***
6 сентября 2025 г., 17:36
Голова кружилась, раскалывалась, пульсировала, было невыносимо больно от распирающей информации. Потому на лавке Рон не успел провести и пары минут — почти сразу от шока сознание покинуло его тело, отправляясь восвояси. Разум поднял бунт против своего владельца из-за такого наглого поступка — уму непостижимо, пользоваться магией, когда можно выучить самому! Память тоже явно пребывала в шоке, потому они решили отключить Рона от мира на целых двенадцать часов, объединив свои силы. Зато ему повезло в другом — в это время голова успешно обработала информацию, поступившую из ниоткуда.
Открыв глаза, Рон был благодарен своей выносливости — пусть счёт времени у него украли, голова хотя бы не болела. Только кружилась. Слегка.
Он сладко потянулся, осматривая знакомую обстановку и изначально даже не осознавая, что очнулся не дома. Вернее, дома, но не у себя. Однако его это нисколько не смутило: Блейзу он доверял, а братья могли покинуть празднество сразу после речи Главы. Да и было бы странно, если бы Блейз оставил Рона без сознания на лавке и пошёл искать близнецов. Только вот почему он не предупредил про побочный эффект? Может, не знал…
Рон проморгался и посмотрел в окно, любуясь видами Италии. Да, ему невероятно повезло получить должность копирайтера, потому как сейчас для смены места проживания не нужно было искать новую работу — достаточно поговорить с боссом. Он разблокировал телефон, найденный на прикроватной тумбочке: на экране загорелось «17:43». Рон прочитал сообщение, где братья желали шикарной ночи им с Блейзом, и закатил глаза.
Ночью Блейз решил позаботиться о его комфорте и переодел в удобную одежду, от чего Рон слегка смутился. К пунцовым щекам прибавилась улыбке на лице как знак благодарности.
Позволив себе поваляться лишних пять минут, вскоре он поднялся с постели и переоделся в своё, услужливо оставленное на тумбочке. Вещи приятно пахли после стирки, а значит, как минимум несколько раз Блейз точно заходил в комнату и видел его спящим. Рон вновь покраснел, подумав о том, в каких, должно быть, нелепых позах он спал.
Стараясь не зацикливаться на чувстве стыда, он вышел из комнатыв попытках найти хозяина квартиры. Блейз, в свою очередь, услышав открывшуюся дверь, вышел навстречу из кухни.
— Доброе утро. Как ты себя чувствуешь? — беспокойно произнёс Блейз, внимательным взглядом сканируя Рона, пытаясь выявить признаки переутомления. Которых к счастью не обнаружилось.
— Perfetto, — губы Рона растянулись в улыбке. — L'effetto del potere di Cormac è in un certo senso atteso e in un certo senso inaspettato, — добавил он задумчиво.
— Bravissimo! — и только когда Блейз ему ответил на итальянском, Рон понял, что разговаривает не на английском. И даже думает не на английском.
— Oh, no, cosa devo fare? — его тут же накрыло волной паники и он беспомощно взглянул на Блейза.
— Всё нормально, через пару фраз, когда ты адаптируешься к новому языку то вспомнишь английский, — Блейз подошел к Рону и приобнял его, пытаясь поддержать не только словесно, но и физически. — Кормак сообщил мне это после того, как ты потерял сознание. Я рад, что ты в порядке, — Рон не стал рассказывать о лёгком головокружении. — Пойдем на кухню, позавтракаешь, — он слегка подтолкнул Рона.
— Sbrigati io cenerò, è sera.
— Hai ragione, — Блейза забавлял акцент Рона: он был довольно милым и неловким, потому как Рон только пробовал этот язык на вкус. С каждой произнесенной фразой в голосе появлялся уверенный итальянский манер. Блейз как раз готовил лазанью в духовке, оставалось подождать пару минут.
— Credo di avere un livello B2 solo perché ho imparato un paio di frasi quando sono arrivato a Salerno, — предположил Рон наблюдая за тем, как готовится еда.
— Ma, dai, non fare il modesto! Всё потому, что ты, как сказал Кормак, крепкий орешек, в чем я с ним полностью согласен. Не нужно себя недооценивать, tesoro. А зачем тебе, кстати, понадобился итальянский?
