Не на страницах книги

Настроение стремительно катилось вниз, будто на скоростном велосипеде по крутому склону. Ни разговор с Настей, ни музыка не могли поднять его хоть немного. На тренировке я был слишком погружен в свои мысли, из-за чего движения были резкими и механическими, двигался я на автомате. — Стрепетов! Задержись! — Окликнул тренер и жестом подозвал к себе. Закинув сумку на плечо, я подошёл ближе, морально настраиваясь на то, что сейчас меня отчитают как пятилетку. — Сегодня ты слишком рассеян, много думаешь, — отметил Василий Иванович, — из-за девушки? — Есть такое, — кивнул я и вновь задумался. Мне дико хотелось увидеть Екатерину, ведь в школе она нагло избегала меня, как бы я не пытался с ней заговорить. — Друг мой, разберись с тем, что в голове, — положив руку мне на плечо, проговорил тренер. — Может, она не то, что тебе нужно? Стоит ли из-за неё так убиваться? — Определённо стоит. Спасибо за совет, Тренер, — поблагодарил я и поспешил покинуть зал. Теперь я точно понимал, что должен прийти к ней и поговорить ещё раз. Не хочет говорить со мной в школе, придётся говорить со мной у себя дома. Я так просто не отступлю. Не могу взять и отпустить. Она первая, о ком я думаю непрерывно последние несколько дней. Даже Настя теперь не вызывает у меня каких-то любовных чувств, по сравнению с Екатериной. И пока я могу переключить своё внимание на другую девушку, я буду продолжать это делать. Переодевшись и застегнув куртку, я покинул здание, направляясь прямо по нужному мне адресу. Проходя уже знакомую «Пятёрочку» впереди я увидел крохотный силуэт с сумкой в руках. И к этому крохотному силуэт назойливо прибивалась парочка гопников. Ускорив шаг, я поспешил догнать их. — Эй, мелочь, чего так спешишь? Мы же не кусаемся! — Раздался сиплый противный голос мужчины среднего роста. — Мелочь у тебя в штанах, — огрызнулась Белова и продолжила идти в нужном ей направлении, но мужчина грубо одернул её за руку. — Руки убери, — рявкнул подойдя ближе и ударив по рукам гопнику. Я тут же спрятал девушку к себе за спину, теперь она была под моей защитой. — Слышь, герой, ты не на тех нарвался, — проговорил второй парень и подозвал кого-то ещё. Гопников стало значительно больше. Я бы мог попробовать отбиться, но рядом Екатерина. Она не должна пострадать. — И что делать будем, защитник? — Испуганно проговорила Белова за моей спиной. — Как говорил мой брат, — попятившись назад и приобняв учительницу за талию, заговорил я, — а по совместительству ваш будущий коллега: «Рождённый бегать, люлей не получит». «Илья, конечно, говорил не про люли, а про пиздюли, но такой наглости в присутствии дамы я позволить себе не мог». Подхватив Белову на руки, я развернулся и побежал в сторону её дома. На удивление, девушка даже не взвизгнула. Крепко вцепившись в меня, она внимательно наблюдала за догоняющей нас гопотой. — Саш-Саш, только не упади, — всё шептала учительница. — Быстрее. — Ссыкло! От проблем не убегают! — Кричал вдогонку сиплый. — Но и проблемы за мной обычно не бегают! — Отмахнулся я и быстро свернул в нужный поворот. Видимо удача решила побыть на моей стороне, потому что именно в этот момент из подъезда Беловой выходил мужчина. Опустив девушку на землю, за руку я утянул её в подъезд и закрыл дверь. Если бы не мужик, мы бы потратили время на открытие дверей ключом от домофона, и гопота точно настигла бы нас. Я упёрся ладонями в колени и попытался отдышаться. Такая разминка была для меня чем-то новым. — Господи, оторвались, — выдохнула Екатерина, — ты как? — Сейчас отдышусь и нормально, — отозвался я, перед тем как выпрямиться. — Обязательно было встревать? Я бы сама справилась! — Начала отчитывать девушка, резко переключившись на привычный для себя тон. — Я вижу, как ты сама справляешься, — огрызнулся я, намеренно перейдя на «ты». — Могла бы спасибо сказать. Где гарантия, что они бы тебя в какую-нибудь тачку не затолкали? — Спасибо! — Прошипела Белова, но тут же смягчилась. — Ладно, пошли ко мне. Пока эти придурки здесь ошиваются, я тебя никуда не отпущу. — Со мной ничего не случится. Дойду как-нибудь, — отмахнулся я и потянулся к ручке подъездной двери, но Екатерина Григорьевна перехватила мою руку и сжала. — Ты никуда не идёшь, Стрепетов. И это не обсуждается, вперёд, — скомандовала девушка, вызвав на моём лице улыбку. Дважды повторять не нужно было, я послушно направился к лестнице. — Странная ты, — проговорил я, — то избегаешь меня, то к себе в квартиру тащишь. Противоречишь самой себе. — Я «тащу тебя к себе в квартиру» только потому что являюсь твоим преподавателем и человеком, который несёт ответственность за тебя ровно с того момента, как ты ввязался в спор с теми подозрительными мужчинами. Пытаюсь предотвратить всё ситуации несущие за собой непоправимые последствия, — начала объяснять Екатерина, будто я сам этого не понимал. — Боже, какая ты душная. Фу, такой быть, — фыркнул я, пытаясь разрядить обстановку, ведь из-за её нравоучений разговор был сухим и скучным. — Я, по-моему, не говорила о том, что мы должны перейти на «ты»? — С укором проговорила