Если бы не ты...

      Что значат для вас деньги? Счастье, ум, карьера, в конце концов, зарплата? Может быть деньги — это качество жизни? Шоколадка в золотой обёртке и обувь, сшитая на заказ из змеиной кожи? Сумка с драгоценными камнями или аксессуары из золота эксклюзивного дизайна? Возможность поехать посмотреть весь мир, великие произведения искусства, и заодно приобрести некоторые из них, раскошелившись в рекордные суммы? Или же сделать себе красивую внешность и войти в более интересный круг людей, блистать на глянцевых обложках, пробуя на вкус мир высокой моды?       Деньги — это свобода. Когда есть деньги, мы становимся независимыми. Делаем то, что считаем нужным для себя, что мы хотим делать, творим любую фигню, не говоря уже о справедливости и беспределе. Любая жизнь становится доступной, деньги меняют её в любую сторону.       Наконец, деньги — это возможности. Это тот штурвал в руках, который позволяет увидеть мир во всем его великолепии, развиваться, путешествовать, расширять границы своего мировоззрения, а также помогать другим. Не жить от зарплаты до зарплаты и ждать пенсии, не ездить на автобусе, не питаться дешевой некачественной едой и во всем себе не отказывать, не пытаясь накопить на поездку в отпуск всей семьей.       Кто-то скажет, что деньги всего лишь некое средство для существования, не более того. Они говорят, деньги ничего не значат, но без них нельзя. Не получится. И когда появляется достойный доход, жизнь меняется в лучшую сторону.       Деньги — это не главное, а значимое. С ними как-то интереснее. И чем больше, тем интереснее жить…       Дженни со вздохом закрыла вкладку в браузере, где минутами ранее листала недавно вышедшую статью из журнала с отцом. Форбс. Всего-то пять букв. Буквы с бриллиантами и золотыми страницами. Что тут ещё скажешь, для глянцевых бумажек у отца всегда находилось время, а на собственную дочь — нет. Полнейший абсурд, от которого Дженни устала. Столько лет прошло, пора бы уже привыкнуть. Между ними всегда была стена в виде мигающих красных букв «работа», а ещё жёлтая табличка с восклицательным знаком «не беспокоить». Ничего не изменится. Ей остаётся лишь закатить глаза и, презрительно фыркнув, строить свою жизнь.       Бесконечный поток машин с его ужасными звуками сигнала и туманный утренний воздух вперемешку с выхлопными газами. Жизнь кипела, не останавливаясь ни на секунду. Люди с самого утра спешили кто на работу, кто на учебу. А Дженни сидела в Мерседесе в самом центре пробки и подозрительно косилась на нового водителя. Мужчина в возрасте, сжав губы, сводил брови к переносице, смотря на неё через зеркало заднего вида. Время от времени угрюмо вздыхал, но продолжал молчать, как рыба в воде.       Ничего нового, просто и тут были замешаны деньги. Деньги отца разумеется. Водитель получал хорошую зарплату, для своего возраста нехило зарабатывал, доставляя дочь председателя каждое утро в школу. Деньги и власть — ключ ко всему. И неважно: когда и как, главное — сколько и чьи. И водитель, кажется, это знал.       Как только автомобиль сдвинулся с мертвой точки, мужчина, вырулил на левую полосу. Вероятно, Дженни все же успевала на первый урок вовремя, потому что совсем скоро машина уже стояла на светофоре, ожидая зелёного света. Пятьдесят три секунды. Отлично, у неё ещё оставалось достаточно времени для того, чтобы осуществить свой план.       