Answer

Слэш
NC-17
Завершён
13
автор
Пэйринг и персонажи:
Размер:
8 страниц, 1 часть
Описание:
Иногда так тяжело найти ответ на вопрос "любовь это или дружба?"
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
13 Нравится 2 Отзывы 4 В сборник Скачать

Часть 1

Настройки текста
Примечания:
Меня можно найти в тви если что. @PumpkinKo1
      Как понять влюблен ли ты в своего друга или же просто у тебя недотрах?       Что значит, когда ты даже посреди разговора с другом просто напросто залипаешь на его губы, а в голове проскакивают картинки как бы ты целовал их? Как объяснить это чувство резкой пустоты в голове, когда твой друг вдруг оголяет случайно больше частей тела, чем обычно? И как объяснить самому себе, что ты хочешь прикоснуться к этому телу? Не просто похлопать по плечу или обнять. А именно прижать к себе, сжать каждую часть этого тела, провести ладонью изучая каждую клетку бархатный кожи своего друга. Как заставить себя не пялиться на друга, когда он так искренне и мило улыбается тебе? Как заставить свои мысли успокаиваться каждый раз, когда в голове снова и снова появляются будто сцены из лучших порно-фильмов с участием тебя и твоего друга? В конце концов, как унять то самое вяжущее чувство неудовлетворенности внизу живота каждый раз, когда твой друг случайно касается тебя?       На все эти вопросы Минги никак не мог найти ответы. Он никогда не засматриваться на парней в таком ключе. Сколько лет они дружат с тем же Юнхо, чуть ли не деля с ним одну порцию рамена и одну постель время от времени. Что уж скрывать они оба палили друг друга за дрочкой и понимающие молчали об этом. Они вдвоём прошли воду, огонь и усанов. Но все равно, Минги никогда не испытывал таких непонятных чувств к Юнхо, с которым проводил время 24/7. Никогда его не бросало в жар при виде его взмокшего от пота лица. Никогда он так откровенно не пялился на чуть видимый из-под открытой майки сосок Юнхо.       Да и вообще Минги, казалось бы, никогда ни к кому не хотел так отчаянно прикоснуться, как он хотел прикоснуться к Чонхо.       Тот самый Чонхо, вокалом которого восхищались даже вне фандома. Тот самый Чонхо, который на публике был одет максимально, что даже шеи иной раз было не видно. По началу не только эйтини интриговало то, что находится под всеми этими закрытыми рубашками и свитерами, но и сам Минги задавался вопросом, что из себя представляет хотя бы по пояс раздетый Чонхо. Тогда это был просто природный интерес. Но сейчас Минки очень жалел о том, чего хотел. Ведь Чонхо, который немного привык проживать в общаге с парнями, уже не так стеснялся иногда расхаживать в довольно открытой футболке в особенно жаркие дни. В футболке, которая позволяла через огромный рукав увидеть грудь Чонхо, когда тот поднимал или разводили руки.       А ведь Чхве, даже когда им приходилось переодеваться перед выступлениями чуть ли не стоя друг у друга на головах, умудрялся не показываться обнажённым. Стилисты также подыгрывали интересам вокалиста и не создавали для него открытых образов никогда. Все привыкли к такому Чонхо. Все, но не Минги, который с каждым новым закрытым нарядом парня желал раздеть его все больше и больше.       Когда же репер все же осознал, что в нем играет отнюдь уже не простое детское любопытство, а что-то большее, но начал задаваться вопросом, а не нравится ли ему случайно Чонхо?       Нет, это нереально, ведь так? Да, они близки в какой-то степени. Чонхо весь из себя серьёзный и сильный парень, который редко позволял себе дурачества, которые всегда и везде позволял себе Минги. Они были противоположностями, отчего дополняли друг друга и в итоге подружились. Вот только внутри Минги играли совсем не дружеские чувства. Хотя он с особым усилием пытался их отгонять, списывая все на обычный недотрах. Ему хотелось верить, что это не он ни с того ни с сего возжелал своего друга, а это его организм подаёт все признаки своей молодости и энергичности в сексуальном плане. Но все равно, почему именно Чонхо? Этого Минги не понимал и считал, что ему просто не мешало бы завести девушку.       