девушка, игнорируя мою колкость. — Брось, уже давно пора было это сделать! Тем более, тебе нравится, я ведь прав? — Обернулся и смерил девушку взглядом. — Я бы тебя послала, но боюсь, что и впрямь уйдёшь, — буркнула Белова и, обойдя меня, направилась к двери собственной квартиры, попутно доставая ключи из сумки. — О как заговорила! — Радостно воскликнул я. — Мне нравится. — Никогда бы не подумала, что ты такой, Стрепетов. — Какой? — Изогнув бровь, поинтересовался я. — Навязчивый, нахальный, неотступный, мне продолжать? — Открыв дверь и пропустив меня вперёд, спросила Белова. — Мой словарный запас богаче, чем твой. — Не сомневаюсь, — проходя в прихожую, ответил я, и, застыв на месте, вытаращился на пол. Начиная от прихожей и уходя вглубь коридора, весь он был выложен из чёрной керамической плитки, а стены оклеены белыми обоями с чёрным витиеватым узором. — Х-хрена себе, — тихо прошептал я и осмотрелся. — Снимай куртку и обувь, — проговорила Белова, снимая сапоги и убирая их на подставку для обуви. — Чего стоишь? — Пощёлкав у меня перед носом, поинтересовалась учительница. — А! Задумался просто, — опомнился я и начал раздеваться. Пока я нерешительно снимал куртку, Белова уже упорхала вглубь коридора, а вскоре послышался звук закипающего электрического чайника. Сняв кроссовки и поставив рядом с сапогами Екатерины Григорьевны, я выглянул в коридор, в самом его конце, как я уже понял, была кухня, слева уходила дверь, скорее всего в комнату, а справа ванная комната, дверь в которую была открыта. — Ванная справа, мой руки и иди сюда! — Выкрикнула девушка из кухни. Достав из кармана куртки телефон и убрав его в карман спортивок, я послушно отправился в ванную. И в этот момент я охренел, казалось, во второй раз за сегодняшний вечер. Ванная комната была вся выложена плиткой приятного морского цвета. Зеркало, шторка для ванной, и даже крышка унитаза, чёрт возьми, идеально гармонировали с плиткой. Откуда у такой молодой девушки такая квартира и даже если она её снимает, то сколько же она денег отдаёт за неё? Даже самый глупый поймёт, что зарплаты учителя на такой ремонт тут явно не хватит. Вымыв руки и покинув ванную как можно скорее, я поплёлся на кухню, не зная к чему готовиться на этот раз. Подходя к кухне, я остановился в дверях и стал переводить взгляд от стола к барной стойке, а потом и вовсе посмотрел на Белову. — Что-то не так? — Заметив моё замешательство, поинтересовалась девушка, закрывая холодильник и ставя кастрюлю на электрическую плиту. — Прости за моё любопытство, но будет странно, если я не задам этот вопрос. Ты продаешь запрещённые вещества, держишь в ежовых рукавицах весь преступный синдикат или барыжишь? Откуда такой ремонт в квартире? Снимать тоже дорого. Не поверю, что учителя в нашей школе зарабатывают больше средней заработной платы в России, — выложил я на одном дыхании, косясь на девушку. Посмотрев на меня как на последнего придурка, Белова громко рассмеялась. А потом сквозь смех, нашла в себе силы, ответить на мои вопросы. — Нет, Саша. Я обычный учитель в школе и я зарабатываю как все. Это квартира моего дяди, — утерев выступившие в уголках слёзы, ответила Екатерина Григорьевна. — Теперь вопросов стало ещё больше, но я оставлю их, пожалуй, при себе, — произнёс я и прошёл на кухню. — Оставь, — согласно кивнула девушка, доставая из ящика стола поварёшку. — Садись за стол, чего стоишь? — Может помочь? — Предложил я. Ох уж это воспитание. — Садись, говорю. Я сама справлюсь, тем более, тут дел на пять минут. Лучше расскажи мне на какие тренировки ходишь? — Бокс, — коротко ответил и уселся за стол, наблюдая за каждым движением Беловой. Она так легко и свободно двигалась по кухне, будто и не устала за сегодняшний день. — Коротко и ясно, — проговорила девушка, поставив передо мной кружку с чаем. — Я думала, будешь рассказывать так, как Лев Николаевич Толстой дуб описывал в романе «Война и мир». — Да что там рассказывать, — усмехнулся я, — ничего необычного, Кандидат в Мастера Спорта. Продолжать эту деятельность, скорее всего не буду. После выпускного в школе уйду из спорта. — Не хочешь? — С интересом проговорила Екатерина, поставив передо мной тарелку с борщом и вручив ложку. — Не хочу, — выдохнул я, и принял ложку. — А вы, чем-нибудь занимались? Девушка заметно напряглась, но продолжила накрывать на стол. Достав из хлебницы уже нарезанный хлеб, она поставила его передо мной. — Занималась, — так же коротко ответила девушка и, открыв дверку холодильника, продолжила, — ты со сметаной или майонезом? — Со сметаной. Так чем занимались? — Танцами, — усмехнулась Белова и, достав из холодильника сметану, поставила на стол, а потом села передо мной, подогнув ногу под себя. — «Ничего необычного», как ты говоришь. Быстро забросила это дело, хоть мне и нравилось. Ладно, не будем о моём прошлом, ешь. «Забавно, Настя так же обычно сидит. Они чем-то похожи», — подумал я, наблюдая за Екатериной Григорьевной. — Приятного аппетита, — проговорил я, перед тем, как запустить первую ложку супа. — Спасибо, и тебе, — мягко улыбнулась девушка.

