Наруто глубоко вдохнул и выдохнул, стараясь успокоиться, но сделал только хуже: запах течного омеги прилично ударил по мозгам. Наруто хотел спастись бегством, но и это не удалось. Как только он попытался встать с дивана, его тут же завалили обратно на спину. На его бёдрах уселся обнажённый белокожий парень, прожигая его взглядом темных глаз. — Я… настолько тебе противен? — расстроенно прошептал Саске, склоняясь к его лицу и опаляя горячим дыханием. — Малыш, ты… маленький. Еще немного рановато для этого, понимаешь? — Так дело не в том, что я растолстел? — Сказать честно, ты стал только сексуальнее, — Наруто, что дышал через раз, вдруг почувствовал, что его джинсы там, где сидел Саске, уже насквозь мокрые. — Я боюсь навредить тебе, поэтому… давай повременим с этим, ладно? Саске недовольно хмыкнул и сполз пониже, принявшись расстегивать его ширинку. Он тут же поймал проворные руки, за что его и оцарапали вмиг отросшими коготками. Саске был упрям и Саске сдаваться не собирался. Наруто в который раз вздохнул. Что ж, значит сдаться придётся ему. Альфа позволил себе вдохнуть насыщенные феромоны полной грудью и тут же поплыл. Саске срочным образом был закинут на плечо, и вскоре он вместе со своей ношей отправился в спальню. Мальчишка уж совсем извелся: ерзал и извивался ужом под его жадным взглядом, то ли пытаясь потереться пахом о простынь, то ли просто в нетерпении, то ли и то, и другое. Наруто наспех скинул с себя одежду и склонился над возбужденным телом. Саске, нисколечки не стесняясь, вполне прямо рассматривал его член, что вызвало у него усмешку. — Перевернись на живот, малыш. Вот так. Подложив под живот мелкого подушку и заставив его приподнять попку, Наруто устроился сзади. Пальцы закружили вокруг сочащегося отверстия, мягко массируя, прежде чем один проник внутрь. Саске удивлённо ахнул, лишь сильнее выпятив угловатую задницу в его ладони. — Н-Наруто… А почему… почему у тебя только один член? — на выдохе спросил омега. — А сколько должно быть? — усмехнулся он, добавив второй палец. Саске затрепетал, двинув бёдрами ему навстречу. — Д-девять… — Девять? Ого, вот это у тебя задатки, Саске. Так, тебе одного мало? — Итачи… Итачи сказал, что сколько хвостов, столько и членов… — Ты поменьше своего брата слушай, — покачал головой Наруто и шлепнул упругую попку, которая с большим удовольствием принимала уже три пальца. — Ну как, малыш? Не больно? — Приятно, — простонал омега и непроизвольно вильнул задницей, выпрашивая больше. — Давай, Наруто… — Ты ещё не готов, Саске. Потерпи немного. — Готов, Наруто, готов. Быстрее. — И снова вильнул своей очаровательной попкой. Наруто смиренно выдохнул, убрав пальцы из девственного прохода, и приставил собственный член. — Расслабься, Саске, — альфа сделал первый толчок, медленно проникая внутрь. — Больно! — мгновенно вскрикнул Саске, забившись под ним. — Тише, малыш, тише, — успокаивающе шептал он, поглаживая выгнутую спинку. — Скоро станет лучше. Саске заскулил, но брыкаться перестал. Он и сам чуть морщился от того, каким узким был этот малец. Сказать честно, больно было не одному Саске. Наруто мягко обвел плавную линию подбородка, вынуждая её обладателя повернуться к нему, чтобы следом заключить нежные губы в поцелуй. Саске глубоко дышал и чуть подрагивал, но рот послушно открывал, заметно успокаиваясь. Целоваться Саске не умел. Но это казалось милым и легко поправимым. Грело душу, что у Саске он первый во всем. Поцелуй медленно перерастал из чувственного и аккуратного в более страстный. Саске и сам увлёкся, уже пытаясь как-то отвечать. Наруто подался вперёд, напирая сильнее, и мальчишка тут же завизжал, вырываясь. Ловко выскользнул из-под него и сразу перекинулся, спрыгивая на пол в паре метров от него. — Черт, — шикнул сам на себя Наруто и впопыхах натянул трусы на стояк. Саске побито смотрел на него и тихонько пищал, отползая