Сандер

Люси и глазом не успела моргнуть, как оказалась запертой в камере с крошечным окошком, располагавшимся так высоко, что она даже допрыгнуть до него не смогла бы. Скудную обстановку составляла узкая кровать, круглая раковина и фаянсовый унитаз в углу. Ширмы не было, зато имелась камера, которая мерцала над потолком издевательской красной точкой. – Поздравляю, Люс, теперь ты заключенная, – пробормотала девушка и села на кровать. Ее начала бить нервная дрожь, хотя в камере было тепло. Люси обхватила колени руками и прижалась спиной к серой стене. Когда сначала Сандер, а затем Тайгер спрашивали ее об отношениях с Кларком Стоппардом, она немного, но слукавила. Когда она, наивная девчонка с рабочей окраины Бостона, появилась в чопорной школе Сент-Джеймс-Корт, Кларк был первым, кто протянул ей руку помощи. Он помог ей разобраться со школьными правилами и жесткой иерархией, ввел в круг своих друзей, несмотря на то, что она сразу открестилась от родства с сенатором Джейкобсон. Ее благодарность почти тотчас превратилась во влюбленность, которая мешала увидеть за привлекательной внешностью всеобщего любимца высокомерного заносчивого сноба. Люси оказывалась в постели Кларка с удручающей регулярностью, несмотря на то, что он состоял в официальных отношениях и был даже помолвлен с племянницей старинного приятеля своего богатого и влиятельного отца. Люси ненавидела себя за мягкотелость, слабохарактерность и добродушие – стоило Кларку сочинить очередную слезливую историю о том, как жесток и равнодушен к нему окружающий мир, как она проникалась сочувствием и раскрывала ему свои объятия. Она закрывала глаза на его многочисленных легкомысленных подружек, на беспощадное глумление над менее удачливыми одноклассниками и однокурсниками, на злоупотребление алкоголем… Она бросала очередного бойфренда среди ночи, чтобы вытащить укуренного Кларка из элитного клуба, заплатить из собственного кармана администратору, чтобы тот сдержал любопытство прессы и ярость охраны, на себе тащить почти бездыханную тушу в кондо с видом на Центральный парк. Пощечиной самолюбию Люси стал тот факт, что Кларк не пригласил ее на свою свадьбу. Не то чтобы она так уже мечтала оказаться на этой ярмарке тщеславия, но до последнего продолжала верить в то, что они с Кларком друзья. Кларк отделался какими-то невнятными извинениями; тогда-то он и подарил первую из шести каучуковых игрушек в ее коллекцию. Чтобы вырваться из замкнутого круга, Люси приняла предложение о переводе во Фресно. Так она оказалась в Калифорнии. Однако, как оказалось, Люси плохо знала Кларка. Даже будучи женатым человеком, он не хотел отпускать ее. Правда, Люси удалось убедить его в том, что крепкие дружеские отношения в их случае стократ лучше, чем интрижка за спиной у ревнивой жены. Кларк руководил калифорнийским филиалом строительного концерна «Стоппард и сын», но ни высокая должность, ни семейный статус не мешали ему чудить. Особенно угнетал Люси тот факт, что Кларк пристрастился к азартным играм и, будучи неумелым новичком, проигрывал крупные суммы. Один из тех людей, кому Кларк задолжал, попросил вернуть долг не чеком, а услугой… По слезной просьбе Кларка Люси внедрилась в Хоумленд, однако она и не подозревала, что ее используют втемную. Она была безумно зла на Кларка и смотрела в будущее без особого оптимизма. Незнакомая женщина-Вид в форме принесла Люси поднос с ужином, но говорить с пленницей отказалась, пронзив ее презрительным взглядом и плотно сжав губы. Через несколько часов Люси поняла, что сойдет с ума, если не получит ответы на свои вопросы. Она начала стучать в дверь кулаками и требовать то свидания с адвокатом, то право на звонок, то встречи с Джастисом Нортом. Охрипнув и выбившись из сил, она упала на кровать и дала волю слезам. Вместе с ними уходили тревога, страх, негодование, но вместе с тем наваливалась апатичная усталость. Люси свернулась клубочком и, продолжая всхлипывать, заснула. Из тяжелого сна, наполненного сюрреалистичными кошмарами, ее выдернуло движение тени у стены. – Кто здесь? – хрипло спросила Люси, пристально вглядываясь в густую тьму. Что ни говори, у нее не было такого хорошего зрения, как у модифицированных Новых Видов. – Это я, – произнес Сандер, и его крупная фигура отлепилась от стены. Как бы предвзято Люси не относилась к этому парню, она испытала огромное облегчение, что в ее камеру не вторглись Тайгер или Брасс. – Я бы пожелала вам доброго вечера, но – увы! – он таковым не является. – Вы должны были рассказать мне обо всем, когда была такая возможность, – в глубоком мягком голосе Сандера звучала грусть. – О чем «обо всем»? – вспыхнула Люси. – Я не делала ничего из того, в чем меня обвиняют. – Подозревают, – поправил Сандер. – Вы просто стали жертвой хитроумного преступника. – Кларка? – не поверила Люси. – Вы знали, что отец вашего друга, является поставщиком бытовых товаров в Хоумленд и Резервацию? «Стоппард и Сын» владеет химзаводом, на котором до недавнего времени производили составляющие для взрывчатых шашек, которые Правительство США использовало против мирного населения в Афганистане, Ираке и Сирии. – Зачем вы все это говорите? – прошептала Люси, понимая, в какое невероятное дерьмо вляпалась благодаря Кларку. – Репутация Чеда Стоппарда сомнению не подвергается – мы сотрудничаем не первый год. Однако его сын не может похвастаться тем же. Люси коротко кивнула. Ей как никому другому было известно, на что способен Кларк Стоппард. – Я не имею ничего общего со «Стоппард и Сын», проверьте мою трудовую биографию. – Я знаю, – мягко произнес Сандер и коснулся ее щеки. Девушка замерла от неожиданности, но не отстранилась. – Некоторое время я наблюдал за вами, мисс Люси. И то, что я видел, нравилось мне все больше и больше. Вы умны, исполнительны и красивы. Очень красивы. Люси смущенно покраснела. – Мне казалось, что мое присутствие скорее раздражает вас, чем радует. Новые Виды не очень любят людей. – К некоторым людям мы лояльны. Мне бы хотелось, чтобы вы были одной из таких людей. Сандер провел большим шершавым пальцем по ее нижней губе, и девушку затрясло, словно в ознобе. Черт, одно дело – любоваться красивым мощным парнем на расстоянии и даже чуточку вожделеть его, и совсем другое – ощущать его нежные прикосновения и понимать, что, возможно, ласка его пальцев – это прелюдия к чему-то большему. Люси почувствовала слабость в коленях и ухватилась за пояс форменных брюк Сандера. – Что-то не так? – спросил он, обнимая ее за талию. Ей показалось, что в голосе его прозвучала робость. – Мне приятно, что вы тоже считаете меня… хм… привлекательной. – Кто еще считает тебя привлекательной? – нахмурился Сандер. – Оу, я имела в виду, что я… хм… я считаю вас привлекательным, – Люси хотелось провалиться сквозь землю от смущения. Ее опыт отношений был не слишком богат и разнообразен, и она точно никогда не встречалась красивыми и загадочными парнями, подобными этому Новому Виду. – Я рад, что вы находите меня привлекательным, – расслабился Сандер. – Тогда, возможно, вы не станете громко кричать, если я сделаю то, о чем мечтал в течение долгого времени. И прежде чем Люси открыла рот, чтобы проявить обоснованное любопытство, он накрыл ее губы своими невероятно мягкими и нежными губами.