Однако, будучи айдолом, тяжело иметь отношения. Вон, даже тот же идеальный парень Чонхо расстался со своей девушкой, так как их отношения не выдержали вечной занятости вокалиста. На удивление Чонхо весьма уравновешенно пережил расставание и даже чуть-чуть не подал виду, что расстроен. Хотя Сан как-то вскользь сказал некоторым мемберам, что видел, как Чонхо плачет, претворяясь что спит. Всё же он тоже человек и у него есть чувства, а не только работа, которую, кажется, он ставил всегда выше всего.       Отчего-то, узнав о том, что Чонхо мог действительно не так легко переносить расставание как он это показывал, у Минги в груди вдруг закололо. Сколько бы раз он сам не расставался с девушкой, сколько бы раз он не успокаивал лучшего друга, когда бросали того, он никогда не испытывал ничего подобного. Будто бы сейчас ранили именно его в самое сердце, а не Чонхо. В те моменты ему хотелось больше обнимать и гладить по голове Чхве. Но он боялся, что макне воспримет это как жалость к себе, а этого тот терпеть не мог. Посему Минги просто старался доставать Чонхо меньше обычного.       Пока Сон отчаянно пытался игнорировать все нежные чувства к Чонхо, которые распускали словно розы в его груди, сам Чхве будто бы старался ещё больше сблизиться с репером. То сядет рядом с ним во время трансляции, то погладит по руке или похлопает по плечу, когда от него этого не ожидаешь. Каждое прикосновение вокалиста словно иглой пронзало кожу Минги. Так хотелось в ответ сжать его сочные бедра, так хотелось наконец сорвать с него эту чёртову застегнутую на все пуговицы рубашку. Иногда Минги все же не мог сдержать себя и лапал Чонхо за некоторые не совсем позволительные места, но все сводил в шутку. Из-за его образа деревенского дурачка, ему удавалось скрывать свои истинные мотивы. Пока не случилось это…       В один из жарких дней у тизов образовался выходной. Естественно, Хонджун отправился в студию. Чонхо распевался у себя в комнате, уча новую партию. В такие моменты ему никто не мешал, иначе прилетело бы по самое небалуйся. Минги же, не выдержав духоты, ушёл в магазин за чем-нибудь освежающим. Усаны, прихватив с собой Есана, быстренько сбежали с общаги, чтобы их не заставил делать генеральную уборку Сонхва. Сам Сонхва, разочарованный в том, что все потенциальные рабы удрали, отправился вместе с Юнхо в зал для практики репетировать новую хорягу.       Когда Минги вернулся с магазина с полным пакетом мороженного для всех, то обнаружил, что этих всех нет в общаге. Он недовольно выдохнул, ведь тащил это пакет для ребят, ожидая похвалу за заботу с их стороны, а в общежитии никого не оказалось. Минги в общем чате спросил, где все. И первым ответил ответственный Сонхва, попутно ругая остальных за то, что оставили за собой беспорядок и свалили гулять. Также он упомянул, что в общаге должен был остаться Чонхо. И вновь Минки разочарованно выдохнул. В любом случае он вывалил все упаковки мороженного в морозилку. Хоть Сонхва и сказал, что в общаге остался Чонхо, но было тихо вокруг. Обычно всегда слышно, когда репетирут младший. Да и уходя в магазин Сон слышал его голос. А теперь нет. Неужели Чхве решил устроить перерыв? Ну тогда Минги совершенно не помешает Чонхо, если в его перерыв занесёт в комнату его любимое мороженное (пусть Чонхо никогда в слух не говорил, но Минги запомнил, какую мороженку чаще всего покупает младший). Предвкушая, как вокалист улыбнётся на проявленное внимание со стороны Минги и как похвалить за это, Сон, довольно улыбаясь, направился прямиком в комнату макне. Сон не из тех людей, которые стучатся когда входят в комнату (именно поэтому он часто и заставал Юнхо за дрочкой). В этот раз он не изменил себе и вошёл в комнату не предупредив и тут же пожалел о всей своей жизни, которую провел без какого либо чувства такта и уважения личных границ. Он обомлел и замер. В его глазах отразилась мимолетная паника, ведь прямо перед собой он увидел того самого непогрешимого