***

За ужином, мы обсудили с Беловой множество вопросов, касающихся школы. После, я помог ей убрать со стола, и собирался было уходить, как она произнесла то, что я и вовсе не ожидал услышать: — Стрепетов, останься сегодня у меня, — проговорила девушка, убирая чистую посуду в кухонный шкаф. — Я понимаю, что это звучит очень странно и по всем моральным соображениям я не должна этого делать и изначально должна была пресечь на корню, но я беспокоюсь о том, что те подозрительные мужчины всё ещё ходят поблизости. — Я могу вызвать такси, — предложил я, — сейчас посмотрю, сколько налички у меня с собой. Я поднялся с места и вышел из кухни. В прихожей я присел перед сумкой, которую оставил на полу и начал искать остатки карманных денег. И каково было моё разочарование, когда я обнаружил помятые пятьдесят рублей и пару монет номиналом в пять рублей. «На такие деньги, на такси не уедешь, Саня», — мысленно подметил я и, застегнув карман сумки, выпрямился. — Ну, что? — Произнесла Белова, заставив меня вздрогнуть и выронить мелочь. Монеты с громким лязгом столкнулись с поверхностью плитки. — Не хватает, — процедил я и присев начал собирать свои «богатства». — Я добавлю, Саш, — проговорила девушка, опускаясь и помогая собрать мелочь. — Потом отдашь. — Нет, — отчеканил я, — я не буду брать у тебя деньги. Доберусь пешком. — Стрепетов, вместо того, чтобы упрямиться, лучше бы согласился и облегчил всем жизнь! — Увы, придётся мучиться всем, — едко проговорил я, принимая из рук девушки монеты и убирая их в карман. — Тогда остаешься, сегодня у меня, я буду непреклонна так же как ты. — Ты ещё дверь на ключ закрой, а его проглоти, — усмехнулся я и вызвал улыбку на лице девушки. — А маме я что скажу? — Надо будет, пойду и на такие крайние меры, — рассмеялась девушка, — скажи, что у друга или подруги. — Екатерина Григорьевна, как вам не стыдно, заставляете лгать такого святого мальчика как я! Грешница! — Театрально приложив руку к груди и закатив глаза, проговорил я. — Давай, звони маме и предупреждай её, а я тебе в гостиной постелю. И не забывай, тебе ещё домашку делать! — Назидательно проговорила Белова и удалилась. Будучи мудрым мальчиком, первым делом я решил поговорить с Настей, прежде чем звонить матери и нагло врать. Достав телефон из кармана, я набрал Макарову. По её тону было понятно, что она крайне удивлена моим вечерним звонком. Разговор выдался не самым лёгким, но нам удалось быстро договориться и разъяснить ситуацию. Когда разговор был окончен, я отзвонился матери и, объяснив, что останусь у Стюры, пообещал, что вернусь рано утром. С мамой договориться удалось в разы быстрее. Теперь решив несколько проблем разом, я столкнулся с новой, портфель с учебниками я оставил дома, перед тем как пойти на тренировку. — Екатерина Григорьевна, тут такое дело, у меня все учебники дома, да и домашку я сделал ещё в школе, — проговорил я, появляясь в дверях, ведущих в гостиную. И о чёрт, гостиная у этой девушки была что надо! Теперь я был точно уверен, что её дядя крупная шишка. — Ну, ничего, поможешь мне проверить тетради, — проговорила Белова, сосредоточенно заправляя одеяло в пододеяльник. — Я буду выставлять оценки?! — Не скрывая радости, поинтересовался я и посмотрел на Екатерину с надеждой. — Нет. Будешь рядом сидеть, — бросив одеяло на диван, ответила она и посмотрела на меня, — ты думал, что я тебя так близко к ним подпущу? — Вообще — да, но ладно, даже так буду рад составить компанию. Взяв стопку тетрадей с кофейного столика, стоящего около дивана, она тяжело выдохнула, и пробормотала: — Что же я делаю. Дура…