— Ho deciso di rimanere in Italia a tempo indeterminato, — уклончиво ответил Рон, тряхнув волосами в попытке спрятаться. Ему было неловко делиться своими планами с Блейзом, даже если они его обрадуют, а не огорчат.
— Предлагаю тогда остановиться у меня. Представь, два солнца по утрам — одно за окном, а второе — ты, — конец фразы Блейз мечтательно промурлыкал, расплываясь в нежной улыбке.
Рон в ответ на это решил промолчать и занять рот едой, обдумывая весьма заманчивое предложение. Ему вовсе не хотелось выглядеть в глазах Блейза несостоятельным и беспомощным, однако и отказываться он не спешил. При отсутствии вариантов точно согласится, но пока о таком думать было рано.
Хоть решение остаться в Италии на ближайшее время было принято, Рон всё еще не знал, как поступить с родителями. Нужно ли возвращаться, чтобы предупредить? Да и вещи там его остались. С другой стороны, его совершенно не тянуло на родину. В голове о ней сохранились с большего неприятные воспоминания, потому соваться туда совсем не хотелось. Да и почта всё еще существовала.
За последние дни Рон думал, кажется, больше, чем за всю жизнь. Он был благодарен Блейзу просто за то, что тот появился в его жизни и сейчас сидел рядом, сохраняя тишину. Немого присутствия было более чем достаточно, чтобы почувствовать себя лучше, ощутить поддержку и, пожалуй, самое главное — уют. Уют, который был ранее неведом, который был совершенно недоступным нашелся здесь, в Салерно, в запрятанном от посторонних глаз городе.
Он безмолвно взял кисть Блейза, поглаживая тыльную сторону ладони своим большим пальцем, понимая, что этот жест никогда не сможет в полной мере описать то тепло, что он чувствовал, что разливалось в его груди. Он желал большего, но сначала всё должно было устаканиться — ему совершенно не хотелось торопиться, да и ни один здоровый мозг столько потрясений залпом не перенёс бы. По крайней мере, его уж точно успел оплавиться, раз Рон полез без раздумий в этот сумбур с Кормаком. Во всяком случае, одной проблемой уж точно стало меньше, и это позволяло груди размеренно дышать.
— Спасибо, — через пару минут тишины вымолвил Рон. Это слово относилось и к предложению Блейза, и к завтракоужину. Из-за тщательного анализа мыслей в голове он даже не сразу заметил, что опять перешёл на английский.
— На здоровье, — улыбнулся Блейз. Он поцеловал Рона в макушку и принялся раскладывать ужин по тарелкам.
Когда тарелка Рона опустела, Блейз тихо выдохнул, собираясь с духом, и сказал:
— Послушай, мне приятно, что ты спросил у Главы про ритуал связи, я ценю твой интерес, но я не хочу, чтобы ты делал этот шаг из-за меня. В этом новом мире, который ты только-только узнал, совсем не обязательно быть связанными, чтобы быть парой, — он шумно сглотнул, накрывая кисть Рона своей ладонью. — То, что мы начали отношения, не накладывает на тебя обязанность быть моим магическим партнером. Это серьёзно и необратимо. Нам еще столько нужно узнать друг о друге, я не хочу, чтобы ты пожалел.
Рону казалось, что страх Блейза, которым пропиталось помещение, можно было потрогать. Было видно, как он тщательно подбирал слова, как волнительно сглатывал, да и его ладонь вспотела.
— Я делаю так, как чувствую. С тобой мой мир приобрёл краски жизни, исчезла пустота. Да, нам многое еще предстоит узнать друг о друге, но ничто не сможет оттолкнуть меня от тебя. В конце концов, ритуал можно сделать и через полгода, не будем торопиться, — Рон улыбнулся, из-за чего веснушки на его лице зашевелились. Кажется, его речь была достаточно убедительной для того, чтобы Блейз расслабленно опустил плечи. Напряжение, парившее в воздухе, улетучивалось, уступая место пониманию и принятию.
Тема была тяжелой, но благодаря честности и откровенности обоих обсуждение не затянулось на долгие годы недосказанности и недомолвок. Всё решилось здесь и сейчас, разрушая лишнее напряжение в их переплетенных судьбах.
