I shall forget him

"Капитану Роджерсу нездоровится, навестите его по возможности, уточните, если что-то от нас требуется. М.Хилл" Именно такое сообщение пришло Баки в четыре утра. Но телефон лежал на прикроватной тумбочке, а его хозяин мчался по крыше, под черной тенью Сокола. Ветер дул резкими порывами прямо в лицо, облепленное мокрыми длинными прядями. Всё таки нужно подстричься. — И... Сейчас! — Спасибо, Уилсон, у меня есть глаза! — Барнс спрыгнул со здания, выбивая у террориста ещё с войны знакомый ему "Томпсон". Боец, не успевший понять откуда угроза, ударил наугад. Но рука сразу же была перехвачена. Два удара в живот — и солдат уже лежит на мокром от дождя асфальте. Очередное скучное задание, однообразные преступники, их очевидные действия и, конечно, абсолютно ненужные комментарии напарника. Пока фанаты футбола допивают пиво, а остальной город спит, они вынуждены ехать к чёрту на куличики и ломать "плохих парней". Типичная пятница. Второго и третьего Сэм вырубил крыльями и уже летел в направлении последнего. Если он сейчас сделает всю работу за Барнса, то весь оставшийся день будет шутить на эту тему. Баки был ближе, и пусть только на своих двоих, но он мог добраться первым. Бросив последний взгляд на Сэма, он устремился к убегающему. Бежать по узкой улице было не удобно. Лужи, которые приходилось обходить по пути были действительно большими и, скорее всего, глубокими. Дорога была скользкой, что заставляло сбавить бег. Пусть он и не заболеет, но мокрый костюм — не самая лучшая перспектива. Убегающий услышал шаги сзади и обернулся. Зря. Барнс тут же обхватил правой рукой его горло и швырнул в сторону. Но кое-что показалось странным. Мгновение, всего секунда понадобилась, чтобы он начал сомневаться в логичности всего происходящего. — Отлично. Ты специально это сделал, да? — Сэм сложил крылья встал рядом. — Специально сделал что? — Чувак, ты видел, я к нему лечу. — Сэм указал пальцем на лежащего на земле четвертого бойца. — Не понимаю о чём ты. — Баки развернулся к лежащему на земле, подошёл ближе. Подъехали машины скорой помощи. Узкая улица сразу стала слишком людной для своих размеров. Группа парамедиков подошла к Баки. Точнее, к лежавшему рядом. Чтобы удостовериться в своей догадке, Барнс обвел взглядом оставшихся трёх. — Сэм, взгляни на них. На всех четверых. Поднятая бровь Сэма видимо должна была быть ответом, но через десять секунд напряженных гляделок, он закатил глаза и сдался. — Ну смотрю, и? — Ничего не замечаешь? — Он подошёл к машинам и указал на солдат. — Что я должен заметить? Может ты уже прямо скажешь? Теперь очередь Баки закатывать глаза и смотреть на Уилсона, как на идиота. — Они совсем молодые. Уверен, что половина, если не все, ещё колледж не закончили. — Значит отсидят и выйдут в самом расцвете сил. К чему ты клонишь? — Честно говоря, я не уверен. Но ты бы стал таким заниматься в их возрасте по своей воле? Короче обрати внимание, а я на базу. — Баки устало поморщился, махнул напарнику на прощанье и побрёл вперёд. — Ты вывалил на меня это дерьмо, попросил разобраться, а сам идёшь спать?! — Сэм начал раздраженно размахивать руками, но Барнс уже не видел этого.