Чонхо, который сидя на своей кровати дрочил. — Мин… Ги? — почему-то Чонхо вопросительно произнёс имя мембера только в конце, как только столкнулся взглядом со старшим. К своему стыду, в этот же момент Чхве бурно кончил себе в руку, жмуря при этом глаза и слегка сгибаясь вперёд, издавая бесшумный стон на выдохе. Минги хотел вылететь из комнаты тотчас, как только понял, что происходит, но его ноги будто бы не слушались. Эта картина кончающего макне, с губ которого в оргазме (пусть и случайно (?)) слетело именно его имя, ещё надолго отпечатается в его голове. А в его штанах уж точно уже отпечаталось.       Член Минги мгновенно дёрнулся и возбуждение продолжало набирать обороты, ведь Сон вдруг понял, что видит Чонхо абсолютно без штанов впервые. И пусть в панике Чхве уже прикрылся подушкой, но его обнажённые голени все же свисали с кровати, из-под подушки виделись его голые бедра, блестящие от пота. Пока Минги находился в ступоре, Чонхо в свою очередь мельтешил движениями. Он хоть и прикрылся сразу же подушкой, но она не могла удерживать я на месте, так как макне старался как можно скорее протереть себя от спермы, салфетками, коробка из-под которых валялась рядом. — Черт, прости Минги… Я… Я… Я думал все ушли… — приводя панически себя в порядок, проговорил вокалист. Впервые Чонхо волновался настолько, что его голос дрожал, и он не мог толком ничего сказать. Он боялся взглянуть на старшего мембера, который как вкопанный встал в дверях. — Понимаешь, неделя была нервная… И мне нужна была разрядка…это же обычное дело, так?       Черт, Чонхо продолжал мельтешить. Его бесило то, что это все выглядит будто он оправдывается. Ведь парни сами часто обсуждали весьма непристойные вещи по вечерам. Тема дрочки вообще была чуть ли не самой обсуждаемой. Сан как-то высказал, что застукал даже Есана за грешным делом. И только Чонхо всегда отмалчивался, ведь вероятно, таким образом он расслабляться реже всех, хотя может ему и хотелось, но стыдился он таких вещей. Но в последнее время он будто бы сам не свой, он передергивал необычно часто для себя. Когда-нибудь его бы определённо застукали. И уж лучше было бы, если бы это опять был вездесущий и всепровсехзнающий Сан, чем Сон Минги. — Ведь так? — прерывая будто бы вечность тянувшуюся тишину повторил Чонхо. В этот раз он все же осмелился взглянуть на Минги и чуть не подавился собственных вздохом. Глаза репера потемнени и было даже страшно представить о, чем думал сейчас старший. Но старательно прикрываемое длинной футболкой выпирающее достоинство снизу все же могло дать понять о его мыслях. — Я смотрю, тебе тоже нужна разряда? — кивая на бугорок между ног спросил Чонхо. Отчего-то он вдруг осмелел.       Этот вопрос все же вытащил Минги из его фантазий, где он уже во всю втрахивал Чонхо в кровать. Вдруг он понял в какой просак попал, ведь он откровенно пялился на полуобноженного Чонхо, да ещё и бузуспешно попытался скрыть возбуждение. Старший смутился, слегка попятился назад, почесывя затылок и отврдя взгляд. — Я. Это. Я мороженку принёс. — так по глупому выпали репер, но ничего лучше он придумать не мог. — Извини, я пойду. Ноги вновь начали поддаваться движениям и Минги уж было развернулся, чтобы уйти. — СТОЙ! — необычно громко для себя выдал Чонхо окутанный паникой, будто он цеплялся за эту ситуацию из последних сил. Минги обернулся на призыв Чхве и был ещё больше поражён увиденным, ведь Чонхо резко дёрнулся вперёд, когда выкрикивал, и с него полностью свалилась подушка, оголяя его орган. Когда макне это понял, то вновь быстро прикрылся подушкой. Он и сам толком не понимал, что делает. Все его движения, действия и слова пахли отчаянием. — Я имел в виду… — отводя взгляд продолжил Чонхо. — Может быть, я могу тебе помочь… С этим? — макне взглянул на возбуждение Минги и покраснел. Минги же вновь застыл, неверя собственным ушам. Это точно не очередной мокрый сон? — То есть, я слышал… Уен и Сан иногда помогают друг другу в этом… Хотя я не уверен, насколько это нормально. — каждое новое слово Чонхо становилось все более неуверенным. В конце концов он вдруг понял, что бесповоротно облажался, когда бездумно говорил все это и просто уткнулся лицом в подушку, что была на его бёдрах, ожидая, что Минги нелепо откажется и уйдёт.       