The Edge (На Грани)

В первые же выходные Люциус Малфой устроил приём, чтобы отпраздновать своё новое назначение и заодно объявить о помолвке сына с Асторией Гринграсс. Свадьба была назначена на двадцать шестое декабря, поэтому Гермиона решила, что успеет на Сочельник заскочить и на площадь Гриммо, и в Нору. Да, на свадьбу Драко пригласил Рона Уизли, Гермиону Грейнджер, Гарри Поттера, Невилла Лонгботомма, Симуса Финнигана, Дина Томаса, Лаванду Браун, Сьюзен Боунс и Джинни Уизли, которая шла в паре с Блэйзом Забини. Флинт, Пэнси, Гойл и Крэбб также должны были бы присутствовать. С самого утра в Сочельник Гермиона явилась на площадь Гриммо. Дверь открыл Кикимер. – Привет, Кикимер. Гарри дома? – Да. – А Сириус с Шарлоттой? – Только хозяин Блэк. Гермиона прошла в гостиную, где сидел Сириус, читая книгу и потягивая из серебряного бокала вино. – Привет, Сириус. – Гермиона? – удивился мужчина, подходя к ней. – А я думал, что увидимся на свадьбе Малфоя. – Я обещала Гарри явиться. Тем более моих родителей пригласили на корпоратив, поэтому, пока и меня туда не затянули, убежала. Сириус засмеялся и обнял девушку, которая обняла его в ответ. – А где Шарлотта? – У матери. Будет под вечер. Решила обрадовать её с самого утра. – Обрадовать? – Вчера мы узнали, что у Шарлотты уже пять недель беременности. Сходили в Мунго, и нам сказали, что будет мальчик. Я назову его Джеймсом. – Поздравляю! Гермиона крепко обняла Блэка и поцеловала в щеку. Сириус не желал выпускать девушку из объятий, но он ей всего лишь друг, поэтому с сожалением разомкнул руки. – А где Гарри? – Спит. К нему вчера приходил Яксли, и они очень долго что-то обсуждали. Никогда бы не подумал, что буду принимать бывших Пожирателей в своём доме. Есть хочешь? – Нет, но я бы не отказалась от кофе. – Кикимер, приготовь для Гермионы кофе без сахара. – Рада, что ты помнишь, – произнесла девушка, снимая новое белое пальто. – Спасибо, Кикимер, – ответила девушка, когда эльф принёс кофе. – Стоп! Пять недель? – девушка села возле Блэка на диван. – Это значит, что мальчик родится в конце августа? – Гарри смеётся, что, может, на его день рождения явится на свет – тридцать первого июля, – шутил Блэк. – Сказали, что до сорок второй недели может и не дойти, поэтому я рассчитываю на начало августа. – Я рада за тебя, Сириус. Ты, как никто, заслужил право на семью, учитывая, что твои от тебя отказались, а потом ты попал на двенадцать лет в Азкабан. – Спасибо, Гермиона. Слушай, сначала сюда, потом в Нору, а дальше? – Догадайся. – Он тебя пригласил к себе в Паучий Тупик? – Как оказалось, у него есть дом в Шотландии. Северус купил его в конце июля. Адрес никому не даёт, а мне прислал вчера утром совой, – Сириус фыркнул. – Думаешь, Дамблдор – старый дурак и не догадывается, что между вами что-то есть? – Это не его дело. Никто не посмеет упрекнуть лучшего друга и кума Министра Магии. – Ты виделась с Люциусом после отстранения Фаджа? – Нет, а разве это важно? – Очень важно, Гермиона. Ты должна понять, как теперь он относится к тебе. – Я думаю, он уважает мой выбор. У него есть семья, карьера, поэтому он забудет меня. – А если Малфой влюбился бесповоротно? – Не мои проблемы. – Вы с Гарри ходите по тонкому лезвию. Оба на грани любви и одиночества. Может, вы перепутали страсть с любовью? – Не волнуйся, Сириус, мы друг за другом присмотрим. – Этого я и боюсь. Вы стали слепы. – Не соглашусь с тобой. У нас выросли крылья. Сириус хмыкнул, а затем нежно провёл пальцами по щеке девушки. Улыбка с лица Гермионы исчезла, и мужчина убрал руку. – Доброе утро, Гарри, – произнёс