Привет с того света. Непобедимая армия

Энви всё ещё не понимал причину своего возвращения в мир живых. Его камень вроде как был использован как плата, когда Стальной алхимик совершал трансмутацию в надежде вернуть душу брата. А значит, гомункул просто не мог выжить и пройти через Врата Истины вместе с Элриком и Мустангом.  И, тем не менее, он прошёл.  Не то чтобы парень не был этому рад, просто всё это казалось странным и заставляло каждый день ждать подвоха.  Кроме того, с ним творилось нечто необъяснимое.  С тех пор как он вышел из Врат с Эдом и раненным Мустангом, прошёл уже месяц. И за это время Энви обнаружил, что нуждается в еде, питье и тёплой одежде. Это было так абсурдно и непривычно, что гомункул поначалу не реагировал на позывы голода, но потом ему стало совсем плохо, и он понял, что надо пожрать.  Таким образом весь месяц Энви жил, как человек. Да ещё и обнаружил, что регенерация отсутствует.  Всё это не устраивало парня. Ему приходилось добывать себе пищу и одежду грабежом, а прежних способностей у него не было.  «Какого чёрта моё тело подобно убогим людишкам?!» — возмущался брюнет, сидя на ветке дерева в лесу и жадно поедая батон, украденный час назад в ближайшем посёлке.  У Энви даже сердце настоящее внутри билось, совсем как у людей. А причину он так и не знал.    Но однажды всё изменилось.  Энви лёг спать в шалаше, думая о том, что становится все холоднее и холоднее. Уже конец октября, скоро жить в лесу станет невозможно. «И что мне тогда делать?» — подумал он перед тем как провалиться в сон.    Во сне он увидел загробный мир, Врата и дочь Истины, стоящую перед ними.  — Здравствуй, Энви, — сказала она, пристально глядя на него.  — Аделина? — гомункул удивился. — Чего тебе надо?  — Я вызвала тебя сюда, чтобы объяснить кое-что. Наверное, ты задаёшься вопросом, почему ты остался жив? Почему твоё тело человеческое? Я ведь права?  — Ну да, меня это беспокоит. Это очень странно. И некомфортно.  — Если некомфортно, я могу вернуть тебя назад, в загробный мир! — хохотнула дочь Истины. — Позволь-ка объяснить. Ты не должен был проходить через Врата. Твоя жизнь была платой за открытие Врат Эдвардом. Так что ты не мог вернуться. Но, как ты помнишь, я открыла Врата для Маеса Хьюза в обмен на то, чтобы он не убивал Эда и Роя. Я дала Хьюзу шанс выжить, но ты убил его и сам прошёл через Врата. Ты занял место Хьюза в этом мире. Получил его, человеческую жизнь, скажем так. Поэтому теперь ты — человек.  — Э?! — у Энви не было слов. Он человек?! Как такое вообще возможно?!  — Но это ещё не всё, Энви! — тон Аделины стал повелительным. — Именно я дала тебе шанс выйти отсюда, но я могу в любой момент передумать и забрать тебя назад.  — Вот чёрт, — с досадой произнёс бывший гомункул.  — Не расстраивайся раньше времени. Я позволю тебе жить нормальной жизнью в мире людей, если ты будешь послушно исполнять мои редкие поручения.  — Хах, я должен стать твоим верным псом?  — Можно и так сказать. Но это ведь лучше, чем загробный мир, не так ли?  — С этим не поспоришь, — усмехнулся Энви. — И что же за поручения я должен выполнять?  — Первое поручение — принеси мне гомункула Прайда, не повреждая его философский камень.  Энви был в шоке. И как он раньше не подумал о Прайде?! Если бы он забрал его камень, сейчас ему не нужно было бы служить Аделине.  — Хорошо, я исполню твоё поручение.  — Вот и прекрасно, тогда отправляйся назад, — когда она сказала это, Энви увидел перед собой лишь белое пространство, а затем проснулся.    Было светло, значит, утро уже настало.  «Это был сон, или Аделина на самом деле вызвала меня в загробный мир?» — подумал Энви.  Как бы там ни было, сейчас он собирался поесть и двинуть на поиски Прайда.  Даже если это был лишь сон, Аделина подала ему прекрасную идею — заполучить философский камень Прайда. После этого парень получит жизнь, которая уже не будет зависеть от Истины или её дочери.    ***    Селим Брэдли бегал по детской площадке во дворе садика. С ним было много детей и воспитательница.  Энви разглядывал все это в бинокль, устроившись на ветке дерева в парке неподалёку от детского садика.  — Хм, сейчас слишком много людей. Мне не удастся его схватить. Но я подожду, когда за ним придёт мадам Брэдли. С ней уж я как-нибудь справлюсь. Лишь бы она не была на машине и с личной охраной. Впрочем, она уже не жена фюрера, так что вряд ли её так же хорошо охраняют.    Энви слез с дерева и сел на скамейке в парке, чтобы не вызывать подозрений у людей, которые могли его заметить.    Он подождал где-то два часа, а затем настало время, когда родители забирают детей из сада.    Бывший гомункул двинулся к своей цели.    ***    Мадам Брэдли приехала на машине с личным водителем, что несколько усложняло Энви задачу.  Тем не менее, когда женщина ушла за сыном, парень постучал в окно машины, поманив водителя, чтобы тот вышел.  И как только человек открыл дверцу машины, брюнет пырнул его ножом в горло так, что водитель не успел и пикнуть.  Затем он спрятался на задних сиденьях, поджидая Брэдли.  Женщина появилась вместе с сыном и, подойдя к машине, открыла дверь.  Энви мгновенно бросился на неё и зарезал.  Селим заорал, но брюнет схватил его и затащил в машину, после чего, перебравшись вперёд, сел за руль и дал газу. Ему вслед уже кричали люди, заметившие похищение ребёнка и труп мадам Брэдли.  Но Энви это не волновало. Никто не успеет его поймать.  Он уехал подальше и остановился в заброшенном районе.  Повернувшись к Селиму, который плакал всю дорогу, он перерезал ему горло одним лёгким движением.  Но, как ни странно, у мальчика началась регенерация, поэтому Энви постарался и отрезал голову совсем. Затем «покопавшись» в мёртвом теле маленького гомункула, он извлёк философский камень. Сунул его в карман своей нынешней одежды, состоящей из брюк и толстовки красного цвета, и вышел из машины.    Затем парень поспешил ретироваться с места преступления.  Оказавшись в лесу, он собирался уже вживить в себя камень, как вдруг появилась Аделина, и он оказался перед Вратами в загробный мир.    — Энви-Энви, — протянула девушка, — хотел меня обмануть, наглец?!  — О, Аделина, так это был не сон? — гомункул изобразил удивление. — Я думал, это все мне привиделось, но завладеть камнем Прайда показалось мне хорошей идеей.  — Вот как, — усмехнулась дочь Истины. — Ну что ж, я тебя разочарую — то был не сон. А камень мне самой нужен, — она забрала его из рук Энви. — Ты справился с поручением. А теперь возвращайся к своей новой, человеческой жизни, пока снова мне не понадобишься.    После этих её слов парень исчез.  Аделина же с философским камнем в руках направилась к своей матери, чтобы предложить ей сделку.  Она заметила, как во Врата залетели три новые души: Прайд, Глотони и Кимбли. Последние два освободились после смерти Прайда, так как до этого были им поглощены.  — Что ж, Ласт, скоро ты увидишь своего любимого гомункула, — хихикнула Аделина.    Прийдя к Истине, она сказала:  — Мама, у меня есть деловое предложение. Помнишь, я просила тебя предоставить мне Эдварда Элрика?  — Я сказала, что подумаю, но, видишь ли, мне лень этим заниматься, — Истина гаденько ухмыльнулся.  — Именно поэтому я предлагаю тебе плату за это, так ведь ты быстрее исполнишь мою просьбу, — Аделина протянула маме философский камень.  — О, Аделина! Это прямо то, что мне нужно! — Истина выхватила артефакт. — Я ведь смогу воскресить Хьюза и сделать его куда сильнее! Я устрою Мустангу фееричную месть!!!    Аделина усмехнулась. Её родителю не за что было мстить этому человеку. Но Истине было скучно, поэтому она затеяла эту нелепую игру, впоследствии так втянувшись, что уже не могла успокоиться, пока не убьёт Роя Мустанга.    — Главное, не забудь отдать мне Эдварда, мама, — напомнила о себе девушка.  — Да-да, я прикажу Хьюзу чтобы он и его грохнул.  — Нет, мама! Ты не так меня поняла. Я хочу, чтобы Эдвард достался мне живым!  — Но живые здесь не остаются. Разве что, он совершит трансмутацию, за которую не сможет заплатить и ему придётся остаться здесь, как в прошлый раз.  — Значит, вынуди его сделать эту трансмутацию! Давай, ты же как-никак считаешь себя божеством!  — Ха-ха! Это так! Я и впрямь божество. Посмотри, как я вершу чужие судьбы! — Истина самодовольно рассмеялась. — Доставлю я тебе твоего Элрика, но придётся немного подождать.  — Главное, не затягивай с этим!