Но этого не произошло. Через пару мгновений Чонхо услышал шуршание от упаковки с мороженным, которое, скорее всего положили на стол. Но Чхве все ещё не решался поднять головы, пока на его плече не оказалась рука Минги. — Ты правда хочешь мне помочь? — произнёс Минги, все ещё ожидая своего пробуждения в реальный мир. — Д-да — поднимая все же свой взгляд на мембера, выдавил Чонхо. — И как же ты это сделаешь? — голос Минги вдруг показался ещё ниже, чем обычно, отчего по коже Чонхо пробежался табун мурашек. Он вновь опустил голову, боясь не выдержать прожигающего взгляда старшего. Макне чуть сдвинулся, освобождая место на кровати. — Сядь, пожалуйста. Минги послушно сел с ногами на кровать, стараясь не задеть лбом верхний ярус. Он выжидал, с интересом наблюдал за каждым движением Чонхо, который был, кажется, взволнован больше самого Минги. — Приспусти штаны — продолжал Чонхо, все также боясь взглянуть в глаза старшего. Минги же вновь был послушен. Его интриговало продолжение, хотя, если честно, он был готов либо сбежать в ванную, либо завалить самого Чонхо и сделать с ним все то, о чем давно мечтал. Сон прикусил губу, когда увидел смущенный и в то же время внимательный взгляд Чонхо на своём оголенном члене. Младший потянул дрожащие руки к возбуждению мембера. Боже, он действительно собирается это сделать. Минги все ещё не мог поверить, что это происходит в реальности. Но раз уж горит хата, пусть горит и сарай. Ему вдруг стало все равно на то, что будет потом, он был готов плыть по течению если уж сам Чонхо не против и уж тем более сам проявляет инициативу.       Тем временем пальцы Чонхо коснулись чувствительный плоти, отчего Минги вздрогнул, возвращаясь в реальность и все же переводя взгляд с такого милого сейчас лица младшего на его руки. Чхве аккуратно сжал член Минги с своей руке и сделал первое движение вверх, вызывая у Минги сдавленные вдох. Макне услышал это и все-таки взглянул в лицо Минги, пытаясь понять его эмоции, стоит ли ему продолжать в том же духе. Увидев на лице репера неподдельное желание и возбуждение, Чонхо продолжил движение рукой уже вниз, а потом вверх и так снова и снова, заставляя Минги чуть ли не стонать и жмуриться от удовольствия. Да и сам Чхве вдруг зарезал на месте. Чуткий Минги это заметил и также заметил, что макне надавливает на все ещё лежавшую на его паху подушку, сжимая пальцами наволочку. Старшему вдруг экстренно захотелось заглянуть под подушку, поэтому он потянул свою руку, чтобы убрать её. Но Чонхо резко остановил все телодвижения и сжал подушку её сильнее, не давая Минги её сдвинуть с места. — Дай взглянуть. — дежурно попросил Минги, будто это обычное дело. На что Чонхо помотал головой. — То есть, сжимать мой член тебя не смущает, а показать свой-да? — слегка усмехнувшись произнёс старший. Хватка на подушке ослабилась и Минги аккуратно убрал чужую руку в сторону, после чего все же убрал и эту чёртову подушку. Как и предполагалось Чонхо вновь был в боевой готовности. С его члена стекла смазка которая даже наволочку подушки испачкала. — Ты возбудился трогая меня? — заглядывая в опущенный взгляд спросил Минги. Если честно, Чонхо хотелось взбунтоваться, ударить Минги по плечу в знак протеста и начать отнекиваться. Но он уже погряз дальше некуда, надрачивая своему другу, и скрывать очевидное было бессмысленно. Теперь уж тонуть в этом болоте стоит с головой. — А что если и так? — с небольшим вызовом произнёс вокалист заливаясь краской. Такого ответа Минги явно не ожидал, он хотел спровоцировать его на отрицательную реакцию, что старший считал всегда забавным и милым. А этот ответ застал парня врасплох. — Черт, Чонхо-я — протянул старший и вдруг отстранился от Чхве, который даже не успел этого понять. Минги чуть покорячившись