дальше. — Не бойся, малыш, я тебя не трону, обещаю, — Наруто неторопливо подходил ближе, пока не замер, заметив небольшие разводы крови на полу. — Саске… Боже, прости меня, малыш, прости, маленький мой. Иди ко мне. Котенок без боя сдался в его руки, забравшись выше, на плечо. Съежился в комок, поджав под себя хвостик, и уткнулся носиком ему в шею. Он облегчённо выдохнул. Саске его не боялся, что уже было неплохо. **** Наруто сидел на диване, посреди гостиной, закрыв лицо руками. Это было какое-то безумие. Утро выдалось самой спокойной частью дня. Подавители на Саске не сработали, но он купил новые и те, благо, помогли. На полчаса. Он купил ещё одни, и ещё одни, а потом ещё одни, и ещё пару штук. Однако организм омеги упорно диктовал свои правила: течка и всё — никакие подавители котёнка больше не брали. Наруто, смирившись, купил себе фильтры в нос, не пропускающие запахи, и вот они уже помогли. Если б он ещё и чувствовал феромоны течного омеги, то точно рехнулся бы. Сначала с Саске всё, вроде, было нормально. Малец мурчал, лежа у него на коленях, и чувствовал себя вполне комфортно. Но это было всего лишь затишье перед бурей. Медленно, но верно Саске становилось хуже. Саске тянулся вслед за его руками, терся о ладони, выпрашивая ласку. А по прошествию часа, уже ничего не стесняясь, задрал хвост и самозабвенно терся о его ноги причиндалами, в числе которых была и текущая задница. Кошачья задница. Наруто закрывал на это глаза, пытался хоть как-то облегчить судьбу своей пары, почесывая мягонькое ушко и беззащитный животик, но это не помогало. Саске нравилось, когда его гладили, однако спустя минуту любых ласк Саске хотел, чтобы его потрогали уже в другом месте, там, где всё обильно истекало пряной смазкой. И Саске, оказалось, умел орать так, что мартовские коты нервно курили в сторонке. Носился по всей квартире и, выбрав приглянувшееся местечко, останавливался, чтобы от души проораться. Он не совсем понимал, зачем это делать, но против не был. Если Саске от этого становилось легче, то он готов был слушать эти вопли постоянно. Правда, были всё-таки от этого некоторые проблемы. Соседи, с которыми звукоизоляция была отменной, всё равно слышали Саске, и за неполный день уже трое из них наведались узнать, не убивают ли тут кого-нибудь. Но самая безумная вещь, которой занимался Учиха, просто убивала. Саске со своей непрерывно текущей кошачьей задницей побывал в каждом уголке квартиры и каждый уголок был обмазан природной смазкой омеги. Причём делал это специально. Может, это тоже были какие-то инстинкты, но Саске упорно помечал весь дом своим запахом. Благо, помечал не мочой, что уже утешало. Сейчас это не было особой проблемой. Проблемы начнутся позже, когда фильтры из носа он вынет. Наруто становилось страшно. Он более чем прекрасно осознавал, что эти феромоны вряд ли выветрятся. Аромат Саске возбуждал до каменного стояка, который ну ни в какую не исчезал. Он хотел Саске до дрожи в пальцах и до крепко стиснутой челюсти. Ему уже было плевать, кого трахать: Саске-котенка или Саске-человека. Оба варианта ему очень и очень нравились. Несмотря на фильтры, альфа всё ещё не мог успокоиться. Здесь были замешаны не только феромоны, но и инстинкты. Он чувствовал свою пару, он видел свою пару и чётко осознавал, что крайне нужен ей. Наруто начал замечать за собой, что засматривается на маленькую пушистую попку с тощеньким хвостиком, с которой чертовски соблазнительно капало на пол. Всё. Можно было махать белым платочком своей крыше, улетевшей в долгосрочный отпуск на неизвестный срок. Саске буквально сводил его с ума. Тронуть омегу он не смел. Оставить одного — тем более. Ну как вообще можно бросить этот черненький комочек, когда ему так плохо? Оставить Саске мучаться в одиночку? Пускай страдает от невыносимого возбуждения, зная, что его бросили? Зная, что никто даже водички ему не