Охотник за артефактами

      Поднималось солнце и наступал очередной выходной день. В такие дни, он всегда любил хорошенько отдохнуть перед рабочей неделей, особенно этой. Дел будет очень много и с учётом моментальности и идеальности выполнений их, не факт, что оставался хотя бы час на сон. Птицы в саду завели свою песню, псы, в преддверье завтра, тоже проснулись и начали гавкать. Служанки давно проснулись и начали готовиться к пробуждению хозяина.       Он медленно приоткрыл глаза, которые были будто склеены. Дома он носил очки, а остальное время, пытался не напрягать зрения. Сколько себя помнит, его зрение не упало ни на сотую, но глаза болели, словно на них проводили адские пытки. Закрыв их снова, и протерев рукой, тяжело вздохнул и потихоньку встал. Служанки заранее узнавали о скором выходе, ибо хруст костей не услышать было невозможно. У некоторых в личных дневниках были таблицы и вычисления количества, медиан и частоты тех или иных хрустов. В некотором смысле это было их соревнованием.       Дом не был громадным или маленьким. Работы хватало всегда, но он никогда их не ругал за невыполненную работу. «Работать вы будете и завтра, и послезавтра. С оплатой конечно. Так что времени у вас достаточно, главное - сделайте». В конце всегда был некий упрёк, но лицо выражало чаще всего только усталость. Так что каждый успевал и сделать свою работу и заняться личными делами или собой. Некоторые занимались в мастерской, кто-то читал в библиотеке, а кто-то пытался заработать повышение выведя новый цветок.       Сначала этим занимался только один человек, но когда он узнал, насколько его любимой нравятся необычные и просто изумительные виды, хотел сначала нанять других, но подданные уговорили дать им шанс. С того времени они занимаются этим делом. Много не открыли и не вывели, но любимая всё равно оценила такую заботу.       Хорошо отхрустевшись, надев наконец-то домашний костюм, он вышел на завтрак. Его раздражал не сам костюм, который был удобен и элегантен, но воспоминание о ссорах или спорах выматывали его морально. Спускаясь по лестнице, можно осмотреть все рабочие процессы. Одни подметали и мыли полы, вторые бегали туда-сюда что-то перенося. Третьи сидели и пили чай, смеясь и разговаривая. Только один старик сидел у двери, поджав колени к груди и покачивался. Губы медленно шевелились, выписывая одно или два слово.       Он подошёл к нему, присел и рукой поднял его лицо. Взгляд был пустой, а зрачки метались из стороны в сторону. Лоб был тёплый, но не горячий. Остальное тело вело себя нормально. Поставив его на ноги, старик будто пришёл в себя и просто побежал через всю залу в коридор. Глаза хозяина быстро метнулись ему в след и заметили странную метку на спине.       Сам по себе старик прибился к нему во время одного из путешествий. Две недели рассказывал всякие истории из своей жизни и что-то, как сам догадывался, сочинял. В конце обязательно была мораль. Решив, что если уж и связался не с теми, то почему бы своего сына не настрочить не повторять такие ошибки. Каждый раз, когда он заводил разговор на счёт этого, тот закатывал глаза и закрывал уши.       Сын был послушным и всегда выполнял поручения, но эту тему терпеть не мог. Привезя старика домой, обустроил ему халупу и дал одежду, но тот порвал её и только тогда надел. Он никогда не одевал ничего целого и так и ходил всё время. Именно это позволило увидеть метку.       У хозяина закрутилась голова и медленно отходя, прижался к стене. Перед глазами замелькали образы. Он знал человека, который мог таким же образом настраивать связь с другими людьми, но насколько было известно, тот умер в одном из плаваний. Образы сформировались в кучи. Сколько их было точно, посчитать не удалось, фон рябил настолько, будто специально их маскировал. Они обращались к нему, предостерегали, показывали разные фигуры и делали жесты руками. Расшифровать всё это было тяжело и не хватало времени.       Любимая, которая всё время его звала, вышла в коридор и увидела его. Теперь он стал тем стариком у стены. Все остальные просто смотрели и ничего не могли сделать. Она быстро подбежала, поставила его и обняла. Он был очень высок, и её голова упиралась ему в грудь. Машинально он обнял её. Туман рассеялся и взгляду снова открылся особняк и все остальные. Она взяла его за руку и отвела в столовую.       Она тактично молчала, будто ничего и не было, а он просто ел, пытаясь прийти в себя. После завтрака посидел ещё пару минут, а потом встал и поднялся в комнату. Самый неприятные шкаф в его жизни. Костюм. Любимая уже стояла в двери и хотела его остановить, но не получилось. Старое уставшее лицо с усами и бородой выразило гнев. Только он понимал, насколько важно завершить цепочку событий, о которой поклялся не вспоминать. Больше никогда.       Двери открылись и повеяло свежим воздухом. Трава легонько колыхалась на ветру, собаки прибежали и начали бегать вокруг него. Птички летали с одной ветки на другую. Слышался детский смех. Брат с сестрой гонялись друг за другом в саду и казились на траве. Вдалеке сидела служанка и с улыбкой смотрела на них. Увидев его в рабочем костюме, она сразу подбежала к ним, но сын уже увидел всё.       В прошлый подобный выходной, всё чуть не закончилось его смертью. На этот раз они точно убедятся в окончание их рода. Проверят каждый уголок, спросят всех, найдут силы одолеть адмиралов, добраться до мирового правительства, но убрать их окончательно. Даже подумывал вернуться в свою команду, но чем бы они помогли? С того момента, он получил ту силу, которая спала его всё остальное время. Забирая и следующий товар, он ожидал их снова, готовился. Но и они не были простыми дураками.       Буквально в один миг, на его шею что-то запрыгнуло, он моментально скинул его и рубанул когтями. Что-то в белом проще закувыркалось по траве и исчезло в тот же миг. Он посмотрел на ворота и там висел череп. Именно его испугался старик, а потом у него началась лихорадка. Теперь метка снова на нём. Они знают где, что и когда. Окончательное решение принято.