Вообще, Дженни с самого детства знала кто такие её родители, как именно зарабатывали деньги, и чем им приходилось жертвовать ради прибыли и успеха. Личной жизнью. Здоровьем. Семьей. Если первые два с лихвой окупились, когда отец оказался на вершине, то третье осталось длинным пробелом не только в его жизни, но и в жизни молодой дочери. К слову, пробел так и не удавалось заполнить, лишь слабые попытки стереть эту пустоту, с каждым разом, все сильнее и сильнее отдаляли друг от друга отца и дочь. — Мистер, кхм… — прокашлялась Дженни, пытаясь вспомнить имя водителя.       Не то чтобы она забывчивая, нет, у нее хорошая память. Просто девушка устала регулярно запоминать имена новых водителей. Какой этот по счету? Десятый? Пятнадцатый? Неважно. Один косяк с его стороны и он уже безработный. Как говорится: «Кто платит, тот и заказывает музыку». А менять водителей дочери председатель любил, это единственное, на что у него всегда хватало времени. Поэтому она была уверена, что и этот продержится недолго. — Пак, юная госпожа, меня зовут Пак Джисон, — всё так же хмурясь, ответил водитель, не отрывая взгляд от светофора. Будто таким образом гипнотизировал его, чтобы тот побыстрее зажег зелёный свет.       Было немного непривычно наблюдать за тем, как водитель, явно старше её двое, а может и больше, вёл себя так натянуто. Будто не ей было восемнадцать, а ему. — Дядюшка Джисон, — Дженни мило улыбнулась, краем глаза замечая идущих по тротуару несколько учеников в форме её новой школы. — Не могли бы вы остановить машину, не доезжая до школьных ворот? Прямо на том углу?       Дженни показала рукой на конец улицы, пока водитель всматривался в её глаза, пытаясь понять, что удумала эта девчонка. Вроде тон не повышала, попросила вежливо, и улыбнуться не забыла, всё как обычно по выученной стратегии. Должно было сработать. Ну, по крайней мере, всегда срабатывало. — Моя задача довести вас до школьных ворот, юная госпожа. — Он замолчал на пару секунд и поспешно добавил следующие слова: — На улице холодно, юная госпожа, вы можете простудиться.       Неужели маска «милоты» не сработала? Удивительно.       Дженни радостно улыбнулась, искрясь от счастья и откинулась на сиденье, одновременно начиная расстегивать пуговицы пальто. Водитель нахмурился ещё больше, но все равно продолжил следить за дорогой, не подавая виду, что в голове крутились миллионы вопросов. С чего вдруг? Что от него хотят? И как поступить?       Она была счастлива. Действительно счастлива от того, что о ней впервые за несколько лет так искренне позаботились. Было немного непривычно, но чертовстки приятно. Не все было тупо куплено за деньги. «Деньги — это власть, а власть всегда шла к деньгам» — слова отца. Цитата под фотографией Ким Дживона, самого крупного предпринимателя в Южной Корее. Разумеется, Дженни знала о председателе Киме и председатель знал кое-что о своей дочери, но на этом все заканчивалось. — Пожалуйста, остановите машину на том углу. — Дженни достала из потрёпанного рюкзака старенькую толстовку и надела её, а после убрала распущенные волосы в низкий пучок. Знал бы новый водитель, сколько ей пришлось пройти, чтобы выбраться тайно на рынок и найти всё необходимое для своего плана, то явно бы не стал перечить ей. Хотя бы оценил все старания девушки. — Или вы хотите потерять работу, дядюшка Джисон?       Вышло настолько серьезно и неожиданно, что водитель, немного опешив, сбросил скорость и растерянно оглянулся. Дженни не обращала внимания на него и продолжила свое преображение: достала влажные салфетки и стерла с лица косметику, потом сняла с руки часы, несколько колец, убрав их в сумку, которую, после, спрятала под сидение. Нашла в правом кармане толстовки старенький телефон и вставила туда симку. Вытащила из футляра искусственные, толстые тяжелые очки ботаника. Протерла каждое стекло с особой внимательностью, восхищаясь своей находке. Двойные линзы, лучше и не отыщешь. — Дядюшка Джисон, я вам предлагаю дружбу, от которой каждый из нас останется в выгоде.       