на кровати, что выглядело весьма комично, стянул до конца свои штаны вместе с бельём. Чонхо наблюдал за этим с широко распахнутыми глазами, немного не понимая, что ему делать вообще. Минги быстро вновь уселся на кровати с ногами, складывая их по бокам Чонхо. Самого макне старший очень быстро и резко притянул к себе, чуть не рассчитав силу и они вдвоём чуть не столкнулись лбами. Все это было весьма сумбурно и неумело, чем выдавало нестерпимо желание Минги, который все это время старался держаться более менее уравновешенно. Поняв, что действовал несколько грубо, Минги склонил свою головы и упёрся ею о плечо Чонхо, обжигая его кожу горячим дыханием. — Прости. Я просто так хочу… Этого — Минги и правда чуть не сказал «тебя». Хотя сейчас было бы самое лучшее время это сказать, но он настолько долго скрывал свои чувства, что признаться в них уже казалось невозможным. — Я понял. Я тоже хочу. — ответил Чонхо спокойным и тихим голосом. Он погладил Минги по затылку, и сам принял то же положение, что и старший располагая свои ноги по бокам так, чтобы их тела и возбужденные члены оказались максимально близко. Также он первый соединил оба члена своими руками и продолжил то, с чего начал. Дыхание Минги вновь участились, что очень чувствовалось кожей Чхве. Минги рукой присоединился к процессу и также надрачивал, уткнувшись носом в Чонхо и жадно вдыхая его запах. Свободной рукой он сжал бедро младшего и не сдержавшись укусил того за ключицу, чем вызвал первый громкий стон Чонхо. Это не могло не остаться незамеченным, Минги поднял голову и увидел самое прекрасное выражение лица, которое только мог увидеть в своей жизни. Перед ним предстал совершенно раскрепощенный Чонхо, по лицу которого читалось нетерпение и сжигающее желание. Они поддерживали зрительный контакт, который будто бы возбуждал их обоих ещё больше, не забывая двигать руками в унисон. В какой-то момент Минги просто не выдержал и поддался вперёд, чтобы упереться своими губами о губы Чонхо. Младший на секунду опешил, но после принял поцелуй, который моментально углубился. Их языки переплетались, а носы ударялись друг о друга, когда они меняли положение головы. Чонхо сдавленно постанывал, а Минги иногда рычал прямо в губы младшего. В следующий момент Сон коснулся языком неба Чхве, чем вызвал нескрываемую дрожь. Чонхо отстранился и уже он сложил свою голову на плече Минги, при этом обильно кончая в их руки. — Ты мне нравишься, так сильно нравишься — вырвалось с губ Чонхо, когда тот все ещё изливался и подрагивал прижавшись к телу старшего. Эти слова заставили Минги кончить следом за Чонхо, а свободной рукой он обнял макне. Оба ещё некоторое время пытались восстановить дыхание, а Минги ещё пытался восстановить свой разум. Ему не послышалось? Чонхо ему правда признался или же это был какой-то непонятный порыв? Может, Минги настолько отчаялся, что словил звуковую галлюцинацию? — Чонхо? -начал Сон, на что младший вздрогнул, понимая, что его ждёт дальше. — Повтори, что ты сказал?       Чонхо немного сжался. Он молчал, жалея о том, что не смог сдержать свой рот на замке. Как он мог так оплошать вообще? Он боялся вымолвить хотя бы слово, его язык просто онемел от нерешительности. Тишина в ответ давила на Минги. Он не выдержал и отодвинулся, придерживая одной рукой плечо Чонхо. Макне не успел среагировать, чтобы отвести взгляд, но теперь было поздно, потому что он тонул в глазах репера, в которых отражалась надежда граничащая с отчаянием. — Пожалуйста, Чонхо, повтори, что ты сказал… Повтори, ведь я так давно влюблен в тебя… — с мольбой в голосе произнёс Минги. Да, точно. Теперь уже наверняка. Он влюблен в своего друга. Он влюблен в Чонхо. Стоило только один раз произнести это в слух, чтобы окончательно убедиться в этом. Это и было ответом для репера. Теперь все мысли Минги о том, что желание взять Чонхо-это просто недотрах, казались ему такими глупыми. — И если это ошибка…если я ослышался… Я просто не выдержу.       