Любовь, Питер и шаверма

      С салатом и курочкой в зубах Гром обернулся на Димку, быстро отворачиваясь и небрежно вытирая свои губы рукой. Высказав все лестные слова о Дубине про себя, он уставился в глаза блондину, стремительно поднимаясь со стола. -Тебе кто разрешал вот так вламываться ко мне? Я что-то не вижу ордена на обыск..-Майор оттолкнул парня в сторону плечом, закрывая свои глаза кепкой и плюхаясь на диван. Игорь думал, что Дубин отвяжется от него под предлогом, что тот сейчас будет ложиться спать. А еще, Грому было жуть как стыдно, что его пансексуальные влажные утехи спалили вот так быстро, именно тот, кому не надо было этого делать. -Я решил без тебя заняться новым делом и взял.. -Проваливай,я на боковую сейчас..-Перебил того Игорь, укладываясь передом к спинке дивана и закидывая ногу на ногу, разместив их на подлокотнике. -Я помощи твоей хотел, дружеской..Ну, я бы тебе мог помочь с..С твоим странным увлечением, тоже, как друг! - Дима поднял палец, словно это была лампочка над головой, что подала ему идею. Гром не особо оценил такое предложение, приподнявшись на локтях и недовольно посмотрев в глаза этому «дятлу». -Не хочу я твоей помощи, оставь это на меня. А с делом твоим я завтра помогу, вот прям на диктофон записывай - Майор махнул рукой в сторону двери, снова падая на диван и приспуская кепон на свои глаза, делая тенек для лица. Дубин еще пару минут постоял, записав на краюшке своего блокнота номер одного психолога, с которым он был тесно знаком из-за дружбы их родителей. Вырвав клочок страницы, полицейский оставил его на куртке Грома, которая небрежно находилась на полу, вся скомканная. -Жду тебя завтра, коллега).. - Дубин хлопнул дверью, наконец оставив Игоря со своими странными предпочтениями и мыслями насчёт всего этого. Меня что, реально заводит шавруха с картошкой? Почему от другой ниче такого нет? - Думал мент про себя, бросая краткие взгляды на недоеденную шаверму на столе, быстро отводя свой взор куда-то в другое место. Игорь даже не задумывался о своей пансексуальности, да и спросить было не у кого об этом. У Прокопенко что-ли или у старого другана, который бы только поржал с этого?! Как только все уложилось, Гром, ослабленный на сегодня грузными мыслями, остался лежать на диване. Сон никак не касался его, боясь той заварушки в котелке парня, что не допускали до него желания спать.