Ты мне не друг.

Глаза открываются с ужасным сопротивлением, будто бы налитые свинцом. Перед собой я вижу только тёмный потолок, по которому мелькает свет от фар машины. Блики завораживают и заставляет на секунду задуматься, куда же едут люди. Перевожу взгляд на прикроватную тумбочку и замечаю на часах 5:37. Глубокий вздох и я приподнимаюсь, усаживаясь на кровати. Хочется пить и выпилиться, а ещё до конца вспомнить, как прошёл вчерашний вечер. В голове полнейший бардак, только некоторые отрывки проскакивают перед глазами и то, совсем мутные и непонятные. Вспоминаю, как я и Алёна курили на улице, вспоминаю, как Серёжа и Оксана пытались станцевать на барной стойке, но хрен их кто туда пустил, вспоминаю, как мы вызывали девчонкам такси... Вроде бы ничего необычного, а ощущение, что что-то не так. Просто не могла пьянка пройти без какого-либо интересного события. Я все-таки нахожу в себе силы встать и брожу на кухню, полностью погружённый в свои нечёткие мысли. Там находится графин с водой, я наливаю полную кружку и выпиваю практически залпом. Вода приятно разливается по организму и кажется, даже чувствуется внезапный прилив сил. А ещё я понимаю, что уснуть мне не удастся, потому что вставать нужно через 40 минут. Возвращаюсь в комнату и нахожу телефон, падая на кровать, после по привычке захожу в твиттер. Пьяных твиттов нет? Удивительно. Перехожу на аккаунты друзей и тоже не замечаю у них последствия вчерашнего события. Но замечаю новоприбывшего в свои ряды читателей. вас начал читать панки хой @allenn_a_ Она разве не была подписана на меня ранее? Но подписка прилетела только-только, значит, моя новая приятельница тоже не спит. Привет, тоже сушняк пробил?

5:40

Честно, я даже не задумываюсь о том, что пишу или буду писать. С Алёной мы сразу выяснили, что друг другу не подходим, поэтому волноваться, веская причина написать или нет, я не стал. Ага, типо того, Ирке плохо 5:40

Что-то серьёзное?

5:40

Антон куда-то пропал. Она как раз просила у тебя спросить, где он. На звонки не отвечает, сообщения не читает. 5:41 Мое сердце резко пробивает кульбит, как только я вижу имя своего друга. Волнение само по себе накатывает в голову. Осознание, что Антон не маленький ребенок отрезвляет. Но при этом я старательно пытаюсь вспомнить, где был Антон, когда мы всё расходились по домам.

Он мог просто приехать домой и завалиться спать, это в его репертуаре.

5:42

Дело в том, что Ира не помнит, чтобы он садился в такси вчера ночью. Она ревёт уже час. Можно я просто скажу ей, что он спит у тебя? 5:42

Можно, но она попросит фото.

5:42

Если попросит, скажу, что ты уже из сети вышел и не отвечаешь. Мне главное, чтобы она успокоилась на время 5:43 Вот бы мне сейчас кто сказал, что Антон спит у него. Ещё и память как назло подводит, я совершенно не помню, видел ли Антона во время нашего расхода по домам. Мне кажется, он пропал от нас ещё раньше. Мысли не дают даже глаза сомкнуть, ощущение, что я не моргаю даже. Я просматриваю онлайны Антона, они как на подбор показывают разницу в минуту две. Два тридцать шесть, два тридцать восемь, два тридцать девять. А твиттер он обновлял только перед поездкой в клуб. По правде реально хочется свалить всё на то, что Шастун спит крепким сном, поставив телефон на беззвучный или вовсе потеряв его. Но рыбская интуиция или моя драматизация не даёт мне этого сделать. Время пролетает и я уже собираюсь на занятия. Вылетаю из квартиры, резкий шквал энергии, вызванный пропажей Антона, помогает мне довольно быстро совершать бытовые действия. Может мне ему спасибо за это сказать потом? Зато не опоздаю. Улица встречает меня пасмурной погодой и от того на душе ещё противнее. Только начинает светать, а на часах уже пол восьмого. Почему-то в мою голову не пришла идея написать тому же Диме. И это я понял, когда увидел его возле ворот школы, залипающего в телефон. Как только я подбежал к нему, он поднял на меня свой взгляд и оглядел с ног до головы. — Ты куда спешишь? Урок через полчаса только начнётся. — друг искренне не понимал, почему я пришёл так рано, учитывая, что я живу в двух шагах от школы. На секунду я правда задумываюсь, зачем спешил, если сам Шастун приходит ближе к звонку или вообще ко второму уроку. — Я с бодуна видимо подумал, что сейчас уже пол девятого — ответить чётко не получается и, кажется, Дима даже просёк моё волнение, потому что далее последовал вопрос — Шаст правда у тебя ночевал? — вопрос звучит как издёвка. Позов слишком умный, чтобы не рассекретить наше с Алёной враньё. — Катя сказала? — ответ вопросом на вопрос другу не понравился. — Нет блин, птичка прилетела напела, ветром надуло. Ты зачем Ире соврал? — Димин голос отдаёт нотками раздражения и я недовольно хмурюсь. — Алёне нужно было её успокоить, я что поделать мог? Сейчас придёт и расспросим, где он шароебился. — мой голос звучит как никогда уверенно, хотя в душе я понимаю, что был не прав, согласившись соврать Кузнецовой. Дима выглядит насупленным и злым, но спустя секунду это пропадает, его плечи медленно расслабляются, опадая и вместе с ними расслабляюсь(не до конца) я. Возможно, он понял мою растерянность в этой ситуации или послал меня мысленно на хуй, свалив всё на похмелье. — Не мог меня спросить? У меня номер его матери есть, гений. — Я не хочу её пугать раньше времени. — обиженно отвечаю я и вздыхаю. Позов расслабляется, видимо, отошёл полностью и хлопает меня по плечу. — Мне он тоже на звонки и сообщения не отвечает, ставлю на то, что уснул. Пошли уже. Он уходит вперед, а я нехотя плетусь следом. Запал энергии пропал, но надежда на появление Антона осталась. Первый урок я просидел один, Дима, видимо, тоже. В какой-то момент я начал волноваться и о Сереже, а потом подумал, что эти две пропажи могут оказаться вместе. Это успокоило, а потом напрягло ещё больше. Но пришёл только Матвиенко. — Дарова, как ты тут без меня, голубок? — друг с грохотом садится на место рядом со мной. В классе дико шумно и это раздражает. Я перевожу взгляд на Серёжу и он на секунду пугается. — Нет, тебе всё-таки стоит меньше пить. — серьёзно заявляет друг и, видимо, получает в ответ ещё более раздражённый взгляд. — Что-то случилось? — он говорит это уже обеспокоенно и я как-то автоматически смягчаюсь. — Шаст с тобой был этой ночью? — голос звучит ровно, спокойно, даже беззаботно, а в душе кошки скребутся. Тяжёлый и вязкий ком подкатывает к горлу, когда Матвиенко хмурится и замирает. — А он не у тебя ночевал? Сердце начинает биться слишком часто, а тревога едко вгрызается в грудь. К концу учебного дня Шастун так и не появился. А позвонив его матери, мы узнали, что он оповещал её о ночёвке у Кузнецовой.