нальет? Не поможет в случае чего? Даже банально не погладит, утешая горящее тело? Уж кем-кем, но извергом Наруто не был. Тем более что Саске нуждался в нем, хотя бы просто в его присутствии. Да и сам Наруто извелся бы, думая, что с его любимым чернышом и как тот себя чувствует, если бы не был рядом. Ситуация была дерьмовой. Более дерьмовым было только то, что продлится это ещё дня два минимум. В данный момент Саске снова елозил на его коленях. Ворочался, маялся, не зная, куда себя деть, и периодически мурчал. Потом, вконец устав, забрался на его плечо и продолжил мурчать уже в ухо, тычась носом и щекоча своими маленькими ушками. — Саске, — морально вымотано произнёс мужчина, — может, тебя снотворным накормить? Зверь ожидаемо ничего не ответил. Лапки с едва выпущенными коготками сжимались и разжимались, цепляясь за футболку и чуть задевая кожу на всё том же плече. Котенок с явным энтузиазмом принялся вылизывать его ухо. — У меня невкусные уши, Саске, — вздохнул Наруто и хотел оттащить мальца, но тот лишь крепче вцепился в него, заорав на своём кошачьем так, что он покорно отпустил. И Саске снова пустил в ход шершавый язычок, вылизывая ушную раковину. С одной стороны, Наруто было щекотно, но с другой… господи, подобное отчего-то нехило возбуждало. — Малыш, я понимаю, что… тебе плохо, но и ты меня пойми. Я не железный, Саске, и если ты продолжишь в том же духе… — альфа шумно сглотнул, понимая, что фильтры постепенно теряют свою силу, — я тебя просто изнасилую. Котяру его слова не тронули: он всё так же мурчал, давая фору любому трактору, и всё так же занимался оральным сексом с его ухом. Видел бог, Наруто не хотел… Правда, не хотел, но крышу рвало основательно. Саске ведь омега? Омега. А значит буквально создан был для того, чтобы принимать в себя член. И плевать уже как-то стало на то, что только вчера он порвал мальчишку. Потерпит ведь, да? Омега Саске всё-таки или нет? Ходит тут такой сладенький и доступный. Просто бери и трахай. Вот и отмазка нашлась. Это Саске его провоцировал. Да… Как много насильников прикрывалось этой фразой… — Прости, малыш, но я так больше не могу. У тебя есть выбор: либо беги, либо перекидывайся в человеческую форму. Однако учти, что, в случае чего, останавливаться я не стану. Саске издал короткое «мурк» и переполз на его колени, а через секунду вытянулся вдоль всего дивана, ложась на живот. Совсем по-кошачьи выгнулся и приподнял попку, покоящуюся ровно на тех же коленях. Вильнул, сучонок, такими манящими округлостями, и у Наруто что-то щёлкнуло внутри. Фильтры полетели к ебеням за крайней ненадобностью. По сладкой заднице, что уже чуть ли не тыкалась ему в лицо, прилетел смачный шлепок. Саске возмущённо взвизгнул, но не отстранился. Он подтолкнул мелкого ближе к подлокотнику, нагнув раком, а сам пристроился сзади, рассматривая мокрую от естественной смазки промежность. Вновь сглотнул и вставил сразу два пальца, которые уж больно легко проникли внутрь. Наруто слабо нахмурился и добавил третий, но и это не стало проблемой. — Саске, ты растянул себя? — хрипловатым от сильного возбуждения голосом протянул альфа, прекрасно зная ответ. — И когда только успел? — Полчаса назад… в душе… — практически простонал омега. — Специально, значит, гаденыш, меня провоцировал? — Специа-а-ально… Наруто глубоко вдохнул и выдохнул, ощутив, как легкие постепенно забивало сладкими феромонами. Убрал пальцы и тут же заменил их собственным членом. Саске взвизгнул и дернулся. Он крепко держал мелкого, не позволяя сбежать. Саске под ним жалобно заскулил, но он преспокойно положил на это болт. Насильник он или кто? Он и чувствовал себя насильником. Саске взрывался рыданиями с каждым его толчком, но вскоре и это чувство пропало. Саске всё так же продолжал рыдать, но уже совсем не от боли. **** — А Кисаме так и не знает, что у нас двойня, — задумчиво протянул Итачи. — И