Сириус, глядя за спину девушки. – Доброе, – буркнул Гарри, прожигая взглядом Блэка. – Оставлю вас, – Сириус ушел куда-то наверх, а Гарри обнял подругу. – Я вовремя? – Он меня немного напугал, но думаю, слово своё не нарушил бы. Вообще-то я за тобой. Мы хотели помочь с приготовлением в Норе, помнишь? – Гермиона, давай ближе к обеду? – Гарри, уже десять. Почему ты оттягиваешь? Чарли без нас не скажет. Ему нужна поддержка. – Я так вчера устал… – Для чего приходил Яксли? – Спрашивал на счёт Сириуса. Хотел передать ему кое-какие дела, но он отказался. Сказал, что денег в сейфе банка хватает. – Гарри, а ты, как жук, пролез в Министерство, и никто не знал? – Я пока не знаю, кем хочу быть, но хочу, чтобы от моих решений была польза. Проверил метку на предплечье Яксли. Осталось полчерепа, и он едва виден. – А у Люциуса? – После свадьбы посмотрю. Метка меня напрягает. Я думал, что все змеи исчезнут одновременно, но, увы… – Думаешь, она может воскресить Волдеморта? – Нет, конечно. Мне просто надоело чувствовать эту метку. Она раздражает. Кикимер, принеси кофе! – крикнул Гарри. – Гермиона, ты уверена, что хочешь преподавать? – перед Гарри появился эльф с чашкой кофе. – Не знаю. В школе я буду защищена от всего. Рядом будет Северус, а школьники не дадут расслабиться. Нужно поговорить с Северусом. Теперь, когда Министр Люциус, может, он захочет заняться чем-то другим. Гарри, я очень боюсь, что однажды Северус проснётся и решит, что наигрался мной. Да, ревнует. Да, стал нежнее. Да, стал внимательнее. Но это всё ему навязала я. – Понимаю твои опасения. У нас с Драко так же. Если честно, мы ни разу ещё не трахались по-настоящему. Я привёл Люциуса к власти, теперь ему не нужно слово Гарри Поттера в защиту. Он может сделать что угодно сам. – Хорошо, что у тебя отличная интуиция и полно шпионов в Министерстве. – Это временно. Когда метка исчезнет, все шпионы станут крысами Малфоя. Как сказал Снейп, я разворошил осиное гнездо. Всё, чего я хочу, это быть любимым тем, кого я люблю. Думаю, время покажет, насколько я ошибся в Люциусе. – Допивай, и пойдём. Гарри тяжело вздохнул и пошёл одеваться. Когда они прибыли в Нору, то Чарли уже был там. Он разговаривал в основном с Роном и очень тихо. Увидев Гарри и Гермиону, крепко обнял каждого. Джинни не сводила глаз с Гермионы, которая шептала что-то утешающее её брату. – Гарри! Гермиона! Рада вас видеть, – Молли обняла обоих и отошла. – Пообедаете с нами? – Да, – ответили оба и обняли Рона. – Когда? – спросил Гарри. – Сейчас, – ответил Рон, когда все сели за стол. – Прежде чем мы приступим к трапезе, я хочу кое-что сказать, – произнёс Чарли, который сидел между Роном и Гарри. – Мне было семнадцать, когда это случилось, – он тяжело дышал, а все члены семьи уставились на него. – Мама, отец, от меня у вас никогда не будет внуков. – Ты бесплоден? – вырвалось у Фреда. – Нет. Мерлин, как же тяжело, – он снова вздохнул и посмотрел на всю семью. – Я гей. Тишина повисла за столом. Близнецы улыбнулись, Билл молча кивнул, как и Флёр. Джинни удивилась и посмотрела на Гарри, который сидел рядом. Девушка догадалась, что их связывает что-то больше дружбы. Перси фыркнул и злобно уставился на брата. – Теперь понятно, почему ты убежал в Румынию, – прошипел Перси. – Он наш брат! – заступился Рон. – Это его выбор. – Давно ты знаешь? – спросила Джинни. – Полтора месяца, – ответил Рон. – Гермиона чуть дольше, а Гарри уже полтора года. – Ты как его раскусил? – спросил оживлённо Джордж. – Это он меня раскусил, – ответил Гарри, и Перси ударил рукой по столу. – Ты такой