Одиннадцать душ

20 лет назад Тамила стояла в здании наскучившего ей подвала музея возле магического шара, разглядывая в нём улицы родных ей земель, которые в эту же секунду шумели жизнью. Но ей нельзя было подвергаться такой опасности, как выход в люди. Бессмертие давало ей возможность оставаться молодой и нестареющей, но никак не спасало её от любой другой опасности. Больше всего на свете Тамила мечтала прожить жизнь обычного человека, влюбиться, родить детей, умереть и обрести покой. Вдруг, она услышала шаги за спиной. – Аполлинария, ты? – спросила вершительница измерений. – Да, Тамила. За ней стояла молодая девушка, с каштановыми кудрями, румяными щеками и чёрными глазами. Она робко обратилась к вершительнице: – Мне нужен твой совет. Тамила обернулась к девушке. – Я не знаю никого мудрее, чем ты. Я приняла решение уехать. Я влюбилась в парня, который был в наших краях проездом. Он с Донбасса. Мне так надоел мой брат, его душа будто бы пропитана тьмой. Он не дает мне свободной жизни. Не понимаю, откуда в нём столько зла. – Я тоже не в силах это вразумить. Ваш отец, Андрей, бывший моим хранителем до Вадима, был насыщен такой же искренней добротой, которой сияешь ты сейчас. Твой брат погубит её. – Но, Тамила, скажи мне, не будешь ли ты считать, что я бросила тебя со своим ужасным братом? – Если мне суждено никогда не построить своего счастья, это не значит, что твоя судьба такая же. Ступай, я не буду держать на тебя зла. А главное, будь счастлива. Полина обняла Тамилу, попрощалась с ней и покинула подвал. Спустя несколько часов в музей вернулся Вадим. – Полина! – хриплым голосом брат звал свою сестру. Но ему никто не отвечал. В его рабочем кабинете на письменном столе лежало письмо: «Брат, я представляю, как ты будешь зол. Пойми, я просто хочу быть счастливой. Я уезжаю поездом и, думаю, уже никогда не вернусь. Я люблю его, Вадим, такой любовью, которую тебе испытывать не приходилось. Надеюсь, что твое ледяное сердце тоже когда-то кто-то растопит. Не подведи предков и заботься о Тамиле. А обо мне позаботится наш дядя, Леонид Сергеевич, он всё равно живёт там совсем один, богато, но одиноко. Прощай, Вадим. Твоя сестра, Полина Евстафьева» Наши дни Полина Андреевна оставалась в той же библиотеке, в которой Миша дал ей обещание вернуться домой. Она разглядывала разбросанные книги, которые разбросал парень. Когда-то давно она сама, будучи юной, недавно переехав в Благовск, читала и пересматривала каждую из них. Одна из обложек, в отличие от остальных не была ей знакома. Полина Андреевна взяла в руки книгу с кожаным переплётом перевязанную верёвкой. Открыв её и прочтя содержимое первой страницы, она поняла, что это дневник её дяди, Евстафьева Леонида Сергеевича. Времени у мертвецов огромное количество, поэтому женщина прочла записки от начала до конца. «Я открыл для себя, что чёрная магия – это не просто сплошная тьма, как многие считают. Это сила, дарующая способность вершить над жизнью и смертью. Я люблю своего племянника и нисколько не жалею, что воскресил его, – когда глаза Полины Андреевны прочли эти строки, её сердце замерло, – восьмилетний ребёнок просто катался на льду и не был готов умирать. Мой старший брат, принял на себя обет хранителя, о себе же я думал, что я бездарен и моя жизнь не имеет толку. Я уверен, что при всей любви к сыну, Андрей не стал бы прибегать к чёрной магии. В отличие от меня. И пусть об этом никто не знает, пусть я унесу эту тайну с собой в могилу; однажды мой племянник прочтёт эти записи и будет благодарен своему дяде, за то, что тот даровал ему жизнь. 3.06.2017» Полина Андреевна узнала в этих цифрах дату смерти Леонида Сергеевича. «Теперь то я открыла себе глаза, – думала женщина, – мой брат возрождён тьмой». Тем временем в Киеве Вадим искал способы убить спасителей. – Мы должны ехать туда, – серьёзным голосом сказал он, резко открыв двери и войдя в подвальный кабинет. – Мне было видение – сказала Тамила, сидя на полу в позе лотоса, вовсе не вникая в слова хранителя. – Тамила, – недовольно перебил её Вадим, – мы уже убедились, что твои видения – это глупые галлюцинации. – Одиннадцать спасителей, – продолжила девушка, – они посланы спасти не только потомков Шубина. Они могут спасти меня. – Что? О чем ты говоришь, Тамила? Умрёшь ты, исчезнут все измерения, в том числе и настоящее. – Нет же. Они могут освободить меня. Девушка, будто не замечая колдуна, встала и направилась к выходу. – Тамила стой! – ринулся бежать за ней мужчина. – Тебе нельзя подниматься наверх. Вершительница измерений не слушала колдуна и шла по ступеням вверх. – Мы едем в Благовск. А ты, как мой хранитель, будешь следовать за мной. – Ну уж нет, – с твёрдой уверенностью ответил маг. Он успел в два мгновения взять магические кандалы в кабинете и уже стоял с ними за Тамилой, когда она обернулась. – Мною не подчинённый будет сном покорённый, – произнёс Вадим заклинание и вмиг кандалы поднялись в воздух и оковали вершительницу измерений. Тамила упала на месте без сознания. Колдун, сам приносивший клятву хранителя, не знал, что его судьба напрочь связана с двухтысячелетней девой. Он упал рядом с ней, и они спали непробудным магическим сном на полу подвала музея.