когда ты собираешься осчастливить папашу? — со смешком спросил его младший братишка. — Рано или поздно он всё равно узнает. — Удивляюсь, как он ещё не догадался. У тебя же живот просто огромный. — Ну почему же огромный? Очень красивый животик, — мягко улыбнулся Кисаме, закончив завязывать супругу шнурки, и нежно поцеловал тот самый живот. — Двойня, значит… — В любом случае, сам я ему не собираюсь ничего рассказывать, — гордо хмыкнул Итачи. — Не заслужил. — Милый, может, перестанешь делать вид, что меня здесь нет? Я же уже извинился, — жалобно произнес альфа, с надеждой смотря на любимого. — Ах, да, Саске, знаешь, что сегодня произошло? — всё так же игнорировал мужа Итачи. — Кисаме сказал, что любит океан и что хочет съездить туда со мной, представляешь? — Это… плохо? — непонимающе нахмурился Саске. — А ты считаешь, что это хорошо? То есть какому-то океану он в любви признается, а мне нет, так? Это нормально, по-твоему? — Дорогой, ну, я же только сегодня утром рассказывал, как сильно я тебя люблю. — И? Хочешь сказать, большего я не достоин, да? То есть какой-то океан достоин, а я нет? Сколько раз ты признавался ему в любви? — Раза три за всю жизнь. — Три?! — омега возмущенно подскочил с места и вдруг тихо всхлипнул, стараясь сдержать слезы. — Я всё понял, Кисаме. Я подаю на развод. — Ну, что же ты такое говоришь, сладкий мой? — Вали к своему океану! Я не хочу тебя видеть! Саске по-тихому слинял, оставив парочку одну и молясь за упокой альфы. Кисаме, пожалуй, являлся святым. Итачи и так был не подарком, но на фоне гормонального всплеска с беременностью стал просто невыносим. Причем выплескивал все свои гормоны Итачи ни на кого иного, кроме как Кисаме. Тот, и правда святой человек, мало того что не злился, так ещё и улыбался всегда, нежничал, успокаивая своего буйного омегу. В общем, всё у них было хорошо. Совсем скоро вместо криков слышалось уже томное «Кисаме» вперемешку с тихими стонами. Саске слинял ещё подальше, во двор, к Наруто. Тот занимался шашлыками и лишь коротко глянул на него, возвращаясь к делу. — Ну что, помирились? Саске угукнул и быстро перекинулся, по-тихому подкрадываясь к миске с сырым мясом, которую заприметил ещё с утра. Ухватил зубами кусок поувесистей и уже собрался заныкать добычу, но планам его, как оказалось, сбыться было не суждено. — Положи на место, Саске, — предупредил Наруто, даже не оборачиваясь. — Твой организм ещё не может переваривать такую пищу, ты же знаешь. Котенок замер на пару секунд, воровато оглянулся и, убедившись, что муж всё ещё не обернулся, рванул глубже во двор. Кусок размером с него, естественно, тащил с собой. — Саске! — послышался гневный крик вдогонку, и Саске тут же ускорился. Кустик в уголке сада приветливо шелестел, маня к себе и обещая надёжное укрытие. Он был всего в считанных метрах. Саске уже всё распланировал: быстро юркнуть туда и залечь на дно. Однако и этот план провалился. Сзади нависла огромная туша, а на него аккуратно легла тяжёлая лапа, придавливая к земле. Котяра враждебно зашипел, когда честно украденное мясцо решили отобрать. Лис в ответ издал гортанный звук, крайне похожий на рычание, и добычу пришлось отпустить. Саске цапнули за холку и так и потащили обратно. Котенок обиженно засопел, вися в воздухе. — Вот черт, — шикнул сам на себя Наруто, рассматривая собственные шмотки, из которых уцелели только штаны. — Еще раз потянешь свои маленькие загребущие лапки к сырому мясу — месяц травой питаться будешь, понял меня? — Понял, — надуто пробурчал Саске, что тоже перекинулся, уже быстренько натягивая свою одежку. Момент истины настал. Наруто на секунду отвернулся, и за Саске не заржавело тут же запихнуть другой кусок себе в карман. — Саске, у нас миски есть — незачем в карманах мясо носить, — рассмеялся сзади них Кисаме. Наруто мгновенно развернулся, а Саске нервно рассмеялся, вновь срываясь на бег.