Если трудно - просто позвони!

Знаете, вот этот процесс взросления и становление личностью — самая неизведанная вещь. На одной чаше весов ты уже взрослый человек, который должен сам решать свои проблемы, строить планы на перспективу, принимать взвешенные решения, а на другой — маленький беспомощный котенок, умоляющий о помощи, поддержке со стороны родителей, друзей, желающий уткнуться в чье-то плечо и разрыдаться. Ужасно в такой период остаться одним наедине с самим собой. Когда одиночество тихо подкрадывается в юношеский ум, начинается сущий ад: мир вокруг теряет прежнее обличие, яркие моменты меняются на серые и грустные, самобичевание занимает все свободное время. Подростки сами загоняют себя в тупик, но не сразу. Первое время они искренне хватаются за любую ниточку, способную вывести из меланхоличного состояния, пытаются сами выбраться из водоворота грусти, но получается это лишь у единиц. Кажется, Антон из этих счастливчиков. Кажется, его ниточкой стал голос из мобильника. *** С того злосчастного вечера, плавно перетекающего в утро, прошло чуть более двух лет. Антон еле-еле окончил школу с синим дипломом и перебрался учиться в СПбГУ на факультет компьютерных технологий. С родителями связь окончательно оборвалась после выпускного, в тот день мальчик морально повзрослел, хлопнув дверью после пламенной ненавистной речи в адрес матери. Помогла учебе бабуля – Лидия Александровна. Она горячо любила внука и сразу же оплатила все расходы подростка в Питере. Каждую ночь Антону снились одни и те же сны. В них он сидит на мосту Невы то с голубоглазым блондином спортивного телосложения, то с кареглазым худощавым брюнетом. Объединяло эти фантазии одно – голос незнакомца и имя – Арсений. Он искренне много раз пытался связаться с сотрудником по горячей линии, плакал по ночам в холодную подушку от горячей обиды, несправедливости, но все тщетно. У юноши даже появилась девушка – Ира, он ее любил, ну или думал, что любил… Пороги ВУЗа медленно заметал первый снег, покрывая каждую ступеньку белой пеленой. После пар Антон решил прогуляться в одиночестве, настойчиво игнорируя предложение блондинки составить ей компанию в кафе. - Ир, прости. Мне нужно побыть одному, возьми с собой Окс. Она будет рада. Шастун пытался говорить максимально спокойно, избегая появления на лице малейших «симптомов» меланхолии и тоски, поедающих юношу изнутри. - Ладно. Тош, я люблю тебя! – девушка робко поцеловала парня в щеку. Массивные черные боты лениво топали по Адмиралтейской, оставляя за собой лишь размазанные снежные следы. В ушах вместо излюбленного Эминема играл новый альбом Темниковой.

«Собрать пазл одной фразой, но нет связи, с тобой нет связи…»

В голове клок мыслей, заевшей пластинкой звучит убивающее: «Антош, конечно можно …», даже никотиновая привычка не помогает забыться. - Молодой человек, извините, не подскажите как пройти до Исаакиевского собора? Я не местный, впервые у вас в городе. Антон замер. Внутри что-то ужасно сжалось в одно целое, ком подступил к горлу. Ноги отказывались делать шаг в одну из сторон, руки немели несмотря на свое положение внутри карман куртки. Хватило сил только неуверенно поднять голову и стянуть капюшон кивком назад. Небесно-голубые глаза сияли яркой искоркой из-под нескольких темных прядей волос, предательски свисавших прямо на нос. В очах напротив отражался весь мир, в них хотелось утонуть без возможности на спасательный круг. Антон узнал голос. Такой бархатный и нежный тембр притягивал к себе мгновенно. Из миллиарда говорящих людей на всей планете, его – самый родной, самый нужный. - Арсений? – у подростка едва хватило дыхания, чтобы выговорить имя. Молодой шатен неловко улыбнулся уголками губ. Он тоже его помнит. Шастун не знает, но мужчина тоже страдал. Искренне страдал по упущенному собеседнику, ведь за часы разговора это маленький проблемный мальчик стал ему чем-то большим, чем просто другом. Подростковые зеленые глаза наполнились соленой жидкостью. По красной, от декабрьского мороза, щеке пробежали слезы. Капли одна за другой разбивались о высокий ворот теплого пуховика, но Антону было плевать. Он не потянулся за салфеткой, не пытался скрыть следы истерики рукавом. Спустя два года, на пересечении Адмиралтейского проспекта и Черноморского переулка две необыкновенно разные судьбы нашли друг друга. Они просто дышали воздухом друг друга, хотя со стороны смотрелись как полнейшие идиоты. Проходившие мимо люди что-то бурчали им в след, кто-то назвал полоумными, изредка даже ощущались толчки в плечо, но это всё такие мелочи. Жизнь – это прогноз погоды. По — началу всю неделю льют холодные дожди, оставляя за собой неприятный осадок в виде луж. Затем наступает либо постепенное, либо резкое потепление. Лучи солнца обволакивают каждый сантиметр комнаты, греют своим присутствием всех людей без исключения. Одно важно не забывать – у природы нет плохой погоды. Тучи всегда сменятся на белые пушистые облака, а из-за них в свою очередь выглянет ярко-желтое небесное светило. В тот зимний день у Арсения в ушах тоже были наушники. В них звучал не тяжелый рок, не летний джаз, даже не банальная популярная попса, а легкие строчки, ставшие гимном их с Антоном любви.

«Ведь у твоей Москвы

И его Невы,

Стало общее что-то,

Наверное — вы…»