От такого признания Чхве конечно же опешил, он пытался что-то сказать, но его губы и язык будто путались и не слушались. Уж слишком неожиданно на него свалилось это признание, а под натиском такого взгляда как у старшего становилось ещё тяжелее. — Ты…ты мне нравишься, хен. — пытаясь быть хотя бы чуть громче, чем стук собственного сердца повторил Чонхо. — Ты не ослышался. — добавил он. И сразу же губы младшего были накрыты губами Минги, который вот вот готов был взорваться и повалить Чонхо на кровать, но тот поняв, что теряет равновесие резко отдернулся. — Стой, сначала надо вытереться. — грозно произнес Чонхо. В своей обычной манере, будто все вернулось в обычное русло, но яркий румянец на щеках говорил о том, что все довольно не все как обычно. И Минги не мог сдержать своей улыбки. Он позволил Чонхо взять салфетки, которые все также покоились позади вокалиста. Когда оба относительно привели себя в порядок и руки были чисты, Минги вновь потянулся в объятия, но Чонхо встал и кинул ему его же штаны, после нашел свои и начал одеваться. — Скоро кто-то может вернуться. На это Минги немного расстроился, но послушался младшего. Чонхо заметил уныние на лице репера и сел рядом на кровати. Он все еще чувствовал себя неуверенно. — Ты не хочешь обниматься? — спросил Минги, надувая губы. Он не мог всерьез сердиться на макне. Тот и раньше не часто позволял его обнимать, но сейчас парню казалось, что все изменилось или все же ему просто казалось? — Хочу…- начал Чхве. — Просто я волнуюсь рядом с тобой. Боюсь, что мое сердце не выдержит. Макне говорил это не поворачивая лица на старшего. Минги положил свою ладонь на ладонь Чонхо и слегка сжал, давая понять, что все хорошо. В голове репера пронеслись все те моменты, когда Чонхо не позволял тому обнимать его, но позволял остальным. Стало вдруг интересно, когда все это началось? — Чонхо-я, а когда я тебе понравился? — лучезарно улыбаясь спросил Минги. — Скажем так, — после минутного размышления начал макне. — Я расстался с девушкой, когда понял, что хочу увидеть тебя голым больше, чем ее. — Тогда? — резко подскочив выпалил Минги. — Я в то время думал, что ты переживаешь по поводу расставания и старался не лезть к тебе. Сан вообще сказал, что видел, как ты плакал. — Чего? Не плакал я! — вдруг взорвался Чонхо и сверлящим взглядом окинул Минги. На самом деле он и правда пустил слезу после разрыва, но только потому, что Минги резко отдалился, а Чонхо то и расстался как раз из-за него. И Чонхо чувствовал себя чертовски одиноко. Но в этом Макне никогда не признается. Как и не признается в том, что в последнее время дрочил он именно на образ старшего. И в тот момент, когда Сон застукал его, то Чонхо как раз выстанывал его имя перед тем, как кончить. — Ладно-ладно, не кричи. — Минги поцеловал младшего в щеку, а потом в лоб, а потом во вторую щеку. — Лучше скажи, когда мы по-настоящему любовью займемся? — Ну блять. — издался голос от дверного проема. — Только меня предупреждайте заранее, ок? — проговорил Юнхо, который уже вернулся с практики и услышал достаточно, чтобы понять, что эти голубки наконец-то сошлись. Не зря он потянул с собой в зал и Сонхва, который хотел остаться в общаге и заняться уборкой. Не то, чтобы он ожидал, что что-то между ними произойдет, но все же, позволил этим двоим остаться наедине, зная, что Минги еще вернется в общежитие. Кажется, Юнхо единственный в группе заметил как на Чонхо смотрит Минги, а на Минги-Чонхо. Даже эти двое будто бы ни о чем не догадывались. Возможно, понял еще и Сан, но когда надо он помалкивает. — Обязательно предупредим. — с ухмылкой произнес Минги и ближе прижался к Чонхо, который, залившись краской, закрыл лицо руками и чуть сжался. — Пожалуйста, заткнитесь оба.

***

      А мороженка так и растаяла на столе, за что Минги отхватил и от Юнхо, потому что это его стол и от Сонхва, потому что просто так. Но Сон пообещал Чонхо покупать это мороженное сколько угодно раз.
Примечания:
Так мало фф по ним. Буду писать вообще по Эйтиз почаще.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты