Слезы роскоши

Чонгук сидел на своём кресле в кабинете и грыз ручку, на столе лежали документы и ценные бумаги, которые он тщательно изучал, чтобы не упустить ни одной детали. Телефон завибрировал, Чонгук медленно отвёл взгляд на него. Пришло сообщение с неизвестного номера:

«Привет, Чонгук, мой отец приглашает тебя на гольф в эти выходные, если ты будешь свободен.»

Лёгкая, еле заметная улыбка быстро проскользнула по его лицу. И он ответил:

«Я постараюсь, но точно скажу позже.»

«Как дела, Тэхен? Как себя чувствуешь?»

***

«Чуть лучше, но после всего, что произошло я не знаю, что мне делать. Я был в больнице, а её родители смотрели на меня, как на убийцу.»

***

«Если бы ты был убийцей, тебя бы там не было, верно? Это было бы крайне глупо. Ты не убийца, Тэхен.»

*** Их долгая переписка затянулась на всю ночь. Они всеми способами пытались понять друг друга. Тэхен скидывал Чонгуку музыку, которую очень любил, советовал какой сериал посмотреть холодной осенней ночью, отправлял милые видео. И каждый раз, когда приходило что-то такое, Чонгук улыбался. Попрощавшись, он продолжил разбирать бумаги. Чонгук проснулся от громкого звонка, который гулом разносился по столу, где лежала его голова. Поднявшись, и еле открыв глаза, он пытался сообразить где он и кем является. Шею ломило, и покрутив головой, чтобы размяться, Чонгук потянулся. Вскоре он пришел в себя и перезвонил тому, кто отвлек его от сна. Всю неделю он работал в таком режиме, редко, когда выходил из дома и практически ни с кем не общался, продумывал новые варианты как поднять акции компании, а также пытался предсказать их исход. В субботу, по совету друга, Чонгук решился на поездку с новыми партнёрами поиграть в гольф. Он не очень любил этот вид спорта, другое дело поиграть в бейсбол с друзьями, но вариантов было немного. Он ехал туда, чтобы немного отдохнуть от работы и увидеться с Тэхеном. — Чонгук, — Кану странно вёл себя по отношению к нему, обняв его, он продолжил, — я вижу ты со своими клюшками. — Да-да, — Чонгук улыбнулся, и взгляд его упал на Тэхена. Парень был явно не рад этому мероприятию. Его мрачное и злое лицо говорило о том, что он готов был убежать отсюда прямо сейчас. — Тэхен, — позвал его отец, — иди сюда. Парень сделал глубокий вдох и нехотя подошел, по пути уронив сумку с клюшками. На весь гольф-центр разразился раздраженный, нестерпимый крик: «Вот зачем мне это все?» Тэхен бросил сумку на лужайке и ушёл подальше. — Тэхен, ты ведёшь себя как ребёнок. — послышался крик его отца, — Чонгук, можешь за ним сходить? Молодой человек качнул головой, улыбнувшись, и пошёл вслед за Тэ. Он сидел в машине и пил шампанское, казалось, что ему вообще все равно на происходящее. Его апатичный взгляд был направлен на небольшое кафе для посетителей. Неожиданно появившийся Чонгук, заставил Тэхена поднять глаза. — Ты что-то хотел? — спросил Тэхен и продолжил выпивать, — будешь? — протягивая бокал. — Нет, я редко пью. — Чонгук открыл дверь и сел рядом с Тэ, — Что случилось? — Ты не видишь? Кто-то умирает от болезни, которую можно было излечить, а кто-то приезжает поиграть в гольф. Разве это нормально? — Я же обещал тебе помочь разобраться с тем, что произошло в больнице. — И что мне это даст? Да, разберёмся. А ещё тысячи подобных ситуаций, кто их разрешит? Это несправедливо. — Жизнь вообще несправедлива, Тэхен. Прекрати уже. — резко ответил Чонгук, свел брови к переносице и с презрением наблюдал. Тэхен отвернулся от него, лицо его было озадаченно, наполнено грустью и неким страхом. Тэ не понимал чего боится, но неприятное чувство томилось в его груди. Он крепко сжал свое колено, и стал кусать губы. Чонгука выдавали глаза: злоба и жестокость были заметны в них, но что-то тёплое и нежное пыталось прорваться сквозь эту пелену ненависти, он хотел обнять его и крепко прижать к себе, спасая от всего мира. Они сидели молча, подальше друг от друга. Стена, разделяющая их, увеличилась, её крепкие бетонные плиты не пропускали даже воздуха. Становилось душно. Те тёплые отношения, которые они пытались создать несколько дней назад, снова охладели, а напряжение между ними росло, ещё немного, и они бы зажглись, но не от любви, а от мерзкого, душераздирающего чувства, отравляющего все живое. Время тянулось бесконечно долго, пока они сидели друг с другом и переглядывались, так и не вымолвив ни слова, хотя прошло минут десять, не больше. — Я пойду, а ты поступай так, как считаешь нужным, но на твоём месте я бы попытался отвлечься. — Чонгук вышел из автомобиля и, хлопнув дверью, направился к Кану. Тэхен остался один и наедине со своими мыслями, он чувствовал вину за то, что ничего не может сделать, но и просто сидеть сейчас в машине не было в его планах. Он налил ещё шампанского и, покрутив бокал в руке, выпил его залпом. Отложив бокал в сторону, он уверенно вылез из машины и пошёл к отцу. Кану с Чонгуком стояли посреди поля и загоняли мячи в лунки, параллельно с этим разговаривая на тему работы, потом перешли к теме личной жизни, но Чонгук был молчалив, и каждый раз, когда тема касалась семьи, он смиренно молчал, не желая рассказывать о себе. Тэхен шёл медленно, а потом за десять метров от них он стоял и ждал, когда же они посмотрят, но этого не происходило. Тогда Тэ подошёл сам и спросил: — Объясните как играть, — расслабленно и вольяжно, потому что алкоголь подействовал на него и помог успокоиться. — Тэхен, мы сейчас доиграем партию, и объясним, а сейчас лучше понаблюдай за нами, может и сам поймёшь. Тэхен послушался отца и ходил за ними, таскал их клюшки. Хотя Чонгук отказывался от его помощи, Тэ все равно поступал так, как думал, по совету того же Чонгука. Он любил помогать другим, даже если в этом не было необходимости. Спустя ещё двадцать минут, компания находилась на грин-поле, где находилась лунка. Кану вошёл в азарт и попытался обыграть коллегу, но Чонгук сумел одержать победу. Улыбнувшись, Чонгук обернулся к Тэхену и посмотрел так, словно пытался извиниться за тот небольшой спор, возникший между ними в машине. — Не ожидал. — протягивая руку Чонгуку, сказал Кану, и взгляд его упал на Тэхена, который стоял и кусал губы. — Ну так что? — снова придя в себя, сказал Тэхен, — мне кто-нибудь объяснит, что из себя представляет игра? Кану обернулся на знакомый низкий голос, что доносился со спины. Это был его лучший друг, которого он пригласил на сегодняшнюю игру. Конечно, он сразу ушёл, даже ничего не ответив сыну. Чонгук же стоял рядом с Тэхеном. — Давай я тебе расскажу все об этом виде спорта. Хочешь? — Если бы я не хотел, я бы не вышел из машины. — холодно ответил Тэхен и выдал не очень уверенную улыбку. — Смотри, на поле восемнадцать лунок, у тебя есть 72 удара, чтобы довести мяч до финальной. Возьми эту клюшку, — протягивая её, Чонгук продолжил, — как я. Первые шаги к пониманию технологии игры, Тэхену давались тяжело, но вскоре у него стало получаться, и он каждый раз с благодарностью глядел на Чонгука. Спустя десять минут удачных ударов, Чонгук предложил ему нацелиться на лунку, Тэхен ударил по мячу, тот пролетел пару метров, так и не попав в лунку. Чонгук показал ему ещё раз, но и во второй раз у парня ничего не вышло. После долгих попыток Тэхен достиг и этого, а уже после они стали соревноваться друг против друга, изредка шутили и дурачились. Кану вернулся к