Сандер

      Люси показала дежурному офицеру рабочий пропуск и, дождавшись его одобрительного кивка, направила машину в сторону парковки для персонала. Она долго не могла привыкнуть к жесткой системе безопасности, которая была введена в Хоумленде, но, в конце концов, все же перестала вспыхивать и раздражаться всякий раз, когда дежурные офицеры буравили ее тяжелыми взглядами, проверяя ее документы.       Люси заглушила мотор «универсала» в тот момент, как глава Службы снабжения Сандер Сторм выкатил на стоянку на забавном гольф-каре (большая часть населения Хоумленда перемещалась по громадной территории именно на таких открытых белых машинках). Обычно девушке удавалось избегать Сандера, но сегодня она припозднилась, и столкновение стало неизбежным. Что, конечно же, не способствовало поднятию ее настроения.       – Мисс Эванс, – с, как ей показалось, насмешливой ленцой произнес Сандер, когда Люси, наконец, выбралась из машины.       – Доброе утро, мистер Сторм.       – Я просил называть меня по имени.       – Как и я, – строптиво отозвалась Люси и, не глядя больше на крупного невозмутимого представителя приматов, потопала к зданию, которое являлось сердцем Хоумленда. Люси работала здесь третью неделю, и все это время Сандер изводил ее придирками, чем доводил коллег до изумленного ступора, потому что Сандер считался одним из самых спокойных, обстоятельных и доброжелательных Новых Видов…       Ага, как же! Так она и поверила в эту нелепицу! Более грубого, циничного и невоспитанного мужлана ей не приходилось видеть за все двадцать восемь прожитых лет!       И, тем не менее, положив руку на сердце, Люси вынуждена была признать, что Сандер был чертовски привлекателен, в том числе и в сексуальном плане. Как все Новые Виды, подвергшиеся экспериментам в «Мерсил Индастриз», он был высоким, мускулистым, пропорционально развитым, с красивым лицом свирепого языческого бога. У него были необычные темно-карие глаза с золотыми искорками, которые вспыхивали каждый раз, когда Сандер устремлял взор на Люси (а случалось это часто, что ни говори), и четко очерченные чувственные губы, которые наводили на грешные – очень, очень, очень грешные! – мысли. Порой, когда Люси забывала о том, как ее раздражает этот большой парень, ей хотелось запустить пальцы в его черные волосы, насладиться их прохладой и шелковистостью…       Но потом Сандер портил ее романтический настрой каким-нибудь нелепым и обидным замечанием, касательным работы Люси, и она вновь вспоминала, что ее отношение к нему балансирует между «ууу, бесит» и «убила бы гада».       – Мисс Эванс… Люси… Можно вас на пару слов? – услышала она за спиной голос Сандера и с трудом сдержала огорченный вздох – ей не терпелось оказаться на крошечной офисной кухне и выпить первую за сегодняшний день чашку кофе. До работы на Новых Видов Люси и не подозревала, что столь зависима от утренней дозы кофеина.       – Слушаю вас, – строго поджав губы, она резко развернулась на квадратных каблуках своих добротных кожаных туфель и моргнула от неожиданности, уставившись на соблазнительную ямку под кадыком: за долю секунды Сандер успел оказаться на недопустимо близком от нее расстоянии. Люси сглотнула и отступила на шаг.       – Могу я угостить вас кофе? – вкрадчиво спросил Сандер, с видимым удовольствием разглядывая ее ошеломленное лицо.       Люси кивнула, с трудом сдержав язвительный ответ.       Бриз, женщина (или самка, как они сами себя называли) Новых Видов, протянула Люси планшет с десятком отпечатанных страниц, на которых красным и зеленым цветом были внесены текущие изменения.       – Позже, – рыкнул Сандер и подхватил Люси за локоть, игнорируя изумленно-возмущенный взгляд Бриз.       – Вообще-то она дежурила всю ночь, и я должна отпустить ее – моя смена началась сорок минут назад, – сварливо заметила Люси.       – Позже, – вновь сказал Сандер и придержал для нее дверь кухни.       Люси запаниковала.       Нет, Новые Виды были дружелюбны по отношению к людям, которые не провоцируют их, и обычно они довольно милые и забавные ребята. За все время ее пребывания в Хоумленде лишь Сандер открыто и, по мнению Люси, беспричинно выражал свое «фи» по отношению к ней. С некоторыми из них она даже подружилась и сожалела, что Сандер не вошел в число этих Видов.       