Через секунду, водитель, снова сфокусировав взгляд на девушке, удивился насколько серьезной она выглядела. Наверное не стоило сопротивляться и упрямиться изначально, он здесь на птичьих правах, один неверный ход, и прощай стабильный заработок. Да и было ясно, что эта плохая идея. Работу терять не хотелось, а дочь председателя умела вести «переговоры», будучи обычной школьницей, сидя на заднем сидении машины. Гены. Что тут скажешь. Как бы Дженни не хотела признавать, что она дочь крупного предпринимателя, гены выдавали её с потрохами.              Убрав всё «ненужное» в пакет, а рядышком сложив пальто, она посмотрела на водителя сквозь призмы очков. Жалко, что переобуться не вышло — у нее не было запасной обуви. Если что, можно будет сказать, что подделка. Качественная подделка…       Тихонько вздохнув, водитель собрался с мыслями и уже почти что заговорил, как его опередила школьница. — И вам лучше согласиться.       И да, водитель решил согласиться. Хоть у него в венах не текла кровь великих бизнесменов, он явно понимал, что ему это не выгодно, от слова совсем.       Водитель включил правый поворотник и плавно остановился около обочины, потом всем корпусом повернулся в сторону девушки и не узнал её, слишком уж отличалась от той, которая садилась полчаса назад в машину. — Притворюсь, что ничего не видел. — Правильно, — не отвлекаясь ответила Дженни, все ещё проворачивая махинации с телефоном, который грозился так некстати отключиться. Айфоном своим она решила не светить. — Далеко пойдёте, дядюшка Джисон. Напишу вам за полчаса перед тем, как выйти, встретимся на этом же месте. Номер ваш я знаю.       Он лишь кивнул, задумчиво смотря на девушку и размышляя, откуда она могла достать его номер, ибо контактами особо не делился с прислугой. Наверняка в документах покопалась. — Пока, дядюшка Джисон, — проговорила, не обращая внимания на задумчивость водителя, Дженни и вышла из машины, укутываясь в толстовку.              Водитель от её «дядюшки» в очередной раз нахмурил брови, проводил взглядом, в котором читался и тихий восторг, и немое удивление. Всё-таки в этой девушке было что-то удивительное. Не успел он спокойно выдохнуть и привести в порядок мысли, разлетевшиеся по разным сторонам, как услышал стук в правое затонированное окно машины. — Не опаздывайте, на улице холодно, как зимой, а я в одной толстовке, замерзну, — быстро сказала Дженни и, не дождавшись кивка, побежала в сторону школьных ворот. Водителю осталось только покачать головой в знак согласия, не понимания молодых и отъехать.       Небо было затянуто серыми тяжёлыми тучами, и вот-вот грозился брызнуть сентябрьский холодный дождь. Ветер усиливался, пока Дженни шла в сторону школы. Она вспомнила, как в детстве сильно боялась грозы, порывистого звука ветра, как мать не позволяла впадать в панику, укутывала шею шарфом и не отходила ни на шаг. Как крепко обнимала пока не переставая лил дождь. От этих воспоминаний по телу пробежались мурашки, в носу защипало и, борясь со слезами, Дженни побежала в сторону школы. Что-что, а мокнуть под дождем с самого утра она не хотела. К тому же, все, что происходило в прошлом — осталось в прошлом, ворошить которое сейчас не самое подходящее время.       Добежав до крыльца, Дженни выудила из кармана часы на медальоне, когда-то принадлежавший маме, сверяется со временем. Пунктуальна, вся в отца. От этого ненужного сравнения девушка фыркнула, надела подвеску на шею и спрятала кулон за пазуху и, наконец, посмотрела по сторонам.       Мир менялся, школа — тоже.

***

      Ким Тэхён стоял у открытой двери своей квартиры, стряхивая пепел с почти докуренной сигареты. Высокий, со стройными ногами и сильными бёдрами, обтянутыми узкими джинсами тёмного цвета, а сверху болталась свободная белая рубашка, верхние пуговицы которой были расстегнуты; парень смотрел в сторону гостиной. До безобразия красивые черты лица, взлохмаченная копна русых волос и блестящие большие глаза. У незнакомки на одну ночь от одного взгляда на него, засосало под ложечкой.       Девушка, лениво разлегшись на диване, приходила в себя. Тэхён удивился, что она до сих пор здесь, ведь обычно мало кто оставался. Сваливали ещё до рассвета, как только они трахнутся. И то, что девица всё ещё находилась в его квартире, выглядело глупо. Так по-детски наивно и самоуверенно…       Тэхён открыл дверь пошире, отчего раздался характерный звук. Кашлянул и подобрал с пола рюкзак. Незнакомка всё ещё молчала и наблюдала за действиями парня с явным интересом. От чего он начинал раздражаться с самого утра. — Чего молчишь? Язык в задницу засунула, что ли? — усмехаясь краешками губ, спросил Тэхён, чем вернул её обратно на землю.       От такой грубости ей немедленно захотелось просто исчезнуть. Раствориться в воздухе. Почему-то холодный тон парня её пугал, заставлял нервничать. Она села, всё ещё не разрывая зрительный контакт, судорожно вздохнула и потянулась за серебристую цепочку сумочки. Повесив её на плечо, сунула ноги в босоножки на высоком каблуке и вальяжно направилась к двери. Нечего витать в облаках и строить воздушные замки, ожидая принца на розовом пони после мимолетный ночи. Знала на что соглашалась. — Я ухожу, — сказала она, надеясь, что её остановят, ну или хотя бы не дадут вот так вот просто уйти. Помечтать ещё никто не запрещал. А вдруг реально произойдет чудо? Но Тэхён абсолютно безразлично пожал плечами и направился вглубь квартиры за поиском мобильного. Одноразовые его не интересовали. Да он и не собирался быть чьим-то чудом. Предпочитал суровую реальность.       Собрав все самообладание в кулак, девица старалась не подавать виду, что разочарована. Нельзя было позволить этому чувству заполнить все её сознание, пострадать она ещё успеет. — Засранец, — вслед ему крикнула девушка, заметив, как парень даже не глянул на неё. Потом надела солнцезащитные очки с большущими стеклами, которые скрывали не только наполненные слезами глаза, но и опухшее лицо от выпитого алкоголя и побежала прочь от этой квартиры и его засранца-владельца, который, даже ради приличия, не выпроводил её.       Почему девицы всегда устраивали сцены, изображая преданность — Тэхён не понимал. Почему они не воспринимали ихние взаимоотношения как есть и, получив чек на крупную сумму, не шли дальше по своим делам? Успевали за несколько часов, проведенные вместе, построить грандиозные планы на их совместное будущее?       Тэхён никогда не доверял людям и ничего не ожидал. Хотя были и те в ком он был уверен, вот только не на все сто. Себе — на максимум, друзьям — золотой середине и то не всем. Рано или поздно все предавали. Тэхёну это нахер не было нужно. А если понадобится, ничего страшного, купит, раскошелится на пару сотен, не обеднеет.       Парень не заметил, как в раздумьях надел наушники, натянул перчатки и, перебросив мотоциклетную куртку через руку, направился в сторону лифта, чтобы спустится на подземную парковку. Скучная лекция по зарубежной литературе и высшая математика, остальные два урока можно будет спокойно прогулять, тем более у него с отцом запланирована встреча с партнёрами. Ритмичные биты приятно били по ушам, заставляя голову слегка покачиваться в такт. — Доброе утро, господин Ким Тэхён.       