ним со своим другом и предложил ребятам поединок, Тэхен всячески отказывался, в пользу своей неопытности, но Чонгук был азартен в этом плане и уговаривал Тэ, что тот вскоре согласился. Состязание было напряжённым, по сути не было особых условий, но черты характера каждого участника говорили о том, что проигрыш был бы самым неприятным событием этого дня. Они все желали победить. В начале победа была в руках у «старших», но Чонгук смог приблизить победу к себе, точнее к ним. К концу счёт был равным и было понятно, что выиграет Кану и его друг, потому что последним бил Тэхен. Чонгук его поддерживал и говорил, что все получится, и они выиграют. Тэхен сделал замах и ударил по мячу. Десять секунд, напряжение обоих сторон и вот мяч прилетел к самому флажку. Все задержали дыхание, а потом он упал в лунку. Тэхен подпрыгнул и крепко обнял Чонгука, тот ответил на объятия. Когда все закончилось, Чонгук предложил Тэ поехать с ним, на что парень согласился, дабы не встревать в разговоры отца. На трассе Чонгук зажимал газ в полную силу, отчего машина с ревом мчалась по дороге. Яркие лучи солнца, заходящего за горизонт, светили прямо в лицо, ослепляя. Они катались до тех пор, пока на улице не стало темнее. Чонгук снял солнцезащитные очки, и собирался положить их в специальную полку в автомобиле, открыв её, он быстро схватил выпавшую оттуда фотографию. На ней была изображена улыбчивая, милая девочка, которая держала в руках молочный коктейль. Тэхен увидел фото и вопросительно смотрел на Чонгука. Тот занервничал, у него тряслись руки, и бегали глаза, пока он думал, куда положить фото. — Кто это? — Тэхен спросил аккуратно, так как видел эмоции друга. — Да так, не обращай внимания, — спрятав фотографию в карман, сказал Чонгук, — давай я тебя домой отвезу, ладно? — с дрожащим голосом продолжил Чон. — А может съездим куда-нибудь ещё? — Я думаю не стоит сегодня, если хочешь можешь завтра ко мне в офис приехать. — Чонгук снова зажал газ, и автомобиль рванул в сторону дома Тэ. Через десять минут, автомобиль стоял возле дома Тэ. Тэхен сидел ещё какое-то время рядом с Гуком, после чего улыбнулся и попрощался с ним, дотронувшись до его руки. Чонгук лишь кивнул головой и выдал разбитую улыбку, такую, что казалось она была сквозь слезы. Как только Тэхен зашёл во двор своего дома, Чонгук резко ударил по рулю, и сдерживая крик, опрокинулся на кресло, ему трудно было дышать, из глаз лились слезы. Спустя минут пять, он завёл двигатель и поехал прочь из города. На улице было темно, редко проезжали машины, он остановился около цветочного и купил букет, затем с огромной скоростью несся по дороге. Чонгук стоял напротив могильной плиты, и, возложив цветы на один из памятников, он сел около него на колени. «Привет, мам. Прости, что давно не приходил, работы было много.» Просидев так минуты три, он повернул голову на стоявшую рядом плиту. «Это ты виноват, во всем. Ненавижу тебя» — захлебываясь, говорил он отцу. «Во всем. Я не могу нормально жить из-за тебя, из-за твоей вражды и конкуренции. Что ты хотел ему доказать, а? Потерял маму, сам умер у меня на руках, как ты мог? Я ненавижу тебя. Теперь я не могу никому доверять, потому что боюсь потерять её. А она единственная, кто заставляет меня жить, и даже ей не позволено вести обычную подростковую жизнь». Он покинул кладбище и поехал домой. Уже дома Чонгук открыл бутылку семнадцатилетнего виски и выпил немного. — Гуки. — послышался голос, — наконец-то ты пришёл, я соскучилась по тебе, братик. Он обернулся к ней и улыбнулся. — Лиа, ты ещё не спишь? — Нет, мне не спится. — девочка подъехала к нему. — Давай я тебя отнесу в комнату. — Но я могу сама.