же, как и Чарли? Скажите ещё, что вы любовники? – ярость захлестнула его. – Бывшие, – спокойно ответил Гарри. – Говномесы! – Перси! – попросил отец. – В мире волшебников это нормальное явление, просто мы не были к этому готовы, сынок. – Ты наш сын, – опомнилась Молли. – Мы примем любой твой выбор. – Тогда ноги моей здесь не будет! – зашипел Перси. – Какой ты правильный, – вспыхнул гневом Рон. – Сам забыл, как Гермиону пытался взять против её воли? Перси покраснел, а Гермиона виновато опустила глаза. – Не смей кричать на него, Рон! – заступилась Джинни. – Некоторым нужно время, чтобы принять брата таким! – Спасибо, Джинни, – ответил Перси. – Странно, меня ты поняла сразу, – заявил Гарри. – Но ты мне не брат, Гарри, а друг, – ответила девушка. – Это ничего не меняет, – вступился Билл. – Чарли – наш брат. – Во Франции это вообще норма, – произнесла Флёр, подбадривая Чарли, который благодарно улыбнулся девушке. – Только мы не во Франции, – ответил Перси. – Хватит дуться, Перси! Все мы небезупречны, – произнёс Фред. – Это точно, да, Рон? – снова произнесла Джинни. – Не один Перси приставал к Гермионе. Ты её вообще обездвижил и раздел, а затем просунул в неё пальцы! – Джинни! – закричали в унисон Гермиона и Гарри. Вот тут уже все уставились на Рона. Парень посмотрел на Чарли, ища там поддержку, и Чарли положил на его плечо руку, глядя спокойно, без предрассудков. – Он был очень пьян, – вступилась Гермиона. – И со мной ничего не случилось. Мы помирились и об этом не вспоминаем. Рон оказался рядом, когда я даже Гарри не могла сказать, как мне плохо. Чего ты так взъелась, Джинни? Ты постоянно во всех разговорах возвращаешься ко мне! – Потому что я не верю, что между тобой и Люциусом Малфоем ничего нет. – Но это правда! – вскочила на ноги Гермиона. – Я влюбилась в начале пятого курса в другого человека, и я сплю с этим человеком. – Тогда ответь, кто он! – Не твоего ума дело, – отчеканил Чарли. – Даже ты знаешь? Почему я не знаю? Я же твоя лучшая подруга! Гарри и Рон знают – неудивительно, но ты рассказала Чарли, а не мне! – Какие страсти, а мы, к несчастью, уже в школу не ходим, – вздохнул Джордж. – Это моя личная жизнь, и я её делюсь с теми, кто поймёт! – А я не пойму? – Да! Не сейчас… – Значит, правда, что о тебе говорят! – И что обо мне говорят? – Что ты слизеринская шлюха! – Джинни! – Билл, который сидел возле сестры, свирепо на неё взглянул. – Постой, Билл, я хочу знать всё! – Гермиона присела за стол и уставилась на Джинни. – Говорят, что ты после Снейпа уходишь либо к Малфою, либо в слизеринскую гостиную. – А чего это меня там твой Блэйз ни разу не видел? Гойл? Крэбб? Паркинсон? Драко с Асторией, в конце концов? – Ты берёшь мантию невидимости у Гарри. – Оригинальный аргумент, – процедил Гарри. – Это всё? – спросила Гермиона, которая уже закипала от ярости. – Девочки, успокойтесь, – попытался вмешаться Артур. – Пусть, – произнесла Молли. – Им нужно выпустить пар. Обеим. – Нет, говорят, что Снейп к тебе смягчился не из-за того, что ты станешь его практиканткой, а от того, что ноги перед ним раздвигаешь! Гарри взял Гермиону за руку, девушка посмотрела на друга взглядом, полным слёз. – Мне всё равно, что обо мне говорят, но не всё равно, когда это делают друзья. – Ты же скрываешь от меня своего парня. Что мне ещё думать? – Что у них сложные отношения! – вступился Рон. – Что она не понимает, серьёзно всё или он просто развлекается! Как ты не понимаешь, что любит Гермиона, но он… Он ещё не понимает, что чувствует. С Гарри так же! – Гарри лихо держит возле себя Малфоя! – шипела