***

Новая база Мсителей (если эту команду можно так назвать), была построена на месте старой, всё так же в Манхэттене. Баки не хотел возвращаться в их новый комплекс, в хоть и просторную, но всё ещё не самую уютную комнату. Поэтому пройтись с самого края Манхэттена до почти центра — показалось хорошей идеей. Шагом обычного суперсолдата такое расстояние можно было пройти часа за два. Почти пустые улицы, занимающийся рассвет, просыпающиеся птицы. Баки поднял голову к нежно-голубому небу и уходящим вдаль маленьким дождевым тучкам. С мокрых волос всё ещё капала дождевая вода. Незаметно для себя он улыбнулся. Как же хорошо. Почти как в Ваканде. Воспоминания об этом месте были одними из приятных. А приятных было не так уж и много. Не грех лишний раз окунуться в них, прощупать каждое заново, чем Баки и решил заняться. Пытался вспомнить всё. Вороша воспоминания, было сложно не наткнуться на Роджерса. Конечно, это самые светлые моменты. Забавный, весь из себя правильный Стив с каждым месяцем становился всё серьезней, приезжал всё реже, скрывался всё тщательней. Ужасно надоедливая необходимость. Но за прошлое Баки, всегда расплачивались другие. И к этому невозможно привыкнуть. Мысль о друге сразу же привела к другой. Скоро же его день. День независимости Америки. День рождения Стива. Совпадение, которое нравилось всем, кроме самого именинника. Стоит ли дарить что-то? Всегда было как-то не до этого, но Баки всегда старался сделать другу приятно. Он усмехнулся, вспомнив лишнюю праздничную порцию, от которой Роджерс всегда отказывался в военное время, говоря, что кому-то нужнее. Но что можно подарить другу... в возрасте? Что-то памятное? Или он поэтому и ушёл, если не хочет помнить? Размышляя, Баки добрался до комплекса. Он бубнил какую-то песню, услышанную час назад, когда проходил мимо одной из многочисленных столовых и кафе. Дошёл до комнаты, открыл дверь. Ну конечно! Комната была идеально чистой. Когда только они успевают всё убирать? Баки обвел помещение взглядом. Ничего критичного. Только всё до жути блестит от чистоты. Проверив прикроватную тумбочку и обнаружив там телефон, он понял, что не поставил его заряжать, перед тем как уйти. Телефон засветился, оповещая, что зарядка началась, и Баки увидел одно непрочитанное сообщение. "Капитану Роджерсу нездоровится, навестите его по возможности, уточните, если что-то от нас требуется. М.Хилл" Сердце пропустило удар. Ведь у суперсолдат, даже самых старых, вряд ли может быть что-то серьёзнее простуды? Адрес Барнс знал. Черкнув сообщение Сэму, он сел на своего железного коня и помчался по наполняющейся машинами дороге. Напряжение не отпускало. Путь казался невыносимо долгим. Однотипные дома, машины, улицы. Всё сливалось в размытую картинку. Как бы Стив не поступал, что бы не делал, он всё ещё был его единственным лучшим другом. Которому сейчас было плохо. Оставив мотоцикл на земле, он бросился к двери. Уместно ли было вламываться, когда тебя никто не ждёт? Но если Рожерсу действительно нездоровится? Не заставлять же старика бежать, только чтобы Баки вошёл. Только сейчас он осознает, как невыносимо устал и истощен морально. Повернув ручку, он толкнул дверь, и она оказалась оказалась не заперта. — Стив? — Баки осторожно заглянул в просвет, всё ещё надеясь увидеть друга сидящем на диване и пьющим чай. Ожидания были напрасными. Стива не было. Липкий страх начинал понемногу просачиваться в голову, будто окутывая череп, заставляя руки чуть заметно дрожать. Баки прошел прямо по коридору мимо столовой и шагнул на лестницу, ведущую на второй этаж. Да, дом явно был больше, чем мог показаться снаружи. Деревянная ступенька глухо скрипнула под массивным ботинком. Подявшись, Баки подошёл к ближайшей справа двери, которая вела в комнату прямо над кухней. Оттуда было чуть слышно, как кто-то тяжело сопит. Стив. При одном взгляде на него внутри всё перевернулось. Стив лежал на кровати с закрытыми глазами. Грудь медленно вздымалась и опускалась от хриповатого дыхания. — Баки? — Стив медленно открыл глаза и взглянул из под серых ресниц. — Ты... — В глазах Барнса можно было прочитать целую бурю эмоций. Волнение, смущение, некоторую жалость. И пугающее, пробирающее до костей, отчаяние. Он бы сделал всё, что было в его силах, но увидев эту решимость и непоколебимую уверенность в глазах друга, стало понятно, что он не в состоянии никак повлиять на его решение. — Я могу что-нибудь сделать? Высокий, с хрипотцой. Донёсшийся будто из далека голос. Словно чужой. Голубые, помутневшие от старости глаза смотрят прямо и, кажется, с сожалением. — Я так не думаю. Извини, Бак. Стив явно хотел бы, чтобы Баки ушёл. Не успокаивал, не вызывал скорую, не пичкал таблетками. Он молчал только потому, что не хотел оскорблять друга. Да и Баки всё равно бы не оставил его. Что-то внутри не отпускает, заставляя подвинуть стул непослушными руками, сесть напротив и с нелепой беспомощностью сжимать руку Роджерса. После всего произошедшего с ними, Баки старался не показывать свои эмоции, в отличии от друга. Стив всегда слишком беспокоился о его настроении, делах, жизни в целом. Но сейчас всё было абсолютно наоборот. Чувства нахлынули огромной волной. Слёзы обжигали щёки. Одна за другой текли по подбородку и капали на тёмные джинсы. Время будто остановилось. Воздуха не хватало, лёгкие разрывало от подкатывающей истерики. Всё что он мог — смотреть на угасающую жизнь друга, захлёбываясь слезами, с чувством полной вины, за то, что не уберёг. Так не должно быть. Это всё неправильно. Он должен хоть что-то сделать, но не сможет. Даже самые сильные суперсолдаты не могут избежать самого худшего. Стив это знал. На его лице было полное принятие близкой и неминуемой смерти. Стив был готов. Баки не был.