Пока Сандер гремел чашками и наливал себе и ей горячий кофе из ультрамодной кофеварки, Люси стояла ни жива ни мертва. Мысли в его голове крутились самые безрадостные.       – Мисс Эванс… Люси, – исправился Сандер, наткнувшись на хмурый взгляд девушки. – По какой причине сегодня вы пропустили летучку?       – К-какую летучку? – растерялась Люси.       – В конце вчерашнего рабочего дня на внутреннюю почту каждого сотрудника поступило уведомление об изменении политики Службы снабжения – каждое утро в девять часов мы обязаны присутствовать на летучке. Сегодня старший офицер ознакомил сотрудников с новым регламентом рабочего дня, и вы оказались единственной, кто проигнорировал распоряжение Джастиса.       Люси похолодела.       – На каком основании Джастис решил менять наш регламент?       – Не решил – уже сделал, – сказал Сандер, прищурившись. Его спокойный и одновременно строгий взгляд, казалось, заглядывал прямо в душу, отчего Люси стало неуютно: она точно не хотела, чтобы этот проницательный самец вызнал все секреты.       – Итак, ваши объяснения?..       – Видимо, вчера я так торопилась уйти домой, что не проверила почту, – покаялась Люси. Новые Виды приветствовали честность, а она не видела причин, чтобы скрывать правду.       – Должно быть, причина такой поспешности была весьма убедительной… – Сандер вопросительно приподнял правую бровь.       – Видите ли, моя лучшая подруга выходит замуж, и мы с друзьями собирались приготовить ей грандиозный сюрприз, – брякнула Люси. – Торжество уже скоро, а мы еще на стадии планирования.       – Вот как, – выдохнул Сандер. – Вы поставили в известность своего непосредственного начальника о том, что сегодня задержитесь?       – Я позвонила Бриз, – Люси презирала себя за оправдывающийся тон. – Вчера мне пришлось остаться с ночевкой у друга, а район, где он снимает квартиру, очень неблагонадежный. Ночью кто-то скрутил две шины на моей машине, и мне пришлось вызывать эвакуатор. Я очень извиняюсь и обещаю, что такого больше не повторится.       – То есть впредь вы обещаете ночевать в своей собственной постели? – язвительно спросил Сандер.       Люси поразилась злобе, мелькнувшей в его взоре.       – Я всегда ночую в собственной постели, – чопорно сказала она.       – А этот друг, полагаю, чуть больше, чем просто друг? – прошипел Сандер ей в лицо.       – И хотя это не ваше дело, отвечу: друг – просто друг, без всяких пошлостей, на которые вы намекаете, – сказала Люси, на всякий случай отступив на шаг.       – На какие это пошлости я намекаю? – с каким-то странный чувством, похожим на облегчение, ухмыльнулся Сандер.       «Спокойно, Люс, он тебя явно провоцирует», – приказала себе девушка. Если бы она чуть хуже знала Сандера, то подумала бы, что он… заигрывает с ней.       Люси нервно облизала губы. Сандер тотчас уставился на них с явным интересом.       – Почему Джастис изменил регламент? – севшим голосом спросила девушка.       Сандер пожал широкими плечами.       – Усиление мер безопасности в связи с предположением на теракт.       – Разве такое возможно в Хоумленде? – изумилась Люси. – Эту территорию охраняют лучше, чем Форт Нокс.       – Ваш вид чрезвычайно изобретателен в своей ненависти, – это прозвучало с такой грустью, что у Люси закололо сердце.       – Ненавидят то, чего не понимают, – сказала она. Глядя на нее с убийственной серьезностью, Сандер провел большим пальцем по ее нижней губе, отчего рот девушки удивленно приоткрылся. – Как зовут вашу подругу? – спросил Сандер, положив на ее щеку ладонь, о которую девушка непроизвольно потерлась. – К-какую подругу? – в голове Люси плавал дурацкий романтичный розовый туман. – Ту, которая выходит замуж, – пояснил Сандер. Люси на мгновение показалось, что он гипнотизирует ее своими прекрасными карими глазами и мягким завораживающим голосом. – С-Скарлет, – пробормотала она. – Лю-ю-юси, Лю-ю-юси, – протянул Сандер с улыбкой, не затронувшей, однако, глаз. – Вы совсем не умеете врать. – Прошу прощения? – нахмурилась она. Даже под страхом смертной казни она не призналась бы в том, что ей стало холодно и зябко от того, что чертовски привлекательный Новый Вид опустил руку и перестал ласково касаться ее кожи. – Идите работать, Люси, – сказал Сандер и был таков.