Джинни. – Малфоя? – удивился Джордж. – Драко Малфой и ты? – Не совсем, всё сложно, – ответил Гарри. – Только этого никто не должен знать. Или клянусь, направлю на вас Пожирателей. – А ты с ними знаком? – восхищённо спросил Фред. – Да. – Гарри, это опасно, – вмешался Артур Уизли. – Это временно. Скоро связь с ними разорвётся, но до того, – он внимательно посмотрел на всех, – не смейте говорить никому, что мы с Драко имеем связь. – Не вопрос, – произнесли близнецы. – Не беспокойся, Гарри, всё, что сказано в этом доме, останется здесь, – пообещала Молли. Гермиона поднялась, и все уставились на неё. – Я пойду, – она посмотрела на Гарри с Роном. – Меня ждут. – Кто? – спросила Джинни. – Тот, кто не требует отчётов, как я провела день, что ела и где была, в отличие от тебя, – подавленно прошептала девушка. – Перси и Рон мне ничего плохого не сделали, а ты, Джинни, воткнула нож в спину. Гермиона ухватила пальто и убежала, чтобы аппарировать к Северусу прямо в дом. Гарри прикрыл от злости глаза и посмотрел на Джинни, которая совсем не раскаивалась в своих словах. – Она была только с одним мужчиной, только с одним, а ты сделала из Гермионы непонятно кого, – с болью прошептал Гарри. – Знаешь, не всё нужно знать. И не всем. Да, Джинни, Люциус любит Гермиону, и поверь, он узнает об этом инциденте. Я не знаю, что спасёт тебя от его гнева. – Гарри, гнев Люциуса против гнева… против Его гнева, ничто, – произнёс Рон. – Извините, но я лучше вернусь домой. Гарри ушёл, никто не пытался его остановить. Никто, кроме Чарли, который выбежал за ним. – Гарри, постой. Я хотел поговорить с тобой о Драко. – Чарли… – Я настаиваю. Пройдёмся? Гарри вздохнул, понимая, что Чарли просто не отстанет. Они отошли подальше и остановились. – Что между вами произошло? – Ничего. – Перед этим ты говорил, что у вас завязались отношения, но я вижу, что ты вялый. Дай угадаю, стоило его папаше стать Министром, интерес к тебе исчез? Гарри засмеялся, но Чарли спокойно ждал ответа. – Наполовину, – ответил Гарри. – Так и знал. – Он пригласил меня на свадьбу, как и многих ещё, но будто закрылся от меня. Может, хочет показать, что теперь у него будет жена и мне нет места рядом. Не знаю. – Гарри, ты не думал, что он просто боялся тебя? Гарри вспомнил его реакцию на метку и парселтанг и согласно кивнул. Чарли подошёл поближе к Поттеру и склонился, спрашивая разрешения. Гарри резко поцеловал Чарли, который был рад встретить такой родной ротик. – Гарри, я очень скучал. Может, к тебе? – Чарли нежно поцеловал шею Поттера. – Малфой точно развлекается с Асторией, почему тебе нельзя? Будет по-твоему. Как ты хочешь? – Хочу почувствовать себя наполненным. Мне так одиноко. Ты возьмёшь меня? – С удовольствием. Гарри снова припал к губам Чарли и аппарировал прямо к себе в спальню. За ними наблюдали близнецы и Молли. – Интересные у Поттера отношения с Малфоем, – процедил Фред. – Так он сказал же, что всё сложно, – засмеялся Джордж. – Слушай, может, Чарли к нему приехал? – Меня беспокоит, что ваш брат легкомысленно относится к отношениям, – заявила Молли. – Видно же, что Гарри влюблён. – Но расслабиться-то хочется, – засмеялся Фред. – Наш Чарли, по всей видимости, хороший любовник, раз Гарри не смог ему отказать. – Думаешь, это Чарли предложил им уединиться? – удивился Джордж. – Гарри хотел уйти. Один. Наш брат испытывает к нему симпатию. Да, теперь будут шуточки пожёстче, – смеялся Фред. – Давайте не при мне, – подошёл к ним Перси. – У меня много вопросов к Чарли. – У меня к тебе, Рону и Джинни тоже! – заявила Молли. – Быстро в дом. Нужно поговорить!