Охранник вышел из своей кабинки, защищенной от непогоды, хотя здесь не было никакой погоды. Парень иногда гадал, чем он занимался там, в предрассветные часы, глядя на экран видеонаблюдения и блестящие бамперы машин, стоимостью, как все это здание. Тэхён коротким кивком ответил на приветствие охраны и прошёл мимо.              Задерживаться не хотелось.       Он медленно вздохнул и сел на мотоцикл. Охранник нажал кнопку автоматической решетки, и Тэхён выехал на улицу, подняв руку в знак благодарности. Улицу пропитал запах сырого асфальта после долгого, изнурительного дождя. На часах около половины восьмого утра, город давно проснулся. Пора было ехать в школу. Прохладный ветер будоражил и отрезвлял. Чувство абсолютной свободы и лёгкости заставляли забыть об очередной бессонной ночи. Скорость, адреналин, эмоции, смешивались в одну кучу и уносили ненужные мысли прочь. Мощный серийный байк мчался по перегруженной автомобилями трассе, агрессивно рыча и рассекая воздух. Стрелка на спидометре неумолимо приближалась к отметке в сто двадцать километров в час. Парень наслаждался ездой, а тело плавилось от удовольствия. Взгляд его черных глаз впился сквозь затемненный пластик визора в желтый сигнал светофора, сменившийся на красный. Вперед. Только вперед. Ощущение полета возбуждало, и Тэхён не замечал ничего вокруг: не слышал справа сигнал, не видел яркий свет фар, игнорировал все правил дорожного движения. Какие к черту правила? Он являлся одним из самых богатых наследников, который через несколько лет возглавит крупнейшую корпорацию, что передавалось из поколения в поколение.       Отец Тэхёна, Ким Сынмин, построил крупный банковский бизнес и создал свою финансовую империю. Каждый год инвестировал в предприятия, занимающихся добычей нефти, природного газа, золота и драгоценных металлов. Имел свои фабрики, заводы, крупнейшую сеть ресторанов и отелей.       Ким Тэхён — единственный наследник.       Оставалось совсем немного, всего один поворот — и Тэхён на месте. Он остановился возле небольшого круглосуточного магазинчика, который находился прямо напротив школы. Оглянулся по сторонам в поиске Чонгука. Обычно друг детства всегда его встречал с яркой улыбкой, и его отсутствие показалось парню странным. Он снял шлем, потряс головой, чтобы волосы хоть немного улеглись, и хмурясь достал мобильный. — Ты где? — он одобрительно улыбнулся, услышав ответ голос близкого друга. — Ведьмочка взялась за старое, буду через три минуты.       Тэхён снял левую ногу с подножки, вывернул руль, удерживая равновесие касанием массивного ботинка земли и направился в сторону школьной парковки, чтобы припарковать своего черного зверя.       Быстро выставив подножку, парень спрыгнул с байка, на ходу снимая шлем, и брезгливо осмотрелся вокруг. Элитная школа. Как же пафосно это звучало. Черный «Бугатти» был припаркован неподалеку. Справа от него стоял розовый «Порше Понамеро». А прямо напротив красный логотип «Ягуар» блестел, как пропитанная ликером вишенка на торте. Совсем рядышком на капоте синего «Ламборгини», скрестив ноги, докуривая сигарету, сидел модно одетый Сокджин и лениво скользил взглядом на школьниц, проходящих мимо. — Ты вовремя — он бросил окурок на тротуар и, наступив ботинком от Версачи, подошел к другу. — Эй, Хэи, — крикнул он однокласснице, что вытаскивала из багажника спортивную сумку. Та обернулась и вопросительно взглянула на него. — Нагнись так еще разок, а то я твое белье плохо разглядел.       Тэхён загоготал, а девушка ответила: — Да пошел ты! — несмотря на ответ, Хэи улыбнулась. Она явно была не прочь внимания богатых красавчиков. Как никак статус девушки Ким Сокджина или Тэхёна — было мечтой всех девушек школы.       