***

Гермиона аппарировала прямо в гостиную дома Северуса, который сидел перед камином, читая газету. Заметив, что девушка подавлена, подошёл поближе. Гермиона резко прижалась к груди Северуса и заплакала. Снейп ничего не понимал, только обнял её дрожащее тело и нежно поцеловал в волосы. – Тебя обидели? – Можно и так сказать. – Садись, я приготовлю чай и поговорим. – Не оставляй меня одну. – Ты будешь не одна, – заявил Люциус, спускаясь со второго этажа с бутылкой огневиски. Она никогда не видела Люциуса только в рубашке и брюках. Северус был одет аналогично. – Ты не ждал меня так рано… Прости… Я уйду. – В таком состоянии я тебя никуда не выпущу. Садись, а я сейчас подойду. Гермиона бросила пальто на кресло и опустилась в него. Люциус сел напротив неё, внимательно всматриваясь в глаза, полные боли и слёз. Северус принёс ей чашку зелёного чая, взял стул и сел возле девушки. – Что произошло? – спросил Снейп, забирая бокал из рук Люциуса. – Может, и мне выпить? – Сначала рассказ, – попросил Северус. – Мы с Гарри пришли в Нору. Чарли рассказал, что он гей, и тут понеслось. Перси начал кричать на Чарли, Рон на Перси, а Джинни на Рона, вспомнив ему всё, что можно. И тут резко тема сменилась в мою сторону. В общем, я слизеринская шлюха, которая спит со студентами и с вами двумя. Раньше меня это не злило, но это сказала Джинни. – Не ожидал такого от Джиневры, – процедил Снейп. – Гермиона, не принимай близко к сердцу. – Постараюсь. Что Вы здесь делаете, Люциус? – Дома такая суета из-за свадьбы, которая будет на заднем дворе, что я решил сбежать. Мне даже поговорить не с кем: Нарцисса в свадебных заботах, а Драко с Асторией не вылезают из спальни. – Драко с Асторией? – Гермиона, ты же не думала, что Драко влюбится в Поттера. Он им увлечён, но не более. – Какие Вы, Малфои, двуличные сволочи. – Я знаю, – Люциус улыбнулся девушке. – Мы змеи, нам нельзя верить. Северусу тоже нельзя верить, но вы, гриффиндорцы, очень наивны. – Тогда передайте Драко, что приехал Чарли, а зная Чарли, он уговорит Гарри на секс. – Я передам, но Драко всё равно. – Посмотрим. – Я оставлю вас, – произнёс Люциус, поднимаясь с кресла. – Мне здесь места нет. Он многозначительно посмотрел на Гермиону, но та не подняла на него своих янтарных глаз. Она смотрела на огонь в камине, держа за руку Северуса. Малфой взял в руки мантию и аппарировал, а Гермиона выдохнула.