Да и парни особо не парились насчет чувств девушек. Внешность, деньги, тачка — все как любит женский пол. К тому же, Тэхён первый по успеваемости.       Не успевала Хэи виляя бедрами покинуть парковку, как красный «Вольво» влетел на парковку перед учебным корпусом, так внезапно, что девушка в последний момент успела отскочить в строну. Автомобиль визжал тормозами и остановился в том месте, где стояла всего мгновение назад девушка. — Твою же мать. Смотри куда прешь сучка! Жить надоело? — Как только затонированное окно со стороны водителя полезло вниз, послышался голос девицы. Она змеёй, перегибаясь через водителя, откинув на лоб очки, смотря на несчастную Хэи так зло, словно увидела перед собой объект пожизненной ненависти. — Я тебе говорю, коза. Если надоело вали отсюда и соверши выброс тела из окна многоэтажки! Нехрен под тачку оглобли кривые совать! Ты меня поняла?       Яркая брюнетка орала высоким голосом на всю школьную парковку, тыкнув перепуганной Джуи «фак», кривя полные губы, посмотрела на циферблат часов: — Сука! Я опаздываю. Клянусь, Чимин, если опоздаю из-за этой девки, я её собственноручно задушу. Пока Хэи прижимаясь спиной к двери какой-то иномарки, пытаясь прийти в себя, девица громко хлопнув дверью и вышла из машины, быстрыми шагами направилась в сторону школы, при этом не забыла ещё один раз зло сверкнуть глазами в сторону ошалевшей Хэи. Младшая сестра Пак Чимина — настоящая стерва. — И тебе доброе утро, детка, — видя обозленную с самого утра младшую Пак, довольно улыбнулся Джин. — Кого я вижу! — тем временем продолжил парень, наблюдая, как припарковавшись подошел блондин, затягиваясь сигаретой. — Пак Чимин собственной персоной. Ходили слухи, что ты вчера перебрал. — Сколько раз я тебе говорил — не верь слухам, — щурится Чимин, выпуская в сторону нестройную струйку дыма. — Сколько раз я тебе говорил — курение зло, — так же щурясь, подметил Тэхён, упорно глядя на друга. А потом резко отпустил взгляд на свою сигарету.       Все расхохотались, а потом дружно двинулись в сторону главного крыла — Не хило её Чеён на этот раз, — присвистнул Чимин смотря на сидевшую на коленях Ким Джису, а потом на презрительную ухмылку Лалисы. — Как будто прошлый раз было полегче, — ради справедливости, заметил рядом стоявший Джин, искрение жалея девушку. — Когда уже Пак успокоиться? — Судя по всему никогда. — Эй, вообще-то это все из-за твоих слов. Зачем было говорить Чеён что Джису симпотяга, мог и воздержаться. — Сам будешь держаться до свадьбы, а я всего-то констатировал факт, — Тэхён устало моргнул и зачесал назад волосы, замечая, что капли дождя летели чаще, асфальт потемнел, и тотчас же зашумело. — И вообще, у нее есть язык могла хоть раз…       Он не успел договорить. Кто-то, задев его пробежал мимо и остановилась рядом с Джису. — Эй, мымра, ты чего творишь!       Звонкий девичий голос заполнил школьный двор, а потом случилось неожиданное, Чеён толкнули с такой силой, что та отлетела назад, не устояла на ногах и упала. — Жить надоело сучка! — закричала, взбесившаяся Чеён, так и не сумев перекричать оханье народа. На что девушка с пучком никак не среагировав, повернулась к Джису и протянула руку.       Тэхён, наблюдавший за всем этим, как и все остальные, остолбенел при виде лица спасительницы Ким Джису. Эти губы, глаза, лицо, волосы… Он просто не мог ошибиться. Это она, та самая, с которой росли вместе, знал лучше всех, но в то же время находился дальше всех. Ким Дженни.       С